Тюрьма "Вечного покоя" содержала в себе самых опасных преступников третьего этажа ада. Обычно, всех неверных Брандольху попросту казнили, но в мире существовали люди, которых даже казнить было не выгодно. Именно по этой причине, главный королевский кузнец Гельден сконструировал эту тюрьму.

Благодаря огромному количеству замысловатых рунических конструкций, находящихся внутри стен, заключеные не могли использовать свое волшебство. Выбраться было понастоящему невозможной задачей.

Здание находилось на значительном расстоянии от Амперморта и не внушала такого величия, как королевский дворец. Тюрьма содержала в себе всего несколько заключеных и большинство пространства было заполнено рунами дезинтеграции, настроенными на активацию при побеге. Не смотря на всю важность объекта, охранников было не много. Король был уверен, что персонал тюрьмы - лишняя трата человеческих ресурсов. «Гельден создал настоящее произведение искусства. Ни один человек не способен выбраться из "Вечного покоя".» — гордо приговаривал Фалазар.

По извилистым коридорам тюрьмы спокойным шагом шла фигура, окутанная в черный плащ. Руны дезинтеграции, расположенные на полу, должны были превратить в пыль любого постороннего, но вместо этого они рассыпались в пыль под ногами неизвестного. Приблизившись к тюремной камере, расположенной в самой глубине здания, фигура постучала по решетке чтобы привлеч внимание заключенного.

— Ч...что? Кто это? — удивленно выпучил глаза грязный обросший мужчина. — Как ты сюда попал?

Сняв капюшон, неизвестный показал свое детское лицо, изуродованное многочисленными боевыми шрамами. Каждый маг третьего этажа слышал о кровожадном убйице в теле ребенка, нанятым лично королем Брандольха.

— Гнев Брандольхии? Что тебе от меня нужно? Фалазар наконец решил прекратить мои муки?

— Какую же тупую кличку мне дал этот король... — вздохнул пацан, щелкнув пальцами. — Выходи, Гельден.

— Поглумиться пришел? Как я выйду? Магию здесь невозможно исп... — не договорив, Гельден почувствовал, что руны, ответственные за отсутствие магии больше не работали. — Как...?

— Я слышал у тебя есть дела в мире живых. — проигнорировав вопрос, сказал Гнев, кидая в камеру странный сверток. Осмотрев его содержимое своим опытным глазом, кузнец обомлел. «Расколотая руна телепортации в форме ключа? Никогда не видел настолько сложной магической конструкции. Неужели это...»

— Это проход на четвертый этаж. — будто умея читать мысли, ответил Гнев.

***

Слухи о смерти Мерлина распространялись по третьему этажу на удивление медленно. Никто не мог поверить, что волшебник такого статуса и силы способен просто взять и умереть. Смерть "Бессмертного" так бы и продолжила быть просто слухом если бы король Фалазар не разослал всей верхушке Брандольхской аристократии приглашения на званый ужин в честь прибытия Мерлина в ад. Различные теории о смерти Мерлина с огромной скоростью разлетались по всему третьему этажу.

— Поверить не могу, что тебя убили. — прикусил губу Фалазар, смотря с балкона на столицу Брандольха.

— А я поверить не могу, что жизнь после смерти существует. Мой отец тоже тут? — разлегшись на дорогом диванчике и обгладывая плитку шоколада, спросил Мерлин. Он был очень рад тому, что ему больше не надо было страдать от дряхлого старческого тела. Теперь в его распоряжении было то тело, которое было у него в самый пик сил. Длинные прекрасные золотые волосы свисали с его плеч, атлетичное тело, словно вырезанное прямиком из мрамора, разум, не затемненный старческим маразмом. Он вновь был одним из сильнейших магов в мире.

Но в воздухе повисла тишина.

— Твой отец мертв.

— Чего? — переспросил волшебник, не ожидая такого ответа и откладывая шоколад в сторону. — Чт... ЧЕГО?! КАК ОН МОГ УМЕРЕТЬ? ОН ЛИЧНО БЫЛ УЧЕНИКОМ САМОЙ МАРИИ! КТО...

— МОЛЧАТЬ! — криком перебил Мерлина Фалазар. — Мы нашли его обугленный труп в его сгоревшем доме. Экспертиза показала, что он был отравлен незадолго до смерти. Скорее всего он не ожидал нападения. Мы думаем, что его убил один из его учеников - Гнев Брандольхии.

— И что с ним сейчас?

— Мы потеряли его след у восточной границы. Скорее всего он находится в районе Шогготского Союза.

— Так почему просто не пойти в этот Шогготский Союз и прирезать этого ублюдка?!

— У нас и так руки заняты Багровыми магами. Мы не можем позволить начинать конфликт с Союзом.

— Ты... Ты.... Да ты просто чертов трус! Тебя предали, твоего лучшего друга убили, а ты сидишь и боишься! Ты не тот великий волшебник, которого я знал в детстве.

— Не зазнавайся, мальчишка. Не знаю как тебе удавалось так долго избегать смерти, но если ты тут, то это значит, что ты не такой уж и бессмертный, каким себя считаешь.

— Хотя ты и ученик самой Марии, я вполне уверен, что смогу размазать тебя по полу, "Король".

Магическая энергия в комнате начала зашкаливать, пока оба волшебника сверлили друг друга взглядом. Каждый ждал, пока оппонент сделает первый шаг. Окна начинали трескаться от такого черезмерного давления.

— М...мой король! У... у меня к в... вам новость! — трясясь от страха и едва не падая в обморок от давления, пропищала вошедшая служанка.

— Она не может подождать? — спокойно спросил король, не отрывая взгляда от Мерлина.

— Г... голуби свободы просят приглашение на зв... званый ужин. Они просили передать, чт... что у них есть какой-то "ключ".

Магическое давление от короля вмиг пропало, а глаза его расширились в удивлении.

— Срочно дай им столько приглашений, сколько они просят. Мерлин, обсудим наши разногласия после ужина. Появились дела поважнее, чем ты.

"Бессмертный" лишь фыркнул и вышел за дверь, оттолкнув в сторону служанку. «Получается у Голубей все таки есть ключ... Мне необходимо достать его. Но как мне его получить?» — размышлял Фалазар, как вдруг растаявшая плитка шоколада, оставленная Мерлином привлекла его внимание. «Трус? Я? Я покажу этому недомерку кто тут еще трус.»

***

Огонь костра, наспех разведенного при помощи магии, танцевал на стенах заброшенного дома. Группа Сальвадора решила на время укрыться здесь, чтобы продумать дальнейший план действий. Расположившись около кострища, Юля уткнулась в небольшую тетрадку, не обращая внимание на диалог своих товарищей и тщательно пытаясь нарисовать что-то.

— Хотелось бы верить, что война закончится после его смерти, но это маловероятно. Тем более, пока у Гифта есть этот желтоволосый пацан, убить его будет не так просто. — рассуждал Сальвадор.

— Желтоволосый пацан? Кто это?

— Я не знаю где Гифт его нашел. Этот парень невероятно силен. Он в одиночку убил всю мою прошлую группу и чуть не прикончил меня. Из-за него я и попал в больницу, где встретил тебя.

— У тебя была прошлая группа?

— Да.... Была... Я подумал, что не так уж и сложно будет убить Гифта, если собрать несколько магов и вломиться к нему в укрытие. Прежде чем мы успели добраться до него, на нашем пути встал этот парень. Он без особых проблем убил всех. Я не повторю этой ошибки. Необходимо будет отвлечь его. — задумался Сальвадор. — Гифт каким-то образом передает огромное количество чарованного оружия своим последователям. Если мы сможем выяснить откуда у него все это оружие, то сможем подорвать его поставки. На такое желтоволосый парень точно должен будет отреагировать. В это время сам Гифт будет беззащитен.

— И как нам найти этот источник?

— Я бы опять попросил помощь у Оракула, но я больше не могу с ним связаться...

Скорчив недовольную мину, Юля вырвала страницу из тетради и попыталась кинуть ее в костер. Заметив это, Оливер успел схватить страницу в полете и спасти ее от огненного небытия. От того, что Оливер увидел на странице, его сердце дрогнуло. Нарисованный лишь маленьким кусочком графита, на вырваном куске бумаги расположился огромный разрушенный город. Доктор и подумать не мог, что одним цветом возможно достичь настолько детального и красивого пейзажа. Казалось, этот рисунок был окном, за которым находился другой, черно-белый мир.

— Чт... Зачем ты хочешь это сжечь? Это же шедевр!

Юля лишь уставилась в пол, кусая нижнюю губу. Сальвадор, поняв, что Оливер больше не слушает его, выхватил рисунок и мельком взглянув на пейзаж, бросил его в костер.

— Ты чего делаешь?! Это же...

— Будто ты что-то понимаешь. Я вижу, что этот рисунок недостаточно хорош и она это знает. Твои комплименты ничего не значат, Оливер. Юля, рисунок был ужасен, старайся лучше в следующий раз.

— Д... да, господин Сальвадор!

Оливер уже хотел было начать спор, но подумал, что он и вправду ничего не понимает в искусстве. «Я бы душу продал чтобы уметь так рисовать, а для них это ужасно?» Неужели в мире искусства тот рисунок был настолько плох?»

В своих раздумиях Оливер взял пачку газет, лежащих неподалеку, чтобы подбросить их в костер, но один из заголовков привлек его внимание. Вытянув одну газету из стопки и пробежался по статье глазами.

— Юля.... А сколько Сальвадор тебе платит?

— ...Платит?

— Да. Он же платит тебе за твою работу?

— Оливер, я... — попытался вмешаться Сальвадор, но гневный взгляд доктора заставил его проглотить свои слова.

— Господин Сальвадор позволяет мне спать в теплой кровати, есть вкусную еду, заниматься рисованием. Я безмерно благодарна ему за такую щедрость!

— Тоесть он платит тебе едой, пока сам зарабатывает состояние на твоих работах...?

Девушка лишь непонимающе склонила голову набок.

Отбросив газету в сторону, Оливер рванул к своему "товарищу" и ударил его со всей силы в лицо. Отлетев в сторону, Сальвадор схватился за свою челюсть и с гневом уставился на доктора.

— Ублюдок... Да как ты смеешь называть ее работы ужасными, когда сам используешь их?! — крикнул Оливер, показывая газетную статью: "Сальвадор "Гений красок" вновь подарил миру новый шедевр! Картина "Зимняя стужа" была продана на аукционе за 135 миллионов!" — Это же ее картина, да? "Гений красок", блядь! Ты лишь пользуешься ей для своей выгоды!

Оливер кинул газету в лицо Сальвадора. Юля, ничего не понимая, лишь взволнованно переглядывалась между парнями.

— Успокойся, Оливер. Сейчас не время для подобных перепалок. Обсудим это когда закончим войну. Сейчас то, как я зарабатываю деньги не играет значения. — спокойно говорил Сальвадор, сдерживая свои эмоции.

— Что ты от меня хочешь? Тоже мной пользуешься ради каких-то целей? Какие твои истинные намерения? Спасти красоту этого города? Разве такому жулику есть дело до такого?!

— Представь себе, но мне и вправду не наплевать на этот город. Я не понимаю с чего ты разозлился. Я дал Юлии все, о чем она могла только лишь мечтать! Она может спать под крышей, не боясь дождя. Она может есть досыта! Она работает, занимаясь любимым делом! Разве не мечта?!

— Она заслуживает большего, чем просто жить и рисовать для тебя эти чертовы картины, ты сволочь! Она должна зарабатывать миллионы, а не ты!

— Она этого хочет или ты? Я что-то не помню, чтобы ты спрашивал ее мнения, доктор.

Сальвадор встал с пола, оттряхивая свою разноцветную одежду от пыли и грязи. Глаза его взором холодной стали смотрели на Оливера.

— В...все хорошо, правда. — грустно улыбнулась Юля в ответ. — Мне большего и не надо... Я бесконечно рада господину Сальвадору за его доброту. Я бы давно погибла на улице, если бы он не разглядел во мне мой талант. Я не могу просить у него большего, чем он мне уже дал.

— Значит все решено. Да, Оливер? — в интонации мужчины читалась едва заметное отвращение, смешанное с насмешкой.

От такой нечестной и ситуации Оливер мог лишь злобным взглядом пилить Сальвадора, на что тот не обращал внимания.

— Что ж, втроем нам не провернуть наш план. Во первых нам нужно узнать откуда Гифт достает свое оружие. И у меня есть идейка как нам это узнать. Пойдем, нам нельзя терять время.

Группа начала покидать заброшенное здание. Юля, проходя мимо Оливера, тушившего костер, едва слышимым шепотом обронила "Спасибо", после чего быстро убежала за Сальвадором.

Ошарашено уставившись в след девушке, в груди врача потеплело, а на лице растянулась теплая улыбка. Быстро потушив костер ведром воды, Оливер поспешил следом за художницей.