Глава 1. Выстрелы

Сегодня был ужасный день. Бомбардировка рядом с моим убежищем, почти закончившаяся еда, и 15 часов скитаний в поисках безопасного места. Вокруг одни враги. Люди убивающие людей по чужой воле. Но и я для всех враг. Убивающий ради забавы, хотя сейчас это единственное мое спасение.

Война за ничего. Война из-за ничего. Сколько уже прошло времени с её начала? Казалось, ещё вчера я мог спокойно ходить по улицам мегополиса, а сегодня даже на краю земли нельзя сказать, что нахожусь в безопасности. Вокруг одни враги. И я для всех враг. А значит, я должен убивать, чтобы не убили меня, чтобы я продолжал жить... Нет, выживать.

Но хочу ли я этого?

Сидя в углу комнаты на втором этаже какого-то потрепанного домика, я слышал отдаленные звуки выстрелов. Как скоро мне придётся покинуть и это место? Смогу ли я пережить эту ночь? Звук взрыва гранаты, выстрелы, выстрелы, взрыв... И так постоянно, куда бы не пошёл. Эти звуки давно стали для меня фоновыми, а вкупе с проливным дождём это словно колыбельная песня... Глаза сомкнулись непроизвольно, и я утонул во мраке.

"Веселые крики детей, играющих на улице, хлопки по ковру, из которого выбивают пыль, ссорящаяся парочка, скрип старых качелей, свежий солнечный денёк. Детские крики, хлопки по ковру... ВЫСТРЕЛЫ!"

Я вскочил на ноги. Детские крики. Выстрелы. Слишком близко. Я накинул портфель, аккуратно подобрался к окну и посмотрел в него. Картина не из приятных, солдаты под дулами автоматов ведут детей и женщин в сторону восходящего солнца. Уже восход... Я проиграл усталости и упустил время более менее безопасного побега. Надеюсь, они пройдут мимо. Примерно раз в 10-15 метров солдаты стреляли в землю, чтобы заложники поторапливались или закрывали рты. Вокруг одни враги. Я должен остаться незамеченным, я не должен подвергать себя большей опасности, я не должен умереть. Выстрел. У одной из девушек подкосились ноги, её избавили от этого мира. Началась паника, солдаты ищут укрытие, дети и женщины разбегаются кто куда. Выстрел был метрах в ста отсюда, прямо напротив моего дома, но не все это поняли, и следующие два выстрела сбивают с ног солдата.

Слышны шаги на первом этаже, пытаться уйти уже слишком поздно, но уйди я раньше, пропустил бы веселье.

Портфель сполз на пол, вход в мою комнату находится напротив лестницы на второй этаж. Я обнажил катану и стал выжидать около двери, но никто не поднимался. Шаги подо мной продолжались, но они не приближались. По звукам один человек. Бояться нечего. Хоть дому уже достаточно досталось, ни двери, ни пол, ни ступеньки не скрипели, это повышало мои шансы. Аккуратно спускаясь по лестнице, я внимательно осматривал комнату, в которую направлялся, и прислушивался к звукам. Пустая перевернутая вверх дном комната, и выстрелы за стенами. Проход на кухню из гостиной был открыт, двери, по ощущениям, там никогда и не было. Я приблизился к стене, отделяющей меня и моего врага. Уловил движение его ног, и только он успел попасть ко мне в комнату, как потерял голову.

Я уж было начал возвращаться на второй этаж, как кто-то запрыгнул в окно спальни. Солдат помчался к двери, мои действия не отличались от его. Только он оказался скучным, выбил дверь с такой силой, что ударился в стену, упал, уронил оружие и умер от касания катаны по горлу. Теперь, надеюсь, меня уже не потревожат.

Спустя всего каких-то двадцать минут мои близкие враги потерпели разгромное поражение. Как я и хотел. Сделав глоток воды, я спустился и вышел через заднюю дверь.

Глава 2. Дяденька

— Дяденька, у вас есть еда? Дайте, пожалуйста, я очень голодна. Я потеряла маму пару дней назад и с того момента ничего не ела.

Бледный ребенок, на вид лет семи, сидит на полу, оперевшись на кровать, видимо без сил на неё подняться. В его глазах играла жажда жизни, но также блестело чёрное платье смерти, слившись в гармонию.

Моё первое желание - освободить его от мук. Второе желание - избавить его от гниющего и сжигающего всё мира. Третье - дать насладиться всей болью его жизни. И я выбрал последнее. Молча достал из портфеля печенье, черствый хлеб, колбасу и тушенку. Отдал ему и завалился в угол комнаты.

Я позволил девочке продолжить страдать. Возможно, она родилась уже во время войны. Но мне то какое дело? Ребёнок, родившийся в уже треснувшем мире, - счастливчик, он не застал момента гниения, а только лишь вдохнул яд. Не знавши счастья, не стремишься к нему, но вкусив боль, пытаешься её избежать. Но куда бежать, если не знаешь ничего, кроме неё?

Всё тело трещало, каждый орган горел, ноги истоптаны в кровь. Всё, что я могу чуствовать, - боль. Единственная возможность избежать всего, - это сон. Сон, после которого не хочется просыпаться, но всё равно просыпаешься, потому что это всего лишь сон, лишь часть от того, что называют "жизнь".

Свежий летний денёк, я перенимаю его тепло всеми фибрами души. Наверное, нет лучше момента, чтобы в тысячный раз пройтись по паркам города и провести весь день в мыслях о том, как иногда бывает хорошо жить. Щебечут птицы, поёт солнце, смеются, веселятся люди, даже наушники оставлю в кармане на некоторое время, всё равно скоро наскучит слышать окружение. Слишком жарко, чтобы отказаться от покупки мороженого и холодной воды. И так подумал не я один, иначе объяснить огромную очередь невозможно. Как всегда работает только одна касса, да ещё и завязался спор между покупателями в начале очереди... Я почувствовал, что кто-то коснулся моего плеча.

И проснулся от этого касания. Я посмотрел, что меня пробудило. Это была девочка, укрывшая меня одеялом. Она села рядом со мной, оперев голову на меня и уставившись томным взглядом в пустоту. Спустя несколько секунд её серые глаза скрылись за веками. "Ребёнок войны." - подумал я - "Ребёнок войны, что не потерял веру в других."

Тело снова отозвалось болью. Я продолжил утолять её сном.

Я почувствовал, что кто-то коснулся моего плеча...