После неожиданной и весьма неприятной встречи с принцем, Мара вернулась в свои покои, потеряв всякий интерес к верховой езде. Со следующего дня должны были прибывать гости по случаю празднества Авроры, а это значило, что ей нельзя покидать комнату. Конечно, это не был приказ герцога, это было желание Мары. Притворись она больной, ей не придется приветствовать гостей, чествовать ненавистную сестру и склонять голову перед императорской четой. Но помимо этих причин, была еще одна - у нее не было платья для торжества. Заявись она в старом мамином или же в подаренной Ониксом, то стала бы посмешищем до конца жизни и никакие заслуги семьи, ее титул мага и даже промежуточное имя не помогли бы ей.

Раньше среднее имя давалось в честь героического предка и основателя рода. Но третий Император учредил, что среднее имя имеют право носить только те дворяне, что сильно отличились перед государством. Так Фридрих, один из героев столетней войны, получил имя Ричард, своего прадеда, что был заслуженным мастером меча Империи. А Мара получила имя «Элизиум» от Черного Ветвления Башни Магов. Девушка разработала эффективный способ кристаллизации черной маны, что являлась природным подавителем проклятий. Проклятия не действовали на демонов и черных магов от слова «вообще», так как составляющим проклятия была черная магия и негативные эмоции. Священнослужители могли их отчищать, но не имели как такового сопротивления.

Если сила проклятия превышала силу священнослужителя, то он подвергался негативному воздействию. Если нет, то оно могло оказать лишь незначительное воздействие. Проклятия на черных магах попросту развеивались, так как основа - негативная мана смешивалась с подобной магией в ядре мага и попросту рассеивалась. Кристаллы темной маны могли отводить проклятия и соразмерно, чем качественнее был кристалл, тем выше его эффективность.

Способ, разработанный Марой позволял с большей эффективностью создавать подобные кристаллы. Новшество открытое всего год назад поразило Черное Ветвление. Данная технология принесла черным магам большие деньги и улучшила репутацию среди дворян. Теперь практический каждый обеспеченный аристократ, знающий об этом свойстве и не презирающий Черное Ветвление, носил с собой драгоценный магический кристалл черного цвета. А Мара имела право представляться средним именем, который носили только мастера и магистр Черного Ветвления. Также в Черном ветвлении ее ранг с послушника был повышен до адепта, но на лицензии, которые курировала администрация Магической Башни под руководством Архимага, это никак не повлияло. Чтобы получить полное удостоверение и претендовать на титул «мастер» ей нужно пройти экзамен и доказать свои способности на практике, которая должна принести пользу Империи.

Вернувшись в комнату, Мара применила одно из бытовых заклинаний, позволяющих отчистить одежду от пыли, пота и прочих запахов. Данное заклинание также использовали темные маги, промышляющие воровством, так как оно прекрасно избавляло от запахов, но не от магического следа после его использования. В аристократическом мире использовались артефакты с интегрированным этим заклинанием.

В комнате ее ждала Берилла, что по обыденности занималась тем, что было необходимо Маре - чувством безопасности. Ее комната в старом особняке полностью покрыта защитными рунами, не позволяющими проникнуть без позволения не внесенным в реестр, защищающими не только от вторженцев, но и от шпионажа.

— Всегда поражалась, как быстро ты наносишь руны на такие неровные поверхности.

Мара завороженно оглядела рунные связки на стенах комнаты, что светились тусклым голубым цветом. Стены гостевых комнат были оклеены бежевыми обоями с золотыми цветами. Во-первых, из-за того, что это бумага, нанесение на нее рун было крайне затруднительным, ибо в большинстве своем руны выжигались или вырезались, но не рисовались. Во-вторых, краска, клей, позолота были весьма раздражающими препятствиями, которые осложняли работу.

Берилла лишь кротко улыбнулась губами, продолжая наносить неизвестные обычным людям символы, да, впрочем, даже современные маги не могли бы квалифицировать и половины рун, так как они использовались в самых забытых веках и не все из них были из этого мира. Мара заострила внимание на некоторых связках, так как была обучена Бериллой и имела гораздо более обширные знания рунологии, нежели ее местные коллеги.

По общему закону демоническое знание считалось запретным, так как всегда несло за собой раздор и хаос, ибо искушенные маги все больше желали припасть к источнику знаний, принося в жертву не только себя. Но вот незадача, Берилла и Оникс были демонами иного плана, нежели общепринятый, в отличии от демонов, рожденных из тьмы человеческих эмоций, эти существа гораздо более сложного толка и их появление - не следствие концентрации некой энергии.

— Когда закончишь, принеси мне вина.

— Госпожа, вы же хотели поупражняться?

— На сегодня хватит. Этот гадский принц вывел меня! Подонок, будь он хотя бы маркизом, я бы его прибила на месте! Ан-нет! Принц, Бездна его пожри…

Мара злобно выдохнула, закончив метать искры из глаз. Упав на кровать, девушка раскинула руки по обе стороны, ее взгляд был направлен в потолок, но она сама была далеко от сюда, витая в думах.

— Госпожа, я тут услышала, что библиотека герцогства немногим уступает Императорской. Это правда?

— Да. В хранилище Авалос гораздо больше старых книг, нежели у Императоского дворца. Прошлая императрица так вообще пожелала, чтобы библиотеку перестроили, так как она не подходила под общий вид дворца. Книги снесли в подвалы, не позаботившись о влажности и температуре. В итоге больше половины императорской библиотеку пришлось выбросить. Хорошо, что с учреждением Магической Башни и Храма Сурья магические гримуары и священные писание были перемещены в их хранилища. Иногда беспечность правящей семьи меня убивает.

— Может быть, что в герцогстве Авалос сохранились старые книги о черной магии?

— Маловероятно. Авалос - семья с очень длинной историей, на весьма заурядные специализации. Рыцари, рыцари, рыцари, мой прадед - генерал, дед - генералиссимус, дядя - начальник императорской гвардии, отец - бывший главнокомандующий, да только брат - чиновник.

— Тогда откуда в маленьком поместье была столь старинная лаборатория с знаниями из эры Мрачного Рассвета?

Закономерный вопрос голубовласой вызвал сильные сомнение у Мары. Она задавалась этим вопросом и не раз, но все те знания, полученные в герцогстве до ссылки указывали на то, что в ее генеалогическом древе было чрезвычайно мало магов вообще, а про черных - речи даже не шло. Откуда же тогда столь обширная библиотека с точными формулами и чертежами призыва демонов других планов бытия? Черной боевой магии, проклятий и даже исцеляющей?

До этого вопроса лицо черноволосой выражало лишь скуку и отголоски злобы смешанной с печалью, но сейчас их будто рукой смело. Вернувшись в герцогство девушка жила прошлыми мечтаниями, воспоминаниями, поэтому ее эмоции и чувства были хаотичными, но у Мары была и другая сторона. Чернокнижник - тот кто страдает порочным желанием познать тайну бытия, пройти через мрачную тропу истинного мира и заполучить в свои руки божественную власть на тканью мироздания. Все чуждые исследовательской натуре эмоции, словно ветром сдуло. В аметистовых глазах появился странный подозрительный блеск, а ее брови нахмурились в скептическом настрое.

Подорвавшись с кровати, Мара вытащила из ящика туалетного столика черную ленту для волос. Собрав свои роскошные локоны в тугой высокий хвост, девушка быстро завязала их, что получилось весьма неряшливо.

— Продолжай заниматься барьером, я вернусь нескоро.

Мара уже хотела покинуть комнату, как ей преградили дорогу. Голубые глаза смотрели на нее с неодобрением.

— Что такое?

Брюнетка непонимающе смотрела на слугу, Берилла редко показывала столь открыто свое недовольство. Служанка взяла холодную белую руку своей госпожи и насильно приволокла к туалетному столику, усаживая на низкое кресло. Ловким движением рук она развязала неряшливый узел, распуская волосы. Подобрав все длинные пряди, Берилла аккуратно уложила их в высокий хвост, сделав тугой широкий узел, чтобы они не мешались при работе. Но чтобы дополнить ее строгий образ толикой элегантности благородной леди, Берилла вытащила несколько длинных прядей челки, уложив их на правый бок, чтобы в случае необходимости Мара из убрала за ухо, но в данный момент они красиво обрамляли ее правую часть лица. Густые волосы вороньего крыла с мистическим отливом драгоценного аметиста смотрели поразительно, голубовласая не могла не улыбаться, смотря на то, как превосходно выглядит ее госпожа даже в этой скромной одежде и с простой прической.

— Моя госпожа, пожалуйста, не пренебрегайте своим внешним видом. Черный маг - это не только магическая сила, но и его внешность, манеры и заслуги.

— Хах. Я всегда удивлялась твоей дотошности в этих мелочах. Я уже давно перестала быть «благородной леди».

— Да. Вы благородный черный маг.

Берилла подчеркнула интонацию ее происхождение. Напоказ Мара всегда демонстрировала свое высокородное происхождение, но когда она увлекалась работой, всякие щепетильные тончайшие правила этикета уходили на дальние планы. А ведь эти мелочи отличали высокородную аристократию от низкородной.

Поднявшись с места, Мара быстро покинула комнату широкими шагами. Из-за ее роста и длинных ног, девушка перемещалась очень быстро, но из-за привычки ходить бесшумно, даже ступая по камню, ее шаги не издавали звука, поэтому тишина коридора огромного дворца семьи Авалос давила на уши. Смотря на незнакомые орнаменты на стенах, окна и декор, Мара ощущала чуждость данной обстановки, поэтому двигалась как можно быстрее.

— Вы слышали, Дьяволица вернулась!

Подходя к одной из коридорных развилок, Мара услышала чересчур громкий шепот. Владелец голоса казалось, что специально не старался скрывать свои слова, хоть и говорил приглушенным шипящим голосом.

— Тише ты! Не дай Бог кто-нибудь услышит!

— И что? Кто нам что-нибудь за это сделает? Дьяволица? Ее выкинули из семьи, никто за нее вступаться не будет!

— Дура! Она все еще благородная леди!

— Тоже мне «леди». Видели какое тряпье она надела, когда приехала! Стыд и срам! Даже моя матушка такое не носит!

— Ага, конюх говорил, что Дьяволица вообще облачилась в черный балахон и разгуливает с каким-то вульгарным парнем, позволяя разговаривать с собой фамильярно!

— Ха-ха-ха, неужели герцог не дает денег «молодой леди» даже на дешевые платья, что она носит черные мешки!

Несмотря на то, что кто-то пытался осадить «шептунью», разговор набирал все большие обороты и с каждой «шутки» слышались закономерные смешки. Слуги очень любили перемывать кости своих хозяев, Мара это знала, как никто другой, ибо с самого детства была в центре внимания, будь то злые косые взгляды или восторженные льстивые дифирамбы.

— Жалко эту дурочку, видимо в изгнании совсем из ума выжила. Скорее всего герцог отправит ее в монастырь, от людских глаз подальше.

— Туда-то ей и дорога! Слышали, как в детстве она изводила леди Аврору!

— Откуда только такая злоба к этому нежному цветку?

— То-то ее называют Дьяволицей.

Выслушивая нелестные слухи в свой адрес, Мара понимала какая репутация сложилась у придворной прислуги в отношении ее. Хотелось бы сказать, что ее это не волновало, ибо начиная с ее еды, заканчивая стиркой нижнего белья занималась Берилла и Оникс, это были ее главные слуги, которым она всецело доверяла, этим горничным она бы не доверила даже принести бутылку вина. Но это была бы ложь. Мара терпеть не могла, когда кто-то не наделенный силой или статусом так чернословил в ее сторону, в ее мировоззрении эти холопы были недостойны даже косого взгляда, не то что внимания и уж тем более человеческого отношения. Попросту не заслужили и не имели той власти, что была у нее в руках.

— Скорее всего ее продадут какому-нибудь барону или виконту.

— Эту дылду!? Какой только извращенец ее возьмет!?

Пересуды продолжались, пока Мара не посчитала всех участников данной беседы. Всего было шесть девушек. Каждая из них терла пол мокрыми тряпками, натирая мрамор до зеркального блеска. Невзрачная поношенная одежда низшей прислуги, это были даже не горничные, которые занимались обслуживанием комнат, это была та прислуга, которой поручали всю грязную работу, начиная от мытья полов, заканчивая выгребными ямами.

— Интересно, она осмелится показаться на завтрашнем торжестве?

— Надеюсь его светлость запрет это чудовище в комнате.

Поднявшийся смех вывел Мару окончательно из себя. Растянув губы в жестоком оскале, девушка широкими шагами, двинулась к горничным. Бесшумная поступь позволила не привлечь их внимания сразу же, как она повернула из-за поворота. Лишь одна служанка, что сидела на коленях, натирая пол, была обращена головой к ней. Увидев высокий черный силуэт с серо-белесой кожей, длинными волосами цвета вороньего крыла и опасно блестящими аметистовыми глазами, девушка громко пискнула в испуге, привлекая внимание своих коллег.

— Ты чего?

Недовольно произнесла служанка напротив нее, подняв свою голову. К этому моменту Мара уже подошла к собравшейся группе и длинная ее тень привлекла внимание практических всех, кроме той, что была обращена к ней спиной. Мара могла бы схватить служанку за волосы и швырнуть ее головой в ведро с грязной водой, но брезговала прикасаться к этой челяди.

— Как прискорбно, что новая прислуга совершенно не знает ни норм приличия, ни понятия субординации. Что же, если наш дорогой герцог не смог обучить вас, то этим займусь я.

Голос благородной леди был чрезвычайно холоден, наполнен жестокостью и слышался, словно разъяренное шипение змеи. В аметистовых глазах плескалась яростный гнев, окинув взглядом каждую из них, Мара нашла самую испуганную, что словно кролик при виде хищника оторопел.

По обыденности она должна была приказать принести ей розги, но черному магу это было ни к чему. В раскрытой ладони из темной энергии образовался пугающий хлыст. Длинной не больше метра, но тонкий и от того не менее устрашающий.

— Что же, с кого мне начать? Кто из вас осмелился первой порочить мое имя? Признавайтесь, ибо первая из вас получит самый больший урон, последняя же может отделаться одним ударом.

На самом деле это была ложь, направленная на то, чтобы расколоть сплоченный коллектив. Каждая из них понимала какую боль придется испытать, и каждая хотела избежать наказания или хотя бы уменьшить его. Девушки переглянулись, что еще более не понравилось Маре, так как они, несмотря на то что боялись, сомневались в том, что старшая дочь применит телесные наказания безнаказанно для себя. Рассвирепев еще больше, Мара замахнулась хлыстом.

— Молчите? Хвалю за выдержку, тогда будете страдать все в одинаковой степени. Пожалуй начну с тебя.

Широко раскрытые аметистовые глаза смотрели на спину оцепеневшей служанки, стоящей самой близкой к ней. Хлесткий удар рассек воздух, гулкий свист был заглушен резким криком служанки. Удар оказался сильнее, чем ожидала Мара. Хлыст рассек ткань на спине и слой кожи из-за чего рана сразу же начала кровоточить. Изогнув губы в недовольной усмешке, брюнетка нанесла еще три удара, оставляя на спине служанки четыре перекрестные полосы, пересекающие ее спину наискось.

Кровь окрасила серую потертую ткань. Мара обратила внимание на то, как быстро кровь пропитывает ткань. Служанка вполне могла умереть из-за кровопотери, чего чернокнижница категорически не хотела. Протянув свободную руку к окровавленной спине, Мара создала рунический круг странного ярко-пурпурного цвета. Служанка завыла еще громче, кровоточащие раны вскипели, став парить, раны быстро затягивались, покрываясь неприглядными шрамами, что должны были остаться после экзекуции.

— Как неприятно тратить драгоценную ману на человеческий смрад в виде вас. Будь благодарна, без моей помощи, ты бы отдала душу богу в этот бы вечер.

Бросив презрительный взгляд на завалившуюся вперед служанку, Мара шагнула в сторону, подходя у следующей. Девушка перед ней была парализована страхом, ее глаза дрожали, мокрые дорожки слез заливали щеки, стекая по подбородку, капая на пол. Чернокнижница поняла свою ошибку и поэтому решила действовать иначе.

— Вытяни руки.

Холодный приказ заставил инстинктивно повиноваться. Девушка протянула раскрытые ладони вперед, ее руки ужасно тряслись, но это никак не заботило Мару. Хлыст снова засвистел и по коридору вновь разлетелись крики и плачь. Кожа на ладонях нещадно расползалась от каждого удара. Все те же четыре взмаха. От таких ран она не умрет и крови много не потеряет, поэтому Мара не считала нужным. Плачь и мольбы о прощении ее бесили еще больше, поэтому ни одна из служанок не ушла от наказания. Истязания продолжились, когда она замахнулась для последнего удара последней провинившейся служанки ее чувство опасности взвыло, Мара на одних рефлексах использовала магический щит.

В ее защиту влетело нечто странное, Мара периферийным зрением увидела черную смазанную тень. С глухим стуком это нечто отлетело и прокатилось по полу. Обратив внимание, Мара рассмотрела весьма искусно сделанные ножны из черного дерева, обтянутые кожей и с золотой выделкой. Повернув голову в направление нападавшего, чернокнижница с удивлением обнаружила девушку среднего роста с каре черных тусклых волос и яркими рубиновыми глазами. Облаченная в рыцарский парадный костюм с черным кителем, богато украшенного золотыми нитями, эполетами, воротом из белого меха. Под черной формой с золотой и алой выделкой виднелась красная рубашка. В одной руке лежал красивый короткий меч, которым девушка могла пользоваться без особых трудностей.

— Немедленно прекратить!

Строгий девичий голос забавлял, рубиноглазая должна была казаться устрашающей, но Мара видела и повнушительнее физиономии, например, свою после запоя. Чернокнижница недовольно нахмурила брови, смотря на невысокую мечницу, направившую клинок в ее сторону. В своей памяти она не могла отыскать ни одного подобного лица, но ее дорогая одежда, специальные нашивки и этот необычный цвет глаз вызывали подозрения.

— Будьте добры, покинуть это место. Я занимаюсь воспитанием прислуги.

Мара попыталась вежливо спровадить незваного гостя, чтобы не оскорбить странную персону и в тоже время не позволить прислуге избежать наказания.

— Как ты смеешь прогонять принцессу!

Недовольный и чрезмерно эмоциональный восклик рубиноглазой мечницы немного привел в чувства чернокнижницу. Подобный цвет глаз является отличительной чертой императорского рода. Вот только такими же глазами обладал ее брат-бастард, отец и единокровный брат, только она унаследовала аметистовые глаза матери.

— Приношу извинения, но принцессе следует вернуться к своему сопровождению.

Мара не то что не желала приклонять колено перед императорским отпрыском, нет, она соблюдала свои провомочия хозяйки дома и указала принцессе, блуждающей по особняку без рыцарей и свиты, что так поступает мягко говоря неправильно. Мара была не в курсе порядка прибытия гостей, коли уж прибыл первый принц, то логично что и другие особы должны были подтянуться.

Это странно. Подготовка все еще в процессе. Неужели чествование святой настолько великое дело, что сами принцы и принцессы приезжают, чтобы «помогать».

— Кто ты такая, чтобы указывать мне! Я - Марта Луиза Гелиос!

Рубиновые глаза блестели недовольством и чувством собственного превосходства, все же по титулу принцесса была выше дочери герцога, но отнюдь не настолько, чтобы вольно приказывать, ибо она еще не стала коронованной особой, кронпринцессой.

— Позвольте представиться, первая дочь герцога Авалос, Мара Элизиум Авалос.

— Ты!

В широко раскрывшихся глазах девушки можно было ясно рассмотреть удивление и что немаловажно - ярый гнев. Схватив меч двумя руками, принцесса направила острие прямо на чернокнижницу.

— Змея, что пыталась отправить Аврору! Танзанитовая Гадюка!

Мара за спиной услышала болезненные смешки служанок, что потирали больные руки и исподлобья смотрели на нее с не скрытой злобой. Бросив разгневанный взгляд, полный презрения и намерения покарать ничтожных, девушка взмахнула рукой, пуская в служанок ударную волну темной энергии, что отбросила слабые тела более чем на пять метров, заставив их прокатиться по полу. От смешков остались только стоны боли.

— Принцесса, советую вам следить за словами, ибо в противном случае вы ответите за оскорбление семьи Авалос по закону.

Низкий голос Мары нельзя было назвать девичьим и даже женским, там сплелись жестокость разгневанного зверя и стальная решимость военачальника. Марта Луиза растянула губы в усмешке, смотря на черноволосую с превосходством.

— Хочешь бросить мне вызов?

— Не желаю, но чтобы защитить свою честь сделаю это и даже больше.

Высказанная угроза практически подтолкнула конфликт двух благородных дам к стычке, чего обе девушки были абсолютно не против. Но накалившуюся обстановку разрядили звуки лязга доспех и топота ног. В коридоре появились силуэты людей, которых обе дамы не желали видеть от слова «вообще». Крион с Вильгельмом и его сопровождающими двумя рыцарями приближались со спины Марты. Чернокнижница не думала, что будет рада пришествию этих двоих, так как прямой конфликт с императорской семьей в виде дуэли мог плохо повлиять на их отношения с коронованным домом. Но и уступать, преклоняя колени перед зарвавшимся ребенком Мара не желала.

— Что здесь происходит? Принцесса, опустите меч!

Несмотря на присутствие принца, первым говорить начал Крион, что было весомым нарушением правил приличия, но как бы то странно не было, на это никто кроме чернокнижницы не обратил внимание.

— Пф! Чего это заяц-беляк мне указывает!?

Разозленная и еще более возмущенная принцесса перевела искрящий злобой взгляд на парня, но тут вступился Вильгельм, отодвигая рукой Криона назад.

— Немедленно опусти клинок, Марта.

Принцесса раздосадовано скривилась, смотря в непроглядные щели рогатого шлема принца. Помедлив, Марта опустила меч острием к полу. Мара в свою очередь весьма учтиво подхватила телекинезом брошенные в нее ножны и ловко надела их на меч, вызвав новый приступ злости у рубиноглазой. Марта скривилась еще сильнее, бросив взгляд на «одетый» меч. Несколькими движениями она прицепила ножны к поясу.

— Что здесь произошло?

Низкий строгий голос Вильгельма не просто остудил накалившуюся обстановку, он ее заморозил. Марта резким жестом руки указала на чернокнижницу, бросая недовольный взгляд на брата.

— Эта змея пытала служанок!

Марта громко воскликнула, пытаясь обвинить в публичной жестокости Мару, но чернокнижница лишь высокомерно приподняла бровь, в ее глазах читалось разочарование умственными способностями принцессы. Вильгельм перевел невидимый взгляд на черного мага, что Мара ощутила практически мгновенно.

— Служанки распространяли про герцога и меня злостные сплетни, не чураясь сквернословия, пороча честь дома Авалос. За что и поплатились.

Голос чернокнижницы был бесстрастен и спокоен, словно море во время штиля. Головой Мара указала на фигуры служанок с побитыми руками, сидящих на коленях. Принц в полном доспехе неспешно проследовал до поворота, чтобы посмотреть на сотворённые «изуверства». Даже с пяти метров Вильгельм видел располосованные ладони служанок, будто оставленные ударами заостренных кнутов.

— И чем же миледи их так наказала?

В руках Мары не было ни розг, ни кнутов, поэтому данное сильно заинтересовало парня. Он, конечно, подозревал что это могло быть, но все же для засвидетельствования ему требовалось увидеть это воочию. В правой руке девушки появился короткий черный хлыст из темной энергии.

— Жестоко использовать против служанок магию.

— За их словесную грязь, каждую из них могла вздернуть на дыбе.

Сетования принца были встречены недовольным выражением лица чернокнижницы и взглядом, где читалось «данная кара - милость». Жестокость показанная черным магов весьма соответствовала ее давнейшей репутации в светском обществе.

— Что произошло дальше?

Несмотря на причину конфликта, побои прислуги не являлись чем-то весомым и уж тем более причиной для кровавой стычки между представителем императорской и герцогской семьи. Марта гордо вздернула подбородок и с искренним чувством собственного добродетеля ответила:

— Я не могла смотреть на то, как эта ведьма пытает невинных людей, поэтому…

— Швырнули в мою голову ножны и наставили меч?

Мара ловко дополнила слова принцессы, используя ее небольшую паузу в монологе. Конечно, ее слова также имели ложь, так как удар должен был прийти на руку, держащую хлыст, а не голову, но об этом Мара решила не заострять внимание, ведь сам факт атаки благородной персоны бел неизменным.

— Ты!

Марта злобно зарычала, смотря на невозмутимую мину чернокнижницы. Вильгельм в свою очередь осмотрел черноволосую леди, не заметив и малых ссадин. Ответ напрашивался сам собой, ибо защитных заклинаний от физического урона, тем более такого незначительного было множеством, но принц не мог упустить небольшую лазейку.

— На вас и маленькой царапины нет, леди Мара.

— Я боевой черный маг, умение защищаться - базовый навык любого боевого мага!

Недовольно воскликнула чернокнижница, сведя брови к переносице, от принца послышался довольный фырк.

— Ясно. Я понял вас. Марта, почему ты направила на благородную леди свой меч?

— Эта змея…

— Немедленно перестань оскорблять леди Авалос, ты позоришь корону!

Вильгельм как никто иной знал об отвратительном характере Марты и даже знал причину того, и спускал ей это с рук. Но в данном конфликте все вырисовывалось очень печально для императорской семьи. В присутствии свидетелей Марта продолжала открыто оскорблять Мару, что только укрепляло позиции последней и делало ее жертвой сумасшедшего нрава принцессы.

— Она пыталась отравить Аврору!

Замявшись из-за резкого голоса брата, принцесса все же высказала свою претензию.

— Леди Мара, это правда?

— Абсолютная ложь. Я не видела приемную дочь герцога Авалос более десяти лет.

То что сделала принцессы было настоящей клеветой на благородную персону, но принц не мог замять это и поэтому действовал так, как требовала процедура. Спросив мнение обвиняемой, молодой человек тихо сжал зубы до скрежета, так как понимал, что слова Марты полная чушь. Чернокнижница усмехнулась, смотря с неподдельным сомнением в психическом здравии принцессы, опровергая ее ложь. Последовавший восклик принцессы заставил всех тяжело вздохнуть:

— Не сейчас! Тогда! Десять лет назад!

Глупость, которую твердила несовершеннолетняя принцесса вгоняла всех в уныние и порочила честь императорской семьи. Но и тут Мара не упустила шанс вставить еще одну шпильку.

— Это было десять лет назад и полной неправдой. Я никогда не травила ядом приемную дочь герцога, это сделала моя служанка без моего на то приказа. Меня оклеветали, но поскольку все же это была моя прислуга, я уже понесла суровое и весьма несправедливое наказание.

— Ложь! Это ты приказала ей отравить Аврору! Ведьма, Дьяволица, Отравительница! Тебя должны были казнить!

Принцесса обезумела от своего гнева и выплеснула на Мару всю свою злобу и ненависть, копившуюся все это время. Лицо Марты стало абсолютно неприглядным из-за подступившей крови и злобной гримасы. Вильгельм схватил свою сестру за предплечья сдавив его так, что Марта вскрикнула от боли.

— Заткнись, ты позоришь честь императорской семьи.

Вильгельм очень хотел ударить заносчивую сестру по лицу, как это должен был сделать любой старший представитель императорского рода, но его облачение сулило девушке серьезные травмы на драгоценном девичьем лице. Бросив взгляд на свое сопровождение, принц отдал приказ:

— Сопроводите принцессу до ее покоев и найдите ее фрейлин.

Толкнув Марту в спину, подгоняя нерасторопную девушку, принц проследил, чтобы конвой забрал своевольную принцессу.

— Приношу свои глубочайшие извинения, леди Мара. Моя строптивая сестра без ума от новоиспеченной святой, поэтому очень часто поступает необдуманно.

Принеся весьма скупые извинения, Вильгельм дожидался реакции чернокнижницы, но та, как подобает этикету, скромно приняла их, не став предъявлять претензии, что конечно огорчило принца, но тот промолчал.

— Сестра, я позабочусь, чтобы прислуга получила по заслугам. Завтра их здесь уже не будет.

Крион видел затаившуюся в аметистовых глазах ярость попытался отвлечь девушку от своих негативных эмоций, но его «обещание» нисколько не обрадовало и тем более не успокоило Мару.

— Мне все равно. Они уже получили по заслугам.

Холодный и от этого жестокий голос чернокнижницы лучился ее безразличием. Вильгельм ведомый интересом задал вопрос:

— Лучше бы вы сообщили об этом дворецкому, тот бы распорядился сам. Не боитесь, что пойдут слухи о жестокости первой дочери герцога?

— Вы говорите о том, что моя репутация может быть разрушена? Ваше высочество, вы глубоко ошибаетесь. Невозможно разрушить то, чего нет.

Весьма резкое заявление Мары немного удивило принца, он слышал нелестные сплетни в ее адрес, но они были очень и очень давно, светское общество очень быстро забывает о пересудах, если их причина исчезает надолго.

— Вас будут бояться.

— Страх испокон веков был методом контроля всех глупцов и невежд.

Изречение чернокнижницы вызвало усмешку на лице принца. Ее напускной холодный нрав забавил парня. Крион в свою очередь бросил на принца недовольный взгляд, укрывшийся от глаз Мары, вновь сыграв свой доброжелательный настрой, беловолосый лебезящим голосом спросил:

— Сестра, позвольте узнать куда вы направляетесь.

— В библиотеку.

Сухо ответила Мара, ощущая привычное раздражение от этого тона, пропитанного фальшью.

— Оу! Дорогая сестра не знает, но ее перенесли в отдельное здание после перестройки поместья. Вас проводить?

Услышав печальную для себя новость, плечи Мары обреченно опустились вниз, девушка еле удержалась от разочарованного вздоха. Взяв свои эмоции под контроль, девушка спокойно произнесла:

— Просто скажи где она, путь я найду сама.

Отказ Мары вызвал еще одну усмешку на лице принца, молодой человек весьма прямолинейно озвучил свои мысли:

— Вы настолько ненавидите своих младших, что не принимаете даже помощь?

Слова принца нисколько не тронули ее сердце и самолюбие, в чем-то принц был прав.

— Ненависть - низменное чувство, застилающее глаза. Я никого не ненавижу.

— Даже Аврору?

— Даже ее.

Философский ответ Мары с напускным безразличием все более и более интриговал принца, а его желание вывести чернокнижницу на эмоции росло неумолимо. Крион стоящий в стороне ощущал, как атмосфера непроизвольно становится все более удушающей. Пусть Мара не реагировала на провокации его друга, но беловолосый знал насколько его сестра взрывоопасна.

— Тогда почему не позволите сопроводить вас?

— Потому что хочу побыть одна.

— Для чего это?

Безразличный ответ чернокнижницы вновь был встречен провокационным вопросом принца. Молодой человек подразумевал, что одинокая девушка без сопровождения прислуги или личного рыцаря вполне могла направляться на встречу сугубо личного характера. Мара не поняла, что имел ввиду Вильгельм, но его навязчивость все больше злила. Девушка тяжело вздохнула.

— Ваше высочество, я думаю, что у вас есть дела поважнее?

— Важнее чем сопроводить благородную леди?

Мара потихоньку заводилась. Плотно сжав челюсти, девушка недовольно растянула губы в злой улыбке. Чернокнижница послала сигнал Ониксу, чтобы тот как можно быстро вернулся к ней.

— Вас об этом не просили.

— Моя сестра нанесла вам серьезное оскорбление. Я же должен как-нибудь загладить ее проступок.

Черноволосая еще раз глубоко вздохнула. Язык принца был весьма длинным и хорошо подвешенным. Чернокнижница попросту не находила предлога, чтобы спровадить его, поэтому решила игнорировать.

— Крион, ты же хотел проводить сестру в библиотеку.

Замерший в ожидании «взрыва» парень быстро пришел в себя от чересчур веселого голоса Вильгельма. Пусть он и казался как всегда собранным и чрезвычайно спокойным, но беловолосый знал, что принц нагло веселится.

— Да. Библиотека Авалос настолько большая, что занимала отдельную часть дворца, поэтому чтобы увеличить количество гостевых комнат, было решено перенести ее в отдельное здание.

Крион принялся рассказывать о причине столь радикального изменения. Но это «оправдание» только позабавило Мару, ибо она знала, что их дворец вмещал и без того большое количество людей, расширение за счет переноса важной части истории дома было странным. Но Мара продолжала молчать.

Минуя коридоры и выходя на заднюю часть дворца, они очутились на длинной развилке, окруженной садами с декоративными растениями. Деревья, кусты и даже клубы - все были полны цветов всех оттенков радуги. Мара не помнила этого, но перестала удивляться. Здесь раньше были длинные коридоры из зеленых кустов и просторных пустошей идеально подстриженных газонов. Сейчас все смешалось в цветочную какофонию. Старинные статуи были заменены на декоративные деревья, некоторые дорожки обрамлялись странными сооружениями, на которых словно плющ росли цветочные лозы.

— После перестройки поместья, Отец решил переделать и задний двор…

— Не интересует.

Мара надменно прервала рассказ Криона, так как на фоне всего «нового» довольный голос Криона раздражал не хуже чувства неизвестности.

— Не стоит быть настолько грубой с родным братом.

Замечание принца заставило Мару скрипнуть зубами от злости. Но показавшаяся среди крытой цветочной дорожки фигура в черных одеяниях Оникса немного расслабила чернокнижницу. Ускорив шаг, девушка быстро подошла к идущему на встречу демону.

— Ваше высочество, б… «брат», мой сопровождающий прибыл, прошу оставить нас наедине.

Заметив высокую фигуру демона, оба парня остались недовольными. Гладкое белое лицо, уникальные малиновые глаза и красивая без лишних слова худощавая, широкоплечая фигура наталкивала их обоих на весьма странные мысли.

— Не думаю, что благородная леди может оставаться наедине со слугой мужчиной.

Недовольный голос принца только развеселил Мару, подняв настроение. Девушка мило улыбнулась, многозначительно беря руку демона в свою ладонь.

— Оникс прислуживает мне больше пяти лет и раньше это никого не заботило.

— Неужели в вашей «поездке» не было сопровождающий горничных?

Вильгельм задал вопрос, сложив руки на груди.

— Моя служанка Берилла сейчас занята.

— У вас только одна горничная?

— Подождите. Сестра, ты же направлялась в библиотеку? Откуда твой слуга может знать направление?

Крион перебил принца, не дав Маре возможности ответить на его вопрос. Беловолосого заботило сейчас другая тема. Возможно, что поход в библиотеку был лишь предлогом для встречи с этим парнем. Это сильно беспокоило Криона, но учтивый голос брюнета не дал ему возможности подловить их.

— Молодой господин, я уже осмотрел территорию поместья и узнал маршрут до великой библиотеки Авалос.

Оникс сделал глубокий поклон перед принцем и незаконнорождённым сыном герцога. Его вкрадчивый мелодичный голос радовал ухо, не то что сухой и грубый принца или же лебезящий беловолосого.

— Когда ты успел осмотреть территорию поместье? Недавно ты сопровождал свою хозяйку на конной прогулке, а также только сегодня приехал в герцогский дом.

Подозрительность принца была оправдана, но Мара не хотела раскрывать истинную сущность своих слуг.

— Ваше высочество, вы не умеете читать между строк?

Наглый вопрос девушки прямо говорил, что принц не понимает намеков и Мара просит его покинуть ее компанию.

— Я беспокоюсь за честь леди. Ваше поведение только провоцирует подобные слухи, за которые вы наказали горничных. С этого ракурса их проступок не кажется таким уж ужасным, так как сама госпожа дает весьма плодородную почву для сплетен.

Настойчивость принца забавляла и в некотором роде восхищала Оникса, что демон не удержался и широко улыбнулся с интересом посматривая то на бронированного человека, то на сдерживающуюся госпожу.

— Если вы беспокоитесь за мою честь, то лучше вернитесь к своим делам, ибо настойчивость принца может породить весьма неприятные слухи.

— Вы считаете меня менее достойным партнёром, нежели этот смерд?

Чернокнижница уже не могла сдерживать злость. Сжав кулаки, девушка с титаническим усилием сдерживала рвущуюся наружу ауру.

— Ваше высочество, оказывается помимо исключительных королевских манер, вы еще не обделены фантазией…

— Сестра, позвольте я все же провожу вас до библиотеки!

Крион чувствовал, что Вильгельм потерял свой веселый настрой и сам начинал злиться, по движениям и мимике сестры все и так было понятно. Парень решил избежать еще больших конфликтов, поэтому нагло схватил чернокнижницу под локоть и повел в сторону хранилища знаний.