12. Грей Бьюкенен

Когда Кайри осторожно открыла глаза, первым, что она увидела, был незнакомый потолок1i. Она медленно моргнула, пытаясь вспомнить, что произошло перед тем, как потеряла сознание.

Покинув Сель-Арельяно , волк долго нёс её через горы, пока не превратился обратно в тряпичную куклу — будто силы окончательно покинули его. Кайри в одиночку брела, утопая в глубоком снегу, но ей не было холодно благодаря листьям Мари-Энн, которые та рассовала по всей ее одежде.

«Потом я упала».

Добравшись по клубку воспоминаний до этого момента, Кайри судорожно проверила вуаль. К счастью, благодаря завязкам она оставалась на месте. Девушка облегчённо вздохнула и только теперь огляделась.

Это был небольшой деревенский домик. Камин, получившийся из сложенных друг на друга камней, хорошо обогревал помещение. Осмотревшись, Кайри предположила, что это комната горного смотрителя. Когда Кайри попыталась встать, острая боль пронзила ступни. Девушка неуклюже сидела на кровати, не в силах ни вернуться в прежнее положение, ни принять новое.

Дверь со скрипом отворилась.

— Не спишь? — спросил низкий голос.

Кайри подняла голову и молча уставилась на вошедшего. Пожилой мужчина — вероятный хозяин дома — недовольно заворчал, указывая на ее одежду:

— И как тебе в голову пришло выйти в такую стужу, да в таком наряде? Ты ж чуть не замёрзла насмерть.

Он хрипло покряхтывал, ставя тяжелый чайник на горячие камни.

Кайри попыталась ответить, но вместо слов вырвалось:

— А-э-а-ы…

«Я… не могу говорить?»

Сначала это её озадачило, но потом она смирилась. Девушка прежде никогда не слышала о таких осложнениях после простуды, поэтому решила, что это реакция на пережитое.

«Да я и не хочу ни с кем разговаривать. И вообще общаться».

Старик недоверчиво поглядел на неподвижно сидящую девушку.

— Не можешь говорить?

Кайри медленно кивнула. Хозяин прищелкнул языком и уселся, вытянув руки к камину.

— Ладно, отдыхай. Не стану спрашивать, как ты здесь оказалось…

— А, аэ-ыа… — пробормотала Кайри, указывая на деревянные ставни. Глаза старика неожиданно резко для его возраста дернулись.

— А? Действительно сумасшедшая погода. Снега нет, а озеро промерзло так, что на нем хоть дом строй. — Помолчав, он добавил, — Если хотела свести счёты с жизнью, нашла бы способ понадёжнее, — проворчал он.

Посидев так еще немного, старик принес девушке горячий чай. Девушка, хотя и знала, что это не слишком вежливо, пристально разглядывала его.

«Сработал ли план Мари-Энн? А вдруг он тоже служит Натаниэлю?»

Когда Кайри, поколебавшись недоверчиво взяла чашку, старик хмыкнул и пошамкав ртом сказал:

— Как ни странно, я ничего в нее не клал. Где бы я в такую стужу яду достал?

Он снова налил ей чаю. На этот раз она приняла его, но пить не стала. Возможно этот человек никак и ни с чем не связан. Но теперь девушка никому не могла безоговорочно доверять.

«Наверное я до конца жизни буду сомневаться — не очередной ли это спектакль Натаниэля…»

Возможно, именно этого он и добивался. Теперь она не могла даже искренне улыбнуться, боясь, что он наблюдает за ней в этот момент. Чтобы сожрать ее тело, разум, душу и жизнь.

«Должен же быть выход...»

Слёзы, которые, казалось, уже все высохли, снова потекли по щекам. Старик покачал головой, зевнул, и, устроившись на диване под потрёпанным одеялом, пробормотал:

— Ну-ну, царевна-несмеяна… Когда погода наладится, скажешь, куда тебя отвезти.

Сказав это, он почти сразу же захрапел. Убедившись, что старик спит, Кайри тихо поднялась. Безжизненные фиолетовые глаза изучали смотрителя.

«Случайная встреча или очередная постановка?»

Она боялась найти подтверждение своим подозрениям. Теперь у нее оставались лишь запечатленные как клеймо в памяти голоса, повторяющие снова и снова: «Выживи, умри, живи».

Осторожно, чтобы не разбудить старика, Кайри достала из темного угла лампу и зажгла ее. В накидке Мари-Энн оказались деньги — девушка оставила немного на столе.

Когда она открыла дверь, по телу пробежали мурашки. Мороз был страшный.

Кайри оступилась и поймала себя на желании опереться на кого-нибудь.

«Нет. Больше я не стану ни с кем связываться. Теперь я ничему не могу верить… »

Запахнув поплотнее плащ, Кайри шагнула в ледяную тьму.

***

Тем временем, в полуразрушенной столице, Мария и Лаура собрались вместе. Официально они проходили лечение во дворце, но фактически были заложниками Легендарного Лорда.

Лаура откинулась на подушки и пробормотала:

— Интересно… Кайри успешно покинула Сель…

Она сильно пострадала при столкновении с Натаниэлем — ноги до сих пор не слушались. Во время их последнего разговора девушка потеряла сознание и пришла в себя лишь недавно. К счастью, перелом левой руки оказался чистым и хорошо срастался.

— Значит, её ещё не поймали? И холодно как...

Мария, очнувшаяся раньше подруги, подсела к ней на кровать:

— Я же говорила, с ней все будет в порядке, нам же остается только верить…

Лаура беспомощно улыбнулась, ее губы дрожа, заплясали вверх-вниз:

— Черт возьми… Этот ублюдок… Что ж он такой страшный-то?2

Мария тоже горько улыбнулась. О той ночи она боялась вспоминать.

— Я тоже испугалась до смерти. Никогда ничего подобного не видела... Как только Кайри выносила его рядом с собой?

Тело ее поправлялась, но страх, внушаемый Легендарным Лордом, не мог так просто исчезнуть.

Ложью было бы сказать, что он проявлял к ним особую враждебность. Но само его присутствие так давило на окружающих, что они начинали задыхаться. Казалось, будто на грудь положили каменную плиту.

Лаура содрогнулась при воспоминании:

— Я думала... ему нравилась Кайри. Но это чушь. Для него она просто игрушка.

— Думаешь?

— М-м-м?

Мария бесшумно отвернулась от окна.

— Лаура, я убеждена в обратном.

— Что?

— Может, ты слышала…

Мария прищурилась, припоминая. Теряя сознание, она почувствовала, как сильна была жажда убийства, исходившая от Легендарного Лорда.

Но тогда он вдруг остановился и еле слышно прошептал…

— Он пробормотал: «Если я убью их, она никогда… никогда...». Вот какой он человек.

Лаура удивленно уставилась на подругу.

— Он говорил, что она не захочет его видеть… И держит нас в заложниках, используя наших отцов…

— Есть множество способов подчинить дворян, кроме как брать их родных в заложники. Если бы он действительно нуждался в помощи наших семей… Почему тогда жив тот, кто никак не должен был остаться в живых после всего?

— …Девчушка…

— Да, горничная Кайри.

Лаура посерьезнела.

— Ты права. В таком случае он бы просто избавился от нее.

Воцарилось молчание. Мария тихонько спросила:

— Что бы ты сделала, если бы кто-то убил меня или Кайри?

— Почему ты об этом спрашиваешь? — Лура скривилась, ей было страшно даже представлять такое, — я бы убила его. Все силы бы приложила, чтобы отомстить. И никогда бы не простила.

Ответ был резок, но Мария улыбнулась.

— Думаю, и я, и Кайри поступили бы также. Она бы ни за что не простила его…

На лице Лауры на мгновение возникло озадаченное выражение и она неодобрительно нахмурилась.

— Подожди… Ты хочешь сказать, что он не убил нас только потому, что не хотел, чтобы Кайри его возненавидела?

Мария спокойно кивнула.

— Я так думаю. Конечно, не могу ручаться, ведь наш соперник — не обычный человек.

— Ты никогда не ошибалась.

— Верно.

— Так да не так.

В разговор резко вмешался чужой голос. Мария вздрогнула.

— Мисс Кесснер?

— Да-да, это я, — весело отозвалась Рубиния. Одетая в яркое цветастое платье, такое чуждое среди зимы, она без стука вошла в комнату, надменно поглядывая на Лауру.

— Как только я буду в силах подняться, я задам вам хорошую трепку…

— Жду с нетерпением. Какие страшные слова от беспомощного больного…

— Эта девчонка!

Встав между спорщицами, Мария спросила:

— Что вы тут устроили?

— Ну, кто-то же должен навещать вас и следить за вами, верно? Я исполняю эту роль.

— Не знала, что до вас уже дошли новости.

Услышав слова Марии, Рубиния рассмеялась как весенняя птичка.

— Ну обычно мы часто ссоримся, верно?

Внезапно ее лицо помрачнело.

— Ее так и не поймали. Вам любопытно, не так ли?

— Правда?

— Ох! Какое облегчение. Я… Мы так беспокоились… И мне было очень интересно, вернулась ли она?

Их лица просветлели. Они были полны решимости помочь Кайри сбежать, и теперь их усилия оправдывались.

— Что еще, мисс Кесснер? Что еще?

— Не перебивайте, это раздражает. Я все расскажу, когда придет время. Меня и так отвлекает Иден.

— А-а-а…

Мария и Лаура обменялись многозначительными взглядами. С тех пор как принца публично унизил Легендарный Лорд, он жил в отдельном дворце. Лаура с искренним сочувствием произнесла:

— Мне очень жаль, как бы это не звучало… Но это правда.

— Ах, прекратите уже! Забудьте. Я в состоянии сама добиться успеха. Не хотела в это ввязываться, но вот...

— Действительно, мисс Кесснер, как вы сблизились с Кайри?

— Я? С ней?

— Я лишь слышала разговоры служанок. Да и как разговор касался вас, Кайри каждый раз улыбалась!

— Боже… С семью благородными семьями?… Это уже даже не смешно… — при этих словах лицо Рубинии слегка порозовело. — Просто она застукала меня в императорской библиотеке! Такая мелочная…

— Библиотека? Но разве туда можно заходить?

— Я знаю! Просто там было столько книг…

Лаура недоуменно уставилась на Рубинию.

— Вам так нравится учиться?

— А что, я похожа на круглую дуру?

— А? — ошарашенно фыркнула Лаура.

— Может меня и кличут пустоголовой простушкой, но мое нынешнее положение кое о чем да говорит. Где сейчас те, кто злословил обо мне? А теперь я валяюсь в ногах у Форт-Дюкейнов! И знаете ли, все к чему бы я не прикоснулась приносило успех!

Рубиния замолчала. Тот факт, что маркиз Форт-Дюкейн быстро опередил герцога Эденхолла благодаря зоркому глазу своей дочери уже ни для кого в свете не был секретом.

Лаура довольно захихикала и ухмыльнулась.

— Леди Рубиния, я по-прежнему считаю, что вам не повезло, но вынуждена признать: ваша целеустремленность достойна восхищения. Не так ли, Мария?

Мария, со счастливой улыбкой наблюдавшая за беседой, кивнула.

— Благодаря вам мы смогли вытащить Кайри. Благодарю вас от имени Марии Олд-Сьюдад.

— И ничего смешного в этом нет…

Рубиния смущенно теребила подол своего платья, избегая их взглядов. Наконец Лаура снисходительно ухмыльнулась.

— Даю свое позволение называть меня Лаурой.

— Хватит!

— Да что с вами такое! Я не предлагаю такое первым встречным…

— Выглядите довольной.

В этот момент дверь отворилась и…

— Любопытная история.

— Да, ваше императорское величество!

— Ваше величество!

В трех парах глаз сквозил вопрос: «Сколько она услышала?»

Глядя сверху вниз на взволнованных девушек, императрица Джинжер Орвенбридж театрально всплеснула руками.

— Не вставайте. Я обожаю занимательные истории.

На губах императрицы появилась липкая жестокая улыбка. Темно-зеленые глаза с угрожающим блеском уставились на Рубинию. Девушка задрожала, предчувствуя недоброе.

— Так где же дыра в императорской библиотеке, леди Рубиния?

***

— Мы нашли человека, видевшего женщину с сиреневыми волосами у горы Мон в районе Изра.

— [Приведите его сюда.]

Герцог Олд-Сьюдад доложил новости и сложил бумаги. В голосе Натаниэля чувствовалась непривычная оживленность.

Вскоре в залу втащили растрепанного старика с разлохмаченной бородой. Натаниэль сел, скрестив ноги, и уставился на старика.

— [Ты видел Кайри?] — Старик замер, ослепленный красотой собеседника. Не обратив на это ни малейшего внимания, Натаниэль небрежно продолжил. — [Сиреневые волосы. Фиолетовые глаза. Рост около пяти с половиной футов. Стройная.] — Затем он на мгновение замолчал: не в его характере было вспоминать прошлое. — [У нее тонкая шея.]

Пришедший в себя старик ответил.

— Не знаю никакой Кайри, но девушку с такой внешностью видел.

— [Опиши.] — приказал Натаниэль. Герцог кивнул, и писец взялся за перо.

Старик откашлялся и начал вспоминать.

— На ней было белое платье, больше похожее на ночную сорочку и синяя накидка с золотой вышивкой. А ещё... белая вуаль...

— [Вуаль?]

— Видно, она ей очень дорога была. Ни за что снимать не хотела.

Голубые глаза, прикрытые черными прядями сузились.

— [Вуаль…] — Натаниэль забормотал, — [Семейная реликвия, должно быть. Неужели привезла с собой то, что лесные звери берегли за морем?]

— Что-что?

— [Что еще?]

— Ну... сложно разговаривать с немой, да и вела она себя странно...

При этих словах Натаниэль и герцог Олд-Сьюдад одновременно уставились на старика.

— [Она не могла говорить?]

— Э-э, да... А потом я спать лёг, а она ночью исчезла...

— [Ты уверен, что ничего не говорила?]

— Ну, она поджимала губы, руками махала, ногами дрыгала…

— [Так она и вправду...] — тихо пробормотал Натаниэль, взглянув на него.

Олд-Сьюдад внимательно наблюдал за ним, ожидая хоть какой-то человеческой реакции на известие о немоте Кайри. Однако улыбка, расцветшая на губах Натаниэля, была нежной и ласковой — ни капли вины или сожаления.

— [Понимаю… ]

По спине герцога пробежали мурашки. Это существо, радостно улыбающееся при вести о страданиях дорогого ему человека, пугало. Но пока его дочь оставалась заложницей, он не мог действовать опрометчиво.

Он вспомнил недавний разговор с маркизом Форт-Дюкейном:

— Что вы намерены делать, герцог?

— У меня нет иного выбора, кроме как подчиниться.

— Но эта девочка — лучшая подруга наших дочерей…

— Мне тоже тяжело. Она умный ребенок, и я просто надеюсь, что у нее все получится.

— Ха-а…

Это расстраивало, но что он мог поделать? Не в их силах остановить Легенду. Лорд Защитник отсиживался в стороне, правящая семья была занята сбором волшебников во дворце, знать дрожала по углам. Лишь вера народа в героев оставалась крепкой, как никогда.

Люди верили, что приближается конец времен: Легендарный Лорд испепелит грешников, а праведники вознесутся на небеса. Конечно, эти россказни только укрепляли положение Натаниэля. Лишь горстка смельчаков осмеливалась ему противостоять.

«И ты не готов рисковать своим ребёнком ради этого ничтожного меньшинства...»

Обнаруживая в себе такие мысли, герцог изучал профиль Легенды. Даже не взглянув на него, Натаниэль бросил:

— [Терпеть не могу, когда меня разглядывают, как диковинную зверушку.]

— Мои извинения.

— [И что же ты сделал?] — обратился он к старику.

— Что?

— [Людям тяжело противиться инстинктам.]

— О чём вы?

В ответ Натаниэль улыбнулся белоснежной улыбкой.

— [Например, твои руки…]

Старик растерялся. За спиной Натаниэля герцог Олд-Сьюдад многозначительно покачал головой. Старик тут же рухнул ничком на пол.

— Я ничего такого! Она лежала на дороге, я взял её на руки, но не прикасался! Нёс, как родную дочь! Потом укрыл одеялом и пошёл осматривать гору!

Натаниэль вглядывался в старика так, будто видел его насквозь. В воздухе повисло напряженное молчание. Наконец он жестом отпустил перепуганного смотрителя.

Когда тот ушёл, герцог удивлённо спросил:

— Разве вы не собирались убить его?

В голубых глазах Натаниэля, сверкавших ка драгоценные камни, мелькнуло презрение:

— [Вы всегда так думаете.]

— Что?

— [Если люди поступают неправильно — вы убиваете их. Правильно — опять убиваете. Даже не имея никаких причин — все равно убиваете. Возможно это очень по-человечески, кого-нибудь убивать.]

«Кого он имеет в виду?» — растерянно молчал герцог.

Натаниэль равнодушно отвернулся.

— [Всё имеет свою причину. Кайри — единственная это понимала.]

Герцог Олд-Сьюдад подумал, что из его уст это звучит довольно иронично, но не подал виду.

— Мы найдем ее как можно скорее.

— [Я тоже не буду сидеть сложа руки.]

Натаниэль медленно поднялся со своего места. Прежде чем герцог опомнился, в руке Легенды уже была чёрная трость. Герцог нервно сглотнул.

— Но…

— [Раз она оказалась во владениях Лешо, то двинется на север или запад, чтобы попасть на корабль. Но у неё ничего не выйдет.]

— Вы имеете в виду…?

— [Увидишь сам.]

Натаниэль вышел из залы прямой, легкой походкой.

На следующий день первые полосы газет занимала новость: «Море у берегов Тревериума полностью замёрзло!»

***