— Ха!

Отбив клинок, нацеленный ему в область талии, Ларс одним движением рассёк противника — тот рухнул. Со всех сторон раздавались крики людей. Нападавшие и правда были не аскунцами, но по жестокости почти не уступали им.

Граф намеревался убить всех — включая его — и сжечь место дотла. Для него жизнь людей, живущих в таких трущобах, стоила не больше мошкары.

— Ларс, впереди!

Одновременно с голосом Кирхина Ларс взмахнул рукой. В воздухе коротко звякнуло — его лезвие отбило пущенную звёздочку. Обернувшись, он увидел Кирхина, стоящего в нелепой стойке с топором в руках.

Его пальцы заметно дрожали. Поймав взгляд Ларса, Кирхин сжато пробормотал:

— Нашёл в комнате… хоть что-то должно же быть в руках.

— Только не размахивай им как попало. Лучше беги. С оружием ты себе больше навредишь.

— Да бежать-то некуда! Ааа!

Когда кто-то бросился на них, Кирхин отчаянно взмахнул топором. Ларс, едва увернувшись от удара, который едва не полоснул ему лицо, развернулся и рассёк руку противника. Его вопль смешался с хаотичным хором криков вокруг. Ларс схватил Кирхина за руку.

— Сюда. Есть лестница к подземному складу. Через окно можно выбраться наружу.

— Почему вы только сейчас об этом говорите!

Поймав момент, когда коридор был пуст, они бросились бежать. Кирхин, тяжело дыша, спросил:

— Но почему аскунцы… граф с ними связан?

— Это не аскунцы. Граф переодел своих, чтобы свалить всё на них.

— Поймайте их!

Грубый голос сзади заставил их ускориться. Они почти скатились вниз по лестнице — и оказались в полной темноте. В подземном складе света не было.

— Я не вижу, куда идти.

Ларс бывал здесь пару раз и быстро нашёл нужную дверь. Он остановился в этой гостинице лишь потому, что при опасности отсюда было удобно сбежать наружу.

Он нащупал окно — и нахмурился. Снаружи что-то было прислонено, и створка не открывалась. Он упёрся сильнее, но та лишь дрогнула.

—Толкай.

Кирхин, хоть и с отвращением глядя на пыль и паутину, поспешно вскарабкался на ящики и начал толкать окно. Тяжёлая бочка, стоявшая снаружи, постепенно сдвигалась, и появилась узкая щель.

И в этот момент факел, охваченный огнём, влетел в подвал. Нападавшие уже спускались по лестнице. Ларс встал спиной к окну и развернул меч.

— Я их задержу. А ты — наружу.

— Н-но я же хоть чем-то могу…

— Нет, иди. Со мной ты точно погибнешь, один я продержусь дольше!

Ларс взмахнул мечом. К счастью, проход в подвал был узким, и враги не могли зайти толпой. Пока огонь факела дрожал, Кирхин кое-как зафиксировал его у окна и оглянулся. В этот момент один из врагов ударил клинком в бок Ларсу.

— Осторожно!

Ларс успел уйти от удара, но чуть замешкал — второй клинок, опускавшийся сверху, всё-таки полоснул его по плечу. На белую щёку Ларса брызнуло несколько капель крови. Он тут же нанёс ответный удар — но враги не кончались.

Янкин скоро приведёт ребят — нужно только выиграть время. Сейчас он не мог бросить Ларса одного. Стиснув зубы, Кирхин убрал руки с окна.

Смотри, камушек. Ради твоего любимого человека старший брат вот до чего дошёл.

Криво усмехнувшись, он принялся искать хоть что-нибудь полезное — и вдруг его глаза расширились.

В углу, из темноты, словно вышедший из небытия, стоял мужчина. С длинными волосами, небрежно собранными сзади, в чёрной одежде. Его присутствие было настолько размытым, будто он всегда был частью этой тени — как призрак.

Единственный вход был за Ларсом. Окно — наполовину открыто. Значит, этот человек не вошёл. Он всё это время был здесь.

…Нет.

Тот двигался бесшумно, и в его руке сверкнуло лезвие. Ларс, сдерживая противников перед собой, ничего не замечал. Увидев, куда направлен удар, Кирхин не раздумывая бросился вперёд.

— Угх!

Ларс, удерживавший врагов, почувствовал движение за спиной и обернулся. Он увидел согнувшегося Кирхина — и стоящего перед ним неизвестного.

— Кирхин, ты в порядке?

— Н-норм…

Кирхин, стискивая зубы, прижал ладонь к низу живота. Холодное лезвие, прорезав мышцы, вошло внутрь, и горячая кровь тут же пропитала ткань одежды. Во рту мгновенно пересохло. Он поднял голову и посмотрел на мужчину перед собой. Спиной он ощущал, как Ларса постепенно оттесняют назад.

Ларс пнул нападавшего в живот и, выиграв немного пространства, снова обернулся. Он сразу узнал обладателя аккуратного лица и светлой кожи.

— Квидо!

Квидо коротко цокнул языком, всё ещё сжимая рукоять кинжала, погружённого в тело Кирхина. Ларс, взмахивая мечом, резко крикнул:

— Хорошенько подумай! Убить барона Викмана — совсем не то же самое, что убить меня. Твоему хозяину это точно не понравится!

— Ничего страшного. Варварский клинок ведь не разбирает, чьё тело режет.

Кирхин кашлянул — лезвие вошло ещё глубже. Кровь выступала между его зубов. Квидо негромко произнёс:

— Не повезло. Если бы вас здесь не было, вы бы были в порядке.

Мёртвых было бы слишком много. Пусть они и не были знатными людьми, но трагедия такого масштаба требовала «виновного». Для этого они и выбрали Аскун.

Но здесь оказался Кирхин. Простые головорезы никого не интересовали — а вот слова барона Викмана могли иметь вес. Это было лишнее. Увидев всё собственными глазами, он уже фактически сидел в повозке, идущей прямиком к смерти.

— Ну… ты тоже не особо удачливый.

Задыхаясь, Кирхин взмахнул рукой. В миг рассеянности Квидо почувствовал, как тупое лезвие полоснуло ему лицо. Он резко выдернул кинжал, и Кирхин, выплюнув кровь, обмяк и упал.

— Кирхин!

Ларс отступил, и нападавшие, расширив проход, начали проникать внутрь склада. Он согнулся, схватил Кирхина и потащил в угол. На полу тянулась жуткая дорожка окровавленных следов.

— Ну вот… никогда не думал, что такой день настанет…

Прислонившись спиной к стене, Кирхин бормотал слабым, мутнеющим взглядом. Ларс увидел, что выпало из его рук — маленький кухонный нож, забытый кем-то из поваров.

— Если я вслед за отцом умру… уж точно никто не сможет опровергнуть слухи о проклятии рода Викман…

— Молчи.

Следя за приближающимися врагами, Ларс прижал рану руками, но кровь текла неумолимо. Глубину ранения можно было понять по одному только лицу Кирхина — оно стремительно бледнело. Каждый его выдох был рваным и сиплым.

— Если они заберут и вас, наш Камушек меня… не простит…

Нападавшие уже неторопливо выстраивались, перекрывая пути отхода. Позади, согнувшись от боли и прижимая разрезанное лицо, стоял Квидо. Кирхин слабо усмехнулся:

— Но хотя бы теперь… его узнают сразу. Я… сделал ему подходящее лицо… кх…

— Замолчи, Кирхин!

Из его рта рванулся новый сгусток крови. Ларс сильнее прижал рану, но это было бесполезно.

Дыхание Кирхина становилось всё быстрее. Его жизнь безвозвратно ускользала из-под пальцев Ларса.

— Люси… позаботьтесь о Люси… чтобы… чтобы не было опасно… это я… я её… втянул…

Его прекрасные голубые глаза тускло блеснули. Подняв дрожащую руку, он положил её поверх руки Ларса, будто умоляя. Голос сорвался на едва слышный шёпот:

— Скажите ей… что благодаря ей… я был… по-настоящему счастлив…

Голова безвольно опустилась. Его дорогой фиолетовый бархатный мундир был полностью пропитан кровью.

(П.П. Блиииин ну неееет)

Ларс сжал ещё тёплую руку Кирхина — и его губы задрожали. Снаружи раздались крики:

— Убить его!

Ларс, яростно стиснув зубы, бросился вперёд и принял нападавших. Рана, нанесённая Кирхином, была достаточно глубока — теперь сам Квидо не мог легко двигаться, но стоило ему вернуться в бой, и всё было бы кончено.

Разум требовал пробиться к отступлению, но взгляд Ларса невольно снова упал на изуродованное лицо Квидо. Если он не убьёт его здесь — он с этим не справится.

— Аааа!

Лезвие, наполненное яростью, рассекало врагов одно за другим — но их было слишком много. Те, кто завершил бой снаружи, уже присоединялись.

Плечо Ларса снова ослабло — из раны уходили силы. Он перехватил меч, выпрямляя стойку, и в этот миг у самого уха раздался знакомый голос.