Лилиана чувствовала себя настолько уязвлённой, что была готова плеваться кровью от возмущения. Однако лицо Хьюго, стоявшего рядом, наполнилось тревогой. Потому что он знал, что Лилиана нелестно отзывалась о принцессе.

Агнес цокнула языком и снова перевела взгляд на Реймонда. Её выражение постепенно сменилось на полное печали и наивной простоты. Агнес словно идеально изобразила сердечные страдания, а во взгляде читались обида, ненависть и раскаяние. И эту её мимику видели все члены и солдаты Белых рыцарей. Агнес не забывала о своём «образе»: женщина с разбитым сердцем, которую бросили сто раз, и она окончательно смирилась. Именно такую роль она сама себе определила. Ведь ей предстояло правдоподобно показать процесс: как она ушла от «аварийного» Реймонда Спенсера к «Мерседесу-Бенцу» Кайлу. Всё должно быть чётко выстроено. Агнес слегка подтолкнула свою лошадь и развернулась. За ней двинулись Чёрные рыцари и солдаты.

Реймонд Спенсер, всё это время холодный и безэмоциональный, проводил её спину взглядом. Подозрения, о которых ему говорили раньше, подтвердились: принцесса теперь пытается разрушить его репутацию какими-то нелепыми выдумками. Наполненные тоской и нежностью глаза принцессы заставили его ощутить лишь неприятное раздражение.

Реймонд обрубил эти мысли и холодным тоном приказал:

– Возвращаемся в имперскую столицу. Скорее.

– Есть!

По его команде Белые рыцари тут же двинулись вслед за ним. Лилиана, которая было хотела поехать рядом с Реймондом, залезла в свою карету чуть не со слезами на глазах.

***

Кайл пребывал в каком-то ступоре. Впервые в жизни он чувствовал такое… приятное удовлетворение.

«Бывает же, что и принцесса может быть… полезной».

Принцесса Агнес наградила унижением и святую, которая презирала его, и самого Реймонда Спенсера. Пусть это её целью и не было вставать на его защиту, для Кайла это оказалось первым случаем, когда кто-то за него заступился. Если так можно было назвать её резкие выпады… всё равно это впечатляло. Он и представить не мог, что это сделает именно принцесса Агнес, которая больше всех его презирала и игнорировала. А при мысли о том, как она «прошлась» по Реймонду Спенсеру и святой, у Кайла по спине пробегала дрожь сладкого восторга. От радости сердце колотилось сильнее, а кожу будто покалывало. Вдобавок, даже если бы она заставила его лечь на землю и уселась бы сверху, стегая плёткой – наверное, он бы стиснул зубы и выдержал. Потому что осадок унижения, который обычно преследовал его, в этот раз сменился приятным чувством реванша.

Остальные рыцари и солдаты тоже выглядели заметно воодушевленными. «Власть – всё-таки великая вещь», – думали они, задрав подбородки и с гордостью возвращаясь в замок.

***

Отчитавшись перед императором об успешном возвращении, все разошлись. Кайл, Анна и Виктор отправились в казармы рыцарей, а Агнес вернулась в свои покои. Она согрелась в ванне, расслабилась на мягком диване, пока внезапно её не накрыло чувство досады.

«А-а-а…!»

Она вспомнила, что специально таскала с собой высокотехнологичную HD-камеру (миниатюрную версию) – и ни разу не запечатлела Кайла. Агнес обмякла на диване и чуть не расплакалась от сожаления.

***

На следующий день вернулась обычная рутина. Агнес, стараясь доказать, что здорова и невредима, пошла на завтрак к императору, но тот до самого конца ей не верил. В итоге император вызвал придворного лекаря и настоял на детальном осмотре принцессы. Лишь когда все проверки показали норму, Агнес отпустили. Когда она вернулась в свои покои, её уже ждали фрейлины.

– Задание прошло успешно, принцесса?

– Слышала, вам пришлось непросто.

Эмма и Хлоя заботились о принцессе. Агнес молча кивнула и спросила о Дейзи – ещё одной из своих фрейлин:

– А где Дейзи?

– Леди Лотиан уехала в своё поместье два дня назад, – ответила Хлоя. – Вернётся через неделю.

– Понятно.

– А что-то случилось? – полюбопытствовала Эмма, и по её голосу чувствовалось, что они обе заждались новостей. Без принцессы им было скучно. Отсутствие Агнес в столичном обществе было всё равно что чайная вечеринка без десерта или придворный бал без Реймонда Спенсера.

Тут Хлоя вдруг, словно спохватившись, произнесла лукаво:

– Ой, а ведь говорят, что вы на обратном пути столкнулись с Белыми рыцарями?

На самом деле именно это им и хотелось узнать с самого начала. Ведь принцесса была особой натурой, склонной к внезапным переменам. Не исключено, что вчера она была готова на всё, лишь бы «забыть» Реймонда, а сегодня уже может передумать. К тому же, о том, что произошло у городских ворот, ходили слухи, которые распустили солдаты, вернувшиеся с Чёрными рыцарями. Эмма и Хлоя вспомнили разговор, который они невольно подслушали на недавнем званом вечере:

«Чёрные рыцари и Белые пересеклись прямо у ворот?»

«Да, и принцесса там что-то устроила…»

«Ну? Что на этот раз?»

«При всех указала на промах святой, а всю вину свалила на лорда Спенсера»

«Вот уж характер!»

«И что же натворила святая?»

«Вроде она заговорила с принцессой, не дождавшись её позволения. Кажется, не так поняла приказ Его Величества…»

«Ну, как бы там ни было, принцесса, как всегда, в своём репертуаре».

При этом у большинства присутствующих дам на лицах читалось странное облегчение. Некоторые аристократки завидовали святой, что та, будучи простолюдинкой, добилась такой народной любви. Да и сама Лилиана последнее время ходила чересчур «окрылённая» своей славой, чем, видимо, задела многих. Но для Эммы и Хлои главным было не это. Они зацепились за тот факт, что принцесса «возложила всю ответственность на лорда Спенсера». Именно это их волновало. Поэтому, как только стало известно, что Агнес вернулась, они обе к ней явились, чтобы выяснить правду.

– Вам, наверно, надо помассировать руки, – напевала Эмма.

– И плечи тоже… – подхватила Хлоя.

Они обступили принцессу с ласковыми улыбками и принялись её массировать. Агнес, закрыв глаза, понимала, что именно им интересно, но ничем не выдавала себя.

Наконец она приоткрыла глаза и заговорила сама:

– Да, по пути я встретила Белых рыцарей.

– Значит, вы повидались и с лордом Спенсером..? – осторожно спросила Хлоя.

– Да.

Похоже, что их раздражал скупой стиль ответов принцессы. Эмма мило улыбнулась и, с игривой заботой в голосе, спросила:

– Говорят, вы действительно обвинили лорда Спенсера в промахе святой?

– Конечно. Разве не логично? Если подчинённый ошибся, значит, вина на начальнике.

– Верно… вы правы, – Эмма закивала, соглашаясь со всем, что скажет принцесса. Потом добавила ещё осторожнее: – Но… вы в порядке? Ведь это же первая встреча с лордом Спенсером после того случая…

Этого Агнес и ожидала. Она ответила чуть приглушённо, с нотками грусти:

– Как я могу быть в порядке… Он ведь так меня презирает… Что мне остаётся?

– Ах…

Эмма вздохнула, как будто ей самой стало жалко принцессу. Агнес с грустным видом повернулась к ней и продолжила:

– Взгляд лорда Спенсера, полный отвращения и пренебрежения… Каждый раз, когда я встречаюсь с ним взглядом, у меня изнутри словно ножом режут.

Произнесла она это так печально, что у Эммы и Хлои чуть не навернулись слёзы. Обе фрейлины, которые с юных лет заботились об Агнес, прижали её к себе, испытывая искреннее сочувствие. Но одно дело – искренние чувства, другое – их разговорчивость. В результате уже на следующий день то, что рассказала Агнес, облетело весь свет. Именно этого она и добивалась.

Однако возник один побочный слух, которого Агнес не ожидала. Слух этот появился благодаря жителям деревни, куда ездили Чёрные рыцари. И он стал быстро распространяться по столице, обрастая преувеличениями. Рассказы о том, как принцесса Агнес одним росчерком руки очистила кровавую реку и исцелила сотни больных, а Чёрные рыцари проявили себя отважнейшими спасителями, заполонили город. Даже сама Агнес, услышав эти байки, подумала: «Ну это уж слишком…» – настолько они были раздуты. Но она поняла, что крестьяне сделали это намеренно, чтобы загладить свою прежнее несправедливое отношение, основанную на слухах и сплетнях про принцессу и Чёрных рыцарей. И такие слухи, хоть и приукрашенные, стали своеобразным подарком-извинением от жителей деревни.