Взяв случайный лист в руки, Стелла попыталась разобрать, что же на нём написано, но символы упорно не складывались в слова. Это было странно, поскольку транслирующее заклинание всё ещё работало, переводя любые информационные волны в понятные мозгу. Разве что, буквы на бумаге не несли никакого смысла, тогда и информации за ними не стояло, и переводить было нечего. Так могло случиться, если символы копировались бездумно, без понятия копирующего, что за ними стоит.

Тогда она взяла второй лист, а потом и третий, но всё равно ничего не смогла прочитать. Кроме того, было странно, что золотистый туман, до этого бурно реагирующий на любое появление страницы и даже её признаки, бесстрастно покоился вокруг замка души Стеллы.

Женщина снова посмотрела на Турика, который хоть и делал вид, что очень старается выбраться из цепей, но всё равно с плохо скрываемым злорадством посматривал в сторону Стеллы. Из чего та сделала вывод, что все три страницы поддельные, а настоящая прячется где-то ещё.

Стелла выдохнула и ещё раз обратилась к воспоминаниям её осколка сознания, следившего за Туриком Варлом. Момент, когда он убирал страницу был не слишком чётким, потому что в это время её основное сознание испытывало шок от столкновения с изменениями основ реальности, но всё же можно было разглядеть, что старик убирает бумагу в шкатулку, а шкатулку подносит к пространственной сумке, висящей на ремне.

Посомневавшись пару секунд, Стелла снова подошла к старику и стала разглядывать сквозь прозрачные цепи его ремень. Он выглядел довольно дорого, был сделан из тиснёной кожи духовного зверя, и на нём были накладки из драгоценных камней. Проверив восприятием, Стелла обнаружила, что одна из накладок обладала маленьким свёрнутым пространством, которое было трудно заметить, поскольку на нём даже на стояло замка из отпечатка души. Протянув руку, она вытащила из этого кармана ещё одну шкатулку.

С виду она была ровно такой же как остальные три, но на этот раз туман в её душе среагировал как надо. Он закрутился вокруг замка огромным вихрем, будто подгоняя Стеллу, чтобы она быстрее открыла и взяла страницу.

Турик, поняв, что настоящее его сокровище попало в чужие руки, побледнел и даже перестал трепыхаться. А когда Стелла открыла шкатулку и взяла в руки лист бумаги, так и вовсе заорал диким голосом.

— Тебе нельзя её трогать! Ты умрёшь в попытках активировать эту страницу, и даже душа Мастера не сможет спастись!

— Ну ты же не умер, — резонно возразила старику Стелла, разглядывая довольно простые символы.

— Есть секретный способ! Я тебе расскажу, а ты освободишь меня и позволишь уйти! А если нет, то я сейчас же уничтожу все свои воспоминания, чтобы ты никогда не смогла его найти, и сдохла от отдачи этого сокровища!

Было очевидно, что способ был связан с самодельным артефактом у него на руке и кровью скелета в углу. Наверное, даже без воспоминаний Турика, имея на руках лишь эту информацию, она смогла бы понять суть метода. Сейчас, когда все сумки уже были открыты, а сокровища найдены, воспоминания Мастера Хранителя были не так уж и нужны. Но Стелла всё же хотела их оставить. А вот живая душа старика была и вовсе уже не нужна.

— Хорошо, я сниму с тебя цепи, а ты мне расскажешь суть метода. И только попробуй сбежать или вытащить свои ножницы, убью мгновенно! — вкрадчиво сообщила Стелла, подходя к старику.

В ту же секунду её рука коснулась его лба, а сущность души в его теле была уничтожена. Золотистый туман, сверкающим вихрем вырвался из её тела, поглотил безжизненные остатки самосознания Турика Валом и вернулся на своё место.

Тело Мастера Хранителя Сокровищ затихло и обмякло, впрочем сердце его по-прежнему билось. Такая смерть для души Мастера была весьма трагичной, поскольку он лишался шанса на посмертие. Стеллу пронзил укол раскаяния за обман, но она опасалась, что Турик уничтожит свои воспоминания. Она собиралась открыть миру правду, куда же пропали юниоры школы Стремительных Бьё, но не хотела, чтобы её связали с этой историей.

В её предыдущем мире существовало множество заклинаний для просмотра воспоминаний человека, как живого, так и мёртвого. В этом мире тоже существовали духовные техники позволяющие заглянуть в память, поэтому Стелла рассчитывала, что Турика скоро найдут и узнают подробности его злодеяний. Себя из них она, конечно, собиралась стереть.

С воспоминаниями старика она возилась долго. Сначала Стелла просмотрела всю информацию, которая касалась страницы. Оказалось, что страницу он купил на каком-то аукционе по бросовой цене ещё тридцать лет назад, потом долго собирал её историю. Со временем он выяснил что печать активирует лишь определённая генетическая линия, уходящая далеко в прошлое, потомки которой расселились по региону Бьё и немного по соседним. Он нанялся в школу Стремительных Бьё и начал свои эксперименты. Старик похищал подходящего ему человека, вырывал его душу ножницами, а потом долго сцеживал кровь, пока тело окончательно не разрушалось. Ему удалось найти способ очищать кровь потомков до определёного уровня, чтобы использовать в качестве проводника при активации печати. Оставался загадкой лишь её эффект. Язык, на котором страница была написана, Турику был не знаком, более того, он не нашёл ни единого упоминания о подобной письменности, как будто она была чужеродной этому миру. Он продолжал маниакально исследовать это сокровище, но за тридцать лет его одержимости страницей, он не приобрел с её помощью абсолютно ничего.

Стелла тщательно запомнила всё что увидела в воспоминаниях Турика Варлом и только после этого принялась их кроить. Она уничтожила все упоминания о подозрительных столкновениях с Амаей иль Тэ, потом обработала большую часть их сражения, оставив лишь видоизмененный силуэт и пару неразборчивых сцен с цепями и падением. Помимо этого она убрала все моменты, которые содержали подробности про чудесный ремень Мастера Хранителя, и то, как он создавал одну из шкатулок, чтобы казалось, что он хранил страницу среди двух подделок. Стелла вернула все три сумки на место, ничего из них не взяв. И только окончательно убедившись, что она не оставила в разуме Турика подсказок в её сторону, она снова обратилась к странице.