“———!? Учитель Ур — самый могущественный волшебник в королевстве?”

“Не совсем. Его Сиятельство Делайт был самым могущественным волшебником в Небесном Королевстве. Уже нет.”

— поправил Джонатан Сэма, эмоционально отреагировавшего на словосочетание «самый могущественный».

“Нет?”

“Несколько лет назад Альберт Фреге, нынешний второй придворный маг, победил его, забрав это звание себе.”

“Ясно. Значит, сейчас самым сильным волшебником в королевстве является некто с именем Альберт… А я думал, что сильнейшая — Ур.”

Почти пять лет Сэм был рядом с Ур, наблюдая ее силу, так что он ни за что не поверит, что есть волшебник, сильнее ее.

Делайт, наставник Ур, еще вполне мог бы быть сильнейшим, но кто-то другой…

Сэм не может скрыть своего недоумения.

Джонатан же усмехнулся заявлению Сэма и ответил.

“Можешь считать это семейным фаворитизмом, но я думаю, что Ур была сильнее Альберта. Но она на дух не переносила этого парня, не знающего, как себя вести в обществе, и старалась держаться от него подальше. Он же думал, что она избегает сражения с ним.”

“О, Вам, кажется, тоже не нравится этот придворный маг Альберт…?”

Сэм не мог поверить в такое отношение Джонатана.

Сэм чувствовал, что граф питал определенное уважение даже к Гюнтеру.

Если говорить об их отношениях, то они даже немного близки, вероятно, из-за детской дружбы его дочери.

Но как только граф заговорил об Альберте, в его словах появилась нотка сарказма.

“Ох, извини. Кажется, я немного неуважительно о нем отозвался. Впрочем да, он мне не нравится.”

Неожиданно.

Джонатану не нравится один из придворных магов.

Это первый раз, когда Сэм видит такое отношение к кому-то со стороны графа.

(Да что за парень этот Альберт.)

“Он принадлежит фракции, оппозиционной той, в которой состою я. Вообще, я уважаю многих из той фракции, но этот Альберт… он любит помыкать слабыми, прикрывается своим положением придворного мага, чтобы любыми средствами заполучить то, что хочет. В общем, сложно назвать такого человека мужчиной.”

“И королевская семья закрывает на это глаза?”

“В каком-то смысле да. Он получил выговор от Его Величества, так что он с виду присмирел, но…”

“Он просто получает желаемое через дворян, верно?”

“Да, некоторые дворяне из его фракции делают за него грязную работу.”

“Судя по Вашим словам, парень и правда не из приятных.”

Джонатан усмехнулся словам Сэма.

Альберт из тех людей, которых Сэм ненавидит всей душой.

Пытаться возвыситься, запугивая слабых, — недостойное поведение для по-настоящему сильных людей.

В общем, молодец против овец, а против молодца сам овца.

(Хотя, раз он придворный маг, у него должны быть неплохие магические способности. Впрочем, с учетом этого факта, его поведение выглядит еще более низким.)

Сэму противно от того, что такого человека могут называть сильнейшим.

“То есть, если я одолею Альберта, сильнейшим стану я, так?”

“Как знал, что ты это спросишь... Альберт победил Его Сиятельство Делайта, из-за чего и стал называть себя сильнейшим, так что, я думаю, если победишь его, вполне сможешь пользоваться этим титулом. Но вот согласится ли он на бой — другой вопрос.”

“С нетерпением жду случая навалять ему. Кстати, а кто первый придворный маг?”

“А? Первый придворный маг — уважаемая госпожа Магнолия, лучший волшебник-врач в стране. Она не сражается, только лечит.”

“Вот как...”

Не зря у нее первый ранг среди придворных магов.

Мало кто может использовать магию, а те, кто использует магию восстановления, если не редчайшие, то одни из самых редких волшебников.

Сэм может использовать только самое элементарное заклинание восстановления, Ур же вообще не могла ее использовать.

Естественно, Сэму захотелось познакомиться с волшебником Магнолией, специализирующейся на магии восстановления.

Судя по тому, что она занимает первое место среди придворных магов ее навыки невероятны.

“Она никому не желает зла. Первая — благородный человек, думающая исключительно об исцелении раненых. Если когда-нибудь встретишь ее, пожалуйста, прояви к ней уважение и не груби.”

“Я тоже редко затеваю драки.”

“Знаю, но… кажется, ты постоянно вляпываешься в какие-то неприятности. Я знаю, что ты не виноват в ситуациях с Эрикой и Гюнтером, но за столь короткий срок ты подрался уже два раза, хотя может я не знаю о чем-то еще…”

“Думаю, мне стоит извиниться…? Хотя в ситуации с Гюнтером, жертва тут только я.”

Вспомнив об извращенце, Сэма снова пробрала дрожь.

Еще недавно Гюнтер называл себя женихом Ур, теперь же он решил стать женой Сэма.

(И я, и он мужчины, так какого черта! За что мне это все…)

Кошмар от преследования голым извращенцем вряд ли скоро забудется.

Хорошо хоть Лиза и Эрика смогли в конце концов успокоить его.

“Ужасно, Сэм. Говоришь так, как будто виноват только я.”

В кабинет Джонатана зашел Гюнтер в халате.

Его волосы еще мокрые, а вместе с его ухоженным видом, он выглядел довольно очаровательно.

Если бы в этой комнате был кто-то, не знающий его истинную природу, он был бы ослеплен Гюнтером.

“——— Ну, как бы, так и есть. И вообще, не ходи по чужому дому в одном халате.”

“Дом графа Волкера для меня как родной. Дядя, у тебя, как всегда, прекрасная ванна. Я счастлив, что могу пользоваться той же ванной, которой когда-то пользовалась Ульрика, а теперь используется Сэмом.”

“… ты не меняешься…”

“… боже, хватит…”

Сэм знаком с Гюнтером меньше дня, но у него уже в печенках сидят извращения нового знакомого.

Джонатан тоже выглядит напряженным.

Сестры, в этот раз не ответившие Гюнтеру, сверлят вошедшего возмущенными взглядами.