Наступило то время, когда дыхание превращается в белый пар. С каждым оторванным листком календаря неумолимо приближается день, вселяющий ужас во всех, кому ещё нет двадцати, — день вступительных экзаменов.

В эту пору уже неважно, торчала ли ты до потери пульса в спортзале или числилась в клубе профессиональных домоседов. Все кафешки и забегаловки возле станции с утра до вечера забиты под завязку, превращаясь в убежища для измотанных абитуриентов. Словно в последней битве, они сжимают ручки и строчат как пулемёты, выводя формулы и тезисы.

— Уф...

Я сидела на высоком стуле у стены, подперев щёку рукой и накручивая на палец кончик своего хвостика. За окном на ветру отчаянно трепыхались последние листья, чудом уцелевшие на голых ветках. Снаружи было по-зимнему зябко, не то что внутри этого спасительного заведения.

Помню, когда я была главой кружка лёгкой атлетики, с наступлением этой поры я вечно ломала голову, где бы нам найти место для нормальных тренировок. А теперь я просто обычная девчонка с обычными проблемами. Это прогресс? Или, наоборот, шаг назад? Я и сама не могла понять. В очередной раз поймала себя на мысли, как же много в этом мире вещей, от которых у меня просто крыша едет.

— М-да... — очередной вздох сорвался с губ.

Какой-то бессмысленный вздох. Совсем на меня не похоже. Я чувствовала себя львицей, которая лишилась своих охотничьих угодий и теперь просто сидит сложа лапы. Как кусок металла, потерявший форму. В последнее время я много думала о всякой такой ерунде. Из-за этих мыслей я не сдвинулась ни на йоту в решении задач, над которыми корпела.

Последнее время я оправдываю себя тем, что готовлюсь к японской литературе, и вместо учебников читаю всякие книги. Через месяц уже национальный экзамен. Иногда я задумываюсь: а пристало ли нынешнему абитуриенту этим заниматься? Но раньше я почти не читала, так что теперь меня затянуло по-настоящему.

...Может, это влияние того человека, который сам помешан на книгах. Понятия не имею. Я вообще почти ничего не знаю в этом мире. Возможно, именно поэтому я ищу разные истории, чтобы немного расширить свои познания. Я читаю много всего.

Например, «Беги, Мелос!», «Я — кошка», и ещё «И вот явился луне». Потом рассказы, которые часто цитирует один мой знакомый, вроде «Даров волхвов» и сборника стихов Миядзавы Кэндзи. Я даже пробовала зарубежку, типа «Войны и мира» и «Превращения». Мне даже советовали какие-то ранобэ (?). Лично мне очень зашла «Добро пожаловать в N.H.K.». По-моему, там чуваки тоже пытаются найти смысл жизни в мире, который им непонятен, и орут свой гимн в пустоту.

Кстати, я читала одну историю, очень на неё похожую. Лучшее на сегодняшний день творение Цукико, так называемые «Записки Ёкодэры», собранные в одиннадцати томах. Но их сожгли на холме с одиноким кедром, так что в этом мире их больше нет.

Не знаю, о чём думали они — Ёто Ёкодэра и Цукико Цуцукакуси, — когда сжигали их, но это был их выбор, и я намерена его уважать.

Короче, после того пожара, уничтожившего всё, уцелел только один огрызок. Я упросила того самого книжного червя, Ёкодэру, одолжить его мне. По объёму это был небольшой рассказ, ничего монументального. Он просто случайно завалялся, и его даже не хватились, когда жгли всё остальное.

Но именно потому, что эта история была такой незначительной, мне казалось, будто я по-настоящему проваливаюсь в тот мир, и я перечитывала её снова и снова.

Например, там была такая история...