Прошло пять минут с начала Последнего сражения. Первый и второй фронтовые отряды Королевства были уничтожены подчистую.

Тени, будто бы и не заметив сопротивления от первых двух отрядов Королевства, продолжили бессовестно бежать вперёд, окрашивая своей чёрной кровью всё вокруг.

Теперь на очереди третий и четвертые отряды, которыми командовал Зигвард.

—ЗА КОРОЛЕВСТВО! –прокричал он, вместе со своей конной кавалерией помчавшись вперёд на врага.

Лошади этой конницы были закованы в прочную конную броню, окружённую в ногах и корпусе шипами. Отряд этих воинов был наиболее боеспособным в нынешней ситуации, так как только ворвавшись на поле боя, они тут же отбили врага назад, вернув их на десяток метров от основных отрядов, которые тем самым вместе с нами продвигались вперёд. Могло показаться, что они начали понемногу побеждать и отбирать позиции у врага, но продлилось это от силы полторы минуты.

Первого из четырнадцати всадников Зигварда сбили с лошади, можно сказать, случайно: выкинутая какой-то магией, тень сверху упала на закованного в броню воина, сбив его с лошади. В ту же секунду, как он безоружно коснулся земли, перед всеми смотрящими воинами, которые были слишком далеко, чтобы ему помочь, предстала отвратительнейшая картина.

Тень, которая и повалила наездника, была уничтожена после падения, но встать бедняга уже не мог: «тёмная кровь», в которую он попал, стала неожиданно быстро двигаться. Из неё полезли руки, которые не просто покрывали собой рыцаря, а поглощали его внутрь себя. Думаю, в большинстве случаев тенью становились уже посмертно и тьма поглощала трупы, но сейчас…

Лично я впервые видела эту картину вживую и от одного вида на этого бедолагу, который пытался бороться изо всех сил, но с каждой секундой всё быстрее и быстрее… Его пульс сначала участился до невообразимых высот, но с каждой миллисекундой поглощения он убывал и убывал, пока почти не пропал. Тогда же начались настоящие проблемы.

—НЕТ! –крикнул другой всадник, который, только подъехав к пропадающему в пучине безысходности товарищу, на ходу спрыгнул к лошади, схватившись за утопающее тело своего друга.

Он попытался со всей своей огромной силой вытянуть его за руку, но вместо этого вырвал конечность с корнем: вместо человеческой руки уже всё её содержимое было частью тьмы. Но, как мы в ту же секунду узнали, чувства не пропадают.

—А-А-А-А-А-А! –заглушая всеобщее сердцебиение, утопающий во тьме парень издал истошный предсмертный крик, прерванный на заглатывание поглощающей его субстанции, которая в какой-то момент настолько заполнила его, что крик экранировал в простые всхлипывания.

Второму всаднику не удалось его спасти, а вот теперь спастись самому может быть проблематичным.

Оставшиеся двенадцать всадников, вместо того чтобы проталкивать противника дальше, теперь должны были отбиваться круговым заездом от наступающих теней, которые не ждали окончания этой драмы, а безостановочно наступали. Могло показаться, что потеря двух солдат незначительна, но для этого отряда потеря даже одного солдата могла значить полную смену стратегии. Если четырнадцать лошадей полностью перекрывали дорогу каньона и могли безостановочно толкать теней, то теперь их могли окружить и уничтожить, стоит ещё хоть кому-то ошибиться.

Они ожидали подступа наземных войск, которые уже успели сократить упущенное расстояние.

Ещё один истошный, но на этот раз звериный крик окрасил палитру звуков: лошадь второго рыцаря, неспособная самостоятельно защищаться от такого количества нежити, была смята в считанные секунды, тем самым тени наверстали упущенное преимущество.

—Готовьтесь к сражению, по моему сигналу нападайте! –подняв саблю вверх, я доложила своему отряду о грядущей битве. –Именем клинка и щита.

—Именем клинка и щита! –в одночасье ответили мне.

Немного ударив ногой по своей лошади, я быстро промчалась в сторону фронта. По бокам каньона, где я и проезжала, были видны трещины горы, которая безостановочно трескалась то-ли от уже нанесённых повреждений, то-ли под напором теневых гигантов, которые скрылись за ней, но густая тьма продолжала пропитывать гору.

Сократив расстояние между моим отрядом и фронтом, я смогла воочию увидеть происходящую мясорубку вблизи.

Теней уничтожили одну за другой, но напор тёмных «демонов» только увеличивался. Кавалерия продолжала удачно сдерживать их наплыв быстрым построением «кругооборот», в котором конница кружила по каньону, безостановочно наносят противникам различные массивные атаки. Они кружили конкретно вокруг рыцаря, которые также сражался против тварей, которым посчастливилось залезть в лошадиный круг. Но вечно это продолжаться не могло.

—Солдаты, не спать! –крикнула я фронтовикам на ходу, тем самым предзнаменуя им будущее.

После этого, выдохнув, я с новой скоростью помчалась в сторону кавалерии, буквально вклинившись сквозь их окружение внутрь.

—Запрыгивай, горе луковое. –властно крикнула я.

Рыцарь не задавал лишних вопросов, а сразу запрыгнул на мою «одолженную» лошадку, которая от рыцаря-тяжеловеса недовольно фыркнула, но бежать всё ещё могла.

—Зигвард, отбой, перегруппировка! –крикнула я пролетающим вокруг нас кавалеристам.

—…Законченный кругооборот, Джеймс, Нигнель, сопровождайте нашу парочку! –секунду раздумий и генерал отдал своим подчиненным приказ, исполнение которого последовало мгновенно.

Теперь всадники делали свой последний и наиболее мощный круг по каньону. Замедляясь, они вместо быстрого побега напоследок наносили по несколько мощных размашистых ударов, тем самым отталкивая теней хотя бы на полметра, но назад. Мы в этом построении должны последними уходить с фронтовой. В такой стратегии от каждого предыдущего всадника зависела судьба последующего. Однако, когда все рыцари закончили круговую, откинув теней на сущие три метра и настала наша очередь, стояло нам тронуться с места, как в противоположную нам сторону выбежало два всадника, которые нанесли финальный удар по врагу, тем самым окончательно защитив нас. Наехав на подбегающих теней, всадники тут же сделали резкий поворот в разные стороны, оставив после себя клубы пыли.

И всё же, враг не остановился, а скорее даже с новой силой атаковал защитную пехоту. Мы с Зигвардом и рыцарем на моей лошади в тоже время направились назад, в сторону моего отряда. Тут было поспокойнее, знаете ли.

—Что случилось? –нетерпеливо спросил Зигвард, пока я, остановившись, высадила рыцаря на землю.

—Нужно сворачиваться, мы тут просто головы сложим. –констатируя факт выдала я, в ответ на что сердце Зигварда скакнуло высоко вверх.

—Будто бы мы этого не знаем!.. –с долей злобы сказал он, решив, что последующие переговоры со мной будут простой растратой времени. –Нигнель, доложи всем остальным. Три минуты отдыха и на новый заход, ещё раз попробуем их прода–

—Да просто посмотри! –оскорбленная таким ответом, я саблей указала в сторону нашего лагеря. –Они перестраивают войска, чтобы атаковать снаружи, значит что-то пошло не так.

Присмотревшись к обратному концу карьера у генерала челюсть отвисла: добрую часть солдат уже эвакуировали с карьера.

—Приходили глашатаи?.. –вернувшись к моим словам, Зигвард пытался вспомнить, чтобы я говорила об этом.

—В том и дела, что хер они на нас положили. –констатировала я, как в ту же секунду моё сердце замерло–

БАМ

Над нашими головами пролетел огромный чёрный клубок отвратительно слепленных тел. Он с грохотом рухнул в метрах двадцати от меня, моментально лишив жизни почти пятнадцать сердец седьмого отряда, стоявшего позади нас. Они не просто были убиты, а их заживо раздавило этим комом, да так, что сердца их, как и тела, были кровавой лужей расплющены по карьеру. Но на том проблемы не кончились.

—…Бегите отсюда, объединитесь с основной кавалерией и готовьтесь принимать гостей! –крикнула я, пока сама повернулась в сторону врага.

—А ты что собираешься делать? –с полукриком спросил Зигвард, решив всё-таки поберечь своих людей.

Быть может, он бы в таком случае пустил в бегство и пехотную часть третьего и четвертого отрядов, но сделать это было уже невозможно.

—Помогу их задержать. –коротко сказала я, поправив свою рыжую чёлку.

Больше мы друг другу ничего не сказали, но по пути на фронтовую я повернулась к своему отряду, который всё ещё не вступил в битву, и подала им и соседним частям отходить. Часть солдат не сразу последовало приказу, но это были уже не мои проблемы.

Спрыгнув с лошади, я пешком пробежала несколько метров до творящегося непосредственно на фронтовой ада.

Сражавшиеся на передовой солдаты дрались не с каким-то похожим на них врагом: они щитами и клинками отбивали орды бесстрашной нежити, которая пёрла и пёрла секунду за секундой, и останавливаться ой как не хотела.

—Я не чувствую ваших сердец, но… –про себя сказала я, взяв саблю покрепче.

Стояло моей ноге оказаться непосредственно перед человекообразными тенями, как первая пачка из десяти врагов превратилась в бесформенную жижу на земле.

Впервые за последнюю минуту рыцари передовой смогли выдохнуть больше чем на секунду, ведь с ещё одним моим шагом, следующая десятка теней была уничтожена точными разрезами тела пополам. И ещё, и ещё, как бы они не старались, такими пачками теней они не могли противопоставить мне хоть что-то.

А почему? Ну, во-первых, когда даже такое существо перерезают пополам добротной саблей, хошь-не-хошь, а умирать приходится. А во-вторых, скажем так, они связались не совсем с обычным рыцарем.

И тут я бы буквально на мгновение отвлеклась бы на себя любимую. Из всевозможных преимуществ бытия «генералом» в таких королевствах, у меня не открылся дар предугадывать действия противника на года вперёд, супер-силы поднимать горы тоже. Даже крутых фиолетовых глаз. Однако и совсем уж слабачкой я не была. Благодаря своему «дару», я с детства видела и вижу до сих пор сердца других людей и нелюдей. Я их чувствую, а вместе с непростой жизнью я благодаря им научилась бить так, чтобы после удара никто не смог встать дважды. И благодаря магии, которой меня обучили в королевстве, я смогла конвертировать свой небольшой запас сил в одноминутную способность, которой дали довольно постыдное название: «Танец тысячи сердец», сокращенно ТТС.

—Перегруппируйтесь, мы тут не задержимся! –громко крикнула я, попутно отпрыгнув от теней на один шаг.

Прошло меньше двадцати секунд с того момента, как я воспользовалась ТТС, а усталость от постоянных движений рукой уже дала о себе знать. Мир для меня стал очень медленным, а я для мира стала непростительно быстрой. Так что и передышка заняла не больше двух секунд, прежде чем я снова не ринулась перерезать толпы теней, которые не успевали приблизиться ко мне. Параллельно с этим я периодически оглядывалась на отступающих рыцарей, проверяя обстановку.

Обстрел гигантов не закончился одним брошенным снарядом, так что периодически на отступающую армию прыгали комы тьмы, которые давили одних людей и преграждали пути отступления другим, ведь эти комы не просто лежали на земле, а разлагались на отдельную кучку теней, с которыми также приходилось сражаться.

Но то были, опять же, не моего ума дело и не мои проблемы. Моей главной проблемой оставалось одно: возможность профукать главный момент, в котором моя способность подходит к концу. Это было довольно просто, так как в ту же секунду, как Танец Сердец прекратится, я потеряю своё «ускорение» и в одиночку смогу сдержать разве что десяток теней, но уж точно не наступающую на меня тысячу. А жить-то всегда хочется, поэтому вместе с нарезанием шашлыка из сотен наступающих врагов, я считала каждую пройденную мною секунду, учитывая поправку на замедление собственного восприятия времени.

Мышцы начали пульсировать, а вены на руках вздулись. Хоть я и чувствовала прилив сил, но было это уж точно временно: с каждой секундой моё тело держалось всё слабее, но я хотела продержаться хотя бы пятьдесят секунд, чтобы со спокойной душой БЕЖАТЬ СО ВСЕХ НОГ.

На сорок пятой секунде я уже ощущала дрожь в руках и даже чуть не выпустила саблю из правой руки, когда в той началась судорога. Но я чувствовала, что могла продержать ещё какое-то время, как вдруг–

БАМ

Прозвучавший буквально в десятке метров от меня взрыв был для меня одновременно неожиданностью и данностью: я периферийным зрением заметила приближающийся к земле огненный шар, но вот сделать с ним хоть что-то я уже не могла.

Ударная волна и сам взрыв почти меня не задели, в отличие от теней вокруг меня, но от одного звука, переглушившего все окружающие меня пульсы, вызывал небольшой панический приступ, который в голове моей кричал одну лишь вещь:

СМАТЫВАЙСЯ

Так я и сделала, ведь звуком этим был громкий треск у основания одной из горы, которая в то же мгновение начала медленно, но уверенно спускаться вниз. Неизвестно, какие усилия были использованы для этого разлома, но остановить его уже никто не мог.

Нанеся последние два удара по оставшимся рядом со мной тварям, я сию же секунду развернулась, со всей мочи побежав в сторону лошади, которая, слава богам, не успела далеко убежать.

Благодаря Танцу Сердец я смогла относительно просто догнать её, после чего настала самая проблематичная часть этого шоу: выжить.

Так как ехала я на лошади, то Танец Сердец никак уже мне не помогал, поэтому, отключив тратившую энергию способность, я начала со всей дури бежать вперёд, подгоняемая отвратительными всхлипывания теневых солдат, которые, раздавливая друг друга, бежали за нами вслед.

Падающая гора была бы небольшой преградой, если бы среди нас были маги, способные совместными усилиями остановить падающие сверху обломки. На то изначально и был расчёт, но, честно сказать, чёт нихрена я этих магов не видела. Они либо сбежали с горы над нами, так как разваливалась сначала только одна гора, но из-за её коллапса начала трескаться и вторая, либо их всех там сверху поубивали. Но сердец там я уже почти не слышала.

Но резким поворотом вправо я спасла себя и лошадь свою от неминуемой гибели: на нас падал какой-то бедолага, которого пришили сверху. Я смогла почувствовать его из-за остаточного сердцебиения, которое продолжается какое-то время после смерти тела.

Падающие обломки, орда монстров за спиной, убегающие рыцари, часть из которых умирала от любого из возможных факторов, романтика, в общем-с.

Мы с лошадью, впрочем, тоже не стальные были. Мне оставалось только молиться удаче, что на нас не рухнет какая-нибудь глыба, которая всё же могла упасть в любую секунду.

Один раз так и случилось: отколовшийся от основной горы валун упал метрах в сорока позади меня, издав неповторимый трескающийся звук. Размеры валуна не полностью перекрывали каньон, но времени обходить его не было, так что оставшиеся по ту сторону тридцать сердец встали перед волевым выбором: часть из рыцарей начала отбивать наступающих теней, пока десяток солдат перебрались через валун. А уж что дальше стало с этими сердцами говорить я вам не буду.

Пот рекой стекал по моему лбу, а по прерывистым выдохам своей лошади я чувствовала, что не только мне в этой ситуации тяжело.

До свободы осталось чуть больше двухсот метров, расстояние буквально на зубок. Но и до меня, и после ещё сотни солдат в своём темпе шли туда, а гора неумолимо разрушалась…

Выходящие из каньона солдаты быстро скрывались из виду, но одна появившаяся мне на встречу фигура в миг рассеяле мои страхи о собственной кончине, хотя вот о солдатах позади я всё-таки волновалась поболее, потому что «божьи руки» могут до них не дотянуться.

Ярко-голубые глаза сверкнули сквозь угасающий закат, который превращался в сумеречное тёмно-синее небо.

Гора над нами уже окончательно начала падать, клубы пыли стали подниматься вверх, а находящихся в каньоне солдат уже ничего не могло спасти.

Ничего, кроме принцессы! Принцессы и кучки других магов, которые, одним своим желанием и магией, буквально остановили добрую часть горы висеть в небе, тем самым остановив повсеместное разрушение породы. Каждый обломок, на который был использован телекинез, покрывался голубым свечением.

Тьма уже наступала нам в пятки, но солдаты всё-таки выбегали из каньона, веря в надежду выжить.

Буквально вылетев пулей из каньона, я пробежала рядом с шестью магами (Мерри была во главе), которые нас и спасли.

Мерри выглядела как никогда бодро: её волнистые волосы приподнимались в воздухе, а подняв свою правую руку в сторону сдерживаемых объектов, она была полностью сконцентрирована на деле. Но проезжая рядом я заметила, что метка позора на её левой руке не просто подсвечивалась, а планомерно горела красным пламенем, не позволяя девушке пользоваться своей силой на полную.

—С меня кружка эля! –прокричав по пути, я заметила ухмылку на лице девушки.

От магов я отбежала не далеко, потому что сражение на этом пришло даже не к своей середине. Но уже сейчас, спрыгнув с лошади, я плюхнулась на землю, выдыхая от усталости. Похожие со мной чувства испытывали другие солдаты, выбегающие из чёртовой впадины.

Армия тьмы уже была видна столь же отчётливо, что и во время начала нашего сражения. Они неумолимо подходили к концу каньона, что могло значить для нас новый этап сражения.

Но стояло последнему живому солдату буквально на четвереньках выбежать из впадины, как Мерри вместе со своими помощниками с характерным криком и, видимо, усилиями, достойными почтения, подняли все свои руки вверх, прокричав в один голос:

—ТЕЛЕНРУДЕЛЬ!

После чего, резко опустив руки, они с оглушающим грохотом всучили падающую гору прямо на армию неприятеля.

По всей округе поднялась буквально пыльная буря, которая быстро захватывала всё вокруг. Прикрыв лицо камзолом, я пережидала пыль, сидя на попе ровно. В моих ушах звенело всё, что только можно было: оглушение от разрушения горы, постоянно прерывающийся пульс ТЫСЯЧ людей и пульс моей собственной головы, которая в висках била по мне сильнее собственного сердца.

Железистый вкус крови успел за мою недолгую битву пропитать мою глотку, пока я только смогла почувствовать свои онемевшие руки, в которых я до сих пор держала верную саблю, которая хорошенько затупилась от всей пролитой ею крови.