Эмилия: Зря мы всё решили сами, не посоветовавшись с Отто…

После разговора с Джошуа они отправились в комнату сереброволосой полуэльфийки. Сев на предложенное место, черноволосый парень усмехнулся и…

Субару: По-моему, об истерике, которая случилась с Отто, будут слагать легенды. Но, если честно, я согласен с тобой, моя Эмилия. Единственное, что меня смущает – это наличие возможных подвохов.

Эмилия: Я не думаю, что Анастасия придумала что-то ещё, раз отправила таких серьёзных послов. Бог с Мими, но меня удивил Джошуа, который смог легко перевести беседу в своё русло.

Субару: Возможно, она признала тебя своим соперником, раз отправила сюда члена семьи своего рыцаря. Кстати, мне всегда было любопытно, почему в древности знатных послов никогда не убивали. И вот оно, в итоге, как получается… Не думал, что мне придётся познать это на личном опыте.

Речь шла о доверии между сторонами. Если люди прознают, что правитель ведёт себя слишком неадекватно, то это может повредить его положению. Никто из фракций не хочет себе наживать лишних врагов, которых с ростом числа последователей станет лишь больше. Поэтому-то никто не желает провоцировать влиятельных людей. Как уже было сказано, встреча с Джошуа Юклиусом уже подошла к концу – и в особняке Розвааля воцарилась ночь. Поскольку было бы не красиво отправлять их сразу же домой, гостям было предложено переночевать. А приглашение в Пристеллу в итоге было принято. Джошуа, конечно, старался не показывать виду, но все заметили, как он выдохнул, узнав об общем решении. Кто знает, возможно, его строгой монокль был всего лишь украшением, чтобы придать себе важный вид… А внутри фиолетововолосый парень был более простым и приятным человеком.

Субару: Он мне больше нравится, нежели его брат.

Эмилия: Ты всегда так не справедлив с Юлиусом… Неужели до сих пор не можешь забыть то, что случилось во дворце?

Услышав бормотание Субару, она не приметнула подшутить над ним. Обычно при подобном упоминании черноволосый парень сразу краснел и чувствовал, как внутри сердце начинает полыхать от нахлынувших воспоминаний. Но вот прошло уже достаточно много времени… Может быть, всё изменилось?

Субару: Да ни за что на свете! Я всё ещё не могу забыть это – и мило улыбнуться. И вообще тогда я был молод и неопытен – и в дальнейшем поплатился за свои проступки. Было неплохо, если бы судьба тоже воздала урок Юлиусу…

Эмилия: Но я слышала, что вы оба помирились, извинившись друг перед другом. Прекрати дуться и нянчить своё эго!

Субару: Хм… что поделать, я всего лишь человек!

Эмилия осуждающе посмотрела на него, но черноволосый парень был непреклонен. Субару отвернул голову в сторону. Эмилия уже хотела нахмуриться, но, не сдержавшись, улыбнулась.

Эмилия: Хорошо, Субару, дело твоё. Но не смей конфликтовать с Юлиусом, когда мы увидим его в Пристелле. Вы оба рыцаря – и не должны использовать силу не в благих целях.

Субару: Да-да, слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа.

Он попытался скрыть своё смущение очередными шутками – и раздражённо почесал подбородок. Пройдясь задумчивым взглядом по комнате Эмилии, черноволосый парень вдруг кое-что вспомнил.

Субару: О, точно, моя Эмилия, мне не так много известно о Пристелле. Что о ней говорят?

Эмилия: Ха, Субару, тебе ещё так много всего предстоит узнать… Пристелла – один из пяти самых больших городов Лугуники, который находится рядом с рекой Тиграси – границей, за которой находятся Карараги. Город известен тем, что построен прямо на месте большого озера. От него по всей территории в разные стороны проделаны каналы.

Субару: Ну, если не считать того, что эта информация была не самой полезной, я понял, что Пристелла – город на воде. Всё-таки, есть же у нас Венеция, поэтому кто сказал, что и здесь такого не может быть?

Любому при упоминании городов на воде приходит на ум этот знаменитый город на северо-востоке Италии. Он со всех сторон окружён водой – и его здания омываются каналами. Венеция – один из самых романтических мест, в котором каждому стоит побывать хотя бы раз. Даже Субару считает этот город крайне живописным. Получается, что нечто похожим является и Пристелла.

Эмилия: Нет, Субару, Пристелла не просто город на воде. Она является Городом Водных Врат.

Субару: Городом Водных Врат?

Эмилия: Точно. Поскольку Пристелла находится посреди озера, то её затапливает во время дождя. Поэтому чтобы регулировать уровень воды, были построены огромные стены с вратами. Они та-а-акие классные, что из-за них это место стали называться не просто городом на воде, а Городом Водных Врат.

По мере её объяснения фантазия Субару переписала внешний вид города с красивого живописного места на огромную водную клетку. А ведь всё было так прекрасно… пока не добавили эти гигантские стены. Субару задумчиво склонил голову, обдумывая, зачем вообще нужно было строить такой сложный механизм.

Эмилия: Есть много разных теорий по поводу такой сложной инфраструктуры. Одни говорят, что это была попытка воспользоваться новыми технологиями, другие – о желании покорить природу без помощи магии или сил Дракона, а третьи вещают, что кто-то пытался заточить там жуткого Зверодемона.

Субару: Ни одна из теорий не звучит убедительно… С другой стороны, не всегда можно понять всю глубину человеческой мысли.

Порой обычным людям кажется странным те идеи, которые предлагают воплотить жизнь настоящие гении. Но в итоге подобные предложения могут стать настоящим прорывом…

Субару: В любом случае, вернёмся с небес на землю… Нам так и неизвестно, что затевается там. Сомневаюсь, что нас пригласили, чтобы просто помочь по доброте душевной.

Эмилия: А точно ли? Может, Субару, тебе стоит чуть больше доверять людям вместо того, чтобы везде искать подвох?

Субару: Прости, но каждая кандидатка на престол далеко не ангел. Поэтому я не сомневаюсь в том, что нас ждёт какой-то подвох.

Конечно, Круш сама по себе благородная дама, но он не мог знать наверняка, останется ли она такой впоследствии. К тому же, рядом с ней есть Феликс, который готов на всё ради своей госпожи. Конечно, Вильгельм всегда может повлиять на него, но Субару и сам опасается Демона Меча. Кто знает, на что каждый из них способен… Что касается Анастасии, не было ясно, о чём она думает – или что её направляет… Черноволосый парень не мог понять цель её приглашения. Юлиус, конечно, все еще остается самым благороднейшим из рыцарей, но и он подчиняется своей госпоже. А члены Железного клыка, прежде всего, наёмники, которым чужды личные предпочтения. С другой стороны, их честное отношение к делу Субару воспринимал с положительной точки зрения. Райнхард и Ром из фракции Фельт заслуживают доверия, но вот их госпожа остаётся для черноволосого парня загадкой. Поскольку она согласилась участвовать в Выборах на престол, Субару должен быть готов к тому, что эта мелкая хитрая чертовка может запросто поставить ему подножку. К примеру, если она всерьёз прикажет Райнхарду выступить против них… о победе можно и не мечтать. Но сложнее всего с фракцией Присциллы. Никому из них Субару не доверял. Хоть Ал и родом с Японии, он всё равно на удивление предан своей госпоже. Поэтому он вряд ли вступится за Субару, когда как сама Присцилла может быть до безобразия непредсказуема. Она легко может обезглавить его с улыбкой на лице. Настолько порой абсурдны её капризы… В итоге, за прошедший год кандидатки на престол всё ещё сторонятся друг друга. Субару требовалось копнуть глубже, если он наделся понять о них больше того, что ему открылось тогда во дворце. Поэтому-то он и решил принять предложение на вечеринку.

Субару: Честно говоря, меня напрягает тот факт, что мы будем должны что-то Анастасии. Как она вообще догадалась, что ты ищешь магический камень высшего качества?

Эмилия: Паку тогда пришлось показаться во дворце. Я не хотела, чтобы кто-то понял его ограничения в отношении времени – и старалась быть ооочень осторожной в своих высказываниях… но за всеми словами не уследишь.

Субару: Вот оно что. В любом случае, даже если мы получим магический камень, ситуация особо не склонится в нашу сторону. Ведь получим мы его в долг.

Конечно, возвращение Пака весьма усилит и без того значительные возможности Эмилии. Однако одной лишь грубой силой не выиграть борьбу за престол. Это лишь ещё сильнее докажет то, что никакой победы над Великим Кроликом не было… Да-да, не было. Это второе достижение фракции Эмилии, не связанное с победой над Архиепископом греха Лени, не было официально принято. Ведь значимых свидетелей, способных доказать смерть Великого Зверодемона, нет – и даже трупов от монстров у них не осталось. Великий Кролик сгнил в другом измерении, не в состоянии вернуться назад. И хоть это было правдой… никто не поверил в это. Даже заклинание Ал Шамак, которое использовала Беатрис, сейчас является забытым волшебством. А сама малютка была не в состоянии снова воспроизвести такое мощное заклинание из-за отсутствия должного количества маны. Конечно, они доложили о поражении Зверодемона в столицу, но это пока что не было официально приписано к их достижениям. Ведь если фракции Эмилии придётся предоставлять доказательства, то они раскроют обстоятельства храма во всех деталях – и всем будет известно, что Розвааль скрыл от общественности целую деревню на своей территории. Так что… им пришлось отступить. В качестве утешительного приза было сказано, что всё-таки их заявление могут признать настоящим, если в ближайший десяток лет Великий Кролик не покажется в округе. Только вот вряд ли фракция Эмилии получит от этого пользу спустя такой большой срок… Сама сереброволосая полуэльфийка, правда, при этом не сильно беспокоилась о такой потере.

Субару: Как жаль. Я через столько прошёл, чтобы угробить этих мерзких кроликов…

Эмилия: Но мы ведь сделали это, пусть нам и не верят. Так что, этот страшный Зверодемон больше не причинит никому вреда. Разве это не замечательно?

Субару: Моя Эмилия, нельзя быть такой альтруисткой…

Он считал, что подвиги на то и являются таковыми, чтобы другие признавали их. Но слова Эмилии, которые буквально были пронизаны чистейшим благородством, заставили его тут почувствовать собственное ничтожество. Хотелось бы ему думать так же, как она… Но, вероятно, Субару такое не дано. Черноволосый парень всегда стремился заслужить общественное внимание. Увидев, как он надулся, Эмилия слегка улыбнулась. Субару часто не замечал то, как она порой смотрела на него… Её глаза наполнялись такими странными эмоциями, которые одновременно были сродни матери, заботящейся о своём дитя, и чувствами, возможно, более глубокими, чем обычная опека…

Эмилия: Люди уже знают, что ты многое сделал, Субару. Ведь официально было признано, что ты одолел Белого Кита и Архиепископа греха Лени.

Субару: По поводу этого… мне кажется, что я лишь присвоил себе чужое. Во время битвы с Китом многие сделали гораздо больше, чем я. Мне повезло лишь оказаться в нужном месте и в подходящее время. А что касается Архиепископа греха… я вообще не планировал побеждать его.

Тогда во время сражения с Петельгейзе он лишь хотел защитить Эмилию. Точнее… его поддерживало одновременно стремление уберечь сереброволосую полуэльфийку и жуткая личная ненависть к Архиепископу греха Лени. Нельзя было сказать наверняка, какое из этих желаний было сильнее… Они были оба связаны и исходили от самого Субару. Поэтому ему было тяжело принимать тот факт, что его личные заморочки могут считаться героическим подвигом.

Эмилия: Но то же самое и с Великим Кроликом. Ты смог в такой кратчайший срок одолеть двух Великих Зверодемонов, которые терроризировали этот мир в течение четырёхсот лет…. Возможно, с моих уст это прозвучит не очень красиво, но ты сделал го-о-ораздо больше того, чего о тебя ожидали…

Субару: Это точно. С моей помощью они больше не появятся на этом свете. Если так подумать, я действительно был неплох. Надеюсь только, что последний из Трёх Великих Зверодемонов не покажется…

Эмилия: Ага…

Субару мысленно взмолился, чтобы его не дай бог не свели с Чёрным Змеем. Только вот неуверенный ответ Эмилии его слегка обескуражил. Как будто… у неё были свои мысли в отношении этого монстра.

Эмилия: Ладно, вернёмся к Пристелле.

Но не успел Субару понять, в чём причина, как она тут же сменила тему. Похоже, что Эмилия не горела желанием обсуждать это. И Субару, ставший за прошедший год мудрее, решил лишний раз не мучать её. Хотя, конечно, он всё ещё часто делает так, как ему вздумается – и порой ведёт себя совершенно бестактно.

Эмилия: Значит, мы решили, что поедем. Но вот каким составом? Я бы хотела поговорить об этом с Розваалем, например.

Субару: Я думаю, не о чем беспокоиться. Вместе с тобой поедет твой рыцарь – в смысле, я – и моя напарница, Беако. Но, если честно, неплохо было бы захватить Гарфа для боевой поддержки – и Отто, раз он так настаивает. Хотелось бы, конечно, взять Петру или Фредерику, чтобы они присмотрели за твоими нуждами, но…

Эмилия: Это не вариант. Розвааль сейчас участвует на собрании владык запада. И мы давно уже знаем, что Петра ради опыта должна отправиться туда вместе с ним… даже несмотря на сто-о-оль сильное недовольство с её стороны.

Субару: После того случая с храмом она конкретно ненавидит Розвааля. Хорошо, что его самого это лишь забавляет – и Рам молчит, но…

Петра с пугающей скоростью набирает опыт, как будущая горничная, но внутри она всё ещё оставалась капризным ребёнком. Её резкое отношение к своему господину Розваалю сильно бросается в глаза. Порой она как бы случайно подливает ему в чай воды, оставшейся после стирки. Субару, правда, при этом старается закрывать глаза на такие “шалости”, оставаясь на стороне светловолосой девочки. Лишь время может залечить её раны – и вернуть утраченное доверие… и одним годом здесь не отделаешься.

Субару: Получается, Фредерике придется отправиться вместе с ними в качестве должного примера для Петры – как в этикете, так и в отношении к своему господину. Рам остается в особняке – без этого никак.

Эмилия: Разве? Ведь Аннерозе тоже будет на собрании – вместе с Клиндом. Уверен, он сможет уладить все проблемы в отношении Петры. И Фредерика им не понадобится.

Субару: Клинд для меня… слишком загадочный персонаж.

Он вспомнил о невероятном дворецком особняка Милоад, где фракция Эмилии оставалась некоторое время после событий в храме. Клинд работал с таким неуловимым рвением, что за ним невозможно было уследить. Нельзя было наверняка сказать, положительно ли эти слова оценивали его способности, но… таким человеком был Клинд. Тренировки Субару в технике паркура тоже начались с лёгкой руки дворецкого, научившего его основам. Он показал черноволосому парню, как простой человек с обычными физическими возможностями может двигаться наравне с остальными. Аннерозе вместе с Клиндом не раз навещали их в новом особняке Розвааля. Дворецкий даже присутствовал при тренировке Субару… Правда, потом он лично продемонстрировал свои навыки, с лёгкостью пройдя построенную Гарфиэлем полосу препятствий. На его лице не были ни капли пота… и даже одежда не помялась. И черноволосый парень тут же засомневался, человек ли он на самом деле.

Субару: Давай пока забудем о том, кто останется, а кто пойдёт… Не стоит об этом беспокоиться. Нам самим нужно быть осторожнее… как и мне, так и тебе, моя Эмилия.

Эмилия: Ага… Но мне всё равно неудобно из-за того, что мы согласились, не обсудив это как следует. Нужно извиниться перед Отто.

Субару: Конечно, обычно его особо не смущают все эти шуточки, но если он обидится, то будет ворчать очень долго. Поэтому я скажу ему, что как следует отчитал тебя за такое безрассудство.

Эмилия: Хе-хе, тогда ладно. Спасибо тебе.

Субару с победным видом поднял в воздух кулак, а сереброволосая полуэльфийка улыбнулась. Положив руку на грудь, она коснулась кулона с голубым камнем. В нём находился Великий дух Пак, который до сих пор спал непробудным сном. Его мощь была настолько велика, что кристалл даже не позволял им контактировать друг с другом. Как говорили Эмилия и Беатрис, стоит Паку сделать хоть что-то, камень тут же треснет – и серый кот освободится. Из-за этого в ближайшем радиусе всё подвергнется страшным разрушениям, после чего дух, лишившись маны, вернётся туда, откуда он пришёл. Именно поэтому Эмилия постоянно поддерживает камень своей маной, чтобы с Паком ничего не случилось. Но если они получат кристалл более высокого качества, проблема решится сама собой. И, по словам Анастасии, у неё есть такой камень.

Эмилия: Я смогу наконец-то поговорить с Паком. У меня появилось столько вопросов к нему…

Замолчав, она закрыла глаза. Её длинные ресницы задрожали – и Субару от неловкости почесал затылок. Он мог лишь догадываться, о чём сейчас думала сереброволосая полуэльфийка.

Субару: Слышь, ты, кошачий дух… Лучше тебе не увиливать от встречи. А то у меня собралось масса недовольства по отношению к тебе.

Конечно, как настоящий рыцарь своей госпожи он всегда поддержит её в трудную минуту… Правда, это не отменяло того, что сам Субару имел явный зуб по отношению к Великому духу.

※　※　※　※　※　※　※　※　※　※　※　※　※

Отто: Ну, знаете… Я ведь, прежде всего, думаю об общих интересах!

Сегодня торговец был явно не в духе. Отто Сувен со стуком опустил свой бокал на стол. После своего разговора с Эмилией Субару поужинал и решил увидеть Отто перед тем, как тот отправится заниматься своими вечерними делами. В итоге он встретил торговца в стельку пьяным и рассуждающим за жизнь.

Гарфиэль: Он так уже давно ноет. Даже крутой я скоро не выдержит.

Блондинчик сидел рядом с Субару, с недовольством слушая жалобы Отто. С высокомерным видом он засунул мизинец в ухо и почесал затылок, чтобы затем, щёлкнув острыми зубами, отпить от своего стакана с молоком. Это была заслуга Субару – он лично настоял на том, чтобы в особняке Розвааля пить начинали только с двадцати. Фредерика и Рам поддержали эту инициативу. Все прекрасно помнили, как однажды Отто в шутку решил накачать Гарфиэля алкоголем – и в итоге блондинчик стал неуправляемым. Субару решил придерживаться правил старого мира, поэтому в особняке сейчас позволено было пить лишь Розваалю, Отто, Рам и Фредерике. Собственно, поэтому среди собравшихся пьяным был только торговец.

Субару: Хватит ныть. Эмилия действительно сожалеет, что решила всё сама. Она понимает, что должна была обсудить это. Впрочем, какая разница, если бы исход всё равно остался прежним?

Отто: Дело не только в конечном результате. Важно само обсуждение. И это касается даже тех вопросов, ответы на которые и так понятны с самого начала. Нужно показать себя. А сейчас мы безропотно приняли чужое предложение… только сыграв на руку оппозиции!

Субару пытался утихомирить торговца, но тот не успокаивался. Самое печальное, что Отто был прав – и черноволосый парень не знал, как его урезонить. Однако…

Субару: Надо же… Ведёшь себя прямо, как настоящий кто-то там внутренних дел. Помнится, ты так старался отказаться от этой должности… И похоже, что всё это была лишь пыль в глаза.

Гарфиэль: Серьёзно, мы ведь всего лишь приняли какое-то там приглашение. Забей, Отто!

Отто: Ох, как меня бесит, что вы двое так ничему и не научились!

Отмахнувшись от торговца, довольные Субару и Гарфиэль с воодушевлением хлопнули друг друга по ладоням. Все трое парней были примерно одинакового возраста – и часто собирались вместе. То, как легко они заводили разговор друг с другом, было потрясающим. А по поводу министра внутренних дел… никого особо не волновало мнение Отто. Они понимали, что это его судьба. Мало того, что он, являясь сыном торговца, получил хорошее образование, так ещё и успел получить практический опыт, странствуя по миру. Также Отто отличался умом и расчётливостью. Для него такой исход был бы самым лучшим, нежели стать какой-нибудь офисной крысой. Но, тем не менее, торговец, склонив на бок голову, по-прежнему упрямо сопротивлялся, ворча о своей жизни в перерывах между раскладываниями бумаг. С учётом того, что он видел все секретные документы Розвааля, находится во фракции Эмилии и уже давно погряз в рутинной работе по управлению территорией маркграфа Мейзерса, ему просто некуда было деваться.

Отто: Ч-что такое? Почему у вас такая жалость на лицах? Будто бы вместо меня сидит курица, которую скоро разделают на кухне.

Субару: Мне больше нравится вариант, где я смотрю на инкубатор, который работает лишь для того, чтобы греть яйца.

Отто: Какой ужас!

Гарфиэль: Ну, хватит уже. Командир, завязывай. Мы же договорились, что будем делать это не чаще, чем десять раз в день.

Отто: А? Что-что это вы там должны делать не чаще десяти раз в день?!

От недовольства он покраснел, но Субару с блондинчиком тактично промолчали. Отто всегда себя так вёл – особенно, когда напивался. Они позволяли ему выплёскивать эмоции, зная, какая тяжёлая у него работа. Впрочем, порой их посиделки вызывали у торговца только ещё больше стресса.

Субару: По-моему, речь Отто можно понять нормально только, когда он истерит.

Отто: Ничего подобного!

Гарфиэль: Да-да-да… хорош болтать. Лучше выпей ещё бокальчик-другой. Эй, командир, есть небольшой разговор.

Субару: Ммм? Не часто ты ко мне обращаешься с таким серьёзным видом. Что такое?

Отто нахмурился и, наполнив стакан, начал его молча пить. Гарфиэль перевёл взгляд на Субару. Весь его рот был грязным от молока.

Гарфиэль: Короче, речь о вражине. Между кандидатками на престол ещё не было никаких прямых конфликтов – и, похоже, хозяйка вечеринки, пригласившая нас, явно напрашивается. По-любому, она что-то задумала, верно я говорю?

Субару: Ты думаешь, она захочет устроить показательные бои?

Гарфиэль: О чём и речь. Скорее всего, к этому всё и идет. Бог с этим дохлым Джошуа… видел эту малолетку… кошкодевочку с ним?

Субару так и подмывало сказать, что она того же возраста, что и блондинчик. Но он решил сдержаться. Да и вообще… с Мими-то что не так? Судя по тому, что видел Субару, он вела себя как обычно, поглощая сладости с чаем. Ничего особо не изменилось.

Гарфиэль: Эта девчуля не простая. И она всё время пялилась на крутого меня – не только во время беседы, но и даже за ужином. До неё, вероятно, дошло, что я самый крутой здесь.

Субару: Ты уверен? Да, Мими сильна – и любит порой броситься с головой в драку, но…

Она не похоже на человека, у которого был бы какой-то хитрый замысел. Для Субару Мими всегда останется легкомысленной – в одно ухо вошло, а из другого вылетело.

Гарфиэль: В общем, она явно напрашивалась, все время смотря на крутого меня. Поэтому нам надо быть осторожнее, чтобы вас с госпожой Эмилией не застали там врасплох, командир. Можно пожертвовать, к примеру, Отто… но вот без тебя мы никуда.

Отто: Вы хоть понимаете, какой бардак бы творился на этой земле, если бы меня не было? Поэтому можно было бы и поуважительнее относиться к моей персоне!

Конечно, Гарфиэль не пытался обидеть торговца в разговоре с Субару. Просто он пытался донести до черноволосого парня свою мысль… хотя никто не спорит, что при этом блондинчик не приметнул лишний раз подтрунить над этой “персоной”, распивающей сейчас горячительные напитки.

Субару: Хорошо, тогда будем осторожными. Не хочу лишний раз давить… но мы надеемся на тебя, Гарфиэль.

Гарфиэль: Без проблем. Гарфиэль Тинзель… крутейший из хранителей… легендарный защитник… всё порешит!

Он с важным видом ткнул в себя пальцем – и Субару кивнул в ответ. Затем черноволосый парень сделал глоток молока из собственного стакана, задумавшись над тем, как быстро Гарфиэль успел состряпать себе крутые прозвища. Возможно, их будет ещё больше, когда о его силе и смелости узнают во всём королевстве… и тогда черноволосый парень уже не будет ему нужен.

Субару: Интересно, появится ли у меня какая-нибудь сила по типу Невидимого Провидения. Эх, остаётся лишь ждать, когда фортуна улыбнётся мне…

Гарфиэль: Опять ты напрягаешься по мелочам. Не парься… Когда придёт время, ты покажешь себя. Я в этом уверен.

Вера Эмилии в Субару всегда двигала того на чудеса. И сейчас глаза блондинчика светились похожими эмоциями. Черноволосый парень тут же почувствовал сильное желание начать самосовершенствоваться, чтобы стать таким, каким его представлял Гарфиэль. Впрочем, нельзя было, сломя голову, добиться всего сразу – и Субару это понимал.

Субару: Раз с нами будет Гарфиэль, то о боевой поддержке можно не беспокоиться. Моя Эмилия тоже может постоять за себя… Да и я вместе с Беако на что-то способен. Остаётся Отто… Слушай, а ты точно уверен, что хочешь с нами?

Отто: Конечно! Представить боюсь, каких дел вы вместе с госпожой Эмилией наворотите без меня!

Для Субару было неприятно чувствовать то, как мало в них верят, когда дело доходит до переговоров. Эмилия была слишком добродушной для таких дел. Сам черноволосый парень, конечно, мог сохранить хладнокровие, но опыта у него будет маловато. Собственно, поэтому торговец считал их полнейшими профанами.

Отто: К тому же, Пристелла – родина Хосина из Пустоши, основателя Карараги. Поскольку он граничит с соседним государством, для торговцев там настоящий рай. Так что, я просто обязан так показаться.

Субару: Мне казалось, ты давно уже отказался от этой грязной работёнки… Как так-то?

Отто: Если ты думаешь, что я согласился стать министром внутренних дел, то зря! Моей целью всё ещё остаётся мечта стать успешным торговцем, у которого будет собственный магазин! И всё, что сейчас происходит, только помогает мне ступать по лестнице моего успеха!

Гарфиэль: Смотри там не навернись со ступенек, успешный торгаш.

Конечно, если Отто действительно так желает отправиться с ними и помочь, никто не посмеет ему отказать. Так что, вероятнее всего, торговец присоединится к ним. Несмотря на все подшучивания, все в особняке прекрасно понимают, что без Отто они никуда. И сам сероволосый парень это прекрасно знал, поэтому-то он и остаётся с ними.

Субару: Хотя, может быть, причина лишь в том, что ты любишь страдать, но, конечно же, я так не думаю.

Отто: Мне кажется – или вы только что выставили меня не в самом приличном свете?!

Субару: Проехали. Там будет Анастасия – и неизвестно, какими умными словечками она нас может окатить. Поэтому ты нам понадобишься. Если Гарфиэль у нас отвечает за боевую силу, а ты – за все бюрократические мелочи. Ну, а я… буду развлекать вас, чтобы не стало скучно.

Отто: Лучше займись чем-нибудь полезным!

К сожалению, как бы Субару ни старался, он никогда не станет сильнее, чем Гарфиэль. Да и в делопроизводстве он не сможет затмить способности Отто.

Субару: Я буду делать то, что могу. К тому же мои возможности увеличиваются с появлением Беако.

Гарфиэль: Получается, с тобой всё будет хорошо, раз госпожа Эмилия и Беатрис прикрывают твою спину. Тогда крутой я прослежу, чтобы с Отто ничего не случилось. Ты тоже там не налажай, понял?

Отто: И почему все делают вид, будто я самый большой балласт… Мне это совсем не нравится.

Увидев серьёзное лицо Субару, Гарфиэль осознал, что ему придётся нянчиться с Отто. Тот скривился от недовольства и ещё раз хлебнул из своей чашки. Под такие “приятные” разговоры часы проходили незаметно – и наступила поздняя ночь.

Субару: Завтра мы будем заняты, поэтому пора расходиться. Ты как, Гарфиэль?

Гарфиэль: Я пока составлю компанию Отто. Недавно у меня почти получилось побить его в шатрандж. Кто знает… может, пока он пьяный, сегодня мне повезёт…

Блондинчик, не обращая внимания на призыв Субару, схватил игровую доску и стал расставлять фигуры. Речь шла о старинной игре шатрандж. Её правила чем-то напоминали шахматы или шашки. Субару всегда удивляло то, что даже в этом мире существовали подобные игры. Отто был весьма неплохим игроком – и Гарфиэль, как ни стараясь, никак не мог победить его. Даже Субару, несмотря на свои издевательства над Отто, часто уступал тому в игре.

Субару: Будете сидеть допоздна – не вырастете!

Гарфиэль: Я уже слышал не раз об этом от тебя – и весь год старался ложиться вовремя. Только вот… уверен, что всё верно? Что-то я не почувствовал должного эффекта.

Субару: Наверное, при рождении Фредерике досталась большая часть силёнок, поэтому ты и родился хилым.

Гарфиэль: Ушлая сестрёнка!

От недовольства блондинчик обнажил клыки и стукнул по игровой доске. Но затем, осознав, что натворил, Гарфиэль понуро стал собирать упавшие фигуры и дотошно расставлять их обратно. Наблюдая за ним, черноволосый парень помахал покрасневшему Отто.

Субару: Много не пей. Стоит тебе напиться, так ты становишься ещё бесполезнее, чем обычно. Я не ручаюсь, что по этому поводу скажет Петра.

Отто: По-моему, в последнее время она уже слишком сильно язвит… или мне кажется? Не могли бы вы с ней поговорить?

Субару: Без проблем. Попрошу её, чтобы она ещё сильнее отрывалась на тебе.

Отто: Кажется, было понятно, что я попросил вас совершенно о другом!

Субару, слегка улыбнувшись, отмахнулся от торговца и покинул компанию, играющую в шатрандж. Свет от волшебных ламп в коридоре подсказал Субару, что сейчас было уже за полночь. Обычно в такой час он давно бы отправился спать, но…

Субару: Похоже, придётся сегодня задержаться.

С этими словами он решил не идти в сторону лестницы, ведущей в его комнату на третьем этаже восточного крыла, а отправился в западное – где спала женская половина. А там…

Субару: Могу я войти?

Он всегда стучал в эту дверь… даже несмотря на то, что ответа так и последовало. Зачем тогда Субару это делал? Может быть… в глубине души он надеялся на чудо? Или может… само отсутствие ответа… заставляло его не забывать… не забывать о том ужасе, которое поселилось в его сердце. Субару открыл дверь. Внутри было темно. Сама по себе комната выглядела довольно простой и похожей на остальные гостевые в особняке. Здесь стояла всего лишь кровать, на стенах были окна со шторами, а рядом находился небольшой стол с цветочной вазой. И даже несмотря на то, что никто не жаловался на такую скудность интерьера, Субару всего всё равно раздражало это. Возможно, это были всего лишь его капризы, но черноволосому парню хотелось, чтобы это место выглядело как можно более уютным. Несмотря на все старания… на весь внутренний рост… у Субару всё ещё оставались некоторые душевные слабости, которые так легко не отпускали его.

Эмилия: Если бы ты был таким хладнокровным, то, возможно, мы никогда бы и не поладили друг с другом. Мне и та-а-ак нравится то, каким ты являешься сейчас.

Беатрис: Ты слишком многого хочешь. Субару, иногда твои слова поражают меня, я полагаю… Впрочем, пока мы вместе, никто не мешает тебе быть слегка жадным. Я позабочусь о твоих капризах.

Субару: По-моему, они слишком избаловали меня… особенно моя Эмилия, чьи сладкие намёки порой просто выводят из себя.

Ему хотелось, чтобы сереброволосая полуэльфийка была осторожнее с похвалой в отношении него. Эмилия была слишком неопытной – и не понимала, как её слова порой ранят влюблённого в неё Субару. Их отношения так и не сдвинулись с мёртвой точки. Впрочем, сам черноволосый парень не был пока готов к этому. Через года два-три – да, но не сейчас… Такой вот он был слабовольный.

Субару: Боже, о чём я думаю, находясь здесь… Если бы Петра услышала, что я начал обсуждать Эмилию и Беатрис в этой комнате, то, наверное, поддала бы мне как следует.

Светловолосая горничная, вероятно, лучше всех понимала, что такое настоящая любовь. Почему-то у остальных в особняке были с этим проблемы. Вспомнить хоть бы Розвааля с его сумасшедшей манией… Да и другие не лучше. Чувства Гарфиэля к Рам застряли на уровне младшего класса… Впрочем, Субару сам был не лучше. Розоволосая горничная грешила странной идеей подчинения объекту своих чувств. Личная жизнь Фредерики для многих оставалась загадкой. Отто же в пьяном состоянии пару раз обмолвился о том, что за свои любовные похождения не раз нырял носом в грязь… Правда, на следующий день он клялся и божился, что это всего лишь интриги и сплетни. Если так подумать, печально, что среди такого количества людей лишь тринадцатилетняя девочка могла похвастаться адекватностью.

Субару: Собственно… не думаю, что после того, как ты очнёшься, я вдруг изменюсь в лучшую сторону. Кто знает… возможно, на роду мне написано быть таким слабохарактерным трусом… или ты тоже меня будешь баловать…

Он подтянул стул и сел рядом с кроватью. Лунный свет, проникающий сквозь шторы, освещал её спящее бледное лицо… розовые губы… короткие голубые волосы… и утончённую фигуру, облачённую в тонкую сорочку. С каждым выдохом и вдохом её грудь медленно опускалась и поднималась. И так было… уже целый год.

Субару: Сегодня столько всего случилось… К примеру, показались странные гости – и предложили нам невесть что. В общем, давай я начну с того, как…

С этими словам он начал делиться с ней впечатлениями. Даже несмотря на типичные шуточки, в его голосе чувствовалось нежность, которая была направлена на собеседника. Субару разговаривал с ней так, будто убаюкивал дитя в своих руках. Только вот… несмотря на все старания, ответа так и не было. Но… он не сдавался и приходил к ней каждую ночь. А сегодняшний день был особенно насыщен разными событиями. И пока в небе горела луна, Субару даже и не думал покидать свою “спящую красавицу”.