Карта из звериной шкуры была очень толстой, не похожей на бумагу, которую можно было легко переносить, сложив. Фань Юаню оставалось только свернуть шкуру, положить ее обратно в бамбуковую трубку, а затем связать два конца бамбуковой трубки пеньковой веревкой и нести ее на спине.

Оба охотника пристально смотрели на бамбуковую трубку, в их глазах неизбежно отражалась жадность. Они не были глупыми и, естественно, понимали ее ценность.

Карта из звериной шкуры — то, на что Гу Мастера даже не потрудились бы взглянуть, но для смертных, особенно для таких охотников, как они, она была самым ценным сокровищем.

Семья Ван начала передавать эту карту со времен своих предков. Старик Ван смог стать знаменитым охотником, и карта сыграла в этом немалую роль. Это была настоящая семейная реликвия.

— Я хочу узнать, есть ли кто-нибудь еще в семье старика Вана? — взгляд Фан Юаня был мрачным, а тон — холодным.

Двое молодых людей, стоявших на коленях на земле, вздрогнули, услышав слова Фан Юаня. Они подумали о сложившейся ситуации, и жадные выражения с их лиц мгновенно исчезли, сменившись страхом и ужасом.

— Больше никого нет, вся семья мертва, господин Гу Мастер!

— У охотника Вана была жена, но более десяти лет назад ее убили дикие волки, вторгшиеся в деревню. Перед смертью жена родила ему двух сыновей и дочь. Но старший Ван погиб на горе во время охоты три года назад. В семье Ван больше никого нет.

Таков был незамедлительный ответ двух молодых охотников.

“Похоже на то...” — Фан Юань сузил глаза и посмотрел на двух людей, стоящих перед ним на коленях, понимая, что они говорят правду. Когда жизнь и смерть человека находятся в руках других, вероятность лжи очень мала.

Однако он все равно спросил:

— Вы солгали мне?

— Мы бы не посмели вам солгать, господин!

— Я-я кое-что вспомнил! На самом деле у старика Вана была еще невестка, бывшая жена старшего Вана. Но после исчезновения старшего Вана его жена умерла из-за разбитого сердца. В тот год в деревне даже специально установили мемориальную арку целомудрия [1]! Но ходят слухи, что жена старшего Вана хотела снова выйти замуж, и старик Ван затравил ее до смерти. Убив старика Вана, господин, вы помогли нам, жителям, искоренили зло и принесли людям мир!

Другой охотник быстро добавил:

— Верно, верно. На самом деле, господин, мы давно заметили, что этот старик Ван не радует глаз. Хмф, в нем не было ничего необычного, просто он умел охотиться лучше нас. Все мы — простые смертные, но он возомнил себя более особенным, чем мы, и специально переехал из деревни, чтобы жить здесь. Когда мы, младшие, просили его передать свой опыт, он просто прогонял нас и больше не позволял появляться возле дома!

Фан Юань молча слушал, кивая. Хотя эти двое начали принижать старика Вана, пытаясь сохранить свои жизни, нетрудно было уловить негодование в устах обоих.

Фан Юань внутренне догадался, что эти двое просили охотничьего опыта под ложным предлогом и, вероятно, жаждали красоты дочери семьи Ван. В результате их обнаружил старик Ван и преподал им несколько суровых уроков.

— Излишне говорить, что я хочу искоренить зло и принести людям добро. Я убил их потому, что мне нужна была эта карта. Что ж, я доволен вашей работой. Можете идти, — тон Фан Юаня немного смягчился, но в то же время слабый лунный свет осветил его правую руку за спиной.

Двое молодых людей, стоявших на коленях на земле, были потрясены и обрадованы, услышав слова Фан Юаня.

— Благодарю, господин, за то, что сохранили наши жизни!

— Господин, мы всегда будем помнить вашу снисходительность и доброту!

Они кланялись до земли, их сопли и слезы переливались через край, слышались звуки глухого стука. Поклонившись несколько раз, они встали и повернулись, чтобы уйти.

Хотя Фан Юань был моложе их, но после того, как они воочию увидели манеру поведения Фан Юаня, они были чрезвычайно напуганы и больше не хотели с ним сталкиваться.

— Подождите! — в этот момент раздался голос.

Как только прозвучали эти слова, раздался свист, и с верхушки дерева спрыгнул Гу Мастер.

— Вы оба не можете уйти, расскажите мне, что здесь произошло! — Гу Мастер, спрыгнувший вниз, был одет в темно-синюю форму, а посередине красовался красный пояс с железной пластиной, на которой было вырезано слово “два”.

Этот Гу Мастер второго ранга отличался стройным телосложением и узкими глазами. На запястьях у него были надеты нарукавники, на икрах — прочные крепления для ног, а все его тело излучало ауру способного человека.

— Простолюдин приветствует господина Цзян Хэ! — двое молодых людей только что встали с намерением уйти, но, увидев Гу Мастера, они тут же опустились на колени и поклонились до земли.

Этот Гу Мастер был им знаком — это был Гу Мастер, дислоцированный в деревне.

Каждый год, чтобы усилить контроль над окрестностями, деревня Гу Юэ отправляла Гу Мастеров в подчиненные деревни, размещая их там. Это также предотвращало проникновение других сил и одновременно укрепляло оборону на границах.

Гу Мастер по имени Цзян Хэ не стал обращать внимания на двух охотников, стоящих на коленях, а прямо посмотрел на Фан Юаня и холодным тоном спросил:

— Я — Цзян Хэ, Гу Мастер деревни Гу Юэ, а ты?

Фан Юань слабо улыбнулся и протянул правую ладонь, в центре которой Лунный Свет Гу испускал сгусток лунного света.

Когда Цзян Хэ увидел Лунный Свет Гу в руке Фан Юаня, его взгляд заметно смягчился — Лунный Свет Гу был символом клана Гу Юэ, его было невозможно подделать.

— На самом деле все просто. Второй сын старика Вана оскорбил меня, и я в порыве гнева убил всю семью. Эти двое могут быть моими свидетелями, — Фан Юань прямо признался в смелой и уверенной манере, указывая на двух охотников, стоящих на коленях.

То, что сказал Фан Юань, было правдой. Двое охотников поспешно кивнули, не колеблясь.

Цзян Хэ на мгновение застыл в изумлении, а затем громко рассмеялся:

— Хорошее убийство! Простой крепостной, осмелившийся оскорбить своего хозяина, заслуживает смерти!!!

Но он быстро добавил, изменив тон, полный эмоций и глубокого смысла:

— Однако, младший, то, что ты сделал, также принесло мне проблемы. Хотя старик Ван покинул деревню и жил здесь со своей семьей, они все еще оставались жителями деревни, за которых я отвечаю. Я был послан кланом и размещен в этой деревне, чтобы защищать ее жителей и охранять границы. Теперь, когда ты убил этих людей, количество жителей деревни уменьшилось. Во время экзамена в конце года оценка клана по отношению ко мне снизится.

Глаза Фан Юаня вспыхнули, и он сразу же понял, что Цзян Хэ пытается воспользоваться этим, чтобы поиметь с него денег. Он улыбнулся и прямо сказал:

— Все не так сложно. Старший, вы просто можете сообщить правду. Скажите, что вся эта семья была убита мной, и это не имеет никакого отношения к вам, старший.

Когда Цзян Хэ услышал это, его веки дрогнули, в сердце поднялся гнев по отношению к Фан Юаню, который не умел ценить одолжения, а тон стал серьезным:

— Тогда мне придется действовать беспристрастно. Младший, если ты не боишься расследования клана, то назови свое имя, и я подробно запишу, как все было на самом деле.

В его словах прозвучал сильный подтекст угрозы; будь на его месте любой другой юноша, он бы уже испугался этих слов.

Но Фан Юань увидел слабость Цзян Хэ, и сразу же сказал:

— Старший, просто доложите правду. Ах да, моя фамилия Гу Юэ, а зовут меня Фан Юань.

— Так ты на самом деле Фан Юань! — на лице Цзян Хэ отразилось удивление. — В последнее время я постоянно слышал о тебе от своего младшего брата. Ты избил всех своих одноклассников и вымогал у них деньги публично, каждый раз получая шестьдесят первобытных камней. Всякий раз, когда мой младший брат говорит об этом, он завидует тому, что ты так легко зарабатываешь деньги. Не говоря уже о том случае, когда ты в азартной игре выиграл Винного Червя и Грязекожую Жабу. Такая удача действительно вызывает зависть. Кстати, мой младший брат — Цзян Я, вы должны быть знакомы.

— Значит, это он, — Фан Юань кивнул и признал. — Да, каждый раз, когда я покупаю лепестки лунной орхидеи, то приобретаю их в магазине Цзян Я.

— Ахах, раз так, значит, мы оба знакомы. Ладно, забудем об этом, я сам разберусь с этим вопросом! — сказав это, Цзян Хэ хлопнул себя по груди, с видом праведного человека.

Он просто воспользовался благоприятным стечением обстоятельств, он никак не мог сообщить о случившемся.

После сообщения о подобном оценка клана по отношению к нему все равно упала бы. С таким же успехом он мог бы просто оказать услугу Фан Юаню. Что касается смерти семьи старика Вана, то он мог просто сообщить, что на них напал дикий зверь.

Это расплата старика Вана за то, что он безрассудно покинул деревню и построил дом вдали от населения!

Цзян Хэ не боялся, что дело будет раскрыто, это были всего лишь несколько смертных крестьян, жизнь которых дешева как трава, кого будет волновать их смерть? Даже если клан узнает о сокрытии, их вряд ли будет волновать такая мелочь.

— Но, младший, ты еще не закончил академию и у тебя нет формы Гу Мастера, которую я ношу сейчас. Если бы этот второй Ван увидел эту одежду, он бы понял, что ты Гу Мастер и не стал бы тебя оскорблять. Младший, ты умный человек, тебе так не кажется? Хе-хе, — добавил Цзян Хэ.

Взгляд Фан Юаня на мгновение замерцал. В словах Цзян Хэ был скрытый смысл, и на самом деле он предупреждал его: не стоит сбегать из академии и слоняться без причины, а после сегодняшнего дня лучше не появляться на подведомственной мне территории, чтобы снова устраивать беспорядки и убивать людей.

— В таком случае, большое спасибо за совет, старший, — Фан Юань сжал кулаки и, попрощавшись с Цзян Хэ, тут же удалился.

***

Арка целомудрия(贞节牌坊) — в древние времена часто строили ее для восхваления некоторых женщин, которые не вышли замуж повторно после смерти мужей или покончили жизнь самоубийством.