“Свя­щен­ные мо­нар­хи вы­бра­ли его в ка­че­стве жерт­вы?!”

Слова мо­ло­до­го гос­по­ди­на не про­сто уди­ви­ли, они шо­ки­ро­ва­ли Кий­о­ми, тут же по­блед­нев­шую после осо­зна­ния того, какой уча­стью на­гра­дил юношу этот ужас­ный мир.

Дело в том, что жерт­ва – это не ис­тин­ное на­зва­ние того, на кого пал перст судь­бы. Таких людей име­но­ва­ли Из­бран­ни­ка­ми, и от­би­ра­лись они толь­ко из бла­го­род­ных родов всех че­ты­рех кон­ти­нен­тов лишь ради одной един­ствен­ной цели: Обез­опа­сить по­том­ков Свя­щен­ных мо­нар­хов.

Мо­гу­ще­ствен­ные прак­ти­ки древ­но­сти, ко­то­рые пер­вые по­лу­чи­ли бла­го­слов­ле­ние небес, вме­сте с огром­ной силой и все­об­щим ува­же­ни­ем так же были вы­нуж­де­ны за­пла­тить со­от­вет­ству­ю­щую цену за столь ве­ли­кий дар.

Каж­дое по­ко­ле­ние, по­том­ки Свя­щен­ных мо­нар­хов были под­вер­же­ны трем карам, пре­пят­ству­ю­щим про­дол­же­нию их рода. Пер­вая кара – рок Из­бран­ни­ка, она пред­став­ля­ла из себя ис­пы­та­ние для того, кто был вы­бран в ка­че­стве су­пру­га прин­цес­се ис­тин­ных бла­го­род­ных, и это ис­пы­та­ние про­во­ди­ли вовсе не люди, а сам мир Вла­сти, при­зы­вая орды чу­до­вищ, ко­то­рым из­бран­ник дол­жен был про­ти­во­сто­ять в оди­ноч­ку.

Вто­рая кара на­зы­ва­лась роком Удо­воль­ствия, и имела от­но­ше­ние к пер­вой брач­ной ночи мо­ло­до­жен, ко­то­рая пре­вра­ща­лась в смер­тель­ную схват­ку для души из­бран­ни­ка, и при­зра­ка од­но­го из пред­ков прин­цес­сы. И на­ко­нец, тре­тья кара – рок На­сле­дия. Дан­ное ис­пы­та­ние яв­ля­лось самым опас­ным из всех трех, и со­сто­я­ло в том, чтобы за­щи­тить пер­вен­ца, на­сле­ду­ю­ще­го силу своих ро­ди­те­лей от слуг самой смер­ти по­жи­на­ю­щей плоды в мире Вла­сти.

По­доб­ные усло­вия явно нель­зя было на­звать рас­по­ла­га­ю­щи­ми к про­дол­же­нию рода, ведь из­бран­ни­ка вы­би­ра­ли до до­сти­же­ния парой два­дца­ти­лет­не­го воз­рас­та, ко­то­рый яв­лял­ся пе­ре­ход­ной гра­нью, после ко­то­рой их дети уже не смо­гут на­сле­до­вать силу свя­щен­но­го ис­то­ка. Од­на­ко при успеш­ном пре­одо­ле­нии пер­вой кары, для пары да­ро­ва­лось еще одно де­ся­ти­ле­тие, чтобы под­го­то­вить­ся ко вто­ро­му ис­пы­та­нию. Но самой глав­ной за­гвозд­кой было то, что по­том­ки Свя­щен­ных мо­нар­хов хоть и вы­рас­та­ли чрез­вы­чай­но силь­ны­ми прак­ти­ка­ми, сто­я­щи­ми на вер­шине мира Вла­сти, од­на­ко их раз­ви­тие тре­бо­ва­ло боль­ше вре­ме­ни, чем у обыч­ных людей, до­хо­дя­щих до сво­е­го пика в трид­цать пять – сорок лет. И на этом в прин­ци­пе можно было бы ста­вить крест, на ро­до­слов­ной ве­ли­ких спа­си­те­лей, од­на­ко те все же су­ме­ли отыс­кать спо­соб за­щи­тить от смер­ти своих детей и вну­ков.

Для этого тре­бо­ва­лось лишь время, ко­то­рое да­ро­ва­лось жерт­вой, при­ни­ма­ю­щей на себя первую кару. После чего мир Вла­сти уже не тре­бо­вал новую кровь, и этой жерт­вой мог стать толь­ко очень близ­кий к ис­тин­ным бла­го­род­ным ра­зум­ный, то есть - член од­но­го из бла­го­род­ных кла­нов че­ты­рех кон­ти­нен­тов.

Ра­зу­ме­ет­ся, никто из Свя­щен­ных мо­нар­хов не при­нуж­дал людей от­да­вать своих от­прыс­ков на рас­тер­за­ние про­кля­тию соб­ствен­но­го рода, од­на­ко пра­ви­те­ли Цен­траль­но­го кон­ти­нен­та яв­ля­лись стол­пом силы всего мира Вла­сти и за­щи­ща­ли че­ло­ве­че­ство от мно­гих бед, толь­ко одной из ко­то­рых яв­ля­лись По­жи­ра­те­ли. По­это­му никто из жи­те­лей че­ты­рех ма­те­ри­ков не чу­рал­ся рас­стать­ся с жиз­нью, ради со­хра­не­ния без­опас­но­сти своих кла­нов. Само собой были и те, кто после того как их из­би­ра­ли, трус­ли­во сбе­гал, пряча свою ро­до­слов­ную от кла­но­вых пре­сле­до­ва­те­лей, но Акира не был таким. На тот мо­мент, когда ему со­об­щи­ли о его уча­сти, юноша це­ли­ком и пол­но­стью, при­над­ле­жал пути са­му­рая, для ко­то­ро­го в смер­ти было на­мно­го боль­ше плю­сов, чем в жизни ове­ян­ной пре­зре­ни­ем и по­зо­ром. К тому же, по­жерт­во­вав своим бу­ду­щим, он смо­жет обез­опа­сить судь­бы своих бра­тьев, ко­то­рые тоже под­хо­ди­ли под усло­вия, тре­бу­е­мые для ста­нов­ле­ния из­бран­ни­ком.

— Так зна­чит…

Де­вуш­ка не могла вы­мол­вить и слова, раз­ди­ра­е­мая из­нут­ри го­ре­чью и от­ча­я­ни­ем, в то время как ее пре­крас­ные глаза уже пол­но­стью по­крас­не­ли, из-за на­хлы­нув­ших слез.

— Не плачь, я ведь все еще жив и вполне могу спра­вить­ся с ис­пы­та­ни­ем!

Акира непри­нуж­ден­но улыб­нул­ся, и по­дой­дя к де­вуш­ке, вытер ее слезы, ко­то­рые даже и не ду­ма­ли оста­нав­ли­вать­ся. Кий­о­ми знала, что он пы­тал­ся ее уте­шить, од­на­ко даже при всем его спо­кой­ствии, до­че­ри бла­го­род­но­го клана было из­вест­но, на­сколь­ко же ужа­са­ю­щей яв­ля­лась кара мира Вла­сти.

— За по­след­ние пять­сот лет, из сотен ве­ли­чай­ших ге­ни­ев, толь­ко двоим уда­лось вы­жить после при­ня­тия кары, ты по­ни­ма­ешь?...

Кий­о­ми не смог­ла сдер­жать своих чувств, и при­жа­лась к юноше, про­дол­жа­ю­ще­му са­мо­уве­рен­но улы­бать­ся. Для нее, этот маль­чиш­ка стал тем, кого она ни­за­что не хо­те­ла по­те­рять, и даже пер­спек­ти­ву сов­мест­но­го по­бе­га де­вуш­ка не спе­ши­ла вы­бра­сы­вать из го­ло­вы, несмот­ря на свое не менее знат­ное про­ис­хож­де­ние.

— Зна­чит я стану тре­тьим!

Как мо­ло­дой гос­по­дин, про­пи­тав­ший­ся ас­пек­та­ми пути Лжи мог не по­нять, о чем сей­час ду­ма­ет эта пре­лест­ная особа, и от этого на его душе ста­но­ви­лось од­но­вре­мен­но и тепло, и горь­ко.

“Ты так пе­ре­жи­ва­ешь за меня… Но я не могу поз­во­лить моим бра­тьям стать жерт­ва­ми про­кля­тья, и пусть мир Вла­сти бес­по­ща­ден, у меня есть не толь­ко его на­сле­дие!”

Акира дер­жал Кий­о­ми в креп­ких объ­я­ти­ях, раз­мыш­ляя о том, какой же все-​таки может быть же­сто­кой судь­ба, по от­но­ше­нию к детям бла­го­род­ных семей, как вдруг его слух уло­вил сла­бые звуки рас­се­ка­е­мо­го ветра, ко­то­рые ста­но­ви­лись все от­чет­ли­вее и гром­че.

— Ло­жись!

Не теряя ни се­кун­ды, мо­ло­дой гос­по­дин по­ва­лил де­вуш­ку на пол, а спу­стя лишь мгно­ве­ние, стена за ними пре­вра­ти­лась в ре­ше­то из-за де­сят­ков ар­ба­лет­ных бол­тов, вон­зив­ших­ся прак­ти­че­ски на две трети своей длины в ка­мен­ную толщу клад­ки.