Вместе с жутким грохотом карета резко перевернулась и мы влетели в её твёрдые стены.

Картина перед глазами полностью исчезала, но лишь на мгновение, по крайней мере так мне показалось. Как только я пришла в себя, поняла, что с левой стороны почти ничего не вижу, а лоб и волосы в чём-то тёплом.

Мы… Сошли с дороги?

Один глаз видел нормально даже в наступившей, почти кромешной темноте.

Дыхание спёрло, а груди всё сдавило.

Напротив меня лежала Сара, её конечности были неестественно раскинуты в разные стороны, в некоторых местах сгибая неправильно. Вся её голова была в крови, что быстро растекалась под ней огромной лужей. Её глаза закрыты, а книга валяется совсем рядом с лицом.

Самым страшным было её молчание.

— С-Сара?

Это плохо. Очень плохо. Она… Она ещё дышит, я вижу, как грудь двигается. Она ведь не умрёт? Не умрёт же? Просто нужно позвать на помощь. Нужно ей помочь.

Прежде чем я успела приподняться рядом стали слышны голоса.

Жуткое предчувствие заставило лечь обратно и задержать дыхание, лишь бы это был кучер и его помощник. Лишь бы это были они.

— С теми двумя закончили.

— Вот и хорошо, осталось только здесь проверить.

Дверь с хрустом выломали и в карету проникло больше света, поэтому я смогла разглядеть Сару ещё отчётливее.

Но как только перед лицом оказался чужой перепачканный в грязи сапог, я сразу же закрыла глаза, стараясь не двигаться, не дышать и не жмуриться. В нос ударил едкий незнакомый запах.

— Зараза, тут и вправду ребёнок был. Мелкая, я бы ей лет пять дал от силы.

— Хватит тратить время, просто проверь их как положено и уходим отсюда. Чёрт знает, почему их заказали, да и не наше это дело.

— Да-да. Какой же ты всё-таки сухарь, даже ребёнка не пожалел.

Над ухом звонко лязгнул меч, который одним движением достали из ножен.

— Ничего личного дамы.

По телу прокатывается жуткая боль.

Твёрдый холодный кусок метала проходит между рёбрами, которые с хрустом ломаются. Словно разрывают изнутри. Кончик доходит до самого нутра.

Так больно, что из горла вырывается только немой хрип, а ноги и руки дёргаются. На глаза наворачиваются слёзы, пока всё горит.

Я немощно уставилась на Сару, не в силах даже закричать.

Меч достали и через пару секунд он с тем же противным звуком вошёл в тело моей горничной. Моей горничной… Нет. Нет. Не надо. Не надо!

Но мои надежды встретил лишь ужасающий фонтан крови, быстро растекающийся по карете.

Меч поднялся.

А затем вонзился в неё снова.

И снова.

И снова.

И снова.

— Готово. Поехали. — Сухой и абсолютно спокойный голос был последним, что мне удалось услышать.

Неизвестный вылез из кареты.

Перед глазами всё плыло, кончики пальцев похолодели, а тело становилось будто плюшевая игрушка.

Сара больше не шевелится.

***

Я вновь открыла глаза и сразу же вскочила.

Боли уже не было и видела я хорошо, только вот вокруг стало темнее, а картина перед глазами была красной.

— Сара… Сара, просыпайся, нам нужно уходить…

Я подползал ближе к ней и потянулась рукой к её щеке, но остановилась.

Это конец.

Грудь и живот моей горничной были пробиты насквозь в нескольких местах, кровь уже остановилась, а её губы посинели, что пугало ещё сильнее вместе с её бледной кожей.

Дрожащей рукой я дотронулась до неё.

Холодная.

Она такая холодная.

Она…

— Нет… Нечестно…

А на мне ни царапинки. Ничего. Вообще.

Только сейчас я поняла, что всё моё платье, мои руки, мои ноги и моё лицо… Всё в крови. Но не в моей. Нет.

Рыдания подступили к горлу.

Я не виновата. Я не знала.

Я не хотела.

Руками я прикасаюсь к своему лицу. Всё тело дрожит.

Она умерла… Сара умерла. А я выжила. Я…

— Х… Н-нет… Это неправда… Неправда…

• Вставай. Хватит сопли пускать. •

В голове опять раздался чужой голос.

— Не могу…

• Нет можешь. Моя сила залечила все раны. Прекрати рыдать. •

Я не хочу идти. Я просто не могу. Мне страшно. Я хочу домой, но и выйти отсюда не могу! Я просто хочу плакать, пока кто-нибудь нас не заберёт отсюда!

• Вас. Никто. Не. Заберёт. Потому что забирать кроме тебя некого. •

— Неправда!

• Правда. А теперь вылезай и иди. Дорога прямая не заблудишься. •

— Без Сары я не уйду!

• Вставай и иди! Эта служанка уже мертва. Ей ты не поможешь, не трать время.•

Его голос в голове становился только громче и на дрожащих ногах я поднялась к открытой двери кареты.

Как только я вылезла, то сразу же увидела размазанное по дороге тело кучера.

— О-он тоже…

• Да. Не трать время и иди. Пока не слишком темно ты не сойдёшь с дороги. Так что поторопись, не хочу снова тратить силы на твоё исцеление.•

Проглотив рыдания я побежала по неровной дороге, которую едва было видно в темноте. Слёзы застилали глаза и мешали нормально дышать. Камни больно врезались в ногу, с которой слетела туфелька.

Я оставила её. Оставила Сару.

Но…

В ужасе и истерике продолжала бежать.

Я хочу выжить.

Я хочу домой!

Хочу к маме!

Я не хочу ничего этого видеть!