Предвечное Ноя охватил хаос. Ураганы окутались в снег словно в белые шелковые полотна и в диком танце сотрясали не только поверхность, но и воздух, своим жутким воем наполненным мощью порывов и яростью разрушительной стихии. Небо и земля поменялись местами. Внизу, под стеклом, зияющая бездна, тьма, что всё ещё изредка промелькала между плотными волнами снега. Вокруг бушевала белая буря, под тощей подброшенных снегов. И где-то среди этого безумия, звучали тихие аритмичные щелчки механизма. Давно позабытые Ноем часы продолжали работать, но время, которое они отмеряли, не соответствовало действительности и не всегда шло вперед. Сейчас они снова вернулись в своё исходное положение, вновь указывая ровно на двенадцать часов. Только на это раз, секундная стрелка не могла сделать свой шаг и беспомощно ударялась о невидимый барьер, издавая те самые щелчки.

Ной упал на колени и смотрел только вниз, игнорируя всё, что происходило вокруг. Факт того, что он не помнит ничего из своих прошлых циклов, говорил ему о том, что это его первая прожитая жизнь и его сознание утопало в попытках переосмыслить реальность, которая оказалась чьим-то очередным циклом. Тот мир, в котором он родился, прожил свою жизнь и испытал все её тяготы, оказался лишь чьей-то выдумкой. Вся его жизнь, теперь казалась по настоящему чужой и бессмысленной. Новое чувство было чем-то похожим на опустошенность и смятение, но в разы сильнее из-за осознания того, что те прожитые годы не были важны в масштабе его вечной жизни в бесконечных циклах.

Полностью погрузившись в себя, Ной стал отрывочно вспоминать моменты, которые больше всего запомнились ему. Семья, детство, друзья и увлечения, эти воспоминания даже на секунду успокоили его, но тот день, когда в его сердце, стало слишком много места для него одного, напомнил о начавшейся черной полосе. Ошибки в попытках найти себя, разрушенные планы, разбитые мечты и несбывшиеся надежды, оседали толстым слоем разочарования и создали для него непробиваемый доспех, навсегда отдалил его от людей. И последнее что он смог смутно вспомнить был обрывок свое смерти, как он лежал и смотрел вверх, на огненные, от лучей рассветного солнца, облака. Тупая боль парализовала все тело и вместе с жгучими ощущениями в груди не позволяла сделать вдох, отчего оставалось только со страхом наблюдать, как в глазах медленно темнеет и расплывается в причудливый разноцветный узор. Но в последнее мгновение он увидел незнакомые ему синие глаза. От света солнца они приобрели тот самый безумно красивый кобальтовый цвет и постепенно начинали блестеть от подступающих слез. Ной не мог вспомнить в какой именно день это случилось, что было до этого момента и что могло стать его причиной. Казалось это был просто сон, после которого он внезапно проснулся в предвечном.

“А ведь здесь и правда было не так плохо…” - прозвучал его внутренний голос.

Когда Мори научила его создавать дорогу, лес, небо, целые здания, Ною впервые удалось почувствовать, что всё и правда может зависеть от него. Тот большой парк с аттракционами, который он наполнил палатками с разными играми и сладостями, пруд c причудливыми растениями. Созданный им автокинотеатр с теми самыми попкорном и лакрицей, которые ей так понравились, желто-красное маленькое солнце, с усеянными разноцветными звездами на сине-фиолетовом небе. Даже та лисица, которую Ной хотел  показать Мори, всё это на самом деле было для неё. Если бы он не встретил её, то не было бы и смысла всё это создавать, даже если со временем он сам научился бы воплощать свои мысли.

“Что сейчас она делает, продолжает ли идти дальше? Вернул ли туман её в самое начало? Что сейчас с ней, в порядке ли она? Смогу ли я вновь её встретить или она стала песком, потому что никого не было рядом?… Потому что меня не было рядом…” - Подумал Ной, вспомнив пройденный путь и данное себе слово быть с ней рядом, которое он нарушил.

“Тебе только нужно научиться быть собой, чтобы изменить весь этот мир…Найди меня, стань самим собой и покажи мне этот закат…” - Внезапно возникли слова той девушки из снов Ноя, что порой снились ему в этом месте и напомнили об её сходстве с Мори. И если последние воспоминания были реальны, то выходит во всем этом есть смысл. Бессмыслица, которая происходила всё это время была на самом деле его внутренним желанием найти эту девушку, которую он видел перед смертью. Её характер, её поведение, её образ, всё это было создано неосознанно, будто его сознание распалось на множество частей. Были двойники: один хотел принять происходящее и отпустить прошлое, другой хотел продолжать сражаться и получить желаемое любой ценой. Подсознание слилось с предвечным и подталкивало его к поиску своего счастья. И, наконец, он сам - часть, которая являлась тем самым доспехом, который он должен разрушиться и собрать себя воедино.

Время шло, ураганы не утихали, вой ветра стал больше похожим на обычный тиннитус. Перед глазами всё то же стекло и та же пустота, за бледным отражением Ноя. Он не считал времени и часы все еще продолжали лишь тихо щелкать стоя на месте, посреди продолжающегося стихийного безумия. Прошла ли минута или вечность, знает лишь само предвечное.

Перед его глазами была та же картина, что и в кафе у автокинотеатра: её лицо, укрытое длинными белыми волосами, и мертво свисающая рука, с которой сыпался песок из рукава куртки. Голову пронзил звонкий голос: “Прошу, не дай мне уйти…” - И вновь проснулось тревожное чувство, когда он мог потерять Мори. Каждая новая мысль или воспоминание словно удар в гигантский колокол резонировали в его голове. Разочарование сменилось сожалением, недовольство - смирением, и только злость стала усиливаться, но обратилась уже против него самого. Желание провалиться в пропасть словно иглами вонзилось в каждый сантиметр его тела.

“Об этом говорил тот двойник? Я вновь сдался? Мне вновь нужна чья-то помощь?...” - Только сейчас Ной стал понимать смысл всего, что ему говорили в предвечном. Перестав гнаться за идеей хоть как прожить еще чуть дольше, многое из происходящего стало обретать взаимосвязь. Узел, который сдавливал его в последнее время, стал медленно развязываться и наступило непривычное, но приятное облегчение. Но что делать теперь, когда уже всё вновь потеряно? Когда весь его мир, и, возможно, он сам, лишь чья-то выдумка.

Посреди жгучего холода, что-то теплое коснулось рук Ноя. Прикосновения были почти не ощутимыми, но оно настойчиво пыталось привлечь его внимание и вывести из подобия комы. Руки накрыло теплой пеленой, которая постепенно согревала до приятного покалывания. Вскоре он открыл глаза и увидел прозрачную белую лисицу. Она мирно сложила голову на кисти его рук и сонливо смотрела вверх, ожидая, когда он очнется. В тот миг, когда Ной увидел свое создание, ему показалось, что он проснулся не посреди снежной пустыни, а в тени кроны одной из сосен того бескрайнего леса. Он обхватил мордочку лисы и та довольно завиляла своим прозрачным хвостом, оставляя в воздухе размытые образы. Ной улыбнулся, посмотрев в её довольные глаза, и почувствовал как тепло от прикосновения плавно объяло всё тело.

- Спасибо, - тихо произнес он и улыбнулся еще сильнее.

Её появление стало ответом: необходимо отбросить сожаления и вернуть то, отчего он неосознанно бежал. Даже если уже поздно, даже если нет возможности всё исправить, необходимо пытаться снова и снова, сражаться, как просил второй двойник. Лисица, которая была просто попыткой привлечь внимание Мори, стала аллегорией надежды Ноя на то, что он сможет найти свое счастье. Но оно уже давно было рядом и так же воплотилось в нечто красивое и такое же нереальное: в девушку, прожившую вечность в ожидании найти такого же человека как и она.

Вокруг в мгновение стало тихо. Повсюду клочками лежал тающий снег, а под ним зияли глубокие рваные раны на стекле, оставленные яростью ветров и ураганов. Местами образовались узоры из трещин, уходя вдаль они расползлись как корни невидимого леса. Сквозь израненную поверхность, в бездну, бесшумно шел дождь из талой воды из-за прекратившегося холодного ветра. Снежная пустыня превратилась в поле боя, но такое преображение тихим шепотом на языке, который знают лишь ветра бесконечного горизонта, говорило: “кошмарный сон закончился”.

Лисица подняла голову и встала передними лапами на колени Ноя. Этим она показала ему, что пора действовать, пора найти Мори и всё исправить, помочь ей найти тех, кого она ищет. Возможно, кроме них двоих в этом мире больше никого не осталось, но будет достаточно вновь увидеть как она будет идти вперед с блеском в глазах и удивляться местам из его прежнего мира. Медленно поднявшись Ной закатал оборванные рукава мокрой крутки и заметил, что его руки вновь обрели плоть и не смотря на многочисленные порезы, он не получил никаких ран. Факт того, что в этом мире невозможно получить физических повреждений, до сих пор удивлял его, но сейчас это заставило задуматься о том, почему тот, кто создал его прежний мир, не пожелал подобного. Более того, были ли насилие и жестокость задумкой его создателя, или же это случайное явление, которое появилось благодаря обитателям того мира? Десятки вопросов на которых не было ответов появлялись в его голове и исчезали всякий раз, когда он вспоминал слова двойника о том, что прежнего мира больше нет.

Осмотревшись вокруг Ной принялся искать самое уязвимое место в стекле, чтобы прорваться вниз, в предвечное Мори, но не успел он сделать и шага, как лисица сделала скачок, опередив его, и оглянулась, чтобы взглядом позвать следовать за собой. Ее легкие прыжки долго оставались застывшими в воздухе и сливались в светло-голубую полосу из зависших образов, которые она возглавляла уже далеко впереди. Ной долго следовал за ней, обходя целые борозды вспоротого стекла и поступая по воде, которой становилось со временем все больше. Он шел за ней до тех пор, пока не увидел её сидящей на краю пропасти, рядом с огромной дырой в стекле, собирающей в себе многочисленные ручейки тающего снега и жадно втягивающей воздух, со свистом устремленного вниз, в плотную тьму, которая одновременно манила и ужасала своей бесконечной глубиной. Это было именно то место, когда он с ужасом наблюдал как бездна внизу становилась всё глубже, а поверхность из тонкого стекла покрывалась трещинами и разрушалась за считанные секунды. На этот раз в нем не было страха и тем более сомнений, теперь же, на его лице была улыбка от мысли, что ему удалось найти путь ведущий обратно, в её предвечное.

Ной встал на край рядом со своим творением и с улыбкой посмотрел вниз. Всего-то нужно было лишь отпустить прошлое и отдать себя всего неизвестному будущему, которое лишь снаружи казалось глубокой тьмой, желающей поглотить всего тебя без остатка, но являлось таким же воплощением как и весь мир вокруг. Эта пустота не символ страха неизвестности, но олицетворение человеческого незнания того, что уготовано в будущем: события и мечты, зарождающиеся в пустоте, незримы для человека, отчего если представить каким может быть жизнь через месяц или год, то в голове возникают разные образы, но перед глазами каждого лишь черная пелена. И эта бездна, под его ногами, хладнокровно взывала принять решение касательно того, какой будет дальнейшая его жизнь: посреди тьмы и холода или в бесконечном пути вдоль соснового леса рядом с девушкой, которая так и не увидела всех тех мест из своей коллекции карточек.

Ной сделал глубокий вдох, закрыл глаза и шагнул вперед. В то мгновение, когда его нога оторвалась от земли, он почувствовал легкость сброшенных оков прошлой жизни, которая осталась стоять на краю пропасти, выбрав тьму и холод.