Все четверо, наконец, покинули здание завода и в данный момент наблюдали за его разрушением с безопасного расстояния. Трое из них чувствовали себя чудом спасшимися.

Ли Рубай повернул голову и спросил:

– Джун, тебе не больно?

– Не больно – честно ответил универсальный солдат.

Пилот корабля тяжело вздохнул и ударил ладонью по забралу:

– Не обязательно так стараться, чтобы произвести впечатление.

После этих слов он опустился на землю позади Линь Си и лёг.

Четвёртая, держа левую отрубленную руку Джуна и пистолет, посмотрела на него, а затем прилегла рядом.

Джун обратил внимание на свою конечность и ему вдруг стало любопытно:

– Это... Зачем ты взяла её с собой?

– Ты совсем дурак? – сердито отозвалась №4.

Джун удивился:

– Я... Видимо, да.

– Четвёртая! – разозлившись, воскликнула Линь Си, на что её телохранительница беспомощно замотала головой.

– Но это действительно так! Он даже признаться до сих пор не может!

– О чём речь?

– Речь о трёх заветных словах «я тебя...» – начала было объяснять Четвертая, но не будучи глупой и увидев недовольное лицо Линь Си она вовремя замолчала.

В этот момент Ли Рубай сделал глубокий вдох и начал подниматься:

– А-а... Дела сердечные. Да! Любовь – вещь такая!

Бух!

Не успел он окончательно встать, как Линь Си ударом с ноги заставила его снова лечь.

– У тебя ещё волосы не везде выросли, что ты можешь знать о любви? – тут же усмехнулась №4.

– Откуда тебе знать, везде ли у меня выросли волосы?! – разгневанно отозвался Ли Рубай.

– А ты покажи, если они есть! – провоцируя, ответила Четвёртая.

– Что? Я... – замямлил парень и на том их спор закончился.

Признав поражение перед этой мужеподобной девушкой, он ещё раз негодующе посмотрел на Линь Си, показательно проигнорировал её протянутую руку и протянул свою Джуну.

Получив помощь, Ли Рубай решил продолжить тему их разговора:

– И всё же, Джун, почему ты решил броситься в печь вместе с Синим Штормом?

Тактический обман тут же оказался активирован...

– Тебя устроит правда или ложь?

– Конечно правда!

– Ну... У моего Доспеха Шэнь имелось достаточно энергии, чтобы выдержать температуру в печи в течении пяти секунд, в то время как пассивная металлическая броня Синего Шторма максимум могла продержаться там две секунды. Эти три секунды разницы гарантировали мою победу.

Ли Рубай замотал головой, а потом сердито притянув Джуна к себе, ударил своим шлемом по его шлему:

– Тогда почему ты отказался от руки ради неё!? Просто скажи, что любишь, это так сложно?

– Люблю? Что ты под этим подразумеваешь?

Хотя бывший подопытный чувствовал, что Ли Рубай чем-то недоволен, он совсем не понимал, чего тот от него хочет.

– Ты...

Злость Ли Рубая сменилась сначала подавленностью, а затем беспомощностью.

Он отпустил Джуна и продолжил:

– Ты понимал в тот момент, что можешь потерять руку?

– Да.

– Тогда почему ты решился на это?

– Я же уже говорил, что буду защищать её даже ценой своей жизни... Ну, может не прямо так, не вспомню дословно, но смысл был таким.

– Ты не можешь просто произнести это?

– Я произнёс это!

Всё тело Ли Рубая поникло:

– Ты умрёшь, если признаешься, что любишь?

– Что значит любить?

Чу Джун всё ещё искренне не понимал, чего от него хотят. Среди бесчисленных материалов в его базе данных, о любви говорилось очень много и в то же время всегда по-разному.

– Ты притворяешься! Ты просто притворяешься!

Настроение Ли Рубая стало каким-то странным и нестабильным.

В этот момент голос подала Четвёртая:

– Если ты знал, что лишишься руки, почему ты не убрал её?

– Разве в таком случае, она бы не умерла? Без энергии, она бы и двух секунд в печи не выдержала.

– Значит ты действительно готов обменять свою жизнь на её? – продолжила Воин Тяньцзы.

– Такова задача.

– Что за задача?

– Защитить её.

– Когда ты получил эту задачу и от кого?

– Э-э-э... – произнёс бывший подопытный, не зная, как ответить на этот вопрос.

– Лучше бы ты просто промолчал, чем нести эту чушь! – произнесла Четвёртая.