— Не сжимай рукоять так сильно. И в плечах слишком много напряжения. Не верь в чушь, что расслабление придет само собой в ходе тренировок. Если с самого начала не заложить прочный фундамент, высоких вершин не достичь.

Меня обучал фехтованию заместитель командира рыцарского ордена Брейо.

Высшее фехтование я изучал только в теории, но базовую технику мне преподали до мельчайших деталей.

Вжух!

Я продемонстрировал один из приемов стиля Брейо.

Я не собирался учить Брауна всему стилю, а лишь показать отдельные элементы, чтобы подправить его фехтование.

— Н-не могли бы вы показать это еще раз?

В герцогстве Брейо меня учили этому бессчетное количество раз, но постоянно ругали за то, что я не могу выполнить правильно ни одного приема.

А теперь я четко демонстрировал стиль Брейо.

Может, это и не вызывало восхищения у мастеров, но было вполне достаточно, чтобы поразить рыцаря, всю жизнь прожившего в глуши.

— На этот раз попробуй повторить, используя ауру. На полвдоха быстрее, чем раньше, и когда выпускаешь ауру, представляй, что она изливается из центра энергии к макушке.

Сэр Браун повторил мои движения несколько раз.

А затем снова принялся за охоту.

Вжух-вжух-вжух! Свист! Бац!

Пока мы охотились, солнце поднялось в зенит.

Время, когда хищники прятались от жары и спали.

Но я нарушил их сладкий сон.

Серые волки, шакалы, гиены, пятнистые кабаны и прочие хищники обитали на окраине Восточного леса.

Они не могли зайти вглубь леса.

Из-за «гоблинов», с которыми не могли справиться даже войска барона Хеврона.

«Если бы послать сюда трех-четырех рыцарей герцога, они бы мигом перебили гоблинов».

Но это было не герцогство Брейо.

Браун, единственный рыцарь барона Хеврона, по мастерству не годился даже в подметки рыцарям герцога.

Раньше периодически нанимали наемников, чтобы сократить численность гоблинов.

Но теперь и это стало непосильной ношей, и тварям позволили плодиться.

Гоблины правили в Восточном лесу как короли.

Закончив две охотничьи вылазки, я подошел к солдатам, которые стояли без дела, и спросил:

— Не скучно просто так стоять?

Стоявший передо мной солдат Пирсон ответил за всех:

— Никак нет!

— Да брось. Наверняка руки чешутся. Разве нет?

— Никак нет! Мы в порядке!

Я сделал серьезное лицо и ответил:

— Разве можно так легко говорить, что вы в порядке? Солдаты, получающие жалование от барона, тратят время впустую и говорят, что это нормально? Не слишком ли упала дисциплина? Тем более когда юный господин, которому вы должны служить, истекает потом, убивая хищников!

Солдат Пирсон занервничал.

Он лихорадочно соображал, что ответить, потом крепко зажмурился и крикнул:

— Исправимся! Руки чешутся!

— Вот как? Все думают так же, как Пирсон?

— Так точно!

— Хорошо. Я заполню ваше свободное время. Все взяли копья.

Я взял одно копье и принял стойку.

Солдаты безропотно повторили за мной.

Они видели, как я учил сэра Брауна фехтованию.

— Угол вот такой. Кончик копья на уровне переносицы. Ноги на ширине плеч, левую ногу на полшага вперед. Копье держите двумя руками. Руки не вплотную друг к другу, представьте, что между ними помещается еще одна ладонь.

Я поправлял стойку каждого солдата.

Даже это заняло немало времени. Когда все приняли одинаковую позу, я с силой сделал выпад копьем.

— Из этой стойки делаете шаг правой ногой и наносите удар. Вот так, резко!

Вжух!

Копье рассекло воздух со свистом.

Словно мгновенно сокращая дистанцию с врагом, копье ударило дальше своей длины.

Все благодаря работе ног.

Солдаты, которые сами работали копьями, удивленно уставились на меня.

Я тоже был немного удивлен.

Солдаты, знавшие технику копья лишь в теории, выполняли ее даже лучше, чем я ожидал.

«По отдельности их способности не очень, но вместе они выглядят угрожающе».

Копья, выброшенные одновременно тридцатью солдатами регулярной армии, создали единый поток воздуха.

Казалось, они стали единым организмом — в этом и заключалась истинная ценность Копейного стиля Монолит.

— Пока я охочусь, отрабатывайте эту стойку. Пирсон.

— Есть! Пирсон!

— Ты будешь командовать. Ритм такой: Коли! ...На место, коли! ...На место. Если голос будет тихим или ритм замедлится, вернетесь в казарму и начнете все сначала.

— Есть!

Казалось, у солдат действительно чесались руки.

Им не терпелось освоить технику копья, которой я их научил.

Даже в их глазах было видно, что я преподаю им высшее боевое искусство.

— Коли! ...На место. Коли!

Солдаты двигались под команду Пирсона.

Когда они начали яростно колоть копьями, хищники, которые поглядывали на нас из леса, попрятались.

Сэр Браун подошел ко мне и спросил:

— Вы и копейный бой изучили?

Луис де Хеврон учился у Брауна только фехтованию и работе ног.

— Выучил по книгам. В библиотеке барона оказалось полно сокровищ.

Браун был в замешательстве: он не мог ни безоговорочно поверить мне, ни усомниться.

Ведь именно Браун наблюдал за моими боевыми навыками с самого близкого расстояния.

К закату мы добыли более сорока серых волков и убили еще больше пятнистых кабанов.

Одного мяса с этой охоты хватило бы, чтобы жители на какое-то время наелись досыта.

Никто не покушался на добычу.

Дичь, добытая с участием солдат, принадлежала лорду.

— Из этих шкур сделайте кожаные доспехи для солдат.

— Шкуры серых волков лучше продать как предмет роскоши, чем пускать на доспехи.

Сэр Браун был верным вассалом.

Он думал о бедном лорде больше, чем о нуждающихся солдатах.

— Сэр Браун.

— Да, юный господин.

— Время ли нам сейчас мелочиться? Сегодня охотились только мы двое, поэтому потерь не было. А если они пойдут в лес и столкнутся с гоблинами, как думаешь, сколько из них вернется живыми?

— Вы всерьез намерены зачистить Восточный лес?

— Именно так.

Сэр Браун, похоже, счел мои слова детской бравадой юного господина.

Но теперь выражение его лица изменилось.

Тридцативосьмилетний рыцарь, знающий жизнь, принял слова девятнадцатилетнего юноши всерьез.

— Я исполню ваш приказ.

Реакцию Брауна можно было понять.

Он, должно быть, всю жизнь прожил без надежды.

Большинство здесь считало естественным родиться и умереть, будучи запертым в Хевроне.

Спустились сумерки.

Наступало время, когда преимущество переходило от людей к хищникам.

Из глубины леса я почувствовал чей-то взгляд.

Напитав глаза аурой, я вгляделся в чащу и встретился взглядом с тем, кто смотрел на меня.

Гоблин-разведчик.

«Умные твари, не лезут напролом, а шлют разведку. И их много. Если сунемся без плана, можем нарваться на контратаку...»

В нынешней ситуации атака на лес означала бы верное поражение Хеврона.

Если же они нападут на Хеврон, мы понесем огромные потери. И они наверняка это понимают.

«Соберут побольше сил и нападут. Нужно ударить первыми, пока не началось».

Весь месяц мы охотились на хищников в Восточном лесу.

Поначалу выходили только я и Браун, но после того как солдаты выучили девять приемов стиля Монолит, они стали сражаться вместе с нами.

Месяц — не такой уж долгий срок.

Но для человека, который всю жизнь скрипел зубами в ожидании хоть капли таланта, это время казалось вечностью.

«Получилось!»

Я привык к Антарской технике ауры.

Огромное количество поглощенной телом ауры бешено вращалось вокруг моего центра энергии и плотно укладывалось внутри.

Аура, наслаиваясь слой за слоем, как пыль, в конце концов образовала твердый кристалл.

Его размер был несравним с тем, что был раньше.

В нынешнем состоянии я мог использовать полную силу Инферно более десяти минут.

Я достиг уровня, не уступающего среднему элементалисту.

Но я не мог довольствоваться этим.

«Это просто уровень чуть выше среднего. Среди тех, кто прославился в моем возрасте, нет никого, кто не умел бы хотя бы этого. До моих братьев мне еще далеко».

Прямые потомки герцога Брейо проявляли себя еще до двадцати лет.

Первого называли лучшим рыцарем королевства Зенон, второй был многообещающим магическим дарованием, а младшая сестра заключила контракт с высшим духом воды в тринадцать лет. Конечно, эти слухи во многом были созданы семьей Брейо.

Как бы то ни было, по сравнению с ними я был зауряден.

К тому же теперь у меня была еще одна задача.

«Я — будущий лорд Хеврона».

Раньше я об этом не думал.

Тогда я думал только о том, чтобы стать лучшим, а управление землями меня не волновало.

Даже если я не буду этим заниматься, лучшие умы королевства будут управлять герцогством за меня.

— Лорд не управляет землями. Он находит полезного человека, сажает его на место и дергает за ниточки как марионетку.

Так учили в Брейо.

Это был метод влиятельных аристократов.

«В списке тех, кого хотел завербовать герцог, есть несколько отвергнутых. Их привезли, думая, что они толковые, но, раскрыв карты, сочли посредственностями. Но даже такие таланты для Хеврона — роскошь. Пока что закроем ими дыры. Нет, научим их методу Хеврона, который превзойдет Брейо».

Было много тех, кто умолял о шансе, рыдая и унижаясь.

Те, кого выбросили, высосав все соки, ненавидели Брейо, но не смели перечить.

Некоторые из них уехали в глушь и жили как отшельники.

В какой бы дворянский дом их ни пригласили, это был не Брейо.

«Жаль, но тех, кто занимал важные посты у герцога, вербовать нельзя. Они могут быть причастны к моей смерти».

Прямо сейчас это сложно, но когда-нибудь я должен раскрыть личность убийцы и отомстить. Только тогда мне станет легче.

«Сначала нужно открыть дорогу, чтобы можно было хотя бы отправить письмо. Когда откроется путь через Восточный лес, я соберу людей. Тех, кто вместе со мной превзойдет Брейо».

Я надел доспех из тонких металлических пластин, а поверх накинул шкуру серого волка.

В плечах и животе стало тесновато по сравнению с тем, что было пару дней назад, пришлось ослабить ремни.

За это время мышцы увеличились.

Я не потратил впустую ни минуты за этот месяц.

Каждый день занимался физической подготовкой, привыкал к фехтованию и технике ауры, которые знал только в теории.

Антарскую технику меча я тоже подстроил под свое тело.

При необходимости я без колебаний заимствовал и комбинировал приемы из других стилей.

— Готов, юный господин.

Сэр Браун тоже изменился до неузнаваемости по сравнению с тем, каким был месяц назад.

Помимо того что его движения стали легче, на лице появился румянец.

Его жизнь рыцаря, которая катилась по наклонной, достигла поворотного момента.

Он рос быстрее, чем в свои лучшие годы.

Он и сам чувствовал перемены.

Когда мы вышли на плац, солдаты уже построились.

В отличие от прошлого раза, они стояли ровными рядами, без малейшего изъяна.

Наконец-то они выглядели как солдаты.

— Кто разрешил отдыхать?

Не успел я рявкнуть, как солдаты тут же пришли в движение.

— Ха! Хоп! Ха!

Солдаты кололи копьями под такты выкриков.

Они походили на движущуюся крепостную стену, утыканную острым осадным оружием.

Только выполнив весь комплекс стиля Монолит от начала до конца, солдаты убрали копья и замерли.

Они смотрели в пустоту, но их уши ловили каждый мой звук.

Родители вышли проводить меня и солдат.

— Сынок, ты правда идешь?

— Да, иду.

Мать выражала беспокойство словами и жестами, а отец тревожился только взглядом.

— Дорогая, это дело мужчин. Не мешай ему.

Отец шил одежду для младшей сестренки, которая должна была родиться через полгода. Ребенок еще не родился, но отец был уверен, что это девочка.

Это было хобби и особый талант отца.