— Думаешь, Лура тебя просто так отпустит? — начал он, откусывая кусок хлеба. — У неё с людьми… персональные счёты. Но я могу помочь.

— Помочь? — Ганс хрипло рассмеялся, и боль от смеха заставила его сморщиться. — Неужто в тебе проснулась божественная жалость к своим творениям?

— Стоп-стоп-стоп! — Элрид поднял палец, и хлеб в его руке замер в воздухе. — Во-первых, я вас не создавал. Вы тут как плесень на старом хлебе — сами выросли. Во-вторых… — он с насмешкой оглядел Ганса, — если я и бог, то вы точно не мои дети. Больно уж уродливы.

Рыцарь попытался вскочить, но корни, словно почуяв движение, впились в его лодыжки.

— Ты… фальшивка! — выдохнул он, скрипя зубами. — Бог всесилен! Он не болтает с пленниками, как старуха на базаре!

Элрид вздохнул, махнул рукой — и рот Ганса слипся, словно залитый смолой.

— Вот, уже лучше. — Бог уселся на корточки, достав из кармана яблоко. — Давай проясним: вы, смертные, сами придумали себе кумиров. Кто-то молится на урожай, кто-то — на победу в войне. А я… — он откусил плод, и сок брызнул на пол, — я просто зритель. Скучающий зритель.

Яблочная кость упала к ногам Ганса, превратившись в пепел.

— Представь: ты идёшь миллионы лет через пустоту, надеясь найти хоть кого-то. А там… — он щёлкнул пальцами, и в воздухе возникли образы мёртвых планет: треснувшие континенты, руины городов без имён. — Никого. Только эхо былых цивилизаций. Вот я и решил… — Элрид развёл руками, и комната наполнилась голограммами Элридии: леса, океаны, горы. — Создать игрушку.

Ганс попытался выругаться, но смог лишь мычать.

— Теперь твой ход — щёлкнул пальцами Элрид, и рот Ганса освободился, — расскажи что-нибудь интересное. Как ваш император прячет лысину? Или почему его войска носят синие плащи? Цвет ему к лицу?

Ганс молчал, сжимая кулаки. Воздух гудел от напряжения.

— Не хочешь? — Элрид надулся, как ребёнок. — Тогда я превращу тебя в… ммм… в садовую гномиху! С розовыми щёчками и смешной шапочкой!

“Черт, он издевается, а я даже ответить ему не могу.. Не верю, что он и есть Бог… хотя сил, чтобы так говорить, у него явно хватает.. Ладно, будь, что будет, выбора все равно нет.. ” — Подумал Ганс, прикусив губу, а после глубокого вздоха, сказал:

— Его Величество… — внезапно начал Ганс, — …боится темноты. Спит только со светильниками.

Элрид замер, а потом закатился смехом. Звук эхом разнёсся по темнице, и даже корни Мэллорна затрепетали.

— Вот это да! — выдохнул он, вытирая слёзы. — Благодарю, теперь мой день удался.

Он хлопнул в ладоши. Каменные стены поплыли, как вода, и через мгновение они стояли в круглой комнате с куполообразным потолком. Стены были покрыты фресками, изображавшими тысячи миров, а в центре на мхастом пне стояла чаша с вином, наполнявшаяся сама собой.

— Добро пожаловать в мою… ммм… гостиную, — Элрид плюхнулся на груду подушек. — Здесь можно говорить без дурацких корней.

Ганс потрогал стену. Фреска под пальцами ожила — крошечные фигурки людей засуетились, разводя костёр.

— Ты… действительно создал всё это? — спросил он, не скрывая трепета.

— Создал, не создал… — Элрид махнул рукой, и в чаше взметнулось пламя. — Главное, что теперь мне есть на что смотреть. А ты… — он ухмыльнулся, — станешь моим можно сказать гидом.

— Бежать, видимо, мне уже бесполезно, — хрипло произнёл Ганс, опускаясь в кресло с видом человека, принявшего свою участь. Его пальцы нервно сжали подлокотники, оставляя царапины на древней древесине.

— Верно мыслишь, но если захочешь, я в любой момент могу вернуть тебя в темницу. С корнями… или без.

Ганс нахмурился.

— Пожалуй, откажусь от этого предложения, — процедил он, поглаживая ноги, где недавно зияли раны от корней. — Даже удивительно, буквально несколько часов назад, дрались не на жизнь, а насмерть и я действительно думал, что умер.. а теперь вот так просто говорим. Но знаешь, что-то не сходится… Сначала сказал, что пощадил специально, потом ты хочешь, чтобы я рассказал тебе что-то интересное, но сам твердишь о «веселье». Зачем я тебе на самом деле?

Элрид замер, его золотые зрачки сузились, как у кошки, поймавшей солнечный зайчик.

— Временами ты бываешь чересчур умён, — наконец сказал он, развалившись на груде подушек. — Но давай не будем копать глубже. Ты — моя отправная точка к путешествию. Вот и всё.

— Понятно… Тогда позволь задать последний вопрос.

— Ха! Ну сколько можно? Я тебя сюда притащил, не для того чтобы на твои вопросы отвечать, а ты на мои, делаю исключения, только ради тебя.

— Новая жизнь… Что ты имел в виду?

Элрид усмехнулся, и вокруг них поплыли голограммы: младенец в колыбели, мальчик в поле, старик у костра.

— В прямом смысле. Переродишься. Новое тело, родители, семья… — он привстал с подушки, облокотившись рукой вперёд, и его голос стал шепотом заговорщика. — Ах да, если забыл — я бог. Вижу дальше, чем твоя смертная голова способна представить.

Лицо Ганса побелело, словно ему вскрыли старую рану. Перед глазами промелькнули обрывки воспоминаний: крики бандитов, горящая ферма, девочка с косами, которую он не успел спасти…

— Знаешь… я никогда не знал, что такое родительская любовь, — голос Ганса дрогнул. — Меня подкинули к дверям сельской лачуги. Потом…

— Стоп! — Выкрикнул Элрид, перебивая Ганса — Мне плевать! Мне твое прошлое, типичного бедолаги, абсолютно не интересно! Сейчас твоё дело — согласится или нет.

Ганс закусил губу, потом резко выдохнул:

— Ха! Даже если вдруг ты действительно Бог, твоим верующим я не стану. Ладно… что ты хочешь узнать?

— Уж больно хотелось — Пфыкнул Эл, на высказывание Ганса — Начнем с того насколько глубока ваша историческая память? Что знаете о богах?

— История… — Ганс мотнул головой. — В Библиотеке Епископа, в Королевстве Алтия, говорят, есть свитки тысячелетней давности. Но это слухи.

— Ага, «королевство» значит, — Элрид скривился. — Ладно, наведаюсь как-нибудь. А магия?

— Глядя на твои выкрутасы, мы сейчас только на начале пути, — Ганс нервно провёл рукой по шее, где всё ещё виднелись следы от цепей. — Сейчас магические академии растут как грибы. Скоро пройдут первые турниры — хотят найти “самого талантливого”. Ну а про Богов.. — Запнулся Ганс, после чего посмотрел на Элрида.. — “Ну не может он быть Богом! Черт возьми, это же бред.. На что я надеюсь” — Подумал Ганс.

— Я мысли читать, тоже могу, так что просто отвечай на вопрос — С недовольным лицом проговорил Элрид

— Да-да, наш континент, кроме зверолюдей, верит в Богиню Эфест. Говорят, она явилась несколько веков назад, чтобы сразить Владыку Демонов…

— Пф-ха-ха! — Элрид закатился смехом.

Ганс смолк, сжав кулаки, но продолжил:

— У зверолюдей свои боги. Многие и вовсе верят только в силу, не признавая другой веры.

— Негусто… но в целом, этого хватит, — Элрид встал, и комната задрожала, фрески замерли, словно испугавшись его движения. — Ну а сейчас, вернёмся к моему предложению. Что ты решил?

— Чувствую себя глупцом, доверяя тебе, но вариантов у меня, попросту нет… К армии я не был привязан, жалости к ним я не то чтобы испытываю…

— Отлично! — выкрикнул Бог, снова перебив Ганса. — Любишь же ты поболтать, но мне эта информация ни к чему. Поэтому бывай!

Элрид щёлкнул пальцами. Воздух вокруг Ганса сгустился, и золотой свет, словно жидкое пламя, начал сочиться из его груди. Вспышки маны вырвались наружу, обвивая тело рыцаря, как змеи. Ганс вскрикнул, но звук растворился в гуле энергии. Перед его глазами замелькали обрывки жизни:

Деревенская площадь. Мальчишка лет семи, в рваной рубахе, подбирает брошенный меч. Первая кровь на клинке.

Поле боя. Грохот стали, крики. Он заслоняет собой юного солдата, принимая удар копья.

Тёмная комната. Девочка с косами, её пальцы сжимают его руку: «Не уходи…»

Каждое воспоминание вспыхивало ярче солнца и тут же рассыпалось в прах, поглощаемое золотым светом. Остался только этот зал, Элрид и его голос, звучащий будто из глубин космоса:

— Это тебе подарок. Чтобы помнил меня даже в новой жизни. Всё же… — Бог наклонился к уху Ганса, и его шёпот пронзил разум, как лезвие, — у меня на тебя большие планы.

— Хотел бы я тебя сделать каким-нибудь орком, но так и быть — станешь человеком. Осваивайся там, мы с тобой ещё увидимся.

Голос Элрида отдавался эхом в опустевшем сознании Ганса. Рыцарь попытался вдохнуть, но тело уже не слушалось. Сквозь нарастающий гул он прошептал:

— Спасибо…

— Удачи в новой жизни! — Элрид махнул рукой. Золотой пучок энергии, похожий на спиральную галактику, вырвался из груди Ганса, унося с собой последние осколки воспоминаний. Лишь их разговор — «Ты… действительно создал всё это?» — «Создал, не создал…» — остался, врезавшись в душу как клеймо.

Тело рухнуло на пол, пустое, как кукла с перерезанными нитями. Глаза, ещё секунду назад полные ярости и страха, остекленели. Элрид поднял ладонь, и над трупом возник голографический слепок души — мерцающий клубок света, где танцевали силуэты прошлого.

— Эксперимент удался… — прошептал Элрид, разглядывая исчезающий след энергии. — Воспоминания цепляются за магические волны. Интересно…

Он щёлкнул пальцами, и труп вернулся в темницу, закованный в цепи. Корни Мэллорна тут же обвили его, словно жаждущие плоти щупальца.

— Чувствую, завтра будет весело, — пробормотал Элрид, глядя в пустоту, где только что исчезла душа Ганса. Его золотые глаза сузились, отражая далёкие звёзды. — Что ж, пора готовиться к отбытию. Жди, моя игровая площадка… Я иду!

[От автора]

Дорогие читатели,

Рад сообщить, что работа над новыми главами продолжается, но в этом путешествии мне нужны попутчики. Ищу бета-читателей — тех, кто готов первым погрузиться в свежие страницы саги, делиться впечатлениями, подмечать нестыковки и задавать неудобные вопросы. После двадцатого перечитывания собственного текста взгляд теряет остроту, а детали начинают сливаться в туман. Ваша помощь станет тем самым свежим ветром, что рассеет его.

Хотите стать частью этой истории?

Присоединяйтесь к нашему закрытому сообществу в Telegram:

t.me/The_Adventures_of_God

Все новые главы помечаются меткой (NEW), а ваши мысли — критические, восторженные, сомневающиеся — бесценны для меня. Заметили опечатку, логический провал или момент, где магия сюжета дала трещину? Оставляйте комментарии здесь или в чате группы. Я всегда на связи, ведь даже боги нуждаются в диалоге.

С искренней благодарностью,

Автор, затерявшийся в лабиринтах собственного мира.