Но вдруг…

Раздался приятный и уже знакомый нам мужской голос:

— Ну хватит вам уже, пожалуйста.

— Ну хватит вам уже, пожалуйста. Мы всё-таки все предвестники и не должны ссориться между собой.

Голос, сей принадлежал восьмому предвестнику Низакриса Панилису Грапту. Главному банкиру государства помешенному на деньгах и заключении контрактов.

— Мы всё-таки все предвестники и не должны ссориться между собой. Ваши склоки не принесут нашему государству ничего хорошего, — его голос был удивительно ласковым и игривым. — Вам, да и всему государству, будет куда лучше если вы договоритесь. Как насчет заключения взаимовыгодного контракта? — в каждом его слове отчётливо читались нотки безразличия и желания громко посмеяться над глупцами, которые стояли рядом и ругались.

Однако заметить подобное могли лишь единицы. Всё-таки Панилис идеально играл свою роль в этом огромном театре масок.

— Нам совсем не нужны склоки Певицы и Дикого воителя. — продолжил он одновременно ехидно и мило улыбаясь.

Он даже не называл других предвестников по именам, используя лишь их прозвища. Именно такими они у них и были.

Всё-таки товарищами, а тем более друзьями он их никогда не считал и считать не планировал. Они были для него лишь персонажами его театра, его постановки, которая принесёт круглую денежную сумму.

Но лишь двое предвестников услышали его слова, как их разъяренные взгляды устремились к банкиру. Мгновенно их злоба направилась прямо на восьмого предвестника.

И они оба мгновенно воскликнули:

— Эй, Банкир, не смей влезать! Она коснулась темы, о которой никто не имеет права говорить!

— Да уж, Панилис, помолчи и не влезай! Я сейчас покажу этому дикарю, насколько он неправ!

Они оба начали шагать прямо на него, источая злобу.

Теперь два предвестника были готовы направить всю свою злость на одного только Панилиса Грапта. Казалось, что они уже забыли друг о друге и не планировали продолжать конфликт между собой.

— Ну что вы такое говорите… — говоря это, мужчина отступил немного назад, сохраняя улыбку.

Казалось, что мужчина боялся этих двоих. Однако даже это было лишь частью его наигранного поведения.

Так же он начал показывать руками жест, который теоретически должен был всех успокоить. По крайней мере, обычно подобное срабатывало.

Однако надвигающихся бойцов руки Банкира совершенно никак не трогали. Для них они даже не стали преградой.

И вправду...

Ещё бы мгновение, и они напали бы на Панилиса, который посмел вмешаться в их конфликт.

Но неожиданно раздался ещё один голос. Голос, на первый взгляд спокойный и в какой-то степени даже добрый и веселый.

Но на самом деле он принадлежал настоящему безумцу. Безумцу, который также как и Панилис, носил маску добродушия и милости.

Это было не удивительно. Всё-таки они были друзьями. Если они, конечно, понимали, что значит быть для кого-то другом.

— Прекратите.

Из тени показался ещё один мужчина. Высокий и молодой, облаченный в такой же плащ, как и остальные предвестники.

На его голове росли прекрасные голубые волосы, а лицо было скрыто маской, которая напоминала те, что носили чумные доктора.

Они были известны ещё во времена великой эпидемии в «Мире Душ». Тогда один из абстрактов, абстракт болезни, решил уничтожить мир и погубить всё человечество.

И ему почти удалось. Но, к счастью, его смогли остановить совместные усилия великих героев Клиззиума и воинов, ставших началом Камелота.

Безумный ученый же по имени Никлим Мендэл, который был вторым предвестников Низакриса, сказал:

— Сейчас не время для ваших ссор. Они совершенно не несут в себе никакой пользы для бесконечного развития. Хотя, выработанная вами энергия, может принести какую-то пользу. Но… Всё равно вам нужно остановиться, — он мог найти пользу в чем угодно. Но сейчас смысла в этом не было.

— Верно, верно, — подметил Панилис, который сделал ещё один шаг назад, а после подумал:

«Какие же вы оба идиоты…»

«Как такие как вы вообще выжили в нашем мире?»

«Вы же просто…»

«Просто никчемны, вашу мать».

— К тому же это запрещено правилами нашего государства, —добавил Панилис. Он не умел молчать. — Не могут верхушки королевства сражаться без определенных разрешений. Иначе мы будем подавать плохой пример. А у нас тут и так много безумных монстров. За ними нужно очень внимательно следить.

Девушка певица, услышав пугающий её голос второго предвестника, сразу же встрепенулась. Её лицо исказилось, начав источать напряжение. А как только её тело окутали мурашки, тут же отступила.

Сделав несколько шагов, она вернулась на своё место, сразу же приняв сидячее положение.

А сев прямо напротив Астарота, который продолжал просто наблюдать за происходящим, тут же улыбнулась, начав строить ему глазки.

— Да уж… В новом Низакрисе всего одно правило. И то… Даже оно касается кровопролития. Согласен, Астаротик.

— Возможно… — без эмоций сразу же ответил ей четвертый предвестник, которого когда-то выгнала собственная семья.

— Тебя что-то не устраивает? — ехидно, но при этом грубо подметил второй предвестник.

— Нет. Всё хорошо, — её лицо на мгновение исказилось, а по телу снова пробежали мурашки.

— Фина… — начал спокойно, без эмоций, говорить Астарот. — Ты же жила в Низакрисе ещё до перестройки? — не то чтобы ему было интересно. Однако эти слова мгновенно воодушевили девушку.

На её лице растянулась улыбка, а она сказала:

— Да. Я жила в Низакрисе ещё до этой ужасной перестройки и искренне любила своё государство. Потому и все изменения были для меня не так уж и приятны.

А вот Никлим, напротив, был не очень доволен словами Астарота, потому добавил:

— Ну… Я, вообще-то, тоже был рождён в Низакрисе прошлого. Однако… — на его лице растянулось безумие. — Мой нрав всегда желал изменений. И чем безумнее эти изменения были, тем лучше. Именно поэтому я стал одним из тех, кто сразу примкнул к новому королю и начал вникать в изменения.

Их позиции были полностью противоположными.

От того между ним и Певицей были отношения весьма натянутые. Но...

Ещё хуже отношения у него были с девятым предвестником.

Старик недовольно фыркнул и тоже сел на белое кресло за столом предвестников.

После этого его суровый взгляд сразу же пал на ученого, источая искреннюю неприязнь. Он ничего не говорил, но всё и так было понятно.

Халмир презирал Никлима. И было это не удивительно, ведь ученый полностью насмехался над всеми особенности его нрава.

Он плевать хотел на жизнь, естественность, а тем более на прошлое.

«Какой же отвратительный человек…»

«Настоящий безумец, плевавший на законы природы».

«До сих пор не могу поверить, что в чей-то семье могло родиться подобное чудовище…»

«Создание, способное так издеваться над законами мироздания».

«Да ещё и…»

«Создавать этих чертовых роботов…»

Суть была в том, что семью Халмира давно погубили роботы. Тогда они были лишь новой разработкой одного из государств, которое в будущем старик уничтожил.

Но саму технологию он искоренить не смог. Ученый подхватил её, а после начал развивать уже в Низакрисе, сделав уже не просто разработками, а полноценной частью мира.

Да, именно такой была нынешняя эпоха «Мира Душ». Духовную энергию использовали во всех отраслях, достигая всё новых и более высоких технологических высот.

Однако сам ученый сейчас, да и всегда, просто полностью игнорировал отношение к нему Халмира. Он не просто делал вид, что не замечает этого, ему и вправду было искренне плевать.

Поэтому, усмехнувшись, он посмотрел на Панилиса и продолжил разговор. Ему искренне надоели все эти бесполезные разговоры, поэтому он решил перейти к самой сути.

— Кстати, Панилис, как там в Улаблейте?

На лице Банкира растянулась довольная улыбка. Он сразу обратил взгляд к другу и, прикрыв глаза, начал вести с ним непринужденную беседу, полностью забыв о прошлом.

— О!.. Всё прекрасно, просто замечательно. Для заключения союза этому глупому королю хватило фактора, что в обоих наших государствах вечно идёт снег. Представь себе этого идиота. Я с таким трудом сдержал смех во время переговоров. Думал прямо там лопну со смеху.

Одновременно оба предвестника начали смеяться. Их искренне веселила глупость других людей. Людей, которых они считали никчемными и ни на что неспособными.

Однако спустя мгновение Панилис прекратил смеяться и сказал:

— Но я должен перед тобой извиниться.

— Извиниться? — немного удивился ученый. — Я так понимаю…

— Да. К сожалению, в деревне Хакш миссия была провалена. Наших солдат остановил какой-то новобранец, который сейчас проходит отбор в Найфорде. А точнее в лесу демонических львов.

— Понятно. Это и вправду весьма досадно. Но радует, что мы смогли разрушить военную базу Улаблейта. Хотя, если бы не это, союз, возможно, так бы и не был заключен.

Они оба говорили так, словно им было абсолютно наплевать на произошедшее.

Возможно, именно так оно и было.

Но, скорее всего, они оба просто были уверены, что смогут в скором времени исправить эту оплошность. Всё-таки, хоть и в разных сферах, но они оба были гениальны.

— Да уж... Было бы досадно, всё-таки... Улаблейт нужен нашему королю куда больше всего остального. Да ещё и кровь, которую мы так нашли... Но не переживай, — добавил Панилис. — Я отправил в лес ту глупую фанатичку. Она скроется там и после убьет всех новобранцев. Я посчитал лес демонических львов лучшим местом для этого. Всё-таки там талантов больше, чем в других районах.

— Прекрасно. Хорошее место.

— Да. К тому же я подумал, что она может последить за работой твоего изобретения. Как оно там…

— «Лабиринт разрушения».

— Верно. Хоть какая-то от неё будет польза. Кстати, твой этот лабиринт и вправду удивителен. Ты превзошёл сам себя. Да что уж себя, даже творения «Мировой Системы». Умудрился создать не только проход, но и новый мир.

Предвестники вновь монотонно рассмеялись, словно это было идеально выверенное действие, к которому они оба готовились. Это было ужасно.

— На самом деле это не творения «Мировой Системы». Нечто иное. Но слышать подобное приятно.

— В смысле?

— Ну… Я тебе рассказывал. «Мировая Система» в основном являет собой ограничитель. А эти места создал сам мир. Это несколько разные вещи.

— А… — протяжно сказал Панилис, вспомнив их недавний разговор. — Помню, помню. Так в этом и вправду есть разница?

— Верно. Но… Пока не вижу смысла об этом говорить. Всё-таки всё тайное станет явным, лишь я уничтожу «Ложное небо».

— Это уж точно.

Никто даже не пытался вникать в разговор этих двоих. О

ни всегда были на своей волне, и никого это не удивляло.

Все лишь знали, что каждый подтекст в их разговорах был во истину ужасен.

Но ещё ужаснее было то, что… Низакрис по неизвестной причине обладал всей информацией о Найфорде и его планах. Словно в другом государстве у них был свой человек, который идеально передавал всю информацию.

Они мало того, что знали всё об отборе, так ещё и были проинформированы о слежке, с которой уже разобрался шестой предвестник.

Также они прекрасно знали, что на одну из их военных баз надвигаются рыцари истребления. Поэтому они вывезли оттуда все ценные разработки, оставив там двух особых солдат, которые смогут отвлечь внимание. Их роль там заключалась в создании атмосферы, будто им правда было что защищать.

— И какая следующая цель? С кем ещё ты планируешь заключить союз? — спросил Безумный гений.

— Остальные не так важны, как Улаблейт. Но... Думаю…

Но вдруг раздался ещё один грубый, но молодой мужской голос, который мгновенно перебил всех вокруг.

Он закрыл им рты, словно принадлежал истинному королю мира. По крайней мере, именно таковым себя считал владелец этого голоса.

— Может вы уже заткнетесь?! Мне надоело слушать этот бред!

В зале собраний появился высокий юноша, чуть старше двадцати, с колючей прической.

Это был бывший рыцарь истребления, а также нынешний шестой предвестник. Король битвы по имени Барк Клинт.

Его строгий взгляд, полный высокомерия, мгновенно окинул всё помещение.

Увидев его, Панилис ехидно улыбнулся и сказал:

— О… А вот и наш Королек, — Банкир часто искажал прозвище Барка, всеми силами демонстрируя неуважение.

— Не смей меня так называть, Банкир.

— Почему ты так груб? — продолжил язвить Панилис. — Вообще-то у нас тут собрание, а ты опоздал. Да ещё и разрушил одну башню замка вместе с горой, стоявшей рядом. У тебя есть хоть одно, даже самое глупое оправдание?

Барк нахмурился, начав источать злобную духовную энергию.

В абстрактном мире пространство за его спиной даже начало принимать внешние особенности строения тела и морды льва, что было в случае Барка весьма символично.

«Панилис...»

«Я терпеть не могу практически всех здесь, но...»

«Ты хуже всех. Ты обычный червь, который только и может, что прятаться за спинами закона, короля или других предвестников».

«Ни в боевом, ни в личностном плане в тебе нет ничего особенного».

Король сказал:

— Я не собираюсь перед тобой или ещё перед кем-то оправдываться. Я сделал то, что считал правильным.

Именно Барк был тем самым воином, который одним ударом не только разрушил крупную часть ландшафта, но и избавился от слежки за государством, чем, очевидно, помог всем в замке.

Конечно, пара простых объяснений сразу бы решили все проблемы. Однако объясняться было совсем не в его духе.

Король продолжил:

— И вообще, плевать я хотел на это ваше собрание. У меня всего один вопрос. Где мой подчиненный?

Панилис немного удивился от столь прямого и высокомерного вопроса. Он явно не ожидал, что Барк может вести себя столь открыто.

На лице ученого же растянулась улыбка. Никлим прекрасно понимал, о ком идёт речь, и знал, что скоро Барк начнёт этот пустой разговор и с ним.

— Ты о Пожирателе богов? — спросил ученый. Он не стал ждать, пока гнев Барка дойдет и до него. Ему хотелось, как можно скорее принять участие в этой сценке.

Однако лишь он высказался, как на него пал озлобленный взгляд Барка.

Источая злость и отвращение, Король сказал:

— А ты не влезай. Я не хочу говорить о нем с тобой.

— Почему же? — улыбался ученый.

— Я так долго пытался вытащить его из этой ямы. Показать, что эти вещества его отравляют. Я даже почти смог всё это закончить. Вырвать корень этой дряни. А ты… Просто начал делать их сам! Ты своими руками ослабляешь моего подданного. Тебе такого никто не позволял! — после взгляд пожирателя вернулся к Панилису. — Так где он? Куда вы его отправили?

— Ну… На военную базу, на которую скоро будет совершено нападение. Но ты не переживай. Мы вывезли оттуда всё ценное.

— Ценное? Ничего ценного, кроме Эдила, там быть не могло. И я правильно понял?.. Вы сделали из него наживку?!

— Ну… Барк. Это всего лишь политический вопрос. Всё ради величия нашего государства.

— Бред! — сказал Клинт, будто плюнув в лицо собеседнику. — Если наше государство хочет достичь своей цели, то мы просто должны показать свою силу и ударить в лоб! А не изгаляться, занимаясь бредом вроде политики и кривых договоров.

Вдруг со стороны стола раздался громкий голос старика.

Халмир грозно воскликнул:

— Абсолютно согласен с шестым предвестником! Хватит уже прятать истину натуры Низакриса. Пора начинать наступление на весь мир! Пришло время истинной войны!

Вдруг раздался очередной новый голос. В этот раз он принадлежал прекрасной, но во всей своей сути холодной даме.

— Вам только и надо, что наблюдать за смертями жителей нашего государства. Вы отвратительны.

Из тени комнаты появилась прекрасная высокая дама с белыми волосами, среди которых виднелись синие пряди. Окантовка её глаз была абсолютно черной, а зрачки ярко-синими. Этой вестницей тьмы оказалась третий предвестник Моргания Фауст.

— Не влезай, Моргания! — на неё сразу посмотрел Барк, тело которого вновь начало источать потоки духовной энергии.

Но вдруг его духовная энергия мгновенно потухла…

Тела всех предвестников покрыли мурашки. Их глаза широко раскрылись, начав дрожать.

Казалось, пред ними появился непобедимый враг, планирующий их убить. Угроза, превосходившая всё, с чем они когда-либо сталкивались.

Духовный поток неожиданно вошедшей в комнату персоны мгновенно окутал их тела, начав вдавливать в землю. Это был результат невероятной силы и удивительного показателя духовного давления.

Все предвестники тут же сместили взгляд, увидев его…

На собрание предвестников прибыл бывший герой Низакриса, которого сейчас называли Осквернителем.

Пред ними предстал первый предвестник Низакриса по имени Алкир Капит.

Он был облачен в классический для предвестников плащ, а его лицо скрывала необычная ткань. Лишь несколько прядей длинных волос виднелись из этого элемента одежды.

Увидев его, все тут же отступили назад, продемонстрировав не только уважение, которое испытывали к нему, но и понимание его невероятной силы, способной погубить всё что угодно.

И лишь все успокоились, как первый предвестник сказал:

— Простите за опоздание, предвестники Низакриса, — он говорил точно, уверенно и кратко, словно был самым настоящим солдатом армии, имевшим высокий статус.

У него тоже были важные причины для опоздания. Однако оправдываться у него и мысли не было.

Главным было то, что он сам знал причину. И все вокруг тоже это понимали. Всё-таки характер воина никогда бы не позволил ему опоздать без должной на то причины.

— Не хочу вас прерывать, но времени на вашу ругань у нас нет. Хватит говорить о прошлом и о ваших идеалах. Это собрание нужно только, чтобы определить задачи.

Мужчина вытянул свою руку, после указав прямо в сторону стола, показав на него всем вокруг.

В этот момент все предвестники, которые до этого стояли начали приближаться к своим местам. Алкиру не нужно было даже говорить, чтобы все его поняли и выполнили указание.

Однако он всё-таки сказал:

— Присядьте.

В этот момент все вокруг уже сели на свои места.

Лишь Алкир увидел это, как встал во главе стола, на месте где обычно восседал сам король, и начал говорить:

— Большинство предвестников должны продолжить выполнять свои обязанности внутри государства. Скоро наш король вернётся домой, и мы должны сделать всё, чтобы он был доволен своим возвращением. Надеюсь это все понимают.

— Да, конечно, — сказал Панилис.

Обычно, когда первый предвестник объявлял планы на будущее, все вокруг молчали и внимательно слушали.

Однако некоторые всё-таки становились более заметными.

Такими обычно были второй и восьмой предвестники, которые часто вели с первым беседы. А также пятый, который вечно предлагал ему сразиться, игнорируя огромнейшую разницу в их боевых показателях.

— Теперь к делам вне государства. Пока десятый предвестник отправилась на нашу военную базу, чтобы проследить за нападением Найфорда, а пятый выполняет свою особую миссию, я и Барк должны покинуть государство.

Взгляд Короля обратился на вышестоящего во всех смыслах предвестника.

— И куда же вы? — спокойно поинтересовался второй предвестник, помешивая в руках непонятную жидкость, которая была в пробирке.

— Барк Клинт отправится в Найфорд.

В этот момент Король уверенно поднялся со своего кресла.

Только он встал, как тут же отправился к выходу, не издав ни звука. О том, чтобы попрощаться с товарищами, и речи идти не могло.

Но лишь он прошёл мимо Алкира, как тот невозмутимо спросил, даже не пошевелив головой:

— Куда ты?

— В Найфорд, куда же ещё. Но только по пути я загляну на нашу военную базу и проверю своего подчиненного.

— Переживаешь? — спросил Панилис, в голосе которого прослеживалось отчётливое ехидство.

— Конечно нет. Но… Он присягнул мне в верности, а значит я, как Король, должен следить за своими подданными.

«Иначе я не смогу думать и говорить, что в совершенстве исполняю все свои обязанности!» — подумал про себя Барк.

— Понятно, — продолжил улыбаться Панилис.

«Придурок».

«Как он вообще смеет себя так вести?»

«Не понимаю…»

«Почему он так нужен нашему королю?»

«Неужели настолько велика его истинная сила?»

«Не верю, что этот идиот, такой перспективный…» — в голове же его бушевал самый настоящий ураган. Барк злил его больше всех, ведь был единственным, на кого его маска не работала в должной мере. Очевидно, единственным, из тех кто о ней не знал.

Барк же в этот момент уже пошёл дальше, как его снова остановили слова первого предвестника, который спросил:

— Про задание послушать не хочешь?

— Нет. Всё и так понятно, — голос Короля стал в несколько раз грубее прежнего. В этот момент его душа воспылала, а зрачки глаз загорелись духовной энергией. То была энергия, рожденная из слияния двух типов: базовой духовной и энергии разрушения. — Моя цель убить Кагара Берферста.

Не став ещё кого-то слушать, Король покинул комнату.

Он прекрасно понимал свою задачу и знал, что справится с ней без особого труда. Потому тянуть время он не собирался.

Это мало того, что было совершенно не в его духе, так ещё и сама цель была ему удивительно приятна. Он, наконец, получил возможность хоть как-то поквитаться с Кагаром, которого ненавидел всей душой.

Лишь Король покинул комнату, как вновь раздался голос Панилиса:

— Ну а вы куда, господин Осквернитель?

— Я отправляюсь к «Мировому Древу». Пришло время мне сразиться с монстром в нем и получить статус Великого. Это приказ нашего господина.

— О!.. Понятно. Так время совместить в вас статусы Великого и Высшего пришло.

— Верно.

Статус Великого был характерен не только для монстров, но и для человеческих рас.

Раз в несколько лет с двух сторон мира в «Мировое Древо» входили два воина. Один со стороны монстров, другой со стороны человечества.

Там, в ином пространстве, они сталкивались в невероятной битве. В битве, победитель в которой и получал тот самый заветный статус.

Монстров он менял внешне, делая в разы сильнее. Человеческим же расам только прибавлял духовной силы.

Однако, что в первом, что во втором случае это был невероятный подъем. Удивительное увеличение силы, с которым не могло сравниться ничто.

Вероятно, даже высшие представитель своих рас не всегда обладали такой силой. Хотя удивительного в этом было мало.

Всё-таки все Великие монстры оценивались выше, чем большинство ныне живущих людей. Даже не все Высшие воины прошлого были способны одолеть того же Феникса или Фенрира.

Рассказав о будущих планах, Алкир также развернулся спиной к товарищам и отправился к выходу.

Он, как и Барк, совершенно не планировал тратить время зря.

Но если в случае с Королем это была очередная демонстрация его эгоизма, то вот Осквернитель делал это лишь потому, что это был приказ его великого господина.

По пути же он на несколько секунд повернул голову к остальным предвестникам и сказал:

— На этом собрание окончено, можете расходиться, — он пошёл дальше.

И как только перед ним оказалась дверь, он добавил ещё кое-что:

— Кстати, Никлим.

— Да, да.

— По приказу господина, продолжай свой проект по уничтожению «Ложного неба».