Артемида тихо медитировала в тренировочном зале. Дело было не в том, что она чувствовала себя сонной, и не в том, что её телу оказалась нужна корректировка при помощи эфира. Девушка просто пыталась избавиться от навязчивых мыслей, что с каждым днём всё больше донимали её ум. Она прекрасно осознаёт, что происходящие сейчас в городе беспорядки необходимы для создания ещё более совершенного порядка, чем тот, что был создан ею прежде. Она знает, что в будущем, когда всё это закончится, её господин обеспечит все условия для того, чтобы она собственными руками создала те мир и порядок, которые она желает видеть. Любая революция, являясь хаосом по существу, тем не менее требуется для того, чтобы более совершенный порядок пришёл на смену несовершенному. Девушка испытывает определённое вожделение от мысли о том, как вскоре, стоит ей только сейчас перетерпеть, они с господином создадут наиболее совершенный порядок.

Именно поэтому Артемида сдерживает себя, продолжает тихо медитировать для того, чтобы избавиться от наполняющих её мысли желаний убить всех, кто сейчас бесчинствует. Она пытается вспомнить, зачем же приняла эти клятвы и чего пыталась когда-то добиться ими, даже если это не принесло ничего, кроме разочарования. Разве у неё не было какой-то великой цели в детстве, когда она только давала присягу короне? Разве не из-за этих уже забытых и истёршихся в потоке времени желаний её продолжает беспокоить тот факт, что гибнут люди? Девушка сама сказала своему господину, что ей должно быть безразлично, не умрут ли все до единого, пока порядок строго поддерживается. Однако, по каким-то причинам она старается сделать так, чтобы он меньше убивал. Как противоречиво.

Все эти мысли продолжали донимать Артемиду, из-за чего её медитация протекала с переменным успехом, и всякий раздражитель мог бы прервать её. Таковой нашёлся. За окном стали слышны чьи-то отчаянные крики и вопли, спешный топот ног по брусчатке, чей-то горький плачь. Опять беспорядки, что так противны и ненавистны ей. Сколь долго ей ещё нужно будет воздерживаться ради создания наиболее совершенного мира? Артемида, что ожидала увидеть за окном очередные разборки, выглянула наружу и на миг оказалась не в силах осознать, что именно происходит там. Монстры наводнили город. Зеленокожие и насекомоиды раздирали тела мирных жителей, убивая всех без разбору, а паникующие люди разбегались, словно тараканы, затаптывая насмерть упавших и расталкивая друг друга. Отвратительный хаос, что не имеет ничего общего с необходимыми её господину беспорядками.

Девушка нашла это бесконечно прискорбным, сколь и бесконечно же раздражающим. Тот порядок, которого желали они с господином, оказался попран монстрами еще в самом своём зачатке, прежде чем он смог родиться из бесчинств, творящихся в этом городе. Это было очень больно и неприятно. Очень печально. И вызывало очень большое желание прикончить всех. Тех монстров, что посмели своими грязными лапами покуситься на её с господином порядок, и даже тех людей, что оказались не в силах прийти к желаемому господином итогу раньше, чем монстры напали на город. Зачем же рыцарь тогда терпела всё это время? Зачем сдерживалась? Всё это сладостное вожделение, зарождающееся из самоотречения от сиюминутных желаний ради высшей цели, было нещадно опорочено теми, кто сейчас находится за окном. Девушка прекрасно знала, что ей следует с ними сделать.

Артемида не стала надевать доспехи, ведь у неё нет времени, чтобы возиться с ними. Было бы ужасным преступлением против её первой клятвы впустую тратить хоть один миг, что она могла бы использовать для истребления живых существ вокруг для наведения порядка. Схватив первый попавшийся под руку меч, что валялся в тренировочном зале, рыцарь тут же выпрыгнула в окно. Заметив девушку, что, кажется, способна защитить их, мирные жители тут же бросились к Артемиде, дабы обеспечить себе безопасность подле неё. Их головы были отделены от тела в первую очередь. Не то, чтобы девушке сейчас были особенно необходимы причины убивать гражданских, но в подвале до сих пор не созрела химера, которую господин велел защищать. Чтобы творению господина точно ничего не угрожало даже в отсутствие Артемиды, она просто убьёт всё живое поблизости от особняка. Тем более, что чем меньше выживет людей, тем проще будет навести порядок среди них в этом хаосе - двух зайцев одним ударом.

Сделав несколько лёгких шагов, девушка оказалась возле тех, кто тоже бежал к ней всего секунду назад, но замер в нерешительности. Когда она взмахнула клинком, лезвие орудия не задело никого, но головы людей вновь оказались отделены от тел. Девушка продолжила идти по улице, весьма расслабленно и даже с виду небрежно, но, когда один из монстров выпустил в неё стрелу, рыцарь лёгким движением руки отклонила снаряд в сторону другого человека подле неё. Когда поблизости оказывался монстр, она рассекала пополам монстра, а когда поблизости оказывался человек, она убивала человека. Сколько бы стрел и камней ни было выпущено в беззащитную с виду девушку, всякий снаряд убивал кого-то другого, кроме неё, меняя своё направление с лёгким движением её свободной левой руки. Несколько взрывных стрел, что были выпущены в Артемиду, оказались перенаправлены ею мощным потоком воздуха, что возникал от взмаха клинком.

Происходящее казалось чем-то несколько бессмысленным для всех, кому довелось насладиться картиной бойни за несколько секунд до собственной смерти. Нежного вида девушка в повседневной одежде размахивала в воздухе чистым клинком, и с каждым таким взмахом десятки живых обращались в мёртвых. Не было никакой особой разницы между беззащитными людьми и буйствующими среди них монстрами. Никакие попытки чудовищ нанести по девушке удар не оказывались успешными, а были лишь играючи парированы ею. На самом деле, она, казалось, даже почти не использовала ауру, а единственная техника эфира, которую применяла девушка, служила лишь для увеличения дальности её взмахов клинком. Абсурд в чистом виде. Необоснованное боевое превосходство личности над группой.

Когда монстры смогли принять тот факт, что им не под силу одолеть Артемиду на открытой местности, все они спрятались в нескольких домах, ожидая, когда же девушка зайдёт внутрь, дабы воспользоваться узостью пространства против неё, что так свободно чувствует себя на улице. Рыцарь нашла это очень комичным. Разве монстрам не известно, что в замкнутом пространстве проще преодолеть численное преимущество? Впрочем, у неё не было никакого желания заходить внутрь и убивать этих отвратительных существ в непосредственной близости. Артемида воспользовалась аурой в полную силу да щедро напитала свой меч эфиром, и затем, приняв правильную стойку, совершила технически идеальный вертикальный взмах. Шестиэтажное здание рухнуло. Монстры, забравшиеся в него, оказались заживо погребены под тоннами камней. Заметившие это твари, что скрывались в других домах, тут же повылазили из них наружу.

Девушка продолжала неспешно накручивать круги возле своего дома, по спирали отходя всё дальше от него с каждым разом. Вскоре на сотни метров вокруг их с господином жилища расползлась полная покоя тишина. Порядок был несколько восстановлен, пусть и в столь небольшом участке города. Не было больше никаких криков, убийств, беготни - лишь мертвенная безмятежность. Артемида не так сильно любит тишину, как её господин, но она нашла нечто прекрасное в разлившейся по улицам оглушительной немоте. Кажется, теперь девушка чуть лучше понимает его, что весьма прекрасно. Поскольку отходить далеко от дома нельзя, дабы продолжать выполнение возложенной на неё господином миссии, Артемида продолжила тихонько наворачивать круги, убивая всех незадачливых, кому доводилось забредать на территорию установленного ею порядка.

Довольно неожиданно для себя рыцарь столкнулась с инквизитором. Она сразу же убедилась при помощи своего клейма, что под доспехами не скрывается её господин, хотя это и так было очевидно из-за того, что рост человека перед ней на несколько сантиметров отличался от роста господина, как и отличались походка с осанкой. Тем не менее, ей было необходимо убедиться, дабы не напасать ненароком на собственного хозяина лишь из-за того, что он замаскировался. Ненадолго девушка задумалась над тем, как именно ей умертвить человека перед собой, но затем вспомнила, что инквизиторы тоже наводят порядок в городе, а потому было бы лучше оставить подошедшего латника в живых и отправить его убивать монстров где-нибудь подальше от особняка.

- Стойте. Место, куда вы идёте, находится под моим присмотром. Всех монстров, что забредают сюда, я убиваю сама. Прошу вас, направьтесь в другое место для исполнения своего долга, иначе мне придётся расценивать вас как замаскировавшегося под инквизитора монстра.

Человек в латах лишь безучастно поднял свою наполненную божественностью булаву и с размаху ударил ею по Артемиде. Девушка без труда схватила орудие рукой, дабы дать инквизитору понять, что она человек и божественность не причиняет ей вреда. Убедившийся в этом латник негромко прохрипел что-то о миссии и необходимости кое-что проверить, а затем, не обращая внимания не предупреждения и угрозы девушки, прошёл мимо неё, направившись к кучам трупов позади. Артемида тяжело, несколько грустно вздохнула. Она надеется, что этот человек не приходится господину другом или близким товарищем и потому ему будет безразлично то, что она сейчас сделает.

Когда девушка взмахнула клинком, Щит веры разлетелся на мелкие осколки, что на миг вспыхнули светом, словно блёстки, а нагрудная пластина с громким треском разбилась, точно обычный фарфор. Клинок Артемиды, пробивший сердце инквизитора, торчал из его груди. Охваченный болью человек громко вскрикнул, принялся что-то быстро чертить в воздухе руками при помощи божественности, но рыцарь сразу же прервала его, отсёкши ему верхние конечности. Потерявший сознание от обильной кровопотери труп безучастно припал к земле, точно мешок с картошкой, и лишь тихий гром разбитых лат служил последним воплем убитого. Единственное, о чем жалеет девушка - потеря живой силы в ситуации, когда она как никогда необходима для наведения порядка. Тем не менее, это не значит, что ей следовало позволить творить этому человеку что вздумается, а потому его смерть можно назвать лишь... Закономерной.

Вскоре подошёл ещё один инквизитор. Это был Прометей. Не успевшая избавиться от трупа Артемида с предельной вежливостью рыцаря поклонилась своему господину и кратко, но не без ключевых деталей объяснила ему происходящее, также извинившись за убийство одного из товарищей-инквизиторов. Судя по спокойствию молодого человека, ему эта смерть безразлична, но девушка посчитала необходимым выразить своё раскаяние потому, что уважение к товарищам господина есть часть уважения к самому господину, что признаёт инквизиторов своими товарищами. Прометей, что не был одет в доспехи, но использовал Щит веры, кратко похвалил пятый образец за проделанную работу и создал зеркала, дабы избавиться от трупа. Огонь, созданный из тьмы, подобно щупальцам заполз под доспехи и проник в труп, дабы кремация прошла быстрее, и лишь когда от тела остались только кости с обугленным пеплом молодой человек очень спешным шагом направился к своему дому. Верная рыцарь молча последовала за своим господином.