Залил в себя горяченькое каркадэ, откусил сухарь и теперь в голове так и отдаётся хруст-хруст-хруст… Тем временем на экране смартфона деловая блондинка вещает:

– Недавно по всей Империи корпорация Аумо провела свою презентацию. Люди остались растеряны и разочарованы, а основу для их впечатлений заложил известный по всей Империи писатель Фёдор Бёльштейн в новой главе своего романа…

– Вот же ж собаки… – пробормотал Фёдор. – Задолбали выдумывать.

– Что там? – проскрипел с пола Юра.

– Да ничего-ничего, ты там продолжай, не отлынивай.

– Да какое не отлынивай, у меня щас руки…!

– Тихо! – рыкнул Фёдор, вперившись взглядом в экран.

– Как вы прокомментируете произошедшее? – спросила девушка у сидящего напротив мужчины.

У него яркая улыбка белоснежных зубов, длинные переплетённые в дреды волосы, на голове огромная зелёная шляпа.

– Если честно, мы ожидали такую реакцию, – начал с улыбкой. – Всё-таки не всегда искусство по душе людям. С этим ничего не поделаешь. Истинные наши фанаты, я уверен, всё равно всё поняли.

– Жозеф, многим нашим зрителям может быть интересно, а что именно вы имеете под искусством?

– Вся наша деятельность – искусство, дорогая моя. А эта презентация знаменует новую его веху.

После недолгого молчания, ведущая ответила:

– Мы вас услышали, Жозеф. Но помимо этого зрителей интересует вопрос: как вы относитесь к Фёдору Бёйльштейну? Всё-таки он крупная медийная личность и, хоть и ненамеренно, но повлиял на ожидания от вашего мероприятия. Сами знаете, какие экстраординарные слухи ходили…

– О-о-о, да, знаю-знаю! Как же иначе? Это было очень… любопытно. А на счёт нашего к нему отношения я могу сказать лишь то, что оно крайне положительное. Лично мне было бы интересно с ним встретиться, и даже знаете… Фёдор, если вы прямо сейчас это смотрите, то я от лица всей нашей корпорации Аумо приглашаю Вас к себе. Просто свяжитесь с любым нашим представителем! Я считаю, что наше сотрудничество может быть крайне плодотворным.

Сверху на экране всплыло уведомление.

“Выходи, мы подъехали. Малкольм”.

Вздыхая, сворачиваешь вкладку и, сложив смартфон, кладёшь в карман.

– Юр, заканчивай с упражнениями и вставай. Нам пора.

– Наконец-то! – выдохнул он, падая всем телом на пол.

⠁⠙⠀⠊⠝⠋⠊⠝⠊⠞⠥⠍

Когда смотришь на предоставленный Матильдой проход на задний ряд, на глазах наворачиваются слёзы.

– Ну что стоишь, создатель? Залазь! – стимулирует Малкольм.

Юра пролез вперёд и воткнулся в зазор между сиденьем и стойкой двери. Недолго забавно помахав торчащими ногами, он влез на место и выглянул с усмешкой, смотря на Фёдора.

“Ах, была не была!”

…И ныряешь следом. Сначала стукнулся головой о край сидушки, а потом застрял. Пришлось попереворачиваться, пока не пролез. Попытался усесться, после чего выдохнул:

– У меня скоро это место будет в кошмарах сниться. Вот серьёзно, Малк, что тебя хэтчбеки не устраивают?

– Почему не устраивают? – возмутился он. – Они классные, просто эта малышка круче.

– Для кого? – возмутился Фёдор.

– Для нас, – кивнула Матильда с серьёзным лицом.

– Видал? Видал! – повернулся Малк с улыбкой. – Учится, красотка моя! Скоро воспитаю из неё лучшего детектива в галактике!

– А как же ты? – усмехнулся Фёдор.

– А что я… А я гордиться буду и грести проценты за обучение. Сейчас-то кто её содержит?

– Извиняй, мужик, за невежливость, – с усилием вылез Юрий, протягивая руку. – Этот урод из меня все силы вытянул, так что не хватает сил даже просто поздороваться. Я Юрий.

– Юр, ты не забываешься? – поинтересовался Фёдор с плотоядной улыбкой.

– Ни капли! – раскинулся он на весь ряд.

– Эй! Слезь с меня…

Но слова приглушил рокот мотора.

– А кто это, создатель? – прилетело с водительского.

– Это мой ученик. Тоже его жизни учу. А то вроде умный, но совершенно бестолковый. Кстати, Юр, этого чудика зовут Малкольм. Его помощница – Матильда.

– А чего чудик-то сразу?! – возмутился Малк.

– Сам виноват. Нечего таким быть, и не будут тебя так называть!

Матильда хихикнула. Спину вжало в кресло.

– Ладно… – процедил детектив. – Информация нужна?

– Там что-то важное? – Федя не показал интереса.

– Ну как… Мы с напарницей пришли к выводу, что…

– Имя! – прошипела девушка.

– Короче, мы чуть углубились в ситуацию и пока что есть намёки на то, что Срджан Станкович, который тогда сидел в кафе, и вправду может быть причастен. Пока никаких фактов, но фон намекает.

– Ну и что там намекает? Рассказывай! – бросил Фёдор раздражённо и попытался вытянуться вперёд.

– Эй, ремень не отстёгивай! – возмутился Малкольм. – Тебя, как я вижу, так и не отпустило.

Юрий оглядел Фёдора с интересом.

– Ладно, – начал Малкольм. – Как это очевидно, Срджан имеет огромное влияние на Барме. Как-никак, но эта компания дала планете больше, чем планета ей.

– Да… – с подозрением начал Фёдор. – И к чему ты клонишь?

– То, что он здесь может влиять на Имперские службы. С полицией мы уже сталкивались, тогда это было топорно и неправильно, но даже этого может хватить, если есть хоть какое-нибудь влияние с каждой стороны. Сейчас есть подозрение на счёт того, что так же у него есть кто-то в больницах Бармы.

– То бишь всё же не фанат. И то радует… – протянул Федор.

– Я б не стал так быстро радоваться. Всё ещё впереди, – усмехнулся Малкольм.

– Федь, так ты ж можешь легко проверить этого Станковича, – подметил Юра.

– Это как? – заинтересовался Малкольм.

– Недавно было интервью у Жозефа Лагранжа. Это который глава Аумо. Он пригласил Федора к ним. Если он согласится, то там можно будет попробовать встретиться с подозреваемым или, может, как-нибудь не настолько прямо… В любом случае это – возможность.

– А это ж идея! – воскликнул Малкольм. – Юрец, красавчик! Шикарная идея!

– Так, а меня спросить? – возмутился Фёдор. – Почему у меня самого никто не спрашивает, хочу ли я ехать к ним?!

– Неужто боишься, что тебе Срджан что-то на своей территории сделает? – усмехнулся Малкольм. – Тем более, что ты сам хотел участвовать. Да и трусом ты никогда не был…

Стиснув зубы, Фёдор выдохнул, а потом подумал:

“А ведь и вправду…” – и сразу же рассмеялся.

– Да, Малк, подловил ты меня. Что-то я и вправду от этого дела сам не свой. А то на жизнь-то мою уже были покушения, и это не впечатляет. Да вот только стоило им замахнуться на мою волю, как я потёк… Ладно, сделаем так, как сказал Юра. Но не сразу… Сначала расслабимся. Долго там ещё?

– Направо! – скомандовала Матильда, а потом, повернувшись, сказала:

– Тут буквально пара поворотов осталась.

– Спасибо! – улыбнулся ей.

В салоне установилась тишина от людских голосов, и только звуки стрекочущих камушков под резиной залетают через открытое окно. Подвеска отрабатывает ямки в грунтовой дороге, пока спорткар продвигается к небольшому зданию. Оно уже совсем близко, так что даже по кочкам последний десяток метров преодолели быстро и машина остановилась.

“Ну вот опять!” – подумал с болью.

⠁⠙⠀⠊⠝⠋⠊⠝⠊⠞⠥⠍

Пока Юрий смеялся над беззащитным матерящимся на всех языках мира Фёдором, он смог вылезти наружу.

Чуть запыхавшийся, но всё равно довольный, Фёдор побежал к дверям, утягивая за собой остальных.

– Юр, ты так и не ответил, умеешь драться? – оскалился он.

– Я? А я что, на быдло похож что ли?! Нет, конечно!

– А по твоему драться умеет только быдло? – возмутился Фёдор.

– Не, ну есть и нормальные, конечно, хотя твой пример упорно твердит об обратном.

Вздохнув, обратил внимание на Малкольма:

– А ты как, Малк?

– Многие хотят в “излишне любопытный” нос вломить, пришлось научиться. Вот и напарницу тоже учу.

– Эй! – возмутилась девушка.

– Мужик, а что её “напарница” не устраивает? – поинтересовался Юра.

Малкольм усмехнулся и уже было собирался открыть рот, как Матильда кинулась на него сзади и закрыла рот руками.

– Только попробуй!

– М-м-м-м-М-М-М-М-м-м-м-м-М-М-М! – воспротивился Малкольм.

– Так, всё, не тормозим! – потребовал Фёдор. – Пошли!

Холл преодолели быстро, стоило лишь Фёдору мельком показать карту. Потом поворот в тесную комнатку, что оказалась лестничной площадкой. Попрыгали через ступеньки, а после вырвались в большой зал. Хорошее освещение, высокий потолок, вокруг люди и спортивные снаряды. Но главным достоинством являются четыре ринга, разбросанных по округе.

– Ну что, помахаемся?! – с азартом бросил Фёдор и начал яростно разминаться.

– Эй, ты там поосторожнее, – смутился Малкольм. – Будешь так дёргаться и… Да что я говорю, сам понимаешь! Так что хватит придуриваться.

– И вот этот собрался меня жизни учить? – округлил глаза Юра и схватился за голову. – Твою мать, что мне с этим делать?!

– Расслабься, – спокойно сказал Фёдор. – Сейчас напряжение тебе не поможет. Никогда не помогает.

Повертел руками, ногами, шеей, торсом, а потом сказал:

– Малк, пойдёшь со мной разминаться?

– Давай. Но если ты от первого удара ляжешь, то я не виноват.

– Посмотрим…

Только пара бойцов покинули ринг, как уже туда полезли Фёдор с Малкольмом. Оба выглядят спокойно, руки перемотаны бинтами. Малк собрал волосы в хвост.

– Ну давай для начала медленно, – предложил Фёдор.

– Задавай темп, – кивнул Малкольм.

Сделал движение в бок, попробовал ударить, противник увернулся. Двинул в другую сторону, потом пропустил удар над собой, встал, не торопясь увёл в сторону следующий. Чуть ускорился. Удар правой, левой – оппонент парировал, коленом – сделал шаг назад.

Улыбнулся и ещё ускорился.

Малк тут же ушёл в сторону и кинул пару ударов руками, а потом молниеносно его нога оказалась в считанных сантиметрах от виска, удерживаемая предплечьем.

“Маваши гери? Хорош,” – проскользнуло в голове, когда уже уходил от следующей серии.

А потом резко перехватил левую руку противника, двинулся чуть вправо и ударил под колено ногой. Второй сразу же после этого зарядил в живот и отошёл в сторону.

– Нет, от первого точно не лягу… – пробормотал неслышно.

– Что? – прохрипел Малк.

– Да не, забудь, – протягиваешь руку. – Вставай, детектив. Тебе ещё преступников искать.

– Охренеть ты… – вдохнул, – силён… Но зачем… в живот-то так лупить?

– Так я ж не сильно, – удивился.

– Если бы, – повалился на канат Малкольм.

– Вы там закончили? – разнёсся жуткий, инфернальный дребезжащий бас, словно бы сам Дьявол выбрался из ада. – Вылазьте быстрее, а то не одни тут.

Глянув в ту сторону, видишь подкаченного мужчину в майке и шортах. Татуировка на запястье, где изображена одна из малых лун Бармы. Неправильной формы, не столько испещрённая кратерами, сколько из них состоящая.

Уже за пределами ринга, чуть отойдя, спрашиваешь у отдышавшегося Малкольма:

– Слышал когда-нибудь такой голос?

– Нет. Удивительно, – протянул он, глядя на то, как сражается мужчина – размашистыми, но быстрыми движениями с безумной ударной силой.

– Противоестественно звучит, – заметил Федя.

– Да, прям чувствуешь как воздух вибрирует, – подметил Малк.

– Я сам всего пару раз таких встречал. Их очень мало, это почти уникальная мутация. Бас-профундо, вроде, называется.

– Малкольм, вы в порядке? – подошла Матильда.

– А ты неплох, – осторожно заметил Юра.

Фёдор на это лишь улыбнулся.

– Да, есть такое. А ты, Юрец, что? Тоже попробовать хочешь?

– Да не очень…

– Да очень-очень! – настоял Фёдор. – Поверь, время от времени любой опыт не лишний. И позитивный, и негативный. Так что это точно пойдёт на пользу, вне зависимости от расклада. А если так уж и понравится, тогда вообще хорошо! Мне не помешает толковый боец во время моих авантюр.

– Зачем тебе боец, ты ж и сам всё умеешь? – спросил Юра подозрительно.

– Потому что человек с таким уровнем реакции, как у тебя, может не выжить, – пожал плечами.

– Да нормальная у меня реакция!

Удар. Рука остановилась в милиметрах от лица Юры, и только потом его тело отшатнулось назад, упав на задницу.

– Ну да, нормальная, – согласился Фёдор. – Всего лишь нормальная. А надо хорошую.

– Вот же ж… Ты разве не хотел меня научить как жить в кайф, а?! А то ощущение, что ты учишь меня тому, как сдохнуть не дожив до тридцати, – возмутился он, вставая. – Нахрена это всё?!

– Всё дело в том, что чему-то научить намного легче, если ты покажешь перед этим пример. Я это сделаю, но для этого тебе придётся выжить. Всё просто.

– Ахренеть, ты, конечно, Федь! – усмехнулся Малкольм.

Он сейчас стоит с Матильдой в стороне и корректирует её удар и стойку.

– Его тоже хочешь научить брать себе слабаков в рабы, чтоб потом безнаказанно развлекаться с них? – продолжил он.

– Да ну тебя! – махнул рукой Фёдор. – Пойду пока зал исследую. Юр, погнали. Сейчас что-нибудь интересное найдём.

Тот ничего не ответил, просто засеменил следом. По пути подмечаешь, как он оглядывается, осматривая людей и то, чем они занимаются. Кто-то тягает штангу на бицепс, кто-то считает повторения на приседе. Качок в другой части зала не переставая навешивает блины на гриф для жима.

– И зачем это всё? В чём смысл? – пробормотал Юрий.

– Это интересно, – откликнулся Фёдор.

– Что интересного-то? Не понимаю. Просто тягают тяжести вверх-вниз. Нахрена?

– А нахрена ты сюда пришёл? – спросил Фёдор.

– Ты меня сюда притащил, – недовольно бросил Юрий.

– Не, ну это ясное дело, но ты ж согласился, чтоб я тебя притащил. Почему?

– Я не соглашался, это контракт.

– Юр! Ты начинаешь меня бесить, хватит придуриваться! Ты сам подписал контракт. Почему?

– Потому что ты меня принудил.

– Не ври! Почему. ты. подписал. бумаги?! – припечатал.

–... Потому что задолбало. Всё задолбало, и я захотел хоть что-нибудь изменить. Доволен?!

– Да. Ты хочешь изменить, потому что ты несчастен. Хочешь счастья. Вот все эти замечательные и не очень люди тоже себе его хотят, а вот это “тягают тяжести вверх-вниз” им его даёт. Это мало того, что медитативный процесс, так ещё и осознание прогресса от тренировок просто-напросто приносит удовольствие и разжигает азарт. Так же сюда подключаем то, что чем ты сильнее, тем легче каждое движение, а потому прогресс в тренировках так же чуть меняет ощущения от жизни. Это добавляет разнообразие, а разнообразие это сама суть. Собственно, это я тебе ещё много раз покажу и расскажу на других примерах. Потому люди занимаются, Юр. Ну, конкретно они. А ты будешь заниматься в первую очередь для дисциплины.

– Какой ещё дисциплины? Ты реально хочешь сделать из меня раба?!

– Нет, не совсем. Просто без дисциплины ты не сможешь ничего добиться, а потому и кайфа от достижений не будет. Без самих-то достижений! Дисциплина это, в первую очередь, умение делать то, что ты хочешь. Умение не двигаться по течению, а выбираться из него. Ты ж отлично знаешь, что такое прокрастинация. Ты хочешь что-то сделать или понимаешь, что это надо, но всё равно не делаешь, просто потому что. Вот именно для этого я и учу тебя дисциплине. О, стол для армрестлинга! Хочешь попробовать?

– Резко ты сменил тему! А надо? – поинтересовался он.

– Ой, да ладно, отбрось скепсис! Соревновательный дух – это всегда интересно, тем более с твоей реакцией тебя сразу на ринге положат, а тут хоть какие-то шансы есть. Главное только найти здесь кого-то подобного тебе. Так, ладно, слушай. Я пошёл на поиски, а ты пока тут загугли, как вообще бороться. Поизучай там, я приду и проверю!

⠁⠙⠀⠊⠝⠋⠊⠝⠊⠞⠥⠍