В чьих-то головах горят огни, словно факелы. Глубоко под светлой ледяной гладью плавают мелкие рыбёшки, постепенно удаляясь от одной точки. Туда, через проделанную лунку, падает клоунская маска, вмиг покрываясь гноем и волдырями, оставляя лишь ужасное зрелище от некогда потешного предмета одежды. Внезапно, рука, покрытая жабрами, хватает её и надевает на затемнённое лицо, на несоразмерно большой голове. К последней медленно подтягиваются удильщики с одним-единственным полностю красным глазом. Кто-то падает, пробивая лёд, и смотрит на огромное существо. Потом, он достаёт меч и... Его пробивает огромный голубой снаряд.

***

...

Можно проигнорировать на этот раз? Надеюсь, что так.

И так, за прошедшие пару дней я точно уверился в нескольких вещах насчёт меня и жизни в целом.

Первое: тут есть ровно три фундаментальных элемента. Я нашёл пару книг, жёстко опросил кучу людей и теперь точно знаю — меньше атомов, кварков и других штук, которые я знаю (но лучше буду притворяться тупым, чтобы не пришлось самому себе это объяснять, хе-хе), есть штука, на которой всё строится - назовём её материей - с ней нельзя почти ничего делать. Это основа того, что мы зовём физическим миром. Также, есть свет — это то, с помощью чего можно колдовать, и я так могу, но обычно ею пользуются избранные, святые и другие любители божественного служения, да и атакующих заклинаний немного, это больше про защиту и поддержание стабильного состояния здоровья. Наконец, ихор. Я не знаю, откуда взято это название, но его у меня в памяти не было, так что сопоставить не с чем. Ихор — это... Это тёмная лошадка из мира элементов. Он есть везде, в очень малом количестве, но особенно много его во мне, и я, видимо, понял, почему так.

В общем, у всего живого есть своя душа. Всё, что выполняет функции живого существа, имеет свою душу. Не знаю, почему, но нигде не указано про нити, ведущие от душ к огромным сферам рядом... Ну да неважно. Так вот, эти самые души состоят именно их ихора.

Таким образом подходим ко второму факту. Я — слияние души с телом. Нет, с несколькими телами. Про такие же случаи говорилось всего в одном потрёпанном дневнике, полностью исписанном. "Ихории", существа с настолько большой душой, что она может взаимодействовать с окружающим миром даже без тела. Среди известных представителей тот самый Эндер Узъумаки, которого я видел раньше, "Мираджин" и, теперь, я.

Вообще, этот Эндер мне прямо жёстко так наврал, ибо ни про какие хотдоги там вообще не написано. Он — монарх королевства, той самой Кетары.

Кстати, третий факт: в этой стране в принципе много необычных. Там далеко не только люди, там ещё и эти ихории, какие-то люди с палками в телах, даже боги... Ну а ещё был тот человек рядом с Монархом. Он использовал свет. Значит, он либо святой, либо служитель какого-то светлого божества, либо ещё кто-то особенный, на кого обратили своё внимание высшие существа.

...

Пока всё это говорил, я успел наткнуться на какой-то подозрительно выглядящий полупрозрачный шар, окрашенный в оттенки жёлтого, серого и коричневого.

Я перенёс к нему ту малую часть тела, что использу-... О боже. Почему... Почему здесь так много этих сфер вокруг? Это будто улей, комната смеха и кинотеатр в одном лице. Внутри, каждая сфера разбивается на тысячи, нет, на миллионы кусочков, наполненных голосами, текстом, видениями и галлюцинациями.

Это... Чьи-то воспоминания? Мысли? Я сейчас вижу их души?.. Нет, сознания. Сюда попадает то, что обрабатывается мозгом, то, что существо совершает перед любым действием. Это прекрасно. Совершенно. Мне это нравится.

...Если бы только не так много.

Все эти логические цепочки, необоснованный выкрики, абстрактные образы, безумные шутки, общение со вторыми личностями- АААААААААААААААА! КАК ЖЕ ЭТО ГРОМКО!

Я пытался закрыть уши, но понял, что это бессмысленно, ведь у меня их попросту нет.

Я пытался сбежать и разделиться, рассеять концентрированный ихор, но что-то внутри маленького шарика удерживало меня рядом.

Я пытался игнорировать фоновый шум, но он был слишком громкий, он впивался в мой мозг, как паразит.

В ярости я направил импульс на шар и тот отразился.

Не было времени думать, почему так произошло, так что я просто изо всех сил ударил его.

Небольшой помещающийся в руке шарик сломался.

Моё сознание расширилось и поменяло свой состав, превращаясь в волну. Хаотическая энергия определёнными путями исходила от меня, проходя по лазейкам и используя все виды энергии для прохода по невозможным путям. Я стал понял, что такое Хаос. Я стал получил психологические болезни. Я стал Хаосом. Я убил Хаос. Я умер и возродился. И снова. И снова. И снова. Я высчитал невозможные числа и родил невозможного ребёнка, я поменял пол и убил депрессию. Я стёр ручку и съел стену. Я изничтожил конъюктивит и вырвал глаз. Я пошёл в школу и сделал город частью жизни. Ничто и никогда не было, но было и есть, ибо будет. Сам факт смерти умер от страха, чувствуя меня. Я вырвался из всех них. Я перестал быть обычным живым существом, стал выделяющимся. Моя история закончилась и началась заново. Я чувствую, как на меня снисходительно смотрят 78 человек. Я — что-то.

...

Боги...

Жалки. Теперь я лучше это понимаю. Всё было гораздо проще. Если я знаю, что скоро умру, то мне нужно быть уверенным, что остатки моей жизни будут достаточно интересными. Я... Пока у меня ещё есть дела в этой вселенной. Пока миллиарды других будут ожидать, я буду ждать вместе с ними. Эндер Узъумаки... Я начинаю понимать, за кем мне следовало бы следить.

***

Абсолютно все без исключения в момент почувствовали, будто чего-то не хватает. Что-то не так. Не должно так быть. Неправильно. Неверно. Глупо. Абсурдно.

***

...чихнул.

— Ммм? А твоя вера разве позволяет тебе чихать? - он надвинулся над ним, испепеляя взглядом, - Я позволял тебе чихать?

— Завались, старина, пока я тебе не влепил в морду.

— Хочешь попробовать?

Он посмотрел на своего собеседника. Слишком сильный. Сильный, но глупый. Но в бою будет опаснее, чем он.

Он помахал головой и глаза, видные через маску, поменяли цвет на красный.

— Не-а. Это будет нечестно, ты же даже умереть не сможешь в бою против меня.

Он оглянулся, смотря на оставленные сзади горы трупов.

— Тем более... Рыбёшку ту мы ещё не убили.

— Ха! Знаешь, мальчик, не паладинское жто дело – убивать. Может, убьёшь себя и окончишь их страдания?

— Ты начинаешь говорить, как Цепной.

— Это плохо?

— Ты же не Цепной.

— И то верно.

И они пошли дальше. Через горы трупов, убивая других жертв чудовища, что они ловят, Аболена, с чётким чувством мнимой пустоты внутри.