— У меня срочное дело, так что я пойду первым. А вы все продолжайте веселиться и хорошенько отпразднуйте день рождения нашей очаровательной дочери.

Он намеренно не назвал имя девочки, потому что на секунду запутался и едва не произнёс имя второй дочери. Размахивая полами плаща, он быстрыми шагами пересёк коридор. Западная библиотека, где всё ещё хранились следы крови Сесилии, и сейчас оставалась его излюбленным кабинетом.

Мужчина, стоявший там неподвижно и почти незаметно, увидев его, почтительно склонил голову. Это был Квидо — с длинными тёмно-каштановыми волосами, небрежно стянутыми в хвост. Он служил Бейтраму верой и правдой, словно его собственные руки и ноги.

На фоне массивного Бейтрама Квидо выглядел мелким и худощавым, но на деле был опытным убийцей. Он умел бесшумно двигаться, был быстрым и владел множеством видов оружия.

Причина, по которой Бейтрам держал его рядом, крылась в том, что Квидо был не только убийцей, но и талантливым стратегом. Он собирал сведения, умел анализировать их и понимать, в какую сторону двигаться. Таких людей было мало, и Бейтрам ценил его выше сотни других подчинённых. Именно поэтому он терпел его длинные волосы, хотя ненавидел мужчин с такой причёской. Любому другому он бы давно отрубил голову вместе с волосами.

— Как раз вовремя. Было смертельно скучно. Объясни мне, зачем вообще праздновать день рождения двухлетки, которая в любой момент может сдохнуть?

— И всё же это хорошая возможность показать привязанность к леди.

— Ну, а что по делу?

Бейтрам покачал головой и достал из шкафа бутылку и бокалы. Квидо, как всегда с невозмутимым лицом, заговорил:

— Заметил активность торговой гильдии Фримонт. Похоже, они готовятся к новой сделке.

Брови Бейтрама дрогнули, пока он наливал густое вино.

— Значит, на Кристофере Викмане всё не закончилось?

— Вероятнее всего, делом займётся Кирхин Викман, которому перейдёт титул…

Бейтрам мельком взглянул на замявшегося Квидо и протянул ему бокал. Тот принял его обеими руками и поднял взгляд:

— Кирхин всегда был бездельником, только и умел, что до утра заглядывать под юбки девиц. От покойного отца он недалеко ушёл. Кристофер Викман понимал, что сделки с Фримонтом приносят прибыль, но никогда не рискнул бы открыто идти против вас. Даже без усилий ему доставалось достаточно.

— Возможно, Кирхина подтолкнула к действию смерть отца. Ведь благодарности от торгового дома Фримонт предназначались Кристоферу Викману, который спас им жизнь. Теперь он мёртв, и Кирхин, должно быть, решил, что поток доходов иссякнет, если ничего не предпринять.

Квидо кивнул, словно соглашаясь с доводами Бейтрама, но в глазах его мелькнуло сомнение. Слегка смочив губы вином, он пробормотал:

— Если бы Кирхин Викман был достаточно умен, чтобы провернуть подобное, он бы уже давно дал о себе знать. Я постоянно наблюдал за этим семейством и понял одно: этот человек — точная копия своего отца. Всё, что у него в голове, — это женщины и пустые забавы. Но последние его шаги… они вызывают тревогу. Что-то изменилось.

Бейтрам, усевшись на край стола, поднял бокал, требуя продолжать. Квидо заговорил дальше:

— Кроме того, подозрительно быстро проходят формальности по наследованию титула. Обычно это занимает не меньше трёх месяцев, а тут всего за две недели они представили в королевскую канцелярию все необходимые документы. Думаю, уже на следующей неделе состоится церемония передачи титула. Это невероятно быстрый процесс.

— Да и скрывать особые амбиции ему не было нужды. Старший брат всё равно бесполезный калека, так что после смерти барона место закономерно перешло бы к Кирхину.

— Мне это почему-то напоминает прежнее дело, — осторожно проговорил Квидо, наблюдая за реакцией Бейтрама.

— Принца Феллоуика, — добавил он.

Лицо Бейтрама, до того красноватое от вина, вдруг посерело, налившись холодом. Он прекрасно понял, что имеет в виду его подчинённый.

— …Ты хочешь сказать, что за Кирхином стоит тот же человек?

— Такое возможно. Совпадения слишком явные: и там, и здесь препятствия вашим замыслам, и в обоих случаях задействован дворец. Самое подозрительное же то, что люди, которые раньше не проявляли ни малейшего интереса к политике, вдруг становятся центром событий и действуют так, словно их подменили.

Бейтрам нахмурился и щёлкнул языком. Квидо был прав: представить, что Кирхин в одиночку провернул всё это, было попросту невозможно.

— Верно ли, что Кирхин Викман принял в дом незаконнорожденную дочь покойного барона?

— Да. Но и это остаётся загадкой. Вероятность того, что девчонка действительно его дочь, ничтожно мала. Кристофер Викман даже никогда её не встречал. А раз уж Кирхин удосужился принять ту самую девчонку, которую мы хотели обвинить, то вряд ли это случайность.

Неизвестный враг словно пристально следил за ним. Он был подобен туману, которого не схватить руками: ни облика, ни ясной цели. Известно было одно — это враг.

Бейтрам тихо провёл пальцами по бокалу и глухо произнёс:

— Нужно быть осторожнее. Итак, когда именно торговая гильдия собирается действовать?

— Завтра. Мы даже выяснили место. Но если сам Кирхин Викман выйдет вместе с людьми из торгового дома, то при нападении всё может перерасти в крупное дело…

— Не важно. Всё равно о сделке знают лишь Викманы, торговая гильдия и мы. Викманы — сборище дураков, гильдия после этого станет ещё осторожнее и начнёт больше оглядываться на нас, так что терять нечего. Поэтому…

Взгляд Бейтрама, устремлённый на Квидо, сверкнул смертельным огнём. Его губы изогнулись в мягкой дуге.

— Убейте всех. Никого не оставляйте. А потом посмотрим, как отреагирует тот, кто стоит за ними.

— Слушаюсь.

Квидо не стал уточнять, что если у Викманов и вправду появился такой покровитель, их уже нельзя считать «сборищем дураков». Времени было слишком мало и нужно было многое подготовить.

К тому же на этот раз следовало продумать и вариант провала. В нынешних условиях поголовное истребление было далеко не лучшим выбором. Если люди торговой гильдии Фримонт после случившегося испугаются не столько, сколько возмутятся, они могут решиться вовсе порвать сделку с Вальшайном. А ведь Фримонт изначально добился независимости восстанием — народ у них не из робких.

Не все поддаются страху. Но этого его господин не понимал. И в том крылась и сила, и слабость Бейтрама. В голове Квидо лихорадочно мелькали варианты, как выйти из этой щекотливой ситуации.

***

Я сидела за обеденным столом, напряжённая и скованная, напротив Кирхина и Лорель. Хотелось вырваться, но никак не получалось.

С того дня, как я стала свидетелем того события, я избегала совместных трапез с Кирхином. Встретиться взглядом с ним было мучительно неловко. Я не знала, каким выражением лица встречать его обычную ослепительную улыбку, словно ничего не произошло.

Однако сегодня он неожиданно настоял: мы обязательно должны позавтракать вместе. Я пыталась отказаться, но строгий взгляд Нины, в котором звучала едва прикрытая угроза «не раздражай господина», не оставил выбора.

Впервые предстояло остаться в особняке одной, без Кирхина, на несколько дней. Это означало, что нужно быть настороже. Но первой в голове всплыла не осторожность, а лицо Дамиана с его припиской — «если вернусь живым».

Я не сомневалась: отъезд Кирхина так или иначе связан с Дамианом. Он пытался обернуть всё в шутку, но было ясно — дело сопряжено с опасностью. Именно поэтому я пришла к столу, но всё же не могла поднять взгляд и встретиться глазами с Кирхином.

— Так тяжело с тобой встретиться… Если будешь продолжать, сердце твоего брата разобьётся, камушек мой.

На нарочито печальные слова Кирхина я отвела взгляд от Брука и слуг, которые собирали вещи. Стоило нашим глазам встретиться, как его синие глаза вспыхнули радостной улыбкой, будто только этого и ждали. Я выдохнула лишние мысли вместе с вздохом и заговорила:

— Когда вы вернётесь?

— Если повезёт — через три дня. А если по дороге решу немного отдохнуть, то, может, через неделю.

— Это ведь не опасное дело?

Мой внезапный вопрос будто выбил его из колеи: лёгкая, шутливая улыбка дрогнула. Он поспешно выровнял выражение лица и пожал плечами.

— Опасность? Да что ты. Нужно всего лишь взглянуть на земли после недавнего неурожая. А, постой. Где мой подарок? Ты что, рассердилась на меня и выбросила флакон с духами?

Он ловко перевёл разговор, ткнув пальцем мне в пояс. Я заморгала в замешательстве: чтобы объяснить про флакон, пришлось бы рассказать и о Дамиане, и обо всём, что произошло после. Поэтому я, не подумав, выпалила:

— Можно мне поехать с вами?