Ри­та­рия, неожи­дан­но для себя по­ня­ла, что уже давно пре­кра­ти­ла вли­вать в душу раз­го­ря­чен­но­го юноши успо­ка­и­ва­ю­щую энер­гию, од­на­ко все еще про­дол­жа­ла дер­жать свои ла­до­ни на его груди, не по­ни­мая, по­че­му руки от­ка­зы­ва­ют­ся ее слу­шать­ся, и воз­вра­щать­ся в обыч­ное по­ло­же­ние.

Рас­сказ Акиры про­из­вел силь­ное впе­чат­ле­ние на де­вуш­ку, и она, на­ко­нец, по­ня­ла при­чи­ну такой отъ­яв­лен­ной нена­ви­сти к ее на­ро­ду, но по­след­ние слова, про­из­не­сен­ные им, раз­ру­ши­ли все ее ми­ро­воз­зре­ние, ко­то­рое по­стро­и­лось после этой ис­то­рии.

Рас­те­рян­ная и немо­го на­пу­ган­ная неиз­вест­ны­ми ей чув­ства­ми, де­вуш­ка ста­я­ла с ши­ро­ко рас­кры­ты­ми гла­за­ми, ко­то­рые ис­ка­ли от­ве­та в том, кто по­слу­жил при­чи­ной этого сту­по­ра, но вме­сто внят­но­го объ­яс­не­ния, юноша, вновь пе­ре­жив­ший острую ду­шев­ную боль от на­хлы­нув­ших вос­по­ми­на­ний, про­сто на­пра­вил­ся прочь из этого места.

Для мо­ло­до­го гос­по­ди­на, рас­ска­зать свою ис­то­рию было до­воль­но тя­же­лым ис­пы­та­ни­ем, даже в срав­не­нии с из­ма­ты­ва­ю­щи­ми тре­ни­ров­ка­ми в клане Бья­ку­то, порой гра­ни­чив­ших со смер­тью. По­то­му то все эти один­на­дцать лет, он нес тя­же­лое бремя в своем серд­це, не желая ни с кем де­лить­ся. Но уви­дев, что та, кто несмот­ря на свою при­над­леж­ность к По­жи­ра­те­лям по­обе­ща­ла по­мочь ему ото­мстить, сей­час была за­гна­на в угол из-за сво­е­го вы­бо­ра, Акира про­сто не мог, оста­вить все как есть.

“С этого мо­мен­та, неваж­но кто, и что ска­жет… Ри­та­рия моя со­рат­ни­ца, и любой по­смев­ший по­сяг­нуть на ее честь или же жизнь, умрет!”

Для воина, при­знать в ком-​то сво­е­го со­рат­ни­ка озна­ча­ло взять обя­за­тель­ства за его жизнь, и это было не про­сты­ми сло­ва­ми. Пусть юноша из-за вли­я­ния пур­пур­ной мглы и силь­но из­ме­нил­ся, од­на­ко неко­то­рые вещи все еще про­дол­жа­ли оста­вать­ся для него очень важ­ны­ми.

Трое при­зра­ков так же по­ни­ма­ли, как себя чув­ству­ет их уче­ник, ведь сам по себе путь Лжи ба­зи­ро­вал­ся от­нюдь не на свет­лой сто­роне че­ло­ве­че­ских ка­честв, и им при­шлось по­ви­дать много грязи за свою жизнь, по­сти­гая ис­кус­ство об­ма­на, и все они были зна­ко­мы с чув­ством утра­ты близ­ких. По­это­му, даже тол­стяк Гу сей­час мол­чал, давая время Акире прий­ти в себя.

Ри­та­рия после того как юноша без еди­но­го слова на­пра­вил­ся к вы­хо­ду из де­рев­ни на­ко­нец от­мер­ла, и встрях­нув го­ло­вой, слов­но из­бав­ля­ясь от на­ва­жде­ния по­спе­ши­ла за ним.

В прак­ти­че­ски пол­ной ти­шине, на­ру­ша­е­мой толь­ко ше­ле­стом опав­ших ли­стьев шур­ша­щих под но­га­ми ра­зум­ных, двое под­рост­ков вышли из пор­та­ла, ве­ду­ще­го в се­ле­ние по­жи­ра­те­лей, после чего бам­бу­ко­вые ство­лы вновь стали рас­прям­лять­ся, при­ни­мая преж­ний вид, а неглу­бо­кие следы в до­воль­но мяг­кой почве, остав­ши­е­ся во­круг, пол­но­стью про­па­да­ли под воз­дей­стви­ем та­ин­ствен­ной магии.

Сей­час, как для Акиры, так и для Ри­та­рии на­стал пе­ре­лом­ный мо­мент, после ко­то­ро­го они уже долж­ны были ра­бо­тать вме­сте не из-за бре­ме­ни обе­ща­ния, а по­то­му что та­ко­го было же­ла­ние обоих под­рост­ков.

Слу­чив­ше­е­ся в этом се­ле­нии сви­де­тель­ство­ва­ло о том, что Аль’нару дей­ство­ва­ли не толь­ко на Южном кон­ти­нен­те, но и на Во­сточ­ном, а воз­мож­но даже всем мире Вла­сти. И слова того По­жи­ра­те­ля, за­няв­ше­го тело ма­те­ри Ри­та­рии, о том, что они ждали этого мо­мен­та го­во­ри­ло не о спон­тан­ном сме­ще­нии вла­сти, а ско­рее о чет­ком пла­ни­ро­ва­нии, на­чав­шем­ся прак­ти­че­ски ты­ся­чу лет назад. И это пла­ни­ро­ва­ние было за­вя­за­но на Плаче небес, или же па­де­нии тысяч Выс­ших ар­те­фак­тов.

Чем боль­ше узна­вал юноша, тем боль­ше по­яв­ля­лось новых во­про­сов: о связи древ­ней­ших прак­ти­ков со звез­до­па­дом, об ис­тин­ной при­над­леж­но­сти пер­вых бла­го­род­ных, и на­ко­нец, о том, какую же на­сто­я­щую цель пре­сле­до­ва­ли прак­ти­ки духа, став­шие Аль’нару, ведь об­ре­те­ние силы в купе с тем, что весь мир охо­тил­ся за ними, было до­воль­но со­мни­тель­ной за­те­ей.

— Нам стоит по­се­тить те места, в ко­то­рых тоже могут на­хо­дить­ся се­ле­ния По­жи­ра­те­лей. Самым бли­жай­шим из них яв­ля­ет­ся Гор­ный хре­бет слом­лен­но­го духа, до него около неде­ли пе­ше­го пути, по­это­му для на­ча­ла необ­хо­ди­мо по­пол­нить про­до­воль­ствен­ные за­па­сы.

Акира за­го­во­рил пер­вым, так как от­чет­ли­во видел, в каком за­ме­ша­тель­стве пре­бы­ва­ла де­вуш­ка. Для него, пер­спек­ти­ва раз­гад­ки этого во­ро­ха тайн не яв­ля­лось чем-​то таким уж зна­чи­мым, од­на­ко в ходе этого, он мог до­стиг­нуть соб­ствен­ных целей. Во пер­вых, уни­что­жить всех вы­род­ков, кого он видел в тот день, когда де­душ­ка сра­жал­ся с По­жи­ра­те­ля­ми, ведь па­мять юноши про­сто таки ког­тя­ми вы­ца­ра­па­ла лица всех этих тва­рей. А во вто­рых, до от­бы­тия на Цен­траль­ный кон­ти­нент оста­ва­лось около де­ся­ти ме­ся­цев, а он до сих пор не до­стиг того уров­ня силы, при ко­то­ром смог бы там вы­жить, или хотя бы про­сто не опо­зо­рить свой клан.

«Здесь кто-​то есть…»

Тол­стяк Гу про­го­во­рил то, что итак было из­вест­но юноше, так как улуч­шив­ший­ся слух вы­да­вал рас­по­ло­же­ние несколь­ких су­ществ, ко­то­рые прак­ти­че­ски бес­шум­но пе­ре­дви­га­лись в сотне мет­ров от них, по­сте­пен­но окру­жая двоих под­рост­ков.

В от­ли­чии от мо­ло­до­го гос­по­ди­на, каж­дую ночь от­та­чи­ва­ю­ще­го как свои на­вы­ки битвы, так и чув­стви­тель­ность ор­га­нов вос­при­я­тия, Ри­та­рия не за­ме­ти­ла по­яв­ле­ния незва­ных го­стей, но кро­шеч­ный кло­чок пур­пур­ной мглы, ма­лень­кий на­столь­ко, что прак­ти­че­ски пол­но­стью сли­вал­ся с окру­жа­ю­щим воз­ду­хом, рас­тво­рил­ся около ее уха, после чего в го­ло­ве де­вуш­ки по­слы­ша­лись слова того, кто шел рядом с ней, но при этом даже не рас­кры­вал уста.

«Нас окру­жи­ло около пят­на­дца­ти су­ществ, они пе­ре­дви­га­ют­ся на двух ногах, по­это­му вряд ли имеют от­но­ше­ние к ма­ги­че­ским зве­рям. Воз­мож­но это По­жи­ра­те­ли. На­счет их силы, я не уве­рен…»

Несмот­ря на неожи­дан­ность ил­лю­зор­ной пе­ре­да­чи звука, де­вуш­ка не рас­те­ря­лась, и про­дол­жи­ла идти, не подав виду, и это при­ба­ви­ло ей чести как в гла­зах троих ма­сте­ров, так и в ра­зу­ме юноши.

“С таким со­рат­ни­ком, не страш­но и в се­ле­ние по­жи­ра­те­лей го­лы­шом во­рвать­ся…”