«Конечно! Что, думаешь, у меня настолько плохая память? Если это Филиоче, я знаю, где и как растёт даже самая крошечная травинка!» — с вызовом ответила Хариетта на вопрос Эдвина, фыркнув и вскинув голову.

«Ну же, быстрее!» — не дожидаясь его ответа, она вскочила на ноги и бросилась к дереву.

Эдвин посмотрел ей вслед с лёгким недоумением, затем едва заметно покачал головой. Он снова забыл, как сложно переубедить её, если она что-то решила.

Медленно поднявшись, он направился следом. Хариетта уже стояла перед деревом, сосредоточенно изучая его ствол. В её руке был тупой сук, который она, видимо, подобрала по пути. По её увлечённым движениям можно было подумать, что она уже что-то вырезает.

«Что ты делаешь?»

«Думаю, чтобы написать. Как-никак, если уже вырезал, то назад не возьмёшь.»

Хариетта ответила с таким серьёзным видом, будто решала судьбоносный вопрос. Хотя её затея была всего лишь безобидной шалостью, относилась она к ней со всей ответственностью. В этот момент она напоминала священника, готовящегося записать священные строки для храма.

«О! Я придумала!» — внезапно воскликнула она и начала царапать кору сучком.

Тупой кончик оставлял лишь слабые следы, поэтому ей приходилось несколько раз проходиться по одним и тем же буквам.

Эдвин, молча наблюдая за её стараниями, опустил взгляд и прочитал, что получилось. В уголках его губ мелькнула улыбка.

«Буду осторожнее в будущем.

Наверное.

Е»

«Это ещё что?»

«Как что? Моё обещание тебе!» — уверенно заявила Хариетта.

«Вспомни, что ты говорил. Ты ведь всё время твердил, что от моей неуклюжести у тебя чуть ли не кровь стынет в жилах. Так что я обещаю, что постараюсь быть внимательнее.»

«Понимаю…Но зачем ты добавила «наверное»?» — с лёгким прищуром спросил Эдвин, кивнув на последнее слово.

Хариетта хитро улыбнулась.

«Ну…вдруг будет какая-то ситуация, в которой я просто не смогу быть осторожной?»

«Ситуация, в которой ты не сможешь быть осторожной? И что это за ситуация такая?»

«Пока не знаю. Вот поэтому и написала «наверное».

Она пожала плечами, как будто это был самый очевидный довод в мире.

«Понятно.» — кивнул Эдвин.

«Хочешь тоже что-нибудь написать? Держи.»

Заметив, что он собирается отказаться, Хариетта быстро сунула ему в руки ветку, опережая возможные возражения.

«Это просто игра, не думай слишком много.»

[Кто же тут только что относился к этому так, будто решает свою судьбу?]

С лёгкой усмешкой Эдвин взглянул на Хариетту, но та уже поспешила отвернуться, делая вид, что ищет новое облако в небе.

«Я не буду смотреть, пока ты не закончишь.» — пробормотала она, но в голосе слышалось нетерпеливое ожидание.

[Обещание…]

Эдвин задумался. Затем бросил быстрый взгляд на Хариетту, которая старалась выглядеть равнодушной, но в глубине души наверняка гадала, что он напишет.

Переведя взгляд на её надпись, он тихо усмехнулся и начал аккуратно выводить буквы. В тишине слышался только звук скребущей по коре ветки.

«Готово.»

«Уже? Что ты написал?»

Хариетта тут же обернулась и с волнением посмотрела на надпись.

Прямо под её словами, выведенными неровными, немного кривыми линиями, аккуратным почерком было выгравировано:

«Я всегда буду рядом.

Наверное.

E»

Её радостное лицо замерло. Весёлый блеск в глазах потух, а губы, готовые снова засмеяться, сомкнулись.

Её взгляд задержался на надписи.

В груди вдруг стало тяжело, словно она проглотила что-то большое и плотное. Это ведь была всего лишь беззаботная шутка, точно такая же, как её собственная. Ни намёка на печаль, наоборот, слова звучали тепло, с лёгкой иронией.

[Но почему же, глядя на них, сердце сжималось?]

«Тебе не понравилось?» — тихо спросил Эдвин, неправильно истолковав её молчание. В его голосе мелькнула нотка беспокойства.

«Наверное» — это всего лишь шутка.» — добавил он, словно спешил объясниться.

Хариетта сглотнула, затем покачала головой.

«Это…просто идеально.»

Она едва слышно выдохнула, будто говорила сама с собой. А потом повернулась к Эдвину и вдруг поняла: теперь одно лишь слово уже не может выразить её чувства к нему.

«Ты должен сдержать обещание, Эдвин.» — мягко сказала она.

А потом улыбнулась.

Точно так же, как цветок, распускающийся в лучах весеннего солнца.

***

Время шло, и день призыва Хьюго настал. Семейство Маккензи и сам Хьюго, не ведая всех деталей происходящего, прощались в слезах, не зная, суждено ли им снова встретиться. Никто из них не мог быть уверен, что эта разлука не окажется последней.

Только Хариетта оставалась спокойной.

«Не волнуйся, Хьюго. Ты скоро вернёшься.» — мягко сказала она, глядя в полные тревоги глаза младшего брата.

Из столицы всё ещё не приходили вестей, но она была уверена, что это лишь вопрос времени, прежде чем прибудут бумаги с Королевской печатью.

«Это ненадолго. Просто подожди ещё немного.»

Она нежно поцеловала его в лоб и тепло попрощалась.

***

Спустя несколько дней после отъезда Хьюго в Банголу у поместья Маккензи появился посыльный. Хариетта, едва увидев его, ощутила прилив радости. Однако, развернув письмо, быстро утратила весь свой энтузиазм.

Отправителем оказался вовсе не Королевский двор Бримделля, чьего ответа она так ждала.

***

«Добро пожаловать.»

Когда Хариетта вошла в комнату, мужчина у окна поприветствовал её с таким дружелюбным тоном, что посторонний наблюдатель мог бы решить, будто они близкие знакомые.

Хариетта поморщилась. Она искренне надеялась, что больше никогда в жизни не увидит этого человека.

[Пиявка…]

Про себя она выругалась. Покидая Лавант, она была уверена, что их с Шоном дороги разошлись навсегда. Но теперь он стоял перед ней, и именно здесь, в Филиоче.

«Ты не выглядишь слишком довольной нашей встречей.» — усмехнулся он.

«А с каких это пор мы с тобой встречаем друг друга с радостью?» — холодно отозвалась Хариетта.

Шон только усмехнулся, признавая её правоту.

«Может, присядешь?»

«Вряд ли у нас найдётся тема для столь долгого разговора, чтобы ради него садиться.» — отрезала она.

«Хочешь ты этого или нет, беседа затянется. Так что садись.»

Шон кивнул в сторону стула, стоявшего у стола. В его голосе звучала уверенность, и взгляд говорил о том же.

Хариетта смерила его презрительным взглядом, но всё же подчинилась. [Он проделал долгий путь, так что, возможно, стоило хотя бы выслушать, зачем он здесь.]

Когда она села, Шон не спеша подошёл и устроился напротив.

«У вас тут, конечно, дыра. Ни тебе удобств, ни развлечений. Даже трактиры такие убогие, что жалко на них деньги тратить.»

«Ещё бы, не тот город, куда часто заглядывают такие, как ты.» — фыркнула Хариетта.

Она всё больше жалела, что согласилась прийти.

«Так в чём дело, сэр Шон?»

«Не слишком ли ты торопишься? Я проделал долгий путь ради этой встречи.»

«Вот именно. Раз уж ты проделал такой путь, значит, причина у тебя была.»

Хариетта не собиралась попадаться в его словесные ловушки.

«Так что говори сразу. Иначе я просто уйду.»

Шон не выглядел обеспокоенным её угрозой. Более того, его улыбка приобрела циничные нотки. Он расслабленно откинулся на спинку стула, а затем, чуть подавшись вперёд, спросил:

«Как я понимаю, ты не говорила этому ублюдку Редфорду о нашей встрече?»

Хариетта прищурилась.

«Пока нет. Но всё зависит от обстоятельств.»

«Хорошо. Не то чтобы было важно, узнает он или нет, но так будет проще. Пусть лучше не суёт нос в это дело.»

[Дело?]

Слово прозвучало странно, и Хариетта недоумённо нахмурилась.

«Как давно твоего брата забрали в армию? Да ещё и в Банголу, где сейчас идут бои?»

От его тона по спине пробежал холодок. Но больше всего ей не нравилось то, что он вообще знал о Хьюго — мальчике, которого никогда не встречал.

«Откуда тебе это известно?»

Шон ухмыльнулся.

«Не слышала поговорку, что у птиц уши днём, а у мышей ночью? Так вот, у меня их предостаточно.»

«Ты так озабочен делами семьи Маккензи, что мне даже неудобно.»

Хариетта откровенно насмехалась, но Шона это ничуть не задело. Он лишь расхохотался.

«В районе Банголы у меня много…ушей. А информация, как ты знаешь, это сила.»

Хариетта молчала.

Сердце тревожно сжалось.