Подруги сели за стол и начали праздник. Сначала их беседа была немного неловкой, но она начала набирать обороты и вот уже они смеются, рассказывая забавные истории. К вину парочка даже не прикасалась, не зная стоит ли пьянствовать в середине недели. Но вот их сомнения длились не долго, так как в какой-то момент Аннет схватила бутылку и разлила по чайным чашкам красную жидкость. Кайена испугалась столь резкого поведения Кэт, но решила просто поддаться настроению.

- Кстати, а где ты взяла это платье? Выглядит дорогим.

- Помнишь тот магазин с масками, в который ты меня затащила? Там ещё и платья продают. Мне оно понравилось, вот и купила.

Стойкость к алкоголю у обеих была весьма низкая, если вообще была. Подруги чествовали себя пьяными уже после второй чашки и их беседа очень естественным образом стала напоминать монологи.

- Кэтрин, знаешь? А это мой первый подарок. Не вру. Всем было всё равно и мне просто говорили сколько мне лет… Дааа. Я действительно виновата? Что бледная как… как…

- Вампир?

Услышав подсказку Кайена аж подпрыгнула на стуле. Её лицо выражало обиду и гнев. В свою очередь, даже находясь в нетрезвом состоянии, Аннет поняла, что оговорилась.

- Извини.

- Прощаю… Но не смей меня так называть! – Девушка встала, выкрикнув свою реплику и упала на пол, после чего с трудом села назад. – Я – человек! Хоть и красноглазая…

- Да…

- Кстати, а сколько тебе лет? Ты не знаешь своего дня рождения, но хоть это помнишь?

- Тридцать четыре. Я точно родилась в 1953. А вот кто и где не знаю…

После этого подруги выпили уже четвёртую чашку вина и продолжили беседу уже менее активно, но заинтересованно.  - Тогда, у тебя есть семья? У меня вот есть, хотя им я не особо то и нужна.

- Семья? – Аннет задумалась и стала потирать виски стараясь отогнать дурноту. – Семья у меня есть, но меня у неё нет  - Что? Ты потерялась?

- Скорее ушла. Знаешь, наша страна хоть и лидер в мире, но внутри у неё полно гноя. Кто-то не может быть с теми, кого любит, а кому-то приходиться жить на улице.

- Знаю. Тогда, твоя семья не хочет с тобой видеться?

- На её месте я бы не хотела видеть такую женщину, которая просто взяла и сбежала. – Аннет горько засмеялась и откинулась на спинку своего стула. Вино затуманила её разум и освободила на мгновения слова, которые копились в её сердце. – Там, где я жила, если ты лучший, то должен быть с лучшими. Глава очень любил принципы евгеники. Потому я должна была быть с лучшим.

- Тебя выдали замуж по расчёту? – Кайена уже лежала на столе и смотрела слезящимися глазами в чёрные глаза подруги.

- Скорее загнали в комнату и приказали сделать наследника. – Кэтрин замолчала, вспоминая самый неприятный момент в своей жизни. Её губы скривились в отвращении, но она продолжила. – Этот «лучший» умер через два года, на одном из заданий.

- Он был солдатом?

- Скорее наёмником. – Во взгляде «Бледнолицей» промелькнула грусть, но после она сменилась безразличием. – А её забрали у нас почти сразу после рождения. Это были муки, самые настоящие, но я их вытерпела. Однако я только и узнала, что это дочь. Лица её я так и не увидела.

- Господи! ­У тебя есть дочь?! – Кайена выпрямилась и удивлённо таращилась на подругу. – А я думала, почему ты так на маму похожа.

- Какая «мама»? Я даже ей имя не дала. Да и вряд ли она обрадуется, если я её найду.

- Как это? Я бы обрадовалась на её месте…

- Не знаю какие отношения у тебя с матерью, но этой девочке уже пятнадцать. И всю свою жизнь она даже не догадывалась о моём существовании. Ты представь себе, что к тебе подойдёт такая женщина в страшной маске и внезапно скажет: «Привет дочурка, как у тебя дела?».

- Да, и правда. Хотя я бы и такому обрадовалась, так как моя мать повесилась после моего рождения…

Подруги замолчали. На этот раз на совсем. Они в тишине выпили пятую чашку вина и поняли, что с них хватит. Аннет попыталась встать, но ноги её вообще не слушались. Кайена поняла, что та просто не дойдёт до своего дома и помогла лечь на диван. Кэтрин, как только коснулась подушки, вырубилась. Девушка, глядя на это улыбнулась и не твёрдой походкой направилась в свою спальню. Так и закончился день рождения Кайены.

***

Следующие утро было очень тяжёлым. Аннет еле открыла глаза, но те сильно болели от яркого света. Голова гудела, а виски словно вдавили в череп. Одним словом, у неё было очень сильное похмелье.

- Вот это номер. – «Бледнолицая» никогда не прикасалась к алкоголю. Раньше ей это запрещали, а после просто вошло в привычку. Но сейчас, без всякой ненависти, она была признательна организации, что не давали ей пить. Аннет хотела умереть на этом же месте.

- Ох… - Из соседней комнаты доносился голос Кайены, которая тоже страдала от похмелья.  Подруги через силу встали и позавтракали, хотя аппетита у обеих вообще не было. Они долго копошились и слегка опоздали на работу.

- Господи! Что с вами? Что за праздник такой?! – Их начальница была довольно сильно удивлена, так как на этих двоих она могла полагаться. Они не отлынивали от работы и выполняли свои обязанности. Они даже ни когда не опаздывали.

- Это был мой день рождения… Но видимо мы вообще не умеем пить. – Кайена хваталась за голову пытаясь объяснить свои обстоятельства и время от времени обиженно глядела на подругу.  Аннет же отводила взгляд и молчала. Ей было жаль, да и чувствовала она себя виноватой. Это был первый раз, когда она пила, но она не ожидала, что всё будет настолько плохо. Так что с сегодняшнего утра она зареклась пить.

- Ладно, идите работать, а я вам на перерыве дам чего-нибудь освежиться. Ну, вы конечно, даёте! – Начальница хмыкнула и пошла куда-то в глубины здания, а подруги направились сортировать письма.

- Кэтрин, ты что-нибудь помнишь?

Аннет остановилась и глянула на девушку.

- Что именно? В голове и так барда, так что уточняй.

Кайена медлила и о чём то думала, но набравшись смелости спросила:

- У тебя действительно есть дочь?

Кэтрин опешила. Хотя она и говорила об этом, но она сама же этого и не помнила. Кэт схватилась за голову и откинула прядь чёрных волос с маски.

- Я вчера много чего наговорила?

- Много, но часть сама вспомнить не могу. Эх, жаль. Но, а где она? Твоя дочь?

- Либо мертва… либо где-то живёт своей жизнью. – Кэт замолчала, намекая, что не желает об этом говорить.