※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Перевод/редактура: Винсент

……Жила-была одна девушка. Самая обычная деревенская девушка, ничем не примечательная – ни происхождением, ни воспитанием.

Её любили родители, братья и сестры, и она отвечала им взаимностью. Простая девушка, каких много.

У неё был жених, выбранный семьей, и, как и большинство деревенских девушек, она готовилась прожить свою жизнь, не покидая родной деревни.

Такова была её судьба — путь, предначертанный и ясный.

Но эта безмятежная жизнь была разрушена, когда в деревню прибыл сластолюбивый наместник.

Неизвестно, чем именно она привлекла его внимание, или же это была просто дурная привычка – желать чужого. Так или иначе, наместник силой возжелал девушку.

Даже в глухой деревушке маленькой страны разница между положением простых людей и дворян была непреодолима.

Девушка не могла противиться его воле. Ей оставалось лишь смириться с жестокой участью.

Но эту девушку любили… Её семья, жених, односельчане.

Не в силах стерпеть тиранию наместника, люди воспылали праведным гневом, который вскоре перерос в пламя войны.

Огонь разгорался всё сильнее, деревни объединялись в армию, и в конце концов наместник был сожжён заживо вместе со своим особняком.

Всего за одну ночь судьба девушки круто изменилась: ещё вчера она была простой крестьянкой, а сегодня стала невестой предводителя повстанцев.

Пламя ярости не утихало, и соседние правители, видя в этом угрозу, один за другим посылали свои войска.

Но все они были разбиты людьми, восставшими ради девушки.

Война разрасталась, как лесной пожар: началась с маленькой страны, охватила соседние государства и, наконец, достигла Великой Империи.

Слухи о девушке, ставшей причиной этих событий, разнеслись повсюду. О ней говорили, как о небесной красавице.

Иллюзии наслаивались одна на другую, молва приписывала ей неземную красоту, и хрупкая девушка едва выдерживала груз этих нереальных ожиданий. Она чувствовала, как ломается под этим давлением.

Стоило ей взмахнуть рукой – толпа взрывалась радостными криками, стоило пройти по улице – люди почтительно расступались, стоило заговорить – мужчины и женщины рыдали от умиления.

— Это… не… правильно. Это… какая-то… ошибка, — шептала она, закрывая лицо руками, не в силах принять происходящее.

Это всё было неправдой, этого просто не могло быть. Она всего лишь простая деревенская девушка, а не небесная красавица и не роковая женщина. Самая обыкновенная девушка из деревни.

За что ей такая честь?

Люди были опьянены своими фантазиями. Ослеплённые иллюзиями, они плясали под дудку собственных идеалов, не видя реальности.

И вот, когда остановить это безумие было уже невозможно, пламя, зажжённое девушкой, испепелило даже Великую Империю.

Поверженная империя, захваченный замок… На его вершине жених преклонил перед девушкой колени и произнёс:

— …Я люблю тебя. Эта победа, эти улыбки людей – всё это благодаря тебе.

Пылающая столица… Горы трупов… Ликующие толпы…

Односельчане, с которыми она выросла, семья, которая её любила, жених, желавший ей счастья, – их больше нет. Никого, нигде.

…Девушка ушла, ничего не ответив жениху. Она бросила всё: семью, знакомых, саму себя.

Она ничего не давала. Она ничего не желала. Она лишь всё потеряла.

Она потеряла те дни, когда её любили, и в одиночестве побрела по выжженной земле.

Но мечта, иллюзия, идеал не отпускали её. Люди, словно одержимые, преследовали её.

Куда бы она ни шла, все любили её, все служили ей, все желали её, – и всё обращалось в прах.

Все любили её. Это было словно проклятье. Не зная, что скрывается у неё внутри, не ведая истинной любви.

«Ведьма Похоти», потерявшая любовь, продолжала искать её, вечно любимая любовью, ведущей к гибели.

△▼△▼△▼△

……Ярость меча обрушилась на Субару и остальных, бросивших вызов «Электре».

Мужчина в распахнутом красном кимоно, обнажив забинтованную грудь, смотрел на них безумным взглядом, словно вынося смертный приговор.

Второй этаж, «Экзамен». Условием было заставить «Палочника», экзаменатора, признать их достойными подняться выше. Но из-за невероятных способностей этого человека двое уже выбыли из борьбы.

Даже в таких обстоятельствах Эмилии с огромным трудом удалось вырвать победу……,

— Разве не нужно было, чтобы только один победил?!

— А? Кто тебе это сказал? Ты, не неси чушь. Почему, если один прошёл, то и все остальные тоже? Мозги включи, ты! Или их нет у тебя?!

— …Да уж, кто бы говорил о здравом смысле! — застонал Субару, выслушивая мужчину, скрещивавшего палочки для еды в своих руках.

По правде говоря, они сами поспешили с выводами относительно условий прохождения «Экзамена». На третьем этаже «Экзаменом» была загадка, и как только её решили, структура комнаты изменилась. Это лишь подстегнуло их заблуждение. Они ошибочно полагали, что и на втором этаже, если один пройдет «Экзамен», откроется новая библиотека.

Но если для прохождения этого этажа требовалось, чтобы «Экзамен» прошел каждый, то задача становилась практически невыполнимой.

Они только что воочию убедились, насколько тяжело было Эмилии выполнить условие, которое она сама же и предложила: «заставить мужчину сдвинуться хотя бы на шаг», — каким бы простым оно ни казалось на первый взгляд.

Если говорить начистоту, то Эмилия, наряду с Юлиусом, сейчас была сильнейшим бойцом среди тех, кто решил бросить вызов Сторожевой Башне Плеяд. А учитывая, что Юлиус к тому же лишился контракта с квазидухом, она, без сомнения, была сильнейшей.

И именно ей мужчина сделал поблажку. Словно поддался в самом начале.

Иными словами, они бросили сильнейшую карту против ослабленной вражеской.

Если бы для общей победы хватало одной победы, то это ещё куда ни шло, но ведь теперь мужчина будет начеку и подобных оплошностей не допустит.

Заставить его сдвинуться на шаг… Смогут ли они одержать победу, которую Эмилия вырвала с таким невероятным трудом?

— …Постойте, — внезапно сказала Беатрис. — В твоих словах есть серьёзная ошибка, я полагаю.

— Ошибка?

Субару, охваченный тревогой, отчаянно искал ниточку, которая могла бы привести к победе в этой, казалось бы, безнадежной ситуации. Беатрис, словно призывая его успокоиться, крепче сжала его руку и пристально взглянула на красноволосого мужчину.

Тот недовольно посмотрел на девочку своим единственным глазом и……,

— Чего тебе, а? Рано тебе ещё, ты. Лет пять-то есть, а? Подрасти сначала, вытянись, чтоб грудь и задница были ого-го, а потом приходи, а.

— …Я и с начала не хотела вести разговор с тобой, а теперь и вовсе не желаю, я полагаю. Поэтому скажу прямо.

— Прямо, и что же?

— Решено, я полагаю. …Эмилия сказала тебе: «Если ты сдвинешься хоть на шаг, мы победим». А значит, победа Эмилии — это победа нас всех, я полагаю!

— ……!

…Юноша затаил дыхание и выжидающе взглянул на Эмилию. Неужели в её, казалось бы, наивных словах был заключён такой глубокий смысл? Он на мгновение поразился её скрытой хитрости, но тут же смутился, увидев, как Эмилия прикрыла рот ладошкой, а в её глазах мелькнуло искреннее удивл ение. «Ах…» — невольно вырвалось у неё. Она и правда E.M.T.

— Точно, я же говорила! Я сказала «мы»! Ну как? Значит, мы все прошли твой «Экзамен»?

— Это всего лишь вопрос формулировки, а. Не прокатит.

— Ясно. …Субару, Беатрис, извините. Не вышло…

— Слишком быстро сдаешься, я полагаю!! — воскликнула Беатрис, глядя на Эмилию, которая уже успела понуро опустить плечи.

Однако Субару подумал, что как уловка это, возможно, и сработало бы.

Впрочем, было понятно, почему они так отчаянно пытались ухватиться за любую возможность — настолько высокой и неприступной казалась стена, которую им предстояло преодолеть.

— Ну, я понимаю, что мелкая говорит. Изначально речь шла о том, чтобы вы все вместе попытались меня победить. …Но так было бы скучно, поэтому я с трудом проснулся, ага.

— С трудом проснулся… То есть, то, что было вначале — это взлом системы?!

— Не знаю, бляха. Говори понятными словами, ты. Не умничай тут, как старик, а, — ответил мужчина, у которого, казалось, постоянно менялось настроение, и небрежно кивнул.

Субару, тем временем, пришёл к определенному выводу о природе этого человека… о системной части «Экзамена». «Экзамен» на третьем и втором этажах, слова мужчины, который сразу после появления казался не в себе, его последующие слова и поступки — соединив всё это воедино, он пришел к важному заключению. Между изначальным «Экзаменом» и тем, что происходило сейчас, была огромная разница.

— То есть, сначала «Экзамен» заключался в том, чтобы все вместе выполнили условие, но из-за того, что ты «проснулся», теперь каждый должен пройти его по отдельности?

— Ха! Соображаешь, а, ты. Но хрен знает, как бы было проще. Не знаю, что легче: убить меня всем скопом, или дать мне потискать грудь и получить один удар… Чёрт!

— …Не болтай лишнего, извращуга. Начинаешь бесить, — Субару выхватил хлыст из-за спины и, используя только движение от локтя, нанес быстрый удар.

Однако мужчина без труда остановил хлыст, который должен был двигаться почти со скоростью звука, своими палочками для еды, схватил его и легонько потряс.

Эта внезапная атака провалилась……,

— Ха! Я и не думал, что ты будешь шестом размахивать, но хлыст, а. Что за извращения, ты? Бить хлыстом будешь врагов и своих женщин.

— Так ты же враг! И вообще, с Эмилией-тан мы будем делать всё по правилам, и даже после этого я не буду доставать хлыст!

— Субару, Субару, успокойся, я полагаю. Ты говоришь странные вещи. И к тому же, ты поддаешься на его провокации, я полагаю!

— Да, Субару! Не злись так! Он просто коснулся моей груди, ничего такого не произошло.

— И это «ничего такого», Эмилия-тан?!

— Крошка, на такое обычно и злятся.

Мужчины в унисон сделали девушке замечание, на что та удивлённо округлила глаза, а Беатрис лишь глубоко вздохнула, выражая всеобщее недоумение.

И в этот момент……,

— …Можно кое-что сказать? — раздался дрожащий, неуверенный голос.

До этого момента этот человек хранил молчание, но теперь, наконец, решился заговорить.

— …Не хочется это говорить, но я думаю, нам нужно вернуться, — закончила фразу девочка с тёмно-синими волосами, заплетенными в косы, — Мейли. Она покачала головой, продолжая держать на коленях потерявшую сознание Шаулу.

В её желто-зеленых глазах, устремленных на мужчину, стоявшего в глубине комнаты, читался неприкрытый страх.

— Я не понимаю, как ты можешь спокойно с ним разговаривать… И рыцарь-братик, и сестрёнка с шарфом, и голая сестрёнка…

— Шаула не поэтому упала… Но ты права, это странно.

Но нетрудно было понять, почему Мейли говорила так неуверенно.

Скорее, это Субару, оставшийся здесь и пытавшийся продолжить «Экзамен», был не до конца в себе. Он явно находился под воздействием ярости меча «Палочника».

Насколько сильно на него повлияли приставания к Эмилии и поражение Юлиуса и Анастасии, он не мог оценить объективно……,

— …Допустим, мы сейчас отступим. Ты позволишь нам это сделать?

— …………

Хотя мужчина и проявил великодушие, признав победу полуэльфийки (впрочем, возможно, он просто не мог поступить иначе), не было никакой гарантии, что он будет так же благосклонен и в других вопросах.

Чтобы воплотить в жизнь здравое решение Мейли, им нужно было получить согласие мужчины, иначе битвы было не избежать. До этого момента он проявлял милосердие, не убивая их. Но теперь, казалось, он «переключил передачу», и не было никакой гарантии, что во время следующего «Экзамена» их жизни будут в безопасности.

В таком случае речь уже не шла об «Экзамене». Им нужно было приложить все силы, чтобы просто отступить.

Без преувеличения, мастерство «Палочника» достигло какого-то совершенно запредельного уровня. Он победил Юлиуса всего двумя палочками, сражался на равных с Эмилией, и при этом было очевидно, что он даже не вспотел… Уровень его мастерства не уступал Райнхарду. И о чём только думал создатель Башни, когда ставил сюда это чудовище?

Если вспомнить загадку с созвездиями на третьем этаже, то и вовсе казалось, что им изначально не собирались давать пройти.

— Ну, так что?

Медленно пятясь, Субару начал приближаться к лежавшим позади Юлиусу и Анастасии. Заметив его движение, Беатрис и Эмилия тоже незаметно заняли позиции, готовясь к худшему.

Если «Палочник» решит напасть, полуэльфийке придётся снова активировать заклинание «Ледяные Шипы», а Беатрис – применить «Мурак» на троих упавших, и попытаться сбежать. В крайнем случае, придётся использовать ещё не до конца завершённый козырь, который они с Беатрис приготовили.

— …Хватит.

— А?

— ХА-А-А-РЕ! Хватит, хватит, хватит, хватит! Задолбало! — неожиданно заорал мужчина, обращаясь к группе, уже готовой бежать со всех ног.

От такого ребячества у Субару и остальных глаза полезли на лоб. Мужчина же снова просунул руку в левый рукав, надев кимоно так же, как и при их первой встрече. А затем, недовольно шагая, направился прочь от Субару и остальных — к жалкому, отброшенному пинком мечу, который использовался для «Экзаменов».

Он наступил на упавший меч, подбросил его в воздул и легко поймал. Затем он с силой воткнул острие в белый пол, вернув меч в то же состояние, в котором тот был до начала «Экзамена».

И после этого……,

— Закрыто. Убирайтесь, бляха. Мне надоело. Не буду я с вами играть, — словно выплёвывая слова, произнес мужчина, тяжело опускаясь на пол и поджимая одно колено.

— …Эй, эй, эй! Это что вообще такое?! Ты что, по своему настроению решаешь, что делать с «Экзаменом»?!

— Заткнись, ты. Тут с самого начала все по моей дудке пляшут, бляха: если я говорю, что не буду, значит, не буду.

Юноша на мгновение потерял дар речи от такого вопиющего произвола. В ответ на его удивление мужчина продолжил:

— И вообще… Когда у меня нет настроения, я не играю, ты. Думаешь, попрёшь против меня?

— …………

По спине Субару пробежали леденящие душу мурашки, словно его окатили ледяной водой.

Мужчина, убравший даже палочки для еды, скривил губы в усмешке. Это, несомненно, была улыбка, но она разительно отличалась от тех, что были раньше.

Это была не та улыбка, которая, несмотря на свирепость, казалась почти добродушной. Это была мрачная, кровожадная, зловещая ухмылка хищного зверя, окутанная неприкрытой жаждой убийства.

— …Ах, — раздался тихий, сдавленный стон.

Издал его не Субару, а Эмилия, которая должна была стоять рядом с ним. Она испуганно прижала руку к своему белому горлу и, широко раскрыв глаза, замерла, словно статуя.

Её колени подогнулись, и она бессильно рухнула на пол. Казалось, лишь в этот момент она осознала, что больше не может стоять и что забыла, как дышать……,

— Ха…

То же самое произошло и с Субару, который, словно «вспомнил», как дышать, благодаря реакции Эмилии. Осознав, что ему не хватает воздуха, он опустился на колени, обливаясь холодным потом.

Как и Эмилия… нет, даже больше, чем она, он поддался давлению ярости меча, исходившей от мужчины.

Он едва не забыл, как бьётся его собственное сердце, и, можно сказать, был на волосок от смерти.

Если бы рядом не оказалось никого, кто напомнил бы ему о том, что он ещё жив, он бы уже умер от одного лишь взгляда.

— Смотри, мозги себе не выкрути, пока будешь пытаться понять, как меня победить, ты. С тобой не прокатит тот же трюк, что и с крошкой. Разве что с какой-нибудь спящей озабоченной девкой. Сваливай, я спать, — произнёс он низким, хриплым голосом, в котором не осталось и следа прежней игривости, и уронил голову на грудь.

Если бы они ещё немного подождали, то услышали бы его громкий, ни с чем не сравнимый храп, но ни у кого из них не осталось ни сил, ни желания смеяться над этим.

— Быстрее, уходим.

Никто и не думал возражать Мейли, которая, казалось, озвучила всеобщие мысли. Её слова стали сигналом к действию, и Субару с остальными, медленно забрав пострадавших, были вынуждены отступить, так и не пройдя «Экзамен».

△▼△▼△▼△

— …Понятно. Вот почему вы сбежали со второго «Экзамена».

— …Как грубо, сестрица.

— Перестань так говорить. А то и правда подумают, что ты мастер той спящей девки.

— Это опасно. Буду осторожен.

Рам вздохнула, глядя на Субару, который удрученно понурил плечи, выслушав её предостережение.

Сейчас они находились в комнате, примыкающей к Зелёной Комнате четвёртого этажа. Всего здесь собралось шестеро: Субару и Рам, Эмилия, Беатрис, Мейли и, наконец, Шаула, лежавшая на полу.

…Спустившись по бесконечно длинной лестнице, они спешно покинули второй этаж и первым делом отнесли раненых в Зелёную Комнату, доверив их лечение духам.

Судя по всему, Юлиус просто потерял сознание, а Анастасия ослабла из-за чрезмерного использования магии, но, к счастью, их жизням ничего не угрожало.

Их уложили на кровати, но из-за ограничения на количество людей в комнате остальным пришлось перейти в другое помещение……,

— Я слышала, там был какой-то ненормальный экзаменатор… Но госпожа Эмилия ведь ему понравилась? Разве она не могла одна пройти дальше?

— Это…

— Ах, не подумала. Может, я могла бы подняться наверх одна… Надо спросить у «Палочника»…

— …Нет, не стоит. Не хочется сейчас его злить и соваться, куда не просят. И даже если Эмилии-тан разрешат подняться одной, это… опасно.

— Я буду о-о-очень осторожна!

— Опасно.

— Опасно, я полагаю.

— Опасно.

Субару, Рам и Беатрис в один голос возразили Эмилии. Видя, как сильно за неё беспокоятся, девушка решила не настаивать. И дело было вовсе не в излишней опеке.

Сейчас им меньше всего хотелось злить «Палочника». Это было совершенно очевидно.

Конечно, им очень хотелось высказать ему всё, что они думают о его возмутительных выходках. Но всё же бросать ему вызов, когда он явно не в настроении, – чистое самоубийство.

…Они ведь даже не видели, как этот мужчина сражается мечом.

И даже если бы Эмилия смогла проскользнуть мимо него……,

— Сомневаюсь, что на втором этаже всего один «Экзамен». Хотя Эмилия-тан и прошла его так легко… но что-то мне подсказывает, что это ещё далеко не всё.

— Ты слишком много думаешь, я полагаю. Этот человек… груб и говорит всякие мерзости, но не похоже, чтобы он врал. Нет, он просто не умеет врать.

— Только вот вопрос в том, не врёт он из-за каких-то принципов или просто потому, что не слишком умён…

Как бы то ни было, у Субару не было никаких оснований отвергать замечание Эмилии. И, если уж на то пошло, он был скорее согласен с ней в оценке личности «Палочника».

Можно сказать, что «Экзамен», которой показался им таким лёгким, Эмилия смогла пройти только потому, что она была сильнейшей в их группе. Ведь Юлиус, например, не справился……,

— Надеюсь, он не слишком расстроится…

— Ты волнуешься за Юлиуса?

— Не знаю. Да, наверное… Но всё не так просто, как кажется.

Субару хорошо запомнил Юлиуса, потерпевшего сокрушительное поражение. При виде его лица в тот последний момент, опасения юноши не казались надуманными или преувеличенными.

С Юлиусом играли, как с ребёнком, а в довершение всего ещё и сломали его рыцарский меч……,

— В повозке есть запасной меч, но дело не в этом, я думаю.

— Меч можно перековать. Не понимаю, почему ты так за него переживаешь, я полагаю.

— Беако, ты ведь тоже бережёшь платок, рукавицы и фартук, которые я тебе сделал? Это как если бы их порвали на твоих глазах. Что-то вроде этого, понимаешь?

— …Прости, что сказала глупость, я полагаю, — виновато опустила голову девочка, честно признавая свою ошибку. Юноша ласково погладил её по голове и устало вздохнул.

Сейчас было невозможно точно сказать, в каком состоянии будет Юлиус, когда очнётся в Зелёной Комнате. Будет ли он подавлен и удручён, что совершенно на него не похоже, или же, наоборот, будет изо всех сил храбриться, как обычно? В любом случае, Субару не знал, какие слова подобрать, и от этого на душе было тяжело и тревожно.

И беспокоило его не только состояние Юлиуса.

— Анастасия… Ехидна, что это с ней?..

В голове Субару навязчивым, мучительным вопросом крутилось внезапное решение Анастасии=Ехидны вмешаться в поединок, чтобы помочь Юлиусу.

В тот момент все, не сговариваясь, чувствовали одно и то же: непреодолимое желание хоть как-то помочь рыцарю, оказавшемуся в отчаянном положении.

Но, если уж на то пошло, то поступок Ехидны, которая лишь временно одалживала тело Анастасии и, по идее, должна была занимать позицию стороннего наблюдателя, был не просто неожиданным, а по-настоящему шокирующим.

До сих пор, и во время путешествия, и после прибытия в Сторожевую Башню, она неизменно вела себя как Анастасия и не раз говорила, что будет максимально заботиться о её теле. По крайней мере, раньше она всегда сдерживала свои обещания.

И вдруг она так внезапно решилась на такой безрассудный поступок… Что это могло означать? Что заставило её так рисковать?

— Её слабость — это не просто переутомление от использования магии, я полагаю, — тихо прошептала Беатрис юноше, заметив его задумчивость.

— …Что? — недоуменно переспросил Субару.

Беатрис, начав со слов:

— То есть, — продолжила: — Братик, Беатрис и та, что в шарфе, — особенные среди духов, я полагаю. Каждый из них сильнее обычных, но взамен у них есть небольшие ограничения, я полагаю. Тебе не нужно объяснять про Беатрис, я полагаю.

— Ага. Ты прямо жуткая собственница: из-за тебя я не могу заключать контракты с другими духами. Так что я принадлежу только Беако. Можешь не волноваться.

— Я… я не то чтобы рада этому, всего лишь чуть-чуть, я полагаю. Но я говорю о той, что в шарфе, я полагаю. Это правда, что она одалживает её тело… Но сейчас, спустя какое-то время, мне стало ясно, я полагаю, что у неё нет никакой другой магии, кроме Од.

— Только Од?..

— Как и у тебя, у неё серьёзные проблемы с Вратами, я полагаю. Она не может получать ману извне, я полагаю. Поэтому ей приходится использовать свою жизненную силу, чтобы колдовать, я полагаю.

— Это…

Субару затаил дыхание, поражённый этой шокирующей новостью. В этом мире, где магия играла такую важную роль, это была очень, очень серьёзная проблема.

Теперь ему вспомнились слова Анастасии=Ехидны о том, что её козырь приходится использовать ценой собственной жизни… Оказывается, она говорила это буквально, без каких-либо преувеличений……,

И этот факт ещё больше озадачил и встревожил юношу. Если Ехидна и правда понемногу убивает Анастасию, пусть и не по своей воле……,

— Почему она так отчаянно хотела помочь Юлиусу?

По её поведению никак нельзя было сказать, что она преследовала какую-то скрытую цель. Она искренне, от всего сердца хотела помочь рыцарю в тот момент, когда он оказался на грани поражения.

Неужели она испытывала к Юлиусу такие сильные чувства? Неужели это как-то связано с его «Божественной Защитой Сбора Духов»?

— …Беспокойство о госпоже Анастасии и рыцаре Юлиусе — это, конечно, важно, но есть дела и поважнее, — прервала его размышления Рам.

— Ты про «Палочника»?

— Да. Можете счесть меня бессердечной, но для Рам гораздо важнее, что будет с «Экзаменом». ……Если мы не сможем его пройти, то и Рем не удастся вернуть, — высказала Рам своё мнение, которое, возможно, могло показаться жестоким.

Её слова, как она сама признала, были немного бестактными, но юноша не мог её винить за это. Он прекрасно понимал, что ею движет.

— …………

Он чувствовал в суровом, напряженном выражении лица Рам лёгкое нетерпение и отчаяние. Это было мучительное разочарование от того, что она никак не может дотянуться до возможности вернуть свою потерянную сестру, хотя, казалось бы, эта возможность была так близко…

— Кимоно, один глаз, рыжие волосы, голубые глаза…… Довольно примечательная, необычная внешность.

— Тебе это описание никого не напоминает? Я-то его видел, и, знаешь… он силён как демон. Пожалуй, не слабее Райнхарда.

— Какой кошмар…

— Но Субару не врёт. Я не видела Райнхарда в полную силу, но… Думаю, он и правда настолько силён, — подтвердила Эмилия.

У неё не было никаких причин обманывать. Исходя из этого, Рам устало прижала руку ко лбу и обреченно произнесла:

— Если верить словам Барусу и госпожи Эмилии, то враг равен по силе рыцарю Райнхарду… Во всём мире, пожалуй, есть по одному такому человеку в каждой из великих стран.

— То есть, Райнхард сильнейший в Королевстве Лугуника, а в трёх других странах тоже есть свои Сильнейшие?

— Первый Генерал Империи Волакия, «Голубая Молния» Сесилус Сегмунт, «Безумный Принц» Священного Королевства Густеко, и «Хвалитель» Халибель из Городов-Государств Карараги. Но у них у всех совершенно разные особенности и приметы.

— А рыжеволосых среди них нет?

— Информации о «Безумном Принце» Священного Королевства очень мало, так что не знаю.

— Принц, принц… Не похож он такого…

Впрочем, если принимать во внимание только слово «безумный», то нельзя с уверенностью сказать, что он точно не подходит. Хотя мужчина и был красив, в нём не ощущалось никакого благородства, присущего членам королевской семьи.

Это была красота дикой, необузданной природы, настоящее произведение искусства, которое можно встретить только в глуши, вдали от цивилизации.

— Значит, это какой-то неизвестный мастер боевых искусств…

— Он был одет в национальную одежду Карараги, я полагаю. И палочками он владел виртуозно, я полагаю.

— Не знаю, можно ли назвать это виртуозностью, учитывая то, как именно он ими пользовался…

К тому же, как ни старался Субару, в его голове никак не укладывалась мысль, что этот мужчина — «неизвестный мастер боевых искусств».

На вид ему было чуть больше двадцати лет, где-то двадцать пять… Но юноша просто не мог поверить, что человек с таким невероятным уровнем мастерства и такой яркой, запоминающейся личностью мог оставаться неизвестным до такого возраста.

И кроме того……,

Его постоянно преследовал один и тот же, не дававший покоя вопрос: может ли человек, встроенный в эту странную, непонятную систему Сторожевой Башни Плеяд, быть обычным человеком?..

— Эй, братики, сестрички, можно вас на минутку?

— М?

— Голая сестрёнка, кажется, скоро очнётся.

Мейли, заботливо подложившая колени под голову Шаулы, подняла руку, находясь в углу комнаты. Как она и сказала, Шаула начала сладострастно извиваться и стонать:

— Мммм, ахххх…~с.

И вот, под пристальными, выжидающими взглядами всех присутствующих, её веки медленно открылись……,

— Мастер… Не оставляйте меня…~с Я не хочу быть одной…~с

— Хватит говорить такие душещипательные вещи! Ты ведь на самом деле не спала, да?!

— Тю-ю-ю-ю~с. Я думала, что если буду говорить жалостливо, то Мастер растает, но не вышло~с. Но всё равно, мне и это в тебе нравится~с.

— Зря я волновался…

Шаула изящно поднялась, взмахнув ногой и опустив её. Покачав своими длинными волосами, заплетенными в косу (по её словам, это был «хвост скорпиона»), Шаула оглядела комнату и, удивленно наклонив голову, начав с: «А~с?» спросила:

— А? Почему мы здесь~с? Разве мы не прошли «Экзамен» благодаря гениальности Мастера~с?..

— Эх, это не сон. Это реальность.

— И тогда Мастер обнял меня и, улыбаясь, сказал, что больше не отпустит…~с.

— А вот это уже сон! Ты в обморок упала, когда начался второй «Экзамен»! — прикрикнул Субару на Шаулу, которая, казалось, совершенно не помнила, что произошло.

Но девушка, фыркнув:

— В обморок упала~с? — словно насмехаясь над ним, возразила: — Даже когда я вновь встретилась с Мастером впервые за сотни лет, я не упала в обморок~с! Чтобы я потеряла сознание — умереть со смеху можно~с!

— Эм-м, я тебя понимаю, но ты правда в обморок упала. Субару и Мейли очень за тебя беспокоились. Поверь им.

— Э?! Учитель волновался за меня?! Хе-хе, верю~с.

— И ты сразу повелась?..

— Меня словно и нет вовсе, это как-то очень обидно… — надулась Мейли.

Субару и Мейли одновременно сделали сложные лица, наблюдая за поведением Шаулы. Однако та снова наклонила голову, но уже в другую сторону, и с озадаченным видом спросила:

— Но что случилось~с? Раз я потеряла сознание~с, значит, все, кроме Мастера, должны были быть убиты…~с

— Ты, конечно, высокого мнения о Бару… то есть, о Мастере, но это правда, — начала Рам тихим, спокойным голосом, словно собираясь провести сеанс гипноза, чтобы помочь Шауле восстановить утерянные воспоминания. — Вспоминай медленно: перед тобой длинная-длинная лестница…

— Длинная-длинная лестница…

Хотя у Рам была неувязка в том, что она сама не видела происходящего, она, тем не менее, уверенно продолжала помогать Шауле.

— Вот тебя встретила белая комната, стальной меч, воткнутый в пол. Когда ты берёшь его в руки, какой-то голос раздаётся в сердцах всех присутствующих…

— Раздаётся в сердцах…

Рам говорила так проникновенно, что Шаула и Эмилия, казалось, полностью погрузились в её рассказ. Шаула-то ладно, но Эмилия?.. Субару, боясь прервать ход повествования, благоразумно решил промолчать.

И вот, рассказ подошёл к тому моменту, когда Шаула потеряла сознание……,

— И тогда в комнате появляется фигура. Это мужчина в кимоно, с рыжими волосами и голубыми глазами……

— А-А-А-А-А-А!! — истошно вскрикнула Шаула и в ужасе отпрянула.

Она бросилась к Субару, но тот, предвидя это, присел на корточки и приготовился принять её всем телом. На этот раз ему удалось устоять на ногах.

Его сжала, словно тисками, мягкая, но сильная хватка Шаулы.

— Больно, больно, больно, больно! Ты… вспомнила! Вспомнила, да?!

— Н-н-не может быть! Вы же говорили, что «Палочник» мёртв~с! А он жив! Точно, его же не убить!

— Ха?! О чём ты… — простонал Субару, морщась от боли, и хотел было спросить её, что она имеет в виду… Но тут он понял.

Он, наконец, осознал смысл слов Шаулы.

Среди тех, кого они встретили в этой загадочной Башне, был только один человек, который соответствовал её описанию.

Это……,

— «Палочник»! «Палочник» Рейд~с! Этот садист~с! Дьявол~с! Он вернулся, чтобы снова полапать меня~с!

△▼△▼△▼△

……Рейд Астрея — имя легендарного мечника.

Мечника, рубившего зверодемонов, рубившего мастеров меча, рубившего драконов и, как гласят легенды, зарубившего саму Ведьму.

Первый, кто удостоился титула «Святого Меча», и один из Трёх Героев, спасших мир от уничтожения.

Родоначальник славы семьи Астрея, к которой принадлежит Райнхард ван Астрея, и по сей день — высший идеал, предел мечтаний для всех тех, кто посвятил свою жизнь пути меча……,

В это было невероятно трудно поверить…… Ведь этот человек должен был умереть ещё четыреста лет назад.

Если бы это не была Башня, построенная сотни лет назад кем-то, имевшим непосредственное отношение к Ведьме, то о подобной возможности можно было бы сразу забыть.

Но здесь, в этой проклятой Башне, есть живой свидетель, который собственными глазами видел события тех далёких времён.

И эта самая Башня была построена «Мудрецом», жившим четыреста лет назад.

Учитывая его, мягко говоря, скверный характер, вполне можно было представить, как он ставит первого «Святого Меча» в качестве последнего, самого сложного «Экзамена», и с издёвкой говорит: «Ну давайте, смельчаки, попробуйте превзойти его»……,

Осознав весь ужас своего положения, Субару вместе с остальными поспешили вернуться в Зелёную Комнату.

Если они узнали, что их противником является сам Рейд Астрея, то нужно было срочно разработать хоть какой-то план действий. К счастью, «Святой Меч» — личность легендарная, и о его подвигах сложено немало историй.

И, к ещё большему счастью, в их группе есть человек, который прекрасно разбирается в истории и людях тех далёких времён.

Конечно, можно было предположить, что сокрушительное поражение оставило глубокий след в душе Юлиуса, но если он узнает, кто именно его победил, то, возможно, сможет смыть с себя этот позор. Ведь противник был, без преувеличения, слишком силён.

Это же сам «Святой Меч» — человек, носящий ту же фамилию, что и Райнхард, предок, положивший начало этой прославленной семье.

Если как следует подумать, то с таким поражением можно было бы смириться……,

— …Вот идиот, — тихо прошептал Субару, войдя в Зелёную Комнату и застыв на пороге.

В глубине комнаты, на созданных духами кроватях из мягкой травы, лежали раненые… На трёх из них покоились Рем, Анастасия и, в самом конце, Патраш.

Между Анастасией и Патраш стояла ещё одна кровать, но она пустовала.

На сплетенной из гибких лоз поверхности лежал лишь сломанный рыцарский меч Юлиуса.

△▼△▼△▼△

……Звук шагов, раздающийся с лестницы, и пронзающая кожу ярость меча заставили мужчину медленно открыть глаза.

Его не раздражало, что его разбудили. В конце концов, сама жизнь – это одно сплошное поле боя.

Если принять тот факт, что ты каждую секунду находишься на грани жизни и смерти, то можно сохранять спокойствие и невозмутимость, что бы ни случилось. А вот насколько при этом нужно сохранять хладнокровие и игривость — это уже совсем другой вопрос.

— …………

Поднимаясь по лестнице, фигура постепенно становилась всё более отчётливой. Ярость меча была знакомой. Звук шагов, поступь — тоже. Совсем недавно, буквально несколько минут назад. Такое невозможно забыть.

Но и для противника это должно быть точно так же, поэтому мужчина слегка удивился.

Он почему-то думал, что его противник окажется немного умнее……,

— …………

— Ха!

……Однако эта мысль мгновенно вылетела у него из головы, стоило ему увидеть глаза поднявшегося на второй этаж человека.

Он не разозлился. Вместо этого Рейд усмехнулся, чувствуя, как в нём поднимается волна азарта, и взъерошил свои непослушные рыжие волосы.

И……,

— На этот раз игрой не отделаешься, ты, — бросил он, скорее по привычке, чем из вежливости.

— ………… — в ответ противник лишь на мгновение прикрыл глаза, а затем, казалось, усилием воли отбросил прочь все эмоции.

Затем он, без малейшего колебания, протянул руку… вытащил воткнутый в пол меч и принял боевую стойку.

— Королевство Лугуника, член Ордена Рыцарей — Юлиус Юклиус.

— …………

Услышав имя, мужчина прищурился, а рыцарь, воспользовавшись этим, стремительно бросился вперёд.

Увидев это, мужчина — Рейд Астрея — скривил губы в жестокой ухмылке и……,

— Пока ты полагаешься на свой титул, а не на себя, ты мне не соперник.

△▼△▼△▼△

Примечание Таппея:

Вероятно, когда они покидали комнату, Субару тащил Юлиуса на спине, Эмилия несла Анастасию на руках, как принцессу, а Беатрис с Мейли несли Шаулу за руки и ноги, как носилки.

Шаула, хоть и была лёгкой, но Беатрис и Мейли, устав, уронили её на полпути. Эмилия-тан в спешке подхватила покатившуюся вниз Шаулу. В итоге Эмилия-тан несла Анастасию и Шаулу на плечах, подбадривая Беатрис и Мейли, пока они спускались по лестнице.