Каждый год в академию поступали дворяне со всей Империи. Глоренштайн был хорошим местом для завязывания связей, лучшим местом для учебы и лучшим местом для получения диплома.

Я пролистал брошюру Глоренштайнского пресс-кружка. Вы только посмотрите! Академия три года подряд признавалась лучшим местом для отдыха. В слогане говорилось, что детям здесь так нравится, что они считают учебные дни своими каникулами, а не наоборот.

Глоренштайнский пресс-кружок оценил академию в четыре с половиной звезды из пяти.

У того, кто писал эту брошюру об академии, было сомнительное чувство юмора. Неужели он снял ползвезды за то, что академия не принимает заложников? Если это так, то в следующем году мы увидем на брошюре пять звезд.

Что ж, возвращаясь к сути: хотя в Глоренштайн съезжались дворяне со всей Империи, он не был достаточно хорошо оборудован, чтобы держать в «заложниках» королевских особ. Чтобы исправить это, во всей академии началась суета, поскольку в последнюю минуту началось строительство.

Я оглядел здания, которые возводились с бешеной скоростью. Красивые шпили и стены были сделанные из гипса, кирпича, камня и дерева в таком соотношении, которое знали только каменщики. Какова бы ни была их технология, результат соответствовал величию и красоте остальных обширных зданий — нет, они были гараздо грандиознее.

Академия была слишком велика, чтобы осмотреть ее за один день, поэтому заместитель директора вручил мне этот путеводитель, чтобы помочь в поисках развлечений... Кхм, студента.

Я не должен искать студента. Министерство иностранных дел велело мне отстраниться от всех дипломатических вопросов, но как такой профессор в лице меня мог оставить без присмотра бездомного студента.

Студенту выделили комнату, и, как полагается королевским особам, к временному жилью были приставлены рыцари и служанки. Однако студент ни разу не попадался им на глаза.

— Она приходит только по ночам и пропадает с рассветом.

— Похоже, она тоскует по дому. Мы редко когда ее видим.

В комнате были обнаружены явные следы того, что студент использовал ее для сна. Простыни были смяты, одеяло отброшено, но никто не знал, когда и как. Два рыцаря и две служанки сказали, что принцесса в безопасности, но, похоже стесняется.

Из этого можно было сделать простой вывод: студент скрывается. Похоже, дипломатические проблемы были небезызвестны и детям.

К сожалению, в академии, работающей на последнюю половину звезды из Глоренштайнского пресс-кружка, было не так много мест, где можно спрятаться. Ее выбор ограничивался тихими и безмолвными местами...

— Например, этот мусорный бак за кустами! — я широко ухмыльнулся и поднял крышку контейнера, который по форме напоминал утку.

— Ходячее развлечение! Ты здесь?

— Мяу? — меня приветствовало мурлыканье. В мусорном баке не было студента, только милый маленький Бомбей. Я не знал кошачьего языка, поэтому закрыл крышку и отвернулся.

Так началась моя грандиозная охота за потерявшимся студентом. Я обошел весь кампус и проверил все места, куда никто не заглядывал: под скамейками, за фонарями, над ветвями длинных деревьев, где лежали десятки листьев.

Каждый раз, когда я звал студента, откликался прежний черный кот.

Я уже устал. Ее нигде не было.

В Глоренштайне было множество удобств, которыми мог воспользоваться любой желающий, в том числе магазины и кафе для студентов. Я зашел в одно из них на ближайшей к строй площадке и сделал небольшой перерыв. Выпив смузи и купив печенье, подходящее для кошек, в пекарне, расположенной в ряду магазинов, я решил еще раз осмотреться.

Кот не прекратит мешать, пока не будет пойман. Если он снова мне попадется, то будет похищен. Простите.

Продолжая поиски, я размахивал печеньем, но «Бомбей» никак не проявлял себя. Я снова поискал студента и заглянул за одно из зданий, недавно облицованных мрамором, когда обнаружил кота, вылизывающего лапу.

— Хаа... ты идешь за мной?

Устав, я взял его на руки и продолжил одиночную игру в прятки.

За третьим поворотом от учебного центра Эдмунда Халлоуэя, рядом с местом, где строились новые классы, находилась кладовая учреждения. В свежепостроенной кладовой не было ничего для тех, кто имел бы дело с кладовой.

— Хм? Это место кажется интересным укрытием.

Я уже подошел к дверям кладовой, когда Бомбей в моих руках взвизгнул и спрыгнул. Я бросил на него взгляд и распахнул дверь в кладовую — она с грохотом ударилась о стены.

Кладовая была уставлена длинными стеллажами и полками. Здесь были все инструменты для хранения, однако на них ничего не хранилось. Я шагнул внутрь кладовой и огляделся. Солнечный свет освещал комнату из узких окон.

Я чуть было не позвал студента снова, но остановился, так как должен был произвести хорошее впечатление. Я замер, когда мой взгляд упал на дальнюю часть комнаты.

Черные волосы, ниспадающие до земли. Небольшая фигура, несомненно, принадлежащая подростку. В черной юбке, белой рубашке и свитере без рукавов с гербом академии стояла девушка с длинными ушами, торчащими по бокам головы.

Кошка.

В кладовой сидел представитель кошачьего племени. Благодаря униформе можно было не сомневаться, что это студент или же студентка, которую я искал.

Девушка с органами чувств, схожими с кошачьими, мотнула головой в мою сторону. На уголке ее блестящих глаз был красный оттенок.

Она фыркала, однако даже такая юная девушка — гордый зверочеловек — тут же надела свирепую маску. Ее ногти превратились в когти, а острые клыки угрожающе сверкнули в мою сторону.

К сожалению, за то время, что я носил с собой Бомбея, я так и не научился общаться по кошачьи. Пришлось решать эту проблему с помощью навыков человеческого общения.

— Привет...

— ХШШШШ! — девушка тут же зашипела на меня.

Не имея другого выхода, я потянулся в карман, достал печенье с кошачьей мятой и протянул его девушке.

— Кскскскскс.