Несмот­ря на то, что уже давно было объ­яв­ле­но о за­вер­ше­нии под­го­тов­ки к по­един­ку, ос­нов­ное вни­ма­ние зри­те­лей было со­сре­до­то­че­но не на двух про­тив­ни­ках, а на тол­стом неудач­ни­ке, ко­то­рый иг­но­ри­руя свое про­иг­рыш­ное по­ло­же­ние, вовсю ух­мы­лял­ся, слов­но знал сек­рет чу­до­дей­ствен­но­го зелья, поз­во­ля­ю­ще­го об­ре­сти бес­смер­тие без каких либо по­след­ствий.

Но даже если глаза ра­зум­ных ока­за­лись со­сре­до­то­че­ны на ком то дру­гом, ход по­един­ка не оста­но­вил­ся. Оба воина были го­то­вы по­кром­сать друг друга, и если у ро­ни­на это же­ла­ние можно было уви­деть по ре­ши­тель­но­му виду, то вот мо­ло­дой гос­по­дин тща­тель­но скры­вал свою жажду крови, ко­то­рая про­скаль­зы­ва­ла толь­ко в глу­бине его глаз, прак­ти­че­ски неви­ди­мых зри­те­лям из-за шлема.

«А тот маль­чиш­ка не про­мах…»

Для троих при­зра­ков, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щих­ся на об­мане и со­кры­тие прав­ды, по­ту­ги юноши спря­тать свое же­ла­ние уби­вать были про­сто смеш­ны­ми, од­на­ко они и пред­по­ло­жить не могли, что прак­тик бо­е­вых ис­кусств смо­жет так ис­кус­но скры­вать за мас­кой свои эмо­ции и же­ла­ния.

В то время, пока трое ма­сте­ров оце­ни­ва­ли уме­ния одаспе­шен­но­го са­му­рая в при­твор­стве, Акира на­блю­дал за его тех­ни­кой, ко­то­рая несмот­ря на то, что тот не сде­лал и шагу про­гля­ды­ва­лась бук­валь­но нево­ору­жен­ным гла­зом. По край­ней мере, так было для мо­ло­до­го гос­по­ди­на клана Бья­ку­то, в ком вла­де­ние мечом за­ме­ня­ло по­треб­ность ды­ха­ния, по­треб­ле­ния пищи и дру­гие пер­во­оче­ред­ные нужды. На самом деле, белые воины, несмот­ря на свою чи­сто­ту и непо­роч­ность бук­валь­но вы­ко­вы­ва­ли из соб­ствен­ных детей ост­рые клин­ки, ко­то­рые по­ми­мо бла­го­че­стия, умели лишь от­ни­мать жизни и про­дол­жать род, пе­ре­до­вая от­цов­ское вос­пи­та­ние новым при­ем­ни­кам пути са­му­рая.

«Сын го­род­ско­го лорда со­би­ра­ет­ся за­кон­чить бой одной ата­кой, вы­сво­бо­див через кли­нок мощь ауры, и со­здав ди­стан­ци­он­ный ру­бя­щий удар, в то время как ронин при­нял ниж­нюю стой­ку и хочет про­из­ве­сти ско­рост­ной выпад, од­на­ко для этого ему при­дет­ся при­бли­зить­ся на необ­хо­ди­мое рас­сто­я­ние… На­де­юсь вы преду­смот­ре­ли это»

Акира вы­ра­зил свои мысли наи­бо­лее до­ступ­ным для ма­сте­ров об­ра­зом, изъ­яс­ня­ясь на языке об­ще­до­ступ­ной тер­ми­но­ло­гии, что нема­ло уди­ви­ло муж­чин. При­зра­ки не могли по­ве­рить, что их нера­ди­вый уче­ник ока­жет­ся на­столь­ко вни­ма­тель­ным, и смо­жет преду­га­дать дей­ствия обоих про­тив­ни­ков еще до на­ча­ла их сра­же­ния. Такое пред­ви­де­ние было недо­ступ­но даже для столь опыт­ных людей как они, что уж го­во­рить о каком-​то юнце, по­это­му по­доб­ные слова силь­но оза­да­чи­ли ма­сте­ров.

“По­хо­же этот маль­чик очень умел в бо­е­вых ис­кус­ствах, раз может так сво­бод­но чи­тать ход битвы…”

При­зра­ки ду­ма­ли об одном, но они все еще были прак­ти­ка­ми пути Лжи, по­это­му вме­сто пол­но­го до­ве­рия при­ня­лись ожи­дать сра­же­ния, ко­то­рое бы под­твер­ди­ло или опро­верг­ло до­гад­ки их уче­ни­ка. И имен­но в этот мо­мент, про­зву­чал звук гонга, озна­ме­но­вав­ший на­ча­ло сра­же­ния.

Как толь­ко это про­изо­шло, аура сына го­род­ско­го лорда ко­рал­ло­вым све­че­ни­ем взмы­ло вверх, вдоль под­ня­то­го клин­ка, а ронин ис­поль­зуя все свои силы, со­вер­шил рывок впе­ред. Его ноги были бо­сы­ми, из-за чего, после при­ло­жен­ных уси­лий, на том месте, где он стоял недав­но, остал­ся пласт обо­дран­ной кожи и кро­ва­вый след, но никто не об­ра­щал на это вни­ма­ние, с при­ды­ха­ни­ем ожи­дая смер­ти из­ра­нен­но­го плен­ни­ка.

Каж­дый из зри­те­лей видел, как энер­гия юного са­му­рая впи­ты­ва­ет­ся в его кли­нок, го­то­вясь вы­рвать­ся от­ту­да в любую се­кун­ду, и те­перь даже трое ма­сте­ров, убе­ди­лись в прав­ди­во­сти вы­во­дов сво­е­го уче­ни­ка. Это за­ста­ви­ло их по­чув­ство­вать то­ли­ку об­лег­че­ния за то, что они вы­бра­ли ка­че­стве при­ем­ни­ка ис­кус­ства пути Лжи не про­сто­го без­мозг­ло­го и буй­но­го маль­чиш­ку, а до­воль­но ода­рен­но­го, хоть и не в той об­ла­сти, юнца.

Доли се­кун­ды тя­ну­лись, а кли­нок юного воина, на­пи­тан­ный силой его ауры все никак не желал опус­кать­ся, слов­но его тело мгно­вен­но по­кры­лось тол­стой кор­кой льда ме­ша­ю­щей любым дви­же­ни­ям. На­блю­дая за бес­си­ли­ем сына го­род­ско­го лорда, ма­стер Лао лишь негром­ко хмык­нул, как бы по­ка­зы­вая кого, стоит бла­го­да­рить за по­доб­ное чудо.

*Плеск!*

Неболь­шие сгуст­ки крови раз­би­лись о ка­мен­ную вы­клад­ку це­ре­мо­ни­аль­ной пло­ща­ди, за­гип­но­ти­зи­ро­вав зри­те­лей, ко­то­рые про­сто не могли по­ве­рить в про­изо­шед­шее. Они шо­ки­ро­ван­ны­ми взгля­да­ми на­блю­да­ли за тем, как от­де­ля­ют­ся от ту­ло­ви­ща обе под­ня­тые руки, и часть го­ло­вы сына го­род­ско­го лорда, ко­то­рый даже после мгно­вен­ной смер­ти про­дол­жал около двух се­кунд сто­ять не ше­лох­нув­шись.

«Иде­аль­ный раз­рез…»

Акира оце­нил ма­стер­ство меча ро­ни­на, глядя на то, как то­нень­кая линия раз­ре­за опо­я­са­ла места удара. Мо­ло­дой гос­по­дин был впе­чат­лен тем, что даже без на­ли­чия бо­е­вой ауры, ис­кус­ство кен­дзю­цу у этого муж­чи­ны было на очень вы­со­ком уровне.

И слов­но ожи­дая мо­мен­та, когда от­ре­зан­ные ко­неч­но­сти упа­дут на землю, зри­те­ли про­сто взо­рва­лись воз­му­щен­ны­ми ком­мен­та­ри­я­ми и него­до­ва­ни­ем. Мно­гие из них успе­ли по­ста­вить на сына го­род­ско­го лорда до­воль­но при­лич­ную сумму денег, по мер­кам про­стых обы­ва­те­лей, по­это­му ра­до­сти по­доб­ный исход им не при­но­сил со­вер­шен­но. Но были и те, кто стоял с се­рьез­ны­ми ли­ца­ми, на ко­то­рых по­ми­мо удив­ле­ния иг­ра­ла удо­вле­тво­рен­ность. Это были люди, по­ста­вив­шие на по­бе­ду ро­ни­на. Те, кто хоть и не верил в его успех, од­на­ко решил под­дер­жать воина на пути его мести. Никто из по­доб­ных ра­зум­ных не был одет рос­кош­но, или слиш­ком брос­ко, од­на­ко каж­дый из них в это мо­мент сжи­мал свои клин­ки, яв­ля­ю­щи­е­ся ис­тин­ны­ми про­из­ве­де­ни­я­ми ис­кус­ства ве­ли­ких куз­не­цов, ко­то­рые ко­ва­лись толь­ко для до­стой­ных са­му­ра­ев.

В то время, пока зри­те­ли вся­че­ским воз­му­ща­лись и кри­ча­ли, ронин после недол­го­го мол­ча­ния, сел в це­ре­мо­ни­аль­ную позу, и на­пра­вил прон­зи­тель­ный взгляд на разъ­ярен­но­го го­род­ско­го лорда, ко­то­рый был готов от­дать при­каз стра­жам, чтобы уни­что­жить убий­цу его сына. Но в этот мо­мент, мно­же­ство са­му­ра­ев вышли из толпы, чтобы предот­вра­тить по­доб­ный исход.

Один из вы­шед­ших молча до­стал неболь­шой нож ку­сун­го­бу и пе­ре­дал его ро­ни­ну, ко­то­рый бла­го­дар­но кив­нув, прон­зил свой живот. Он даже на долю се­кун­ду не про­мед­лил со своим ре­ше­ни­ем, а это было луч­шим до­ка­за­тель­ством его храб­ро­сти и до­сто­ин­ства как са­му­рая, пусть и обес­че­щен­но­го.