Настолько подробные и детальные слухи ходили… Кайло гадал, как же ей, Агнес, вообще удаётся выдумывать такие истории.

— Что, если впустую опорочат честь принцессы.

— …С чего бы честь пострадала от того, что двоим, которым скоро жениться, вздумалось ночью немного сходить на свидание?

— …

— Да вы, знаете, прямо немного старомодны, — недовольно пробормотала Агнес.

Кайло продолжал перебирать её пальцы, всё ещё удержанные в его ладони. Белые, мягкие пальчики с розовыми кончиками казались такими сладкими, что, стоило бы взять их в рот, непременно почувствовался бы сахарный вкус. Ему хотелось по одному покусывать эти милые пальцы, посасывать, жадно смакуя.

Глядя, как он только теребит её руку, Агнес жеманно проговорила:

— Ну, если не хотите — и ладно…

— Я и не говорил, что не хочу.

— Тогда вы потом ещё придёте?

— Приду так, что ни одна душа не узнает.

Он говорил так, будто был уверен, что его никто не услышит. Агнес не выдержала и рассмеялась. Кайло, глядя на чистую, ни о чём не подозревающую улыбку Агнес, сглотнул. Сможет ли он сдержаться? В последнее время Кайло то и дело предавался дурным фантазиям об Агнес.

Ему хотелось поцеловать этот взгляд, кончик носа, губы, когда она смотрит на него с нежностью. И не мягко поцеловать, а ворваться жадно, словно проглотить целиком, в глубину рта. И не только это. Стянуть вниз её красивое платье и ласкать, целовать там, куда никому не дано смотреть.

Юноша пытался снимать эту жажду в одиночку, но как ни старался, она не угасала. Он становился всё более изголодавшимся. Понимал, что и так получает от неё слишком много любви, но жадность пронзала небеса. Его мучила тревога — то было желание совсем иного толка, чем прежде.

* * *

В ту ночь, отослав горничных, Агнес сделала вид, что легла, а затем поднялась. В тёмной спальне свет был погашен. Агнес, оставив включённой прикроватную лампу, выбралась из кровати. Набросила лежавший рядом шелковый пеньюар и осторожно вышла из спальни. Гостиная была тиха. Агнес тихонько направилась к террасе, чтобы заранее приоткрыть дверь. И тут… Внезапно из-за занавеси на террасе вынырнула чёрная тень.

— А!..

Девушка едва не вскрикнула от испуга. Если бы большая ладонь не прикрыла ей рот, она и правда закричала бы.

— …Тс-с.

Как и обещал с самоуверенным видом, Кайло явился так, что никто и не заметил. Проблема была в том, что даже Агнес шарахнулась от неожиданности. Унимая грохочущее сердце, она подняла на него взгляд. Большая ладонь, зажимавшая ей рот, медленно опустилась.

— Ха-а… Вы меня до смерти напугали.

— …Прошу прощения.

Кайло чуть отвернул голову, чтобы она не заметила, как вспыхнуло его лицо. Ладонь будто обожгло. Мягкие губы и дыхание, только что касавшиеся его руки, слишком возбуждали. Тем временем Агнес плотно заперла дверь на террасу и задёрнула занавески.

— Тихо, идите за мной.

Кайло пошёл следом, как она велела. Но пройдя немного, он едва не остановился и не повернул обратно. Они пришли в покои принцессы.

— …

— Чего вы? Не заходите? Закройте на замок, мало ли.

Как она может так буднично говорить такие невероятные вещи? Сердце стучало у Кайло так громко, что отдавалось в ушах. Он замешкался, и, видно, Агнес это надоело — она подошла ближе, взяла его за запястье и потянула. Затем собственноручно защёлкнула замок.

Сердце билось у него так яростно, а ещё он невольно сердился на принцессу: как же она может быть с ним настолько беззащитна. К тому же Агнес была в ночной одежде. На тончайшее, почти просвечивающее неглиже был накинут розовый шелковый пеньюар. Пусть не вся кожа была открыта, но сама по себе ночная рубашка — вещь очень личная и интимная. Он просто не мог смотреть прямо.

— Идите-ка сюда, покажу вам свою коллекцию.

Совершенно невозмутимая, в отличие от него, Агнес повела Кайло к кровати. Забралась под одеяло и устроилась, прислонившись к изголовью.

— Садитесь рядом со мной.

— Но…

Кайло не решился выполнить её просьбу и замялся. Можно ли вообще осмелиться забраться на постель принцессы? Да, они уже собирались пожениться, но он не мог понять, до какой черты принцесса даёт ему позволение. Хотя низкие, постыдные мысли уже десятки раз проталкивали его в воображении на ту кровать.

Агнес немного посмотрела на него и наивно спросила:

— Вам неудобно из-за одежды? Так зачем же вы пришли в мундире.

— …Боялся на рассвете столкнуться с кем-нибудь по дороге обратно, поэтому и пришёл в форме. Она новая, не грязная.

— Если неудобно, снимите и садитесь.

Про наивность можно было забыть. Снимите и садитесь… Удивительно, как она может произносить такое так спокойно. Кайло совсем растерялся и не знал, что делать. Но когда Агнес рявкнула: «Я сказала — быстро ко мне!» — ему ничего не осталось, как подойти. Совесть не позволяла забираться раздетым. Он сел рядом с ней краешком, в неудобной позе. Агнес поджала ноги, чтобы ему было где сесть, и придвинулась ближе.

— Откройте второй ящик тумбочки.

— …

Она прошептала, будто собиралась рассказывать тайну. Обстановка никак не располагала к спокойствию. Они были в спальне Агнес, поздней ночью. Свет был выключен, лишь жёлтый огонёк горел в прикроватной лампе. В мягком свете кожа Агнес казалась особенно прозрачной.

Её шепот звучал как искушение, интимно. А уж то, что она так близко и поглаживает его руку, — и вовсе было для него пыткой. Даже малейшее прикосновение ощущалось как мощный раздражитель. Он уже был на грани — тронь, и взорвётся.

— Быстрее.

Агнес поторопила и потянула его за руку. Кайло сглотнул и, как велела она, открыл второй ящик.

— …

В ящике лежал белый носовой платок.

— Это что?

— …Вы не знаете?

Юноша спросил, не понимая смысла, но в ответ получил встречный вопрос. Он осторожно протянул руку и взял платок.

— А…

Кайло понял, что это его собственный платок. Но почему он здесь…

— Не помните? В тот день, когда велели мне одной отправиться на задание.

— …

— Тогда я едва не погибла, но вы появились и спасли меня. Это тот самый платок.

Он сглотнул. Сказать было нечего — лишь кадык дёрнулся. Вспомнил, насколько враждебным и резким был тогда с принцессой Агнес. Тогда ему и в голову прийти не могло, что они окажутся такими.

— …

Он и представить не мог, что женщина, презиравшая и игнорировавшая его, подарит ему такую большую любовь. Кайло, растрогавшись, посмотрел на Агнес.

— Только вот запах совсем выветрился.

С досадой пробормотав, Агнес принялась обнюхивать платок.

— …

Кайло моргнул, не понимая, о чём речь.

— Примерно с тех пор я и начала вас любить, милорд.

— …Что?

Дальше было ещё труднее понять.

«С тех пор?» Почему?

Кайло с сомнением заглянул ей в глаза.

— Потом, когда придёт время, я вам всё расскажу. В любом случае, этот платок — моё сокровище номер один.

— …

Агнес похлопала его по плечу. Затем открыла верхний ящик и показала что-то ещё. В маленьком кулоне было его фото — то самое, что используют для официальных документов внутри рыцарского ордена.

— …Что это?

— Моё сокровище номер два. А это — сокровище номер три.

Она протянула непонятного вида плюшевого медвежонка. У медведя была чёрная «шерстка» и ярко-синие глаза — весьма необычная внешность.