[Моя жена тяжело больна. Нам срочно нужны были деньги, и тогда Эрш, этот человек, предложил мне помочь ему с делом в обмен на оплату лечения. Я знал, что это неправильно, но сделал вид, что не понимаю, и закрыл на всё глаза.]

Кому в этом мире не достаётся? Но ведь не все делают одинаковый выбор, даже оказавшись в безвыходном положении. В конце концов, он сам выбрал свой путь — и кто я, чтобы переживать за его последствия…

[Ходит слишком много слухов о моей смерти. Мой сын очень тяжело это переживает…]

— …

[Пожалуйста, умоляю вас!]

Оставить этот мольбу без ответа было невозможно.

— Это тот ребёнок, да? Его отец…

— Точно! Тот, про кого в новостях говорили!

— Убил жену… брр, ужас какой.

— Говорят, и ребёнок чуть не погиб. Жалко малыша.

— Только, по-моему, она какая-то… странная. Жуткое у нее выражение лица.

Камилла знала слишком хорошо, насколько ранят такие слова, насколько они остры и беспощадны. Она не могла просто пройти мимо.

И потому обратилась к Джейнеру: попросила найти мальчика. Попросила стать его покровителем. Причём сделать это публично, чтобы все видели.

— Но зачем ещё и он в это вмешался?

Откуда-то всё узнав, герцог Эскра тоже заговорил о мальчике. Заявил, что окажет ему покровительство от имени рода Эскра.

Это было неожиданно, но Камилла не отказалась. Раз уж решила помочь, то стоило сделать это основательно.

И всё бы ничего, но…

— Я возьму на себя все расходы по его содержанию.

— Вот как. Что?

— Я и не знал, что о нашем роде ходят слухи, будто мы бедны. Надо бы найти тех, кто это распускает, и переломать им конечности…

— Да не в этом дело!

Так всё и обернулось тем, что все расходы по мальчику, включая лечение его матери, взял на себя род Эскра.

— Впрочем…

Семья, которая, по слухам, богаче даже императорской, уж точно может себе позволить помочь одному ребёнку.

— Но, госпожа…

— Что?

— Вы ждёте какого-то сообщения?

Дорман с удивлением посмотрел на Камиллу, которая то и дело проверяла магическую сферу связи.

— Нет.

— …?

— То есть…

Камилла коротко вздохнула.

— Никто не пишет.

— Никто?

— Ни отец, ни Рави…

Раньше они хотя бы раз в несколько дней обязательно выходили на связь, но теперь — тишина.

— А вы сами не хотите им написать?

— Не стоит.

Она понимала, насколько они заняты, и не хотела беспокоить их без повода.

— Ладно, рано или поздно напишут.

тук-тук

— Сестрёнка, пойдём гулять!

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Дейв.

— Хорошо.

Камилла в последний раз взглянула на магическую сферу и вместе с Дейвом неторопливо вышла на улицу.

— Что с лицом? Что-то случилось?

Герцоги Джейбиллан и Сефра, пришедшие в поместье Сорфель, с удивлением посмотрели на старого друга с каменным лицом.

— С моим лицом всё нормально.

— Да ну, по тебе видно: «у меня проблема».

Герцог Сорфель покачал головой:

— Ничего не случилось.

Но ни Джейбиллан, ни Сефра не поверили.

Слишком уж долго они его знали. И потому сразу поняли: он явно о чём-то серьёзно тревожится.

— А если…

Он тяжело вздохнул и, немного помедлив, заговорил:

— Если вдруг объявится родной отец Камиллы — что тогда?

— Родной отец?

— Он появился? — даже герцог Сефра, который всё время молчал, широко распахнул глаза.

— Я сказал: если!

Реплика прозвучала с раздражением, но оба собеседника ей не поверили.

— Родной отец, говоришь… Вот уж действительно неожиданность.

— А Камилле, кажется, семнадцать? Мягко говоря, внезапно.

— Ещё раз: я сказал «если»!

— И кто же он такой?

— Они уже встречались?

Они всё говорили и говорили, не слушая его, и герцог Сорфель снова тяжело вздохнул.

— Что он за человек?

— Это сейчас неважно.

— Как это неважно? Знаешь, какое у неё состояние? Если она решит уйти к отцу, пусть сначала вернёт магическую шахту, которую ты ей подарил!

— …

— …

— Почему вы на меня так смотрите?!

Герцоги Сорфель и Сефра посмотрели на Джейбиллана с откровенным презрением, отчего тот вспылил:

— При чём тут вообще деньги?!

— Одно дело — потерять дочку, но если ещё и деньги уйдут — это уже совсем обидно!

— Прекрати говорить, будто я уже её потерял!

При виде друга, в котором закипала злость, Джейбиллан слегка отвёл взгляд. Всё, пора перестать шутить.

— Так кто он, этот человек? В каком виде он объявился — как нищий, что ли?

— Лучше бы так…

Если бы её родной отец действительно оказался нищим, на душе было бы куда легче.

Этот человек — отец Камиллы…

Совсем недавно от одного из «Чёрных теней», приставленных к Камилле, пришло сообщение: родным отцом Камиллы оказался герцог Эскра из Грации.

Услышав это от Рува, герцог Сорфель просто замер — настолько неожиданной была эта новость. Он и представить такого не мог.

Вот почему?

Вот почему она до сих пор не вернулась?

После гибели стоявшего за всем маркиза Габела сообщение между двумя странами вновь стало возможным, но герцог так и не решился немедленно забрать Камиллу.

Она словно не хотела возвращаться…

А если она не вернётся никогда?

Он даже не решался ей написать. Боялся услышать от неё, что она не собирается возвращаться.

Герцог тяжело выдохнул.

— Напряжённая тут обстановка…

— …

Петро и Арсиан, пришедшие вместе с отцами, сразу почувствовали гнетущую атмосферу.

А вершиной напряжённости был тренировочный двор. Хотя там шла тренировка рыцарей дома Сорфель, никто даже не осмеливался дышать громко.

— Похоже, причина — вон тот человек.

Все рыцари, пусть и продолжали тренироваться, явно поглядывали на одного-единственного человека.

Стоявший в стороне и молча наблюдавший за тренировкой — Людвиль.

Его взгляд, и без того холодный, сегодня был особенно ледяным. От одного его присутствия пробегал холод по коже.

— Лорд Людвиль, вон там…

Увидев приближающихся юношей, кто-то из помощников обратился к Людвилю с осторожностью.

Он, словно статуя, медленно повернул голову. И только тогда Петро и Арсиан подошли ближе.

— Давно не виделись, брат.

Петро с дружелюбной улыбкой поприветствовал его. Арсиан же посмотрел на него, как на сумасшедшего — с каких это пор «брат» звучит так непринуждённо?

— Что-то случилось?

— Эй…

Петро лишь покачал головой, видя, как Арсиан сразу перешёл к делу.

— Ничего. Не обращайте внимания.

Людвиль отстранился, ясно показывая, что не желает обсуждать это.

Ни Петро, ни Арсиан не стали настаивать — не хотели провоцировать его.

— А Рави где?

— … В башне магов.

— Понятно… Наверное, занят.

На этот вопрос Людвиль тоже не стал отвечать. Ему не хотелось говорить, что Рави не возвращался домой уже неделю.

С того момента, как узнал, что Камилла нашла родного отца, Рави перестал появляться.

Сначала никто не понял причины. Почему это должно быть для него ударом?

Но стоило появиться догадке, что, возможно, именно из-за этого Камилла не возвращается — настроение Людвиля окончательно испортилось.

Если она не вернётся? Если они не отпустят её?

— …Это будет война.

Его тихий шёпот заставил Петро и Арсиана распахнуть глаза. Война?! С чего вдруг?

Но Людвиль больше ничего не сказал, оставив их в полном недоумении.

— Он до сих пор так сидит?

— Да, даже не выходит из лаборатории.

Кадор, заместитель главы башни и наставник Рави, раздражённо цокнул языком.

Обычно, как бы ни был занят, тот всегда возвращался домой. Но вот уже несколько дней не выходит из лаборатории.

— Давно ж он так не закрывался…

Впрочем, не впервой. В прошлые разы, когда у него накапливались проблемы или переживания, Рави тоже замыкался и прятался в башне.

Но в последнее время такого не было.

— Что же теперь его снова взбесило?

Кадор снова цокнул языком. Как же это было глупо — обладать таким талантом, а постоянно сравнивать себя с другими и мучиться от комплексов.

— Хотя…

С таким соседом по дому и сам бы, наверное, чувствовал себя ничтожным.

Рави постоянно сравнивал себя с самым молодым мастером меча в истории — Людвилем Сорфелем.

Хотя Рави достиг поразительных магических успехов, он всё равно страдал от комплекса неполноценности.

Но Кадор ничего ему не говорил.

Что он мог сказать ученику, который, чувствуя собственную слабость, изо всех сил старался стать сильнее?

Но это ведь не так…

Когда Рави тренировался под давлением, толку было мало.

А вот недавно — когда он впервые расслабился — его магический прогресс ошеломил даже Кадора.

Почему же теперь всё снова пошло наперекосяк?

Вжжжж…

Кадор активировал заклинание и исчез.

Когда он снова появился, то оказался прямо в лаборатории ученика.

— …

Рави сразу нашёлся. Он лежал на кровати, прикрыв глаза рукой.

Кадор снова раздражённо цокнул языком.