Герцог Хесман уверенно направлялся в императорский дворец.

Он думал о докладах нанятых шпионов.

«Шерия скоро вернется.»

Он вспомнил отчеты о конкурентах, партнерах по бизнесу, и наконец...

«Мельденик Вавелуа собирается начать бизнес.»

Герцог прокручивал в голове слова, сказанные тремя шпионами, посланных наблюдать за Мельденик.

«Так ты заманила глупого человека в охранники и открыла маленький магазин.»

Он также вспомнил и мрачные глаза шпионов, которые сообщили ему эту информацию.

Казалось, что их зрачки были пустыми.

Но он хорошо промыл им мозги и приставил к Мельденик. Они не могут лгать.

«Мельденик, твой бунт необычен.»

Он усмехнулся.

«Ты глупа, если решила возразить мне.»

Расторжение помолвки, которое прислала Мельденик, было давно забыто в его сознании.

Когда эта женщина делала что-то хорошо?

Ему стало интересно, насколько бесстыдной она будет. Как хорошо она сможет вести свой бизнес после сказанных ему резких слов.

Это же Мельденик Вавелуа.

«Так очевидно и скучно. Ты начнешь новый бизнес, а потом снова потерпишь неудачу.»

Женщина, что всегда была жалкой.

Тем не менее, она была полезна, поэтому нужно хорошо к ней относиться до брака.

«Если ты будешь говорить о расставании или о чем-то еще в будущем, мне придется убить тебя.»

Ленокс фыркнул, когда вошел в гостиную.

«Давно не виделись, Кассиан.»

«Да.»

Герцог Хесман, сидя напротив принца Кассиана и высокомерно скрещивая ноги, подумал: «Как раздражает каждый раз получать аккредитацию.»

Но она была очень важна.

Он должен был объяснить свои планы по новому бизнесу Кассиану, второму принцу, который отвечал за финансовые дела императорской семьи.

Новый проект был более значимым, так как он осуществлялся в сотрудничестве между герцогом Хесманом и герцогом Вавелуа.

Взрослая целевая аудитория была завоевана без труда.

Большинство аристократических семей покупали вещи либо у Хесмана, либо у Вавелуа.

Но теперь их целью были не только взрослые.

Именно дети и подростки будут потенциальными клиентами более 50 лет, и, соответственно, возрастет и количество пожилых потребителей.

Переговоры между герцогом Хесманом и герцогом Вавелуа уже завершены, и разработка прототипа находилась на завершающем этапе.

Вскоре проект будет одобрен императорским двором, и после планируется эффектный банкет по случаю открытия нового бизнеса.

Его жизнь всегда шла непобедимым маршем, провала не будет и на этот раз.

«Ленокс.»

«Да.»

«Я проверил бизнес-план, который вы предоставили во дворец.»

Кассиан задержал свой взгляд, чтобы посмотреть на герцога Хесмана, сидящего напротив.

«Он сказал, что займется бизнесом, ориентированным на людей определенного возраста?»

Но он следовал старым методам.

Он планировал потратить большой первоначальный капитал и играть в ‘игру цыпленка’ с другими предприятиями и небольшими магазинами.

(прим.: игра цыпленка - модель конфликта для двух игроков в теории игр. Принцип игры состоит в том, что, хотя идеальным исходом является уступка одного игрока (чтобы избежать худшего исхода, если ни один из них не уступит), индивидуумы стараются избегать этого из гордости за то, что не хотят выглядеть «цыпленком». Каждый игрок насмехается над другим, чтобы увеличить риск позора при уступке.)

Он также сказал, что потратит много денег на продвижение, чтобы выиграть в эту игру.

Другими словами, это способ создания тренда.

Было ли в Империи место, где хватило бы таланта заняться капиталистическим бизнесом?

Конечно, не было.

Кассиан, читавший бизнес-план, смахнул свои серебристые волосы и сказал:

«Покажите мне прототип.»

Гордыня нависла над уверенным лицом герцога Хесмана.

Он достал из кармана небольшую чернильницу и перьевую ручку.

Кассиан любовался перьевой ручкой, оставленной герцогом Хесманом на столе.

«Перьевая ручка?»

Корпус ручки был изящно и деликатно вырезан.

В центре располагалась скульптура ангела. Без герцога Хесмана эта перьевая ручка не могла бы быть изготовлена с таким вниманием к деталям.

«Это само по себе произведение искусства. В отличие от обычных перьевых ручек, здесь повсюду вставлены бриллианты.»

Кассиан прошептал, глядя на ручку:

«Разве детям будет удобно ей пользоваться? У них ведь появятся мозоли.»

«Возможно.»

«Не думаю, что это будет полезно. Мне кажется, это чересчур.»

Герцог Хесман громко рассмеялся.

«Полезно? Разве это имеет значение?»

«...»

«Инвестируйте. Успех в нашем бизнесе гарантирован. Дети всегда смотрят на взрослых, верно? И у них все равно нет денег. Настоящей мишенью являются их родители. Они же и будут нашими потенциальными клиентами.»

Не совсем неправильно, если вы думаете о деньгах.

Принц Кассиан смотрел своими голубыми глазами на перьевую ручку.

Была ли эта ручка полезна для детей? Такая ручка с драгоценностями в маленьких руках будет довольно неудобной.

Кассиан, смотревший на высокомерное отношение Ленокса, равнодушно коснулся подбородка.

Герцог Хесман продолжил:

«И на этот раз я буду работать с семьей Вавелуа. В частности, с мадам Хильдегардт и леди Шерией.»

Хильдегардт взяла на себя роль финансиста, и Шерия сразу же присоединилась к бизнесу.

С недавнего времени она в командировке на Святых Землях в соответствии с новым бизнес-планом.

«Похоже, она наслаждается отпуском.»

Герцог Хесман мягко улыбнулся, вспоминая счастливые дни, проведенные со своей возлюбленной.

«Да... Раз это сотрудничество между семьей Вавелуа и семьей Хесман, то оно не потерпит неудачу.»

Тем не менее, было ощущение, что ком встал поперек горла.

Кассиан знал о скандале между его другом, герцогом, и леди Шерией, который разлетелся по всей Империи.

Всем нравилась их прекрасная история любви. Они были настолько идеальными деловыми партнерами, что в обществе они стали объектом похвалы.

Но сейчас Кассиан думал немного о другом.

«Я хочу кое-что спросить. Леди Шерия просто ваш деловой партнер или вы планируете жениться на ней?»

Герцог Хесман прищурился.

«Моей невестой является Мельденик Вавелуа.»

Кассиан поднял одну бровь на слова, брошенные словно ножи.

«Тогда вам лучше держаться подальше от леди Шерии.»

«…Что это значит?»

«Ваша невеста - леди Мельденик. Это грубо по отношению к ним обеим.»

Герцог застыл от вторжения в его личную жизнь.

Но Кассиан был непреклонен. В любом случае, дамой герцога была Мельденик. Они были помолвлены.

«Из-за ваших действий, общество уже предсказывает ваш разрыв с леди Мельденик.»

«Должно быть, это из-за ее странного поведения.»

Герцог Хесман нахмурился, вспомнив, как она сказала ему потеряться и ушла.

Его равнодушное выражение лица удивило Кассиана.

«Если вы собираетесь пожениться, разве вы не должны сохранить честь леди Мельденик?»

Принц Кассиан слышал о странном поведении Мельденик Вавелуа.

Но он говорил о другом.

«Если вы действительно хотите сделать леди Мельденик герцогиней, значит вы должны относиться к ней как к партнеру.»

Он не особо интересовался Мельденик. Но это не значит, что совсем нет, так что эти слова были правильны.

Герцог Хесман прищурился на слова Кассиана.

«Это семейное дело, поэтому вам не нужно беспокоиться об этом.»

Никто не знал об ошибках и проступках Мельденик Вавелуа.

Она даже пыталась убить свою сестру, леди Шерию. Нет причин уважать такую женщину.

«И она сказала потеряться мне.»

Герцог Хесман стиснул зубы.

Он просто хотел использовать Мельденик, потому его отец сказал это сделать.

Но почему женщина, которая до сих пор хорошо действовала согласно его плану, так поступила? Он собирался воспользоваться ей, а потом выбросить.

«Несмотря на то, что она делает, она все же человек.»

Кассиан уставился на нахмуренный взгляд герцога.

«Не думаю, что дворец готов инвестировать в такое.»

Ленокс тихо рассмеялся, словно не ожидал такого ответа.

«Что ж... Я понимаю, в конце концов, императорская семья никогда не участвует в большом бизнесе.»

Герцог Хесман с сожалением кивнул на слова Кассиана.

«Тем не менее, это возможность, которая принесла бы пользу бюджету дворца.»

Работа герцога Хесмана сделала Империю сильнее и могла помочь всем простолюдинам. Он был готов инвестировать столько, сколько мог.

Но герцог всегда работал только на возрождение герцогства и самого себя.

«... Бизнес Хесмана захватывает большинство улиц в столице, и из-за этого растет уровень банкротства мелких предпринимателей. У императорской семьи нет причин соглашаться с этим.»

«Разве не лучше работать на мою семью, чем быть владельцем бесполезного бизнеса?»

«...»

«Поймите, слабые всегда проигрывают.»

Как он должен ответить?

Кассиан не мог понять, как убедить Хесмана.

Их дружеские отношения начали трещать по швам. Чем больше они разговаривали, тем больше накапливалась усталость.

Ленокс ответил, аккуратно смягчив свое выражение лица.

«Что ж... Я думаю, что вывод заключается в том, что вы не будете инвестировать.»

«Верно.»

«Тогда я ухожу.»

Он вспомнил слова Аксиона, глядя в спину герцога Хесмана.

«Мэл хочет, чтобы все дети были счастливы!»

В этих словах не было здравого смысла.

По опыту Кассиана, люди, которые строили подобные идеалистические планы, обычно с большей вероятностью были мошенниками.

«Она сказала, что именно поэтому открыла магазин перед академией!»

Ясный голос и счастливое лицо Аксиона продолжали приходить на ум.

Было ощущение, что в его ухе зазвенел колокольчик, когда он услышал, что она работает на радость детям.

Сложив бизнес-план, подготовленный герцогом Хесманом, принц Кассиан пробормотал:

«Лучше уж быть идеалистом.»

Конечно, такие люди, как владелица “Канцелярского магазина Мэл”, часто бывают разочарованы реальностью.

А аристократы, как герцог Хесман, использующие других как средства зарабатывания денег, выигрывают.

Он сделал глоток фруктового льда, который все еще лежал на столе. Холодное чувство и сладкое послевкусие задержались во рту.

«Канцелярский магазин для счастья всех детей.»

Он чувствовал себя довольно сентиментально.

Потому что фруктовый лед напоминал ему о прохладных, сладких закусках, которые он ел, когда был молод.

Вспоминая прошлое, где его братья были живы, он потирал свое сухое лицо.

Пришло время вернуться к реальности.