Сэма обескуражило признание Лизы.

“Э?”

Сэм не мог сопоставить то, о чем она говорила, с той Лизой, которую он знает.

(Ну, учитывая ее возраст, думаю, это нормально…?)

Лизе двадцать один год.

Она вторая дочь графского рода, так что не удивительно, что она замужем.

В этом мире двадцатилетний неженатый человек ― редкость, так что, судя по возрасту Лизы, она уже не один год должна была быть замужем.

И поскольку старшая дочь, Ур, сбежала, чтобы скрыть свою болезнь, бремя брака, должно быть, еще сильнее начало давить на Лизу.

“Извини, я знаю, что неожиданно слышать такое… Я просто хочу, чтобы ты знал.”

“Вам не за что извиняться. Я всего-то немного удивлен… но почему ты…?”

«Я была замужем» ― сказала она, видимо подразумевая, что уже нет.

А с учетом того, что она проводит практически все свое время в родительском особняке, можно сделать вывод, что она разведена.

Сэм еле сдерживался, чтобы не спросить ее, почему она развелась.

Увидев его реакцию, Лиза усмехнулась.

“Не беспокойся об этом. Я вышла замуж три года назад, но детей у нас не было, в чем обвиняли меня.”

“Оу…”

“Спустя полгода после свадьбы я все еще не была в положении, и моя свекровь каждый день обвиняла меня в этом.”

“Дети ― подарок свыше, так в чем же Ваша вина?”

Сэм даже немного разозлился на человека, возложившего вину исключительно на Лизу.

“Они так не считали. Сначала я думала, что это хорошая семья, но внезапно они изменились. Они заперли меня в комнате, отобрали меч, мой муж обвинил меня в невозможности иметь детей, начал бить меня… и завел любовницу на стороне.”

“――― Ну что за парень.”

Сэму захотелось ударить по лицу бывшего мужа Лизы, ублюдка, которого он никогда еще не видел.

Нет ничего странного в том, что через полгода жена еще не в положении.

Но вот запирать ее, бить и иметь любовницу, тем более всего через полгода после свадьбы, совершенно ненормально.

“Меня заперли в комнате и пользовались мной как инструментом для рождения детей. Но я не могла иметь детей. Это был самый тяжелый год в моей жизни.”

История Лизы уж слишком неприятна.

(Даже с учетом того, что это другой мир, и к женщинам тут относятся не так, как на Земле, этот случай уже через чур.)

В этом мире ответственность за то, что у супругов нет детей, в первую очередь несут женщины.

Только после того, как мужчина несколько раз безрезультатно сменит жен, могут возникнуть подозрения, что проблема не в его женщинах.

Сложно обвинять в этом этот мир: даже на земле, где наука более развита, не так давно стало понятно, что далеко не всегда проблема в зачатии кроется со стороны женщины.

(Что за ужасный человек, становящийся жестоким из-за того, что у него не может быть детей с его женой.)

“Когда я долгое время не связывалась с родителями, они пришли в мой новый дом. Я плохо помню эту встречу; они нашли меня в состоянии, когда я мало чем отличалась от куклы. Они были в такой ярости, что без промедлений разорвали все связи с домом теперь уже моего бывшего мужа.”

Судя по всему, граф и графиня Волкер в гневе сказали, что забирают свою дочь, на что другая семья просто согласилась, со словами что им не нужна жена, не способная иметь детей.

Сэм был зол просто слушая рассказ Лизы, так что гнев Джонатана и Грейс в то время должен был быть безграничным.

“Вы меня извините за мою оценку, но это был худший брак, о котором мне доводилось слышать.”

“Фуфу, ты очень прямолинеен, Сэм… Впрочем, ты прав.”

“Но теперь Вы свободны от тех людей. Отныне Вы можете жить свободно, встречать хороших людей, влюбляться и быть счастливой.”

Сэм искренне так думал.

У Лизы был наихудший брак, какой только можно себе представить, но с ним уже покончено.

И теперь она свободна.

Она может прожить свою жизнь так, как захочет.

Такая милая девушка, как Лиза, вполне может найти хорошего мужчину.

“Фуфу, спасибо, Сэм.”

“Пожалуйста, не благодарите меня, я просто говорю очевидное.”

“В чем дело, Сэм. Ты в плохом настроении?”

“Конечно… Я не знал, что с Вами так обращаются. А если бы знал, то, уверен, что и я, и Ур вызволили бы Вас из плена.”

Сэм не сомневался, что они бы так и сделали.

Ур, готовая применить силу всегда, когда ей что-то не нравилось, и Сэм, находившийся под ее влиянием, как минимум сожгли бы особняк тех, кто вызвал их гнев.

Но сейчас все, что может делать Сэм, это мучиться от того факта, что он не знал о положении Лизы в то время.

“А знаете что? Ничто не мешает мне пойти и всыпать этому ублюдку прямо сейчас!”

“Я рада, что ты так думаешь, но, пожалуйста, не делай этого. Это поставит нашу семью в затруднительное положение. И все равно спасибо. Так мило с твоей стороны злиться из-за меня.”

“Конечно я буду злиться! Знаете, госпожа Лиза…”

“Что?”

“Вы мой мастер.”

― сказал Сэм, посмотрев в лицо Лизы немного смутившись.

Она покраснела, улыбнулась и обняла его.

“Боже, Сэм! Так вот какие ученики! Ты такой милашка!”

“Эй, не обнимайте меня!”

“Не стесняйся! Святой меч был строг и снисходителен со своими учениками, и теперь я понимаю, что он чувствует. Так приятно учить людей!”

От жара тела и сладкого запаха Лизы у Сэма закружилась голова.

Он осознавал, что сказал что-то очень смущающее, что только усиливало его головокружение.

“Благодаря тебе, я снова могу держать меч. Спасибо тебе, Сэм.”

Сэм с облегчением видел улыбку Лизы, но в то же время у нее стояли слезы в уголках глаз.

Лиза немного безбашенная, но веселая.

Улыбка очень идет ей, и Сэм не хотел видеть ее мрачного лица.

Сейчас он искренне надеется, что она забудет о своем болезненном прошлом и будет счастлива.

(А пока я выясню, что это за человек, решивший поиздеваться над членом семьи Ур, и убью его.)

Обнимая Лизу, Сэм планировал свою маленькую месть.