Солнце застыло высоко в небе. Приятная тёплая погода усиливала красоту зелёных лугов и моря, тихо омывающего песчаный берег. Умиротворяющую тишину прервал звон колоколов, ознаменовавший полдень.

Через мгновение шум эха, разносящегося по деревушке, дополнился весёлыми возгласами детей, спешно выбегающих из здания, на верхушке которого находились те самые колокола.

— Ура! Свобода! — выкрикивал каждый, кто старался выбежать на улицу из душного помещения.

У детей всё было спланировано заранее: после каждого урока они играли в догонялки, где убегающим нельзя было разделяться слишком далеко, а требовалось держаться вместе, группой, что лишь усиливало интерес быть водящим. Этот раз не стал исключением, а тематикой послужил урок истории, с которого они так радостно убегали:

— Ваа! Я Агни! Я вас всех сожгу и съем! — попеременно кричали водящие, в попытках догнать толпу.

Зачастую эти игры заводили учащихся в самые сокрытые части деревни, но не все поддерживали энтузиазм детей, которые так или иначе мешали кому-то работать. Когда же стадо приблизилось к воротам деревни, которую караулили стражники, оно развернулось от громогласно выкрика:

— А ну прочь отсюда! — серьёзным тоном прогнал детей начальник стражи. — Это не место для ваших игр!

Играющие не сильно расстроились – это было частое событие во время их догонялок, но меняло тему самой игры.

— Ваа! Я Исаак! Я съем вас! — попеременно кричали водящие, в попытках догнать толпу.

Каждый раз это заставляло Исаака немного обидеться на детей, ведь, по его мнению, он уберегал их от места, где им действительно не стоит находиться.

— Ахаха! Исаак, не стоит так строго с детьми - пускай играют и веселятся в своё удовольствие. — шутливо подметил один из стражи своему начальнику, дружелюбно похлопав тому по плечу. — Тяжёлые времена давно позади, надо наслаждаться жизнью и быть счастливым. Мирную жизнь не стоит осложнять ненужными правилами.

— Пускай носятся, но не тут. У нас своя работа по защите деревни, а случить что, то дети попали бы под удар. — сухо, но с пониманием ответил Исаак.

Молодой парень в сияющих доспехах не понимал того, что понимает старший. Прожив не мало лет, начальник стражи знал, что мир может закончиться также скоро, как и наступить. Казалось бы, что надобность в защите приграничной деревни давно отпала – десятилетие мира изнежило жителей, пропало чувство страха, и вот уже в обороне стоят юнцы, чьё обмундирование не видело и блеска клинка. На их плечах не стоит защита королевства, им куда важнее скорее просто вернуться домой, чем полностью отдаться долгу.

Время перерыва подошло к концу. Дети были вынуждены вновь собираться в классе.

— Так, а сейчас займёмся математикой. — ехидно растянув последнее слово, произнесла старушка, обучавшая детей.

— О неет! Зачем я пришла сюда?

— Надо было сразу идти домой, я же знал, что так и случится.

Для многих так начался час страданий.

В эти минуты со стен деревни один из стражников, уютно любовавшийся морским пейзажем, заметил маленькую фигуру. Ещё через пару минут стало понятно, что фигур на самом деле 3: огромные пологие корабли с резными головами драконов на носу, которые стремительно приближались к берегу.

Наблюдающий подозвал парней, чтобы вместе понаблюдать, как и что будут делать корабли, когда подплывут к берегам. К их удивлению, фигуры совсем не сбавляли темп и с такой же лёгкостью вошли в устье реки, подбираясь по неё ближе к деревне.

— Да разве такое вообще возможно, чтобы морской корабль и плыл по реке? — возмущался один из стражников, явно наблюдавший за тем, как они приплыли со стороны моря, а не вдоль берегов. — У него что, совсем нет днища?! Давно бы на мель сели!

Подплыв достаточно близко, чтобы не распугать жителей на реке, с кораблей вышло несколько десятков вооружённых мужчин, выкатив за собой огромную телегу, набитую пушниной и шкурами, и двинувшись в сторону в деревни.

«Опять эти иноземные торговцы. Лишь бы чем-то удивить с их большой земли» — пронеслось в мыслях у стражников.

Подойдя к воротам, отряд остановился, не нарушив своего строя. Стражники пытались окликнуть кого-нибудь, но иноземцы стояли неподвижно, словно ожидая команды. Внимательно вглядываясь в них, становилось очевидным, что это всё не показательная дисциплина, они настоящие воины, о чём говорила их броня и оружие: изрядно потрёпанные кожаные доспехи с металлическими пластинами, закрывающие важные уязвимые и важные части тела; плащи холодных оттенков; округлые стальные исцарапанные шлема; деревянные щиты; руки на рукоятках мечей, готовые в любой момент вынуть их из ножен; луки и серьёзные выражения лиц.

— Иду, иду я! — лениво послышалось со стороны кораблей.

Ещё один иноземец неспешно шёл к воротам деревни. По его одежде становилось понятно, что именно он является тем, чьего приказа ожидают остальные: чёрные стёганые сапоги, опрятные доспехи, гладко выбритое лицо и золотистые волосы, завязанные в хвост и не сокрытые шлемом.

Подойдя вплотную к воротам, он ударил по ним ногой. — Открывайте уже! — измучено произнёс блондин.

На его стук в стенах открылась деревянная заслонка и в окошке показался Исаак.

— Добрый день. Откуда будете? Чего в нашем поселении хотите? Куда путь держите?

— Мы… Точнее я – торговец. Приплыл торговать своим мехом и кожей. А эти люди, — отведя корпус и показав на остальных иноземцев рукой. — Моя охрана.

— Хорошо, я Вас понял. Лицензия на торговлю имеется? Без неё торговля в наших землях запрещена и пустить права не имею.

Усталый взгляд иноземца опустился вниз, а после с глубоким выдохом перевёлся на свою охрану. Без лишних слов один из воинов достал с телеги небольшой мешок, передав его торговцу.

— Послушайте, — неторопливо начал блондин. — У нас не так много времени, чтобы плыть сейчас в один из ваших городов за это лицензией. Нам нужна провизия, чтобы двигаться дальше, а взамен мы предлагаем вам наши товары и деньги.

— Я понимаю, но… — не успел начать начальник стражи, как через окошко прилетел мешочек с золотом ему в руки.

— Может, это сойдёт за лицензию? — галантно спросил торговец.

Увидев монеты, глаза стражников засверкали. За стеной, внутри деревни началась немая сцена. Стража всеми силами пыталась убедить Исаака закрыть глаза на отсутствие лицензии и поделить золото, ведь это обычный торговец, который просто нуждается в их помощи. Несколько умоляющих жестов и взглядов сделали своё дело.

— Эх, ладно. Проходите. — нехотя ответил на предложение начальник стражи, скомандовав открыть ворота движением руки.

Молодые парни с улыбками на лицах отворили ворота. В свободный проход вошёл торговец и поднял с земли упавшую монету.

Ожидавшие иноземцы перестроились и перешли в дисциплинированный бег, направившись внутрь деревни и оставив телегу.

— Что же ты так неосторожно роняешь своё золото? — усмехнулся торговец, положив руку на плечо Исааку и бросив в его мешочек упавшее золото. — Я понимаю, что тебе непривычно видеть столько золота в своих руках, но не стоит так сразу им разбрасываться.

Начальник стражи сразу почувствовал что-то неладное. Давление, которое оказывал торговец своим присутствием, заставило его оцепенеть от страха. Как только последняя четвёрка иноземцев вбежала, она достала луки со спины, развернувшись на стоящих стражников у ворот.

— Начинайте. — скомандовал глава иноземцев.

Прошло не больше минуты, как вся стража была поражена мечами и стрелами, а Исаак мог лишь видеть смерть своих сослуживцев.

Пытаясь пересилить своё тело, начальник стражи потянулся к своему оружию, но торговец сжал его руку поверх рукояти.

— Тише. Не надо глупить. У тебя есть куча денег и твоя жизнь. Не очень хотелось бы отбирать их. Ты отлично сыграл свою роль.

Он упал наземь без возможности встать, его тело не слушалось, но нападавшие не трогали его.

Несколько раз раздался звон колоколов и тут же затих. Звонарь, поражённый стрелами, из последних сил попытался предупредить жителей.

— Три икс в кубе плюс константна… — речь старушки прервалась. Учительницу насторожил сигнал звонаря:

«Он же недавно звенел. Неужто это тревога…»

Времени на раздумье не было и дверь в помещение мгновенно и с грохотом вылетела, а в класс вбежали 2 налётчика.

От резкости и шума происходящего преподавательница вывела руки перед собой, закрываясь от возможных осколков деревянной двери. Она хотела закричать, но из её уст вылетел лишь короткий писк, с которого набирался любой громкий звук. Эти начинания оказались прерваны острым, словно лезвие, сгустком воздуха, летевшего в неё, который выпустил горизонтальным движением руки один из вломившихся в класс.

Точное попадание. Голова учительницы отсечена, а кровь брызнула по всему классу.

Шум учеников сменился гробовой тишиной. Тяжёлый взгляд убийцы был направлен на детей, давая понять, что следующими будут они.

— Зачем ты убил бабку? — спокойно спросил один из налётчиков другого.

— Ты видел то, как она руки подняла? А если бы в меня что-то прилетело? Не забывай, меня ещё дома ждут. —торопливо ответил ему другой, не изменяя своего грозного выражения лица.

В их краткий диалог вмешался беловолосый мужчина, вошедший в помещение:

— Что вы тут двое устроили? Жителей я запретил убивать!

— Оскальд, мы… точнее он…

— Да уж… — лениво и недовольно прервал глава налётчиков. — Детей с собой забирайте, но хотя бы их в живых оставьте.

— Есть!

Спустя час с момента начала событий налётчики спешно покинули поселение, прихватив с собой награбленное и две дюжины людей, которых сочли достаточно ценными. Сев в свои лодки, они молниеносно уплыли и скрылись вдали, как и их появление в этих землях.

Жизнь в деревне остановилась. Те, кто успел укрыться, стали выходить, чтобы оценить масштабы трагедии и найти своих знакомых, которых потеряли в суматохе.

По безлюдной дороге шёл Исаак с мешочком золота в руках. Его взгляд был пуст, а мысли отвергнуты, он не желал думать о содеянном, не хотел видеть в этом своей вины.

Исаак шёл медленно, оглядывая деревню мёртвым взором, встречая трупы солдат, над которыми плакали их родственники.

— Исаак! Почему вся стража мертва, а ты так спокойно идёшь тут без единого ранения? Как враги так быстро проникли к нам, что даже никто и в курсе не был? Лишь колокол, единожды прозвучал! — вопросительно взывал к нему один из жителей.

Стражник молча шёл вперёд. Слова жителя стали повторяться у него в голове, задавая эти вопросы самому себе.

Увидев выломанною дверь, он бросился вперёд, выпустив мешочек из рук. Исаак бежал вперёд к зданию, осознавая возможные варианты случившегося. Время замедлилось, а вход словно отдалялся от него. Стражник не хотел видеть случившегося, он боялся произошедшего и своей причастности к этому.

Здание настигло его, а он остановился у входа. Проступили слёзы на его суровом лице. На полу лежало обезглавленное тело учительницы и голова в нескольких метрах от неё, но в классе не было следов учеников.

Ищущие своих детей жители, подошли к нему, увидев ту же картину: старушку и брошенные вещи учеников.

— А я слышал, как Исаак злобно орал на детей этим днём! Даю зуб, что именно из-за него их и похитили. — прокричал кто-то из толпы, собирая всё больше людей.

Исаак не реагировал на слова жителей. Он молча стоял и смотрел вглубь класса.

— Исаак, как ты это объяснишь? — спросил мужчина, бросив к его ногам мешочек с золотом. — Он выпал из твоих рук.

— Забирайте. Это не моё. — злобно ответил стражник, не оглядываясь.

— Так не пойдёт, Исаак. Ты будешь предан суду, ты понесёшь наказание.

Исаак развернулся, вынув свой меч из ножен. Он был окружён жителями.

— К чёрту ваш суд. Я знаю свою вину. Я верну их. Каждого. До единого.

Желание мести и злобы охватывало стражника. Люди стали расступаться перед ним, не желая наткнуться на его гнев, и в надежде на то, что тот говорит серьёзно, а не в попытках избежать правосудия.

Исаак постепенно ускорял свой шаг, пока не вышел за пределы деревни, покинув место своего позора. Он на мгновение остановился, сбросив с облегчением свой новый шлем и броню.

Жители почувствовали в словах надежду, зная его как человека, который держит своё слово. Никто не решился выступить против него, провожая стражника взглядом. Понимая, что суд не вернёт погибших и похищенных.