В три часа дня в доке Восточный Балам. Профсоюз докеров.

Клейн был одет в толстый свитер, поверх которого накинул коричнево-желтую куртку, а на голову надел простую мягкую шляпу — такой образ больше соответствовал обычному репортеру-расследователю, а не тому, кто регулярно посещает светские мероприятия и берет интервью у важных персон. Этот наряд обошелся ему в 1 фунт и 10 солей.

Также его новому стилю аккомпанировали очки в золотой оправе и аккуратно зачесанные назад волосы, обильно смазанные бриолином. Больше не было неопрятной щетины, взамен ей лицо украшала аккуратная легкая небритость иссиня-черного цвета. А его рост увеличился как минимум на пять сантиметров, чтобы максимально отличаться от рабочего, которого он изображал прошлой ночью, и чтобы даже те, кто видел его мельком, не смогли провести параллель.

В карманах его одежды не было Черного глаза, талисманов или травяных эссенций – только колода карт Таро, стопка бумаги для записи, автоматическая перьевая ручка, кожаный бумажник, немного мелочи, связка ключей и поддельное удостоверение репортера.

Он понятия не имел, на что сейчас способен Ланевус, и уж точно не знал, почему на его стороне оказался могущественный Потусторонний. Поэтому из предосторожности он не взял с собой никаких подозрительных вещей.

Взглянув на двухэтажное здание перед собой, Клейн перешел улицу, делая вид, что не замечает нескольких пристальных взглядов, которые уловил благодаря интуиции Клоуна.

Он небрежно толкнул входную дверь и с неожиданностью для себя обнаружил, что интерьер в профсоюзе докеров был уж очень скромным. Здесь не было ни какой-нибудь секретарши, ни даже самого вестибюля. Лестница ведущая на второй этаж была установлена прямо посередине зала, а по бокам от нее тянулись коридоры с тесными офисами. Пол не был покрыт досками, не говоря уже о коврах – просто залит бетоном.

Клейн бросил взгляд на мужчину, стоявшего у входа, и подошел к нему:

— Я репортер из «Бэклунд Дейли». Хотел бы взять интервью у сотрудников вашего профсоюза, чтобы узнать о ваших потребностях и чаяниях.

Мужчина, охранявший вход, был одет в потрепанный пиджак с заплатками, из-под которого виднелась простая льняная рубашка. Услышав слово «репортер», он насторожился и быстро ответил:

— Нет! Мы в последнее время не организовывали забастовок, нет!

— Мне кажется, вы меня неправильно поняли. По правде сказать – я на вашей стороне. Я хочу подготовить статью о вашем профсоюзе, как он помогает рабочим и с какими трудностями сталкивается. Поверьте мне, — не без помощи сил Клоуна, Клейн сделал свой взгляд предельно искренним.

— Вот оно что… тогда вам к мистеру Рэнду. Он отвечает за пропаганду. Поверните там направо… — поколебавшись с секунду, все же ответил мужчина.

— Благодарю, — Клейн сделал вид, что облегченно вздохнул, и почувствовал, как исчезли взгляды, следившие за ним из темных углов.

Слегка вспотев, он свернул направо и постучал в указанную дверь.

Дверь со скрипом открылась, и лысеющий мужчина средних лет удивленно посмотрел на него:

— Прошу прощения, вы к кому?

— Вы мистер Рэнд? Меня зовут Стэнсон*, я репортер «Бэклунд Дейли». Вот мое удостоверение. Я пишу статью о профсоюзах и выбрал ваш, чтобы привлечь внимание общественности к вашим проблемам, — Клейн был настолько убедителен, что сам почти поверил себе.

— Да, я – Рэнд, — лысеющий мужчина мельком взглянул на удостоверение и с неохотой пробормотал: — С трудом верится, что вы, репортеры, желаете помогать.

— Я сам родился в Восточном районе и знаю, насколько тяжела жизнь рабочих. Если вы не верите в мои намерения, можете сопровождать меня и следить за каждым вопросом, — Клейн вдруг улыбнулся и добавил: — Моя статья, основанная на реальных интервью, была бы в разы лучше, чем те небылицы, которые пишут о вас в газетах. По крайней мере, вы сможете донести свою точку зрения и направить ситуацию в нужное русло.

Рэнд почесал голову и нерешительно согласился:

— Тогда ладно… Но я буду ходить с вами.

— Отлично, спасибо! — Клейн еле совладал со своими эмоциями.

И вот, уже в сопровождении Рэнда, Клейн, в образе «репортера Стэнсона», стал посещать один за другим офисы, задавая рабочим заранее подготовленные вопросы.

«Правый коридор – ничего. Левый коридор – ничего…» — сохраняя невозмутимое выражение лица, Клейн поднялся по деревянной лестнице на второй этаж.

На сей раз Рэнд провел его в кабинет напротив лестницы и представил присутствующим:

— Внимание всем, это репортер из «Бэклунд Дейли», мистер Стэнсон. Он хочет взять у вас интервью, но я должен напомнить, что на некоторые вопросы вы можете не отвечать.

Клейн расплылся в улыбке, сделал два шага вперед и приготовился пожать всем руки.

И в этот момент он увидел человека, который показался ему знакомым.

Хотя его кожа теперь была смуглой, круглое лицо приобрело резкие черты, а круглые очки сменились на золотые с прямоугольной оправой, Клейн, благодаря интуиции Провидца, уловил едва заметное сходство.

Его стала бить нервная дрожь, и он едва не потерял контроль над своей улыбкой.

— Простите, у меня... внезапно заболел живот. Где здесь уборная? — Клейн прикрыл живот рукой, не занятой ручкой и записками, и виновато улыбнулся.

Рэнд и остальные не заподозрили ничего странного и дружно указали за дверь:

— Выходите и сразу налево. В конце вы увидите знак.

Клейн извиняюще поклонился, вышел и быстрым шагом направился к уборной. Войдя внутрь, он выбрал кабинку у окна, сел на унитаз и запер дверь.

Он наклонился вниз и забился в беззвучной истерике. Он тихо хохотал, едва не теряя равновесие. От смеха слезы сверкающими капельками разбивались об пол.

Клейн был уверен – это Ланевус!

Он это понял, не только из-за смутного чувства знакомства, а из-за другого, куда более отчетливого ощущения, которое он уловил в нем. Именно оно заставило его едва не потерять самообладание!

Дрожь в его теле была вызвана инстинктивным страхом и ужасом! А эмоциональный всплеск был следствием нахлынувших горя и страха, глубоко засевших в его разуме когда-то.

«Это…

Это была…

Это была аура Истинного Творца!

…»

Клейн, умывшись в туалете, вернулся к беседе с рабочими, как ни в чем не бывало. Даже стоя лицом к лицу с Ланевусом, хоть и претерпевшим внешне изрядные изменения, он продолжил вести интервью и изображать из себя репортера известной газеты.

Наконец покончив со всем этим, он попрощался с рабочими профсоюза и вышел из мрачного, плохо освещенного здания.

Улицу уже успел окутать туман, а на небе сгущались тучи, будто бы вечер наступил раньше времени.

«Аура Истинного Творца может исходить только от Него самого, Его потомков или связанных с Ним предметов – например, от дарованных Им вещей или Его божественности… Это также полностью соответствует словам Ланевуса, которые он говорил Юджину Худу. В сочетании с тем едва уловимым чувством знакомости, мне даже не нужно подниматься над серым туманом для проверки – я уверен, что это он… Если бы я раньше не пересекал дорогу Истинному Творцу и не подвергался его влиянию, то я бы ни за что сейчас не догадался, что эта лишенная силы и ранга аура, именно Его…» — мысли Клейна были мрачны, но внешне он оставался спокойным.

Он остановился на улице и напоказ начал копошиться в сумке и приводить в порядок записи разговоров и интервью, ради которых он якобы и заявился.

В этот момент он заметил среди бродяг на противоположной стороне улицы знакомую фигуру.

«Мисс Сио?» — сопоставив факты, Клейн мгновенно пришел к выводу.

Он не подал виду и, убрав записи, направился к остановке конки. В этот момент перед ним внезапно остановилась запряженная лошадьми карета. Из окна оной высунулось знакомое морщинистое лицо.

— Вот мы и снова встретились, — в карете сидел худощавый, но элегантный мужчина средних лет с седыми висками. Это был тот самый детектив, который помогал полицейским в расследовании серии убийств, Изенгард Стэнтон.

Бывалому детективу не составило никакого труда узнать на улице Клейна, который с их последней встречи не слишком то и изменился… Разве что, стал немного повыше и был в другой одежде.

— Какое совпадение, я как раз думал о нашем последнем интервью, — Клейн намеренно ответил именно так.

Изенгард сразу понял намек и с улыбкой сменил тему:

— Я здесь по делу. Убийство Сибелль выделили в отдельное расследование, и я отвечаю за него. Место преступления находится недалеко от дока Восточный Балам.

— Значит, это действительно был подражатель? — Клейн сделал вид, что только сейчас это осознал.

После короткой беседы Изенгард уехал, а Клейн сел в конку и отправился не домой, а в клуб «Квилег» в Хиллстонском районе.

В комнате отдыха клуба он быстро поднялся над серым туманом, чтобы убедиться, что за ним никто не следит.

Только теперь Клейн по-настоящему расслабился и осознал, насколько ему было страшно.

Аура Истинного Творца намертво запечатлелась в его сознании, как ночной кошмар, не дающий покоя. Спина Клейна, которая не раз за сегодня обливалась потом, вновь стала влажной.

Для полной уверенности он материализовал перед собой желтоватый пергамент и темно-красное перо, затем написал заранее продуманный запрос для гадания:

«Источник необъяснимо знакомого чувства».

Отложив перо, он откинулся на спинку стула, повторяя про себя этот вопрос, и погрузился в сон.

В сером иллюзорном мире он увидел человеческую фигуру.

Это был мужчина с обычными чертами лица, в круглых очках и с высокомерной ухмылкой. Это был не кто иной, как Ланевус!

— Наконец-то я нашел тебя! — Клейн перестал контролировать свое выражение лица с помощью способностей Клоуна и сквозь зубы прошипел эти слова.

Затем он выпрямился и, собравшись с мыслями, приготовился ответить на молитву мисс [Справедливости]. С трудом сдерживая свои эмоции Клейн холодно заявил:

— Подтверждения не требуется. Это Ланевус. Можете сообщить в Церковь Богини Вечной Ночи и рассказать им, что Ланевус обладает божественностью Падшего Творца.

***

Одри, наблюдавшая за тренировкой охотничьих собак своего отца вместе с Сьюзи, замерла, услышав ответ мистера [Шута].

«Падший Творец… Это же Истинный Творец, так? У этого мошенника есть божественность Истинного Творца? Это... Это... Простое задание привело к Истинному Творцу! Как я и думала, у мистера [Шута] была скрытая цель… Он нацелился на самого Истинного Творца… Вот это да, что и ожидалось от мистера [Шута]!» — в голове Одри мгновенно пронесся вихрь мыслей.

*Прим. ред. А. и И.: Намеренно или случайно Клейн представился как Стэнсон (斯坦森), использовав фамилию, похожую на ту, что носит детектив Изенгард Стэнтон (斯坦顿).