Судя по масштабу и времени, я снова вбухала в это дело целую гору алмазов.

Элдер с отрешенным видом смотрел на капли воды, повисшие на его посохе, а Вельвет Мескит, наблюдавшая за всем этим, тихонько рассмеялась. Она сказала, что это зрелище каждый раз поражает воображение. Дейзи тоже вовсю меня расхваливала, а Багот в такт ее словам мелко кивал головой.

Хоть я и потратила свои алмазы, это все же был наш общий с Элдером Графт… Похвалите и его тоже. Хотя сейчас он, кажется, поглощен подсчетом убытков от «дождя жизни» и пережевыванием горькой реальности, так что вряд ли что-то услышит.

Впрочем, за всей этой показной щедростью у меня была и другая цель.

«Путь расчищен, так что милости просим в 28-й террариум. По дороге вы увидите заводи с чистой водой, где плавает милая маленькая ряска. Если повезет, когда-нибудь здесь приживутся и другие водные растения».

«Раз уж я так щедро полила все дождем жизни, растения ведь начнут бурно размножаться? Желаем вам приятного путешествия среди зелени. С уважением, Джей-Тур».

Может, и название дать? Раз из растений тут пока только ряска, пускай это будет Лягушачье болото. Не знаю, было ли у этого места имя раньше, но на карте оно значилось просто как «болотистая местность». Это куда дружелюбнее и милее, чем «лес смерти», как я называла его про себя. Звучит безобидно, так и манит зайти.

Раз много ряски, может, и настоящие лягушки набегут? Стоило мне так подумать в потоке сознания, как завибрировал телефон.

Пришло уведомление: по решению временного администратора название региона, входящего в зону влияния 28-го террариума, изменено на «Лягушачье болото».

Да я же… просто подумала…

Стало как-то неловко от мысли, что это теперь официальное географическое название.

***

Закончив дела, мы двинулись обратно к 28-му террариуму. По пути я связалась через артефакт террариума с Дейзи-дриадой, которая осталась там, и мы мило болтали всю дорогу.

У меня накопилось столько новостей, что рассказ казался бесконечным. Она бросила разгребать завалы, присела на обломок стены и с округлившимися от удивления глазами слушала мои истории.

Она так бурно ахала, когда я рассказывала про мертвую трясину, где не выживало ничего живое и даже Огонь не смел сунуться.

А когда дошла до момента нашего с Элдером Графта, ее лицо стало таким возбужденным, словно она смотрела кульминацию блокбастера.

— Как жаль, что я не видела этот дождь своими глазами! К слову, госпожа Джей, у вас ведь просто невероятно много алмазов, да? Неужели… правда… вы за свой счет восстановили ветвь Мирового древа… — пробормотала она дрожащим голосом.

Когда я сообщила, что Багот, который должен был попасть в 28-й террариум давным-давно, стал дриадой и идет с нами, она заговорила о своих сложных чувствах на этот счет. Вельвет Мескит шла вплотную ко мне, следя, чтобы я, уткнувшись в артефакт, ненароком не споткнулась.

За разговорами время пролетело незаметно, и мы сами не поняли, как оказались у 28-го террариума. Мама дома! В комнатах прибрано?

Уже совсем стемнело. По крайней мере, ночь мы проведем здесь.

За это короткое время Дейзи-дриада успела обустроить нам уютные спальные места в одной из наиболее уцелевших комнат фруктового сада, натаскав туда пригодных вещей. Похоже, она свято верила моим словам, что мы скоро вернемся.

— Ты трудилась тут в одиночку, спасибо.

— Да я почти не устала. Вот только поскорее бы сюда переехали умелые мастера и разобрали эти руины. У меня нет нужных навыков, так что я их просто перетаскиваю, но и сваливать их уже некуда. Внешние стены сильно обгорели, но внутри еще много полезного. Фундамент мог ослабнуть, так что поначалу лучше строить невысокие здания…

Если по пути сюда говорила только я, то теперь настала очередь Дейзи-дриады. Передача эстафеты! Надо же, как много тем для разговора она нашла в таком ограниченном пространстве. Наверное, если бы она путешествовала с нами, стала бы великолепным рассказчиком.

Я прыгнула на гору одеял, которые Дейзи-дриада, по ее словам, хоть и не постирала, но знатно выбила от пыли. Наконец-то мягкая постель. Вообще-то я могу уснуть где угодно, но мягкое — оно всегда лучше.

Пахло застоявшейся пылью и едва уловимым пеплом, но этот запах почти исчезал, если сосредоточиться на ароматах дриад, сидевших вокруг меня.

Мескит спросила, не голодна ли я, и тут же навалился забытый голод. Глупо было ждать изысканных блюд в разрушенной деревне. С постной миной я закинула в рот сухпаек и посмотрела на Багота, который только что вернулся вместе с маленькой Дейзи после осмотра ветви Мирового древа.

По идее, еще до того, как ситуация ухудшилась, он должен был прибыть сюда в виде саженца. Но в итоге он добрался только сейчас, когда 28-й террариум уже однажды был разрушен.

Если бы Багот прибыл вовремя, может, до худшего бы не дошло? Глядя на его способности, которые едва не доконали нас самих, понимаешь, что сила материнского растения была огромна. Возможно, он бы просто вытравил всех этих вредителей.

— Ну как тебе?

— Это было… потрясающе… Теплый свет… о… он исходил от нее так же, как когда мы впервые встретились…

Багот, запинаясь, перечислял чувства, возникшие у него при встрече с ветвью Мирового древа. Дейзи-дриада, которая до этого увлеченно рассуждала о том, не возвести ли вокруг террариума стену и не вырыть ли ров, замолчала, уступая место робкому рассказу Багота.

Для ребенка, встретившего часть настоящего Мирового древа, а не меня — «маленькое мировое древо», — все было наполнено глубоким смыслом. Глядя на то, как он старательно описывает свои эмоции с момента встречи и до ухода, я невольно расплылась в доброй улыбке.

Дитя, созданное людьми вопреки воле Мирового древа с помощью запретной силы. И все же он почитал Мировое древо. А оно, в свою очередь, жалело его настолько, что вверило мне.

Слушая Багота, я заметила одну странность. Он часто прерывался и пристально смотрел на меня, прежде чем продолжить. В его речи не хватало чего-то важного… обращения ко мне.

Похоже, малыш просто не знал, как меня называть. Мескит и Элдер зовут меня Джей, Дейзи зовет госпожой друидом — вот он и запутался?

— Я — Джей. Можешь звать меня просто Джей. Чего же ты не спросил? — сказала я, указывая на себя пальцем. — Май нейм… но-но, никнейм из Джей.

Немного запоздала я с официальным представлением. Багот выглядел растерянным. Трудно? Что тут трудного? Я же не заставляю тебя называть меня «мой господин», как Мескит.

— Цжей-ним?..

— Кхм…

Дейзи-дриада, слушавшая нас, поспешно подавила смешок. Из-за этого Багот решил, что сделал что-то не так, и чуть не расплакался.

— Повтори… еще раз.

— Цжей-ним…

— Кху-ху…

— Не смейся! Ребенка же доведешь! Ты его хоть раз успокаивал? Если он заплачет, в Радужном пруду яд пойдет!

Хотя в атакующий режим он переходит, только если выдернуть чеку.

Из-за специфического детского тембра и резкого тона я превратилась из Джей в «Цжей». «Цжей» — это же ник моего твинка… Малыш явно пытался сказать «Джей», но изо рта вылетело с лишним свистом.

Из-за того, что Дейзи-дриада не вовремя прыснула, Багот был уже на грани слез.

— Все правильно. Именно так и надо звать. Ты не ошибся. Просто этот дриада немного со странностями. Не плачь! Умница!

Я усердно гладила его по голове, успокаивая, но тут заметила озорной блеск в глазах Элдера.

— Ты даже не думай. С твоими-то габаритами только подражать маленьким и осталось.

— А что? Она же сказала, что «Цжей» — это правильно.

— Сказала же — не смей! Думаешь, раз лицо красивое, я тебе все спущу?

Пока я воевала с Элдером… я увидела это. Мескит тоже лукаво улыбалась. Ну уж от тебя-то я такого не ожидала, сестренка…

Стало совсем поздно, и Мескит начала подгонять нас ко сну. Дорога к 26-му террариуму может занять больше суток, так что выйти нужно пораньше. Дейзи-дриада немного расстроилась, но быстро взяла себя в руки.

На этот раз дриады не стали уходить в артефакт. Весь 28-й террариум сейчас был для меня как один большой артефакт. Мы лежали все вместе, тесно прижавшись друг к другу, — прямо как в школьном лагере… Надо же, как нас много стало.

Я ворочалась с боку на бок.

— Джей, вам не спится? Обычно вы засыпаете, стоит голове коснуться подушки. Вас что-то тревожит? — спросила Мескит, слегка надавив на мою макушку.

Моя голова невольно повернулась к ней. Ее янтарные глаза, сияющие в темноте, напомнили мне свет свечей на вечерней церемонии в лагере. Исповедальные глаза, заставляющие выложить все как на духу.

Я чувствовала, что и остальные дриады ловят каждое мое движение. Всех беспокоило, почему я не сплю.

До самого прихода в 29-й террариум меня грызла одна вещь. Дневник бывшего администратора об этой ветви Мирового древа.

Я не могла просто так рассказать дриадам, и особенно Мескит, о своих выводах, сделанных на основе того дневника и улик, найденных по пути. Все из-за их слепой веры в Мировое древо.

Сказать им, что великое древо ослабло из-за каких-то банальных вредителей… И что кто-то намеренно пытался изолировать 28-й террариум.

Убивали гонцов, шедших в 29-й, перехватили ядовитый аконит Багот, который должен был стать защитой от насекомых. Словно кто-то желал ветви Мирового древа смерти от болезней.

С вредителями разобраться проще. Но мысль о том, что существует некто, угрожающий самому Мировому древу… это было слишком сложно.

Честно говоря, я боялась, что они разозлятся, решив, что я несу чушь. Но так я думала ровно до того момента, как мы вошли в трясину.

Теперь же я решила все рассказать и спросить их мнение. Вдруг я просто накручиваю себя?

Вспомните, как дриады вели себя перед тем, как Багот присоединился к нам. Элдер сказал, что уничтожит плод, если я того захочу, даже если его вверило само Мировое древо. Мескит была недовольна эгоизмом Мирового древа по отношению ко мне. Дейзи вообще было плевать, кто там кого вверял.

Тогда я поняла. Для них я, «маленькое мировое древо», важнее оригинала. Их слепая вера принадлежит мне.

Глядя в глаза Мескит, я начала медленно рассказывать. Когда я упомянула дневник, повисла долгая тишина, а потом она просто сказала: «Вот оно как».

Ее ответ был куда лаконичнее, чем я ожидала. Наоборот, Мескит, кажется, поняла мои колебания и даже угадала их причину. Ее осторожное прикосновение к руке словно говорило: «Прости, что заставила тебя мучиться в одиночестве».

Реакция Дейзи-дриады была куда более бурной, но, судя по атмосфере, он старался сдерживаться. Багот начал было корить себя, мол, «надо было мне прийти раньше и вовремя», но я щелкнула пальцами.

Не твою вину мы тут обсуждаем. От звука «щелк!» малыш вздрогнул и перестал хмуриться.

Когда же я изложила свои выводы, объединив все зацепки, дриады отреагировали неожиданно. Первым делом они начали беспокоиться за меня.

Раз кто-то посягнул на ветвь великого Мирового древа, значит, я — маленькое древо, тесно связанное с этими местами, — тоже под угрозой.

Они настояли, что мои выводы не беспочвенны, и начали донимать вопросами, почему я не сказала раньше. И правда, зря я все это в себе держала. Даже Дейзи-дриада вступил в дискуссию, предположив, что, возможно, и самих насекомых подослали те же таинственные недоброжелатели.

Тяжесть, давившая на сердце, исчезла, и мне сразу стало легче. Глупо было мучиться одной. В следующий раз сразу все выложу. Я уткнулась лицом в подушку.

Почувствовала, как Мескит нежно перебирает мои распущенные волосы. Мне стало немного стыдно за свои былые сомнения, и я, не поднимая лица, лишь скосила глаза в ее сторону.

— Моя госпожа, Джей. Я хочу узнавать о ваших тревогах первой. В такие моменты я жалею, что вы не заходите в артефакт террариума почаще. Пока вы там, ваши мысли текут ко мне без фильтров, и я могу заметить даже мимолетную печаль. Простите, что не догадалась о ваших мучениях раньше.

Она аккуратно перекинула мои волосы на другое плечо. Наверное, ей хотелось еще раз встретиться со мной взглядом. Ведь до этого мои волосы скрывали лицо, словно занавес, отгораживающий от мира.

Этим жестом она словно говорила: пусть отныне между нами не будет секретов.

▾ ▾ ▾

Ваши комментарии — лучшая мотивация продолжать 💎