Камилла закашлялась и, несмотря на бурю эмоций, в первую очередь поспешно сунула руку за пазуху. Как только к ней вернулось сознание, её мысли сосредоточились на одном.

«Фух».

К счастью, яйцо божественного зверя было на месте. Ей не придётся снова лезть в это проклятое озеро. Только теперь, когда это осознание окончательно её накрыло, Камилла действительно поняла, что осталась жива, и облегчение хлынуло потоком. Да она же едва не стала утопленницей! Сил почти не осталось. Камилла с трудом распахнула глаза и пристально посмотрела на Дону.

— Ты… ты что такое?

Да кто ты вообще?!

— Почему ты здесь?

С её точки зрения, всё было совершенно нелогично. Утром Дона сама провожала её из особняка, и с чего бы ей внезапно появляться в академии? Почему она вообще нырнула в озеро? Камилла сколько ни думала — не могла найти объяснений.

— А вы что делаете?! — воскликнула Дона с отчаянием в голосе. — Зачем вы туда прыгнули?!

— В смысле — зачем…

— Вы что, умереть хотели?!

— По-моему, ты что-то не так поняла…

— Если бы вы умерли, это был бы конец, понимаете?!

— …Что?

Конец?

— Сейчас не получится вернуться назад, как раньше!

Порыв ветра обдал её насквозь. Холодная струя проникла под промокшую одежду, и по телу побежали мурашки. Но Камилла не знала, от чего ей стало не по себе — от ветра или от слов Доны. Лицо её постепенно мрачнело.

— Что ты сейчас сказала?

— Боже!

— Это ж надо…

— Госпожа!

Когда Камилла вернулась домой, слуги ахнули, завидев её насквозь промокшую. Она ничего не ответила — в голове царил хаос. Даже не подумала переодеться.

Шшш.

Кто-то набросил на неё широкий плащ. Обернувшись, она увидела Людвиля. Он был в форме рыцарского корпуса — видно, застала его посреди тренировки.

— Опять те ублюдки?

“Те”?

«А, — сообразила она. — Он думает, что это снова Джуд и его шайка».

В ответ Камилла лишь покачала головой и пошла прочь. Разговаривать с кем-либо ей совсем не хотелось. Игнорируя всех остальных, она бросила взгляд только на одну — на Дону, стоявшую с тревожным выражением лица. Камилла молча велела ей глазами:

«Идём за мной. Сейчас же».

[Девочка моя.]

[Госпожа…]

— Вы тоже выйдите, — холодно бросила Камилла, едва войдя в комнату и увидев привидений Херселя и Дерина.

[Но, госпожа…]

— Если хоть кто-то попытается вмешаться в происходящее в этой комнате или подслушать — считайте, что разговора со мной у вас больше никогда не будет.

Её голос был ледяным. Два призрака переглянулись — и бесследно исчезли.

Тук-тук.

— Входи.

Дона вошла, пряча тревогу.

— Госпожа…

— …

— Может, принести тёплого чаю…?

— Обойдусь.

Камилла резко оборвала её.

— Ты кто?

— Кто-кто… Служанка госпожи…

— Умереть хочешь?

От её ледяного тона у Доны вздрогнули плечи.

— Отвечай чётко. Что значит — “если ты умрёшь, то уже не вернёшься, как прежде”? Что ты хотела этим сказать?

«Если умрёшь сейчас, то всё — конца не избежать!»

Камилла снова и снова прокручивала в голове произошедшее у озера, особенно те слова. И, наконец, начала складывать кусочки в целое. Каждое слово давалось ей с усилием:

— Ты знаешь, почему я оказалась в этом мире.

И что вообще происходит. Ты всё знаешь… правда? Дона, опустив голову, тяжело вздохнула, а потом вдруг выпрямилась.

— До недавнего времени… я была Управляющей душами.

У Камиллы изумлённо приподнялась бровь.

— В буквальном смысле. Я… управляла душами.

Что-то вроде жнеца. Хотя, по правде, Камиллу это уже даже не удивляло. Вот уж точно — нервы из стали. Или это просто нервы ни к чёрту?

«Чёрт… С ума сойти».

— До недавнего времени? — переспросила она.

— Да, — потупилась Дона. — Меня уволили.

— Уволили?

— Я… допустила ошибку.

Дона вновь взглянула на Камиллу и виновато произнесла:

— Я перепутала две души.

— Что?

— В буквальном смысле. Вставила души не в те тела.

— Ага… — лицо Камиллы стало холодным. — И какая-то часть меня уже знает, к чему всё это ведёт.

— Знаете, это как с одеждой. Она должна подходить. Душа — тоже. Если душа не совпадает с телом, всё идёт наперекосяк.

Дона снова бросила взгляд на Камиллу, словно оценивая реакцию.

— Например, человек начинает испытывать отторжение от окружающих.

— Отторжение?

— Даже семья не может проявлять к такому человеку любовь. Они просто ощущают, что с ним что-то не так. Это инстинктивное отвращение. Люди начинают сторониться и избегать его. Хотя… бывают исключения.

Отвержение. Изоляция.

— То есть… — Камилла медленно поднялась, и с её плеч упал тяжёлый плащ. — …перепутанная душа — это я?

— Именно!

Дона даже захлопала в ладоши, будто похвалила за правильный ответ.

— Души Камиллы и Ли Сии поменялись местами! Как я и думала, вы просто гениальны…

— Заткнись.

— …Хорошо.

Камилла молчала, словно на неё обрушилась бетонная плита.

— То есть…

Всё это… всё, что происходило со мной и с Камиллой — из-за твоей… ошибки?

«Ты во всём виновата!»

«Папа…»

«Ты мне не дочь!»

Осколки прошлых воспоминаний вдруг всплыли в голове.

Ли Сия. Камилла. Всё смешалось.

— Ошибка?..

Ошибка, говоришь? Всё то, через что мы прошли — ты называешь ошибкой?

— Ха… Чёрт…

В голову ударила волна ярости.

— Эм…

Дона вжалась в стену, когда Камилла схватила в руки туфлю.

— А… зачем вам обувь?..

— Просто.

Очень уж удобно лежала. Тяжёлый каблук приятно оттягивал руку. Камилла сжала его крепче.

— Есть предчувствие, что пригодится.

Дона отступила ещё на шаг.

— Значит… это тело — моё настоящее?

— Да.

— И теперь… в тот мир мне не вернуться?

— Всё верно.

— А если я теперь умру — всё, конец?

— Бинго!

Камилла долго смеялась. Сначала глухо, потом с горечью. Слёзы не лились — просто в груди было пусто. Теперь ей не вернуться в тот мир. Но в то же время… она вернулась на своё место. Это её настоящая жизнь.

— …Погоди.

И тут её осенило.

— Значит… та, другая я, она… она тоже умирала?

Ты ведь сказала: «повторяющиеся жизни Ли Сии». Это значит… она каждый раз умирала и возвращалась назад?

— Да. Каждый раз.

— …!

— От руки отца.

— Чьего?..

— Того самого. Из того мира.

Зачем? Почему именно он?..

— Господи…

Он исчез из её жизни много лет назад. Шантажировал, угрожал, требовал денег…

И она… умерла от его руки?

— И это… снова может повториться?

Это значит, Ли Сия сейчас тоже в опасности.

— Но она знает об этом.

Дона покачала головой, будто говоря — не волнуйся.

— Так же как вы боретесь за жизнь здесь, она там делает всё, чтобы устранить угрозу.

— Впрочем, да…

Она ведь не дура.