Несколькими минутами раньше

Доньёку, услышав демона, начал активнее трясти ветку не только для того, чтобы показать демону, что он его не заметил.

Основная причина была другой : если бы он странно вздохнул, то дал бы понять демону, что заметил его. Ведь дыхание является настоящей силой истребителей демонов.

Да, его техника дыхания лишь ускоряет кровообращение, однако и ей можно убить демона....по крайней мере так думал Доньёку.

«Столп ветра даже не зная дыхания и в теле ребенка их на деревья вешал, чем я хуже?»

Кровь начала течь быстрее, а пульс нарастать.

Так как его сердце из-за тренировок было больше, его нормальный пульс был в районе 50, при том что тело Доньёку все ещё росло.

50→60→70→80

Он не мог поднять свой пульса свыше 89 ударов, но, в состоянии битвы все иначе.

— Умри!!!

С резким звуком пульс вновь подскочил, выделился адреналин и норадреналин, что снимало определенные ограничения на мышцы, реакцию, повышало чувствительность, выносливость и болевой порог.

90→100

При силовой нагрузке у обычного 15-летнего, это была цифра в пределах нормы...но у Доньёку?

Сделав шаг в бок, вытаскивая катану, рука демона когтями впилась в дерево.

— Черт! Ты знал!

Не обременяя себя диалогом, Доньёку собрал все силы в вертикальный удар, отсекая руку демона по плечо.

— Агх! Я тебя убью, тварь! – хотя могло показаться, что демон обезумел от ярости, это было не так.

Демон догадался, что это был обычный клинок, поэтому его противник не сможет его убить.

Тем не менее, потеря руки сказалась на балансе, чем воспользовался Доньёку и подставил подножку демону, вновь заставив того промахнуться.

Полетев туловищем вперёд, демон быстро начал переворачиваться на спину, но было поздно.

Он увидел перед собой лишь катану, которая отрезала его шею. Доньёку, зная о регенерации демонов, пнул ногу в соседнее дерево, чем вызвал недовольный стон врага.

Однако это не все. Занося катану над головой, Доньёку начал истезание тела.

Он делал это не из-за того, что ему это нравилось, отнюдь. Просто в аниме была сцена, где демон подобрал свою голову и начал убегать.

Не исключено, что такое и тут возможно, поэтому он расчленил демона на две руки, две ноги, туловище и голову.

— Х-хватит! Просто убей меня, хватит это делать! – из-за того, что Доньёку пару раз промахивался, приходилось отрезать чуть больше, что вызывало скорбные завывания.

— О, не переживай. Конечно убью. – не отвлекаясь от работы Доньёку в первый раз от начала битвы ответил демону.

Закончив дело, Доньёку выпрямился и прекратил технику дыхания. Пульс начал медленно падать, доставляя боли в грудной клетке и голове.

Обратив внимание на голову, что каким то образом стояла на обрубке шеи на земле, Доньёку вытер пот со лба и подошёл к голове.

— Т-ты чего творишь. Отпусти меня! – он просто поднял голову демона на уровень глаз и покрутил ее.

— Был бы ты женщиной...– у демона пробежали мурашки по отделенным частям тела, хоть он и не до конца понял почему. – Говоришь, отпустить?

— Да! Я никогда больше не нападу на тебя. – начались торги, что быстро сорвались.

— Если бы напал снова — снова бы расчленил. Не убедил. – общаясь с демоном, Доньёку положил его на ствол разветвляющегося дерева, зажав его между двух половин.

— Что ты делаешь с моей голово...АРГХ!! – не успел демон закончить предложение, как его голову силой вдавили между двух разветвляющихся сторон ствола дерева. Его глаза буквально просили о милостыни.

Тем не менее, Доньёку, соорудив безопасную подставку для ноги, наступил на нее и наконец-то сорвал плод с дерева.

Голова в это время издавала хнычущие, в перемешку с каким то другим неприятным, звуки.

«У них же вроде обоняние лучше развито?..»

— Эй...демон. У вас ведь обоняние хорошо развито?

Демон, через плач мгновенно ответил:

— Д-да, отпусти меня...– и вновь начал плакать.

«В таком случае лучше собрать побольше плодов и сваливать отсюда побыстрее...» – других демонов мог привлечь запах крови.

Доньёку, уже снова наступив на голову, вновь оттолкнулся от неё, слыша завывание и неприятный хлюпащий звук. Собрав побольше плодов в карманы, он спрыгнул с дерева.

«Надо будет найти прочную сумку, а то остальные не выдерживают...» –Доньёку уже пробовал носить сумки, но с тропинками, что вели в лес, или в реку, они быстро приходили в негодность.

Взяв две ноги и две руки, Доньёку бросил их в разных направлениях подальше от этого места.

«Как же его мольбы действуют на нервы...но он может затаить обиду и найти меня по запаху...»

Доньёку опять использовал голову демона, чтобы осмотреться, и нашел в относительной близости водоем.

«Наверное там будут люди....или демоны» – тем не менее, нужно пополнить запасы воды в организме.

Доньёку нашел камень и раздолбил им голову демона, а туловище отправил вниз по склону.

«Веревок у меня нет, надеюсь так выиграю достаточно времени...» – если бы у него имелись веревки, он попробовал повторить опыт столпа ветра, имя которого, к сожалению, не помнил.

Доньёку отправился вверх, по направлению к водоёму.

Солнце уже начало всходить, когда он дошел до него. Вдоволь напившись, на противоположном берегу он увидел как кабан опустил голову голову к воде и пил.

Благо, расстояние было менее 500 метров, и, переплыть водоем было возможно.

Доньёку уже начал думать, как съесть кабана, тот встал на две ноги и побежал в лес.

«Кабан?.. как там его... Иноске?» – парень хоть и слегка удивился, но быстро понял кто на другом берегу.

Но Доньёку не обратил на него должного внимания — если не получилось поесть, значит, получится помыться.

Сняв с себя все вещи, кроме нижнего белья, Доньёку элегантным прыжком нырнул в неподвижное озеро.

Водная гладь отсвечивала светом, а Доньёку набрал в лёгкие побольше воздуха и неспешно болтал ногами, поддерживая себя на плаву животом вверх.

Через довольно продолжительное время, он услышал оглушительный крик с той стороны, откуда пришел.

— Выходи, мелюзга проклятая!!! Давай сразимся!!!

Перестав двигать ногами, Доньёку принял вертикальное положение в озере, поддерживая себя руками.

«Только он может так сквернословить и одновременно голосить на всю гору...» – как и ожидалось, на том берегу, махая двумя устрашающими клинками ничирин, стоял Иноске.