— Царство Змееголова? — Ян Сяохай был сбит с толку. Он никогда не слышал об этом месте, когда путешествовал со старшим Ли.

Сунь Баолу удивился не меньше: — Ты никогда о нем не слышал? Закон Веры уничтожил Сыци. Они нападали на разные страны и поглощали их земли. Теперь они называют это Царством Змееголова, а официальная религия там, естественно, Закон Веры. Я слышал, что война была настолько яростной, что даже Небожители спускались с Небес. Если ты отправишься в Хошу прямо сейчас, ты труп.

Ян Сяохай нахмурился. Он наконец добрался до Цинцю и почти достиг Хошу, как вдруг случилось такое несчастье. Если бы он прознал об этом еще в Деревне Бычьего Сердца, то мог бы переждать пару лет, но сейчас он проделал половину пути. Продолжать было слишком опасно, но и возвращаться — пустая трата времени. Он не знал, как поступить.

— Кроме того, я слышал от беженцев из Хошу, что те не могут одолеть Царство Змееголова. В Хошу насильно забирают в армию любого мужчину, кто ростом выше колеса повозки. Сяохай, тебе сейчас туда нельзя.

Ян Сяохай не находил себе места: — Всех мужчин гонят на войну?.. Значит, мой отец и брат тоже должны сражаться?

— Если они из Хошу, то боюсь, им не избежать отправки на фронт.

Тревога Ян Сяохая росла. «Я только-только получил вести о семье, и теперь они могут исчезнуть?» Он в нерешительности посмотрел на Чжао Сюмей, ища поддержки, а затем на Сунь Баолу: — Баолу, ты можешь мне помочь? Пусть моя жена пока побудет здесь. Я хочу сам пробраться в Хошу и всё разузнать.

— Нет! — Нет!

Сунь Баолу и Чжао Сюмей выкрикнули это одновременно. — Я пойду за тобой, куда бы ты ни направился. Я твоя жена, так что даже не смей меня бросать! — отрезала Чжао Сюмей.

— Сяохай, я не пытаюсь тебя запугать, но в Хошу сейчас правда нельзя. Там даже караваны с охраной пропадают!

— Послушайте меня! — глаза Ян Сяохая покраснели от крика. — Знаете, как сильно я завидовал другим детям, у которых были любящие родители, когда я был нищим? Их родители покупали им сладости и побрякушки у разносчиков, а я вместе с другими бродяжками давился дождевой водой! Им покупали новую одежду, а я ходил на безымянные могилы и снимал лохмотья с мертвецов, чтобы хоть что-то надеть!

Ян Сяохай всхлипнул: — Знаете, как сильно я хотел увидеть родителей хоть разок? Я просто хочу показать тем, кто оскорблял меня и называл безродным псом, что у меня тоже есть отец и мать!

В этот момент вошла мать Сунь Баолу и услышала их разговор. Ян Сяохай понемногу успокоился и попытался рассуждать здраво: — Раз моя семья в опасности, я должен пойти и спасти их. Даже если брат и отец ушли на войну, я смогу спасти мать. Она сможет жить в Деревне Бычьего Сердца и больше никогда не будет голодать. Я сам был нищим. Я знаю, что старые женщины — самая легкая мишень для издевательств среди бродяг.

Чжао Сюмей смотрела на Ян Сяохая с нескрываемой болью. Хоть её муж и повзрослел, он всё еще был юн и тосковал по родителям.

— Сяохай, я понимаю, что ты переживаешь, но... — Сунь Баолу хотел было продолжить уговоры, но мать что-то прошептала ему на ухо. — Ладно, пойду тогда разведу костер.

Сунь Баолу поднялся. Его мать утешила Ян Сяохая, обняв его: — Не волнуйся. Мы что-нибудь придумаем.

Вскоре Ян Сяохай стал свидетелем странной сцены. Сунь Баолу разжег костер, и члены его племени собрались вокруг. Сунь Баолу указывал на Ян Сяохая, объясняя ситуацию на языке Цинцю. Все начали бурно обсуждать это на своем наречии. Ян Сяохай не понимал ни слова.

— Это традиция Цинцю. Суть в том, что если у кого-то беда, он разводит костер, чтобы призвать остальных на помощь и найти решение, используя мудрость Бессмертного Неба, — объяснил Сунь Баолу.

— Это поможет? — спросил Ян Сяохай. Ему было страшно рисковать жизнью, идя в Хошу, но если был шанс встретить родных, он не собирался сдаваться.

— В нашем роду много старейшин. Как говорится, старик в доме — сокровище. У них богатый опыт, так что этот метод обычно работает.

Дым от костра медленно поднимался вверх. Ветра не было, поэтому часть дыма окутала их. — Кха-кха! — Ян Сяохай закашлялся, вдохнув дым, и почувствовал головокружение. Ощущение было странным. Раньше дым никогда не вызывал у него такой реакции. Похоже, приобщение к мудрости Небожителя было уникальным опытом.

Голоса соплеменников постепенно стихали в ушах Ян Сяохая. — Хэй! — выкрикнули они в унисон и хлопнули в ладоши.

Дым мгновенно рассеялся. Сунь Баолу выслушал старейшин и повернулся к Ян Сяохаю: — У них есть план. Ты сказал, твои родители — «люди лодок» и живут на воде, верно?

— Да.

— Тогда старейшины предлагают вот что: вместо того чтобы идти по суше, плыви морем. Они вспомнили об одном лодочнике, который промышляет на границе Хошу и Цинцю. Если заплатишь ему, он доставит тебя прямиком туда, где живут твои родители. Так ты не встретишь солдат.

— Правда?! — воскликнул Ян Сяохай.

— Да. Память их вряд ли подводит, хоть они и плавали с ним десять лет назад. Жди здесь. Я попрошу их нарисовать карту и написать письмо. Обязательно отдай его капитану, чтобы тот не вздумал тебя обобрать.

Сунь Баолу принялся за работу. Ян Сяохай наконец нашел путь домой. Он рассматривал карту, где была отмечена граница между Цинцю и Хошу. Видя, как они близки к цели, он воодушевился. Скоро он увидит семью.

— Спасибо, Сунь Баолу. Ты мне очень помог! — Ян Сяохай протянул ему увесистый золотой слиток.

— Ты что творишь? За кого ты меня принимаешь? — Сунь Баолу наотрез отказался от золота, но затем шепнул Ян Сяохаю на ухо: — Сяохай, а в Деревне Бычьего Сердца есть пустые комнаты?