Глава 15: Женщина, которая ненавидела её (3).

Тёплый солнечный свет струился в комнату. Наслаждаясь им, Килианериса неторопливо потягивала чай. Она выглядела предельно расслабленной. Лериан же не могла позволить себе того же. Поэтому она не решалась даже пригубить чай или попробовать печенье, которое предложила Килианериса.

Откуда ей знать, что в них содержится, не говоря уже о том, чтобы это есть?

Лериан понятия не имела, что та, чёрт возьми, задумала.

«Неужели она собирается запустить в меня чашкой, делая вид, что это просто чаепитие?»

Учитывая её обычное поведение, это предположение было вполне вероятным. Чай был не слишком горячим, но достаточно тёплым, чтобы обжечь нежную кожу. Лериан, вспомнив свою собственную неловкость с горячим чаем в прошлом, невольно сглотнула. Килианериса, многозначительно смотревшая на неё, протянула руку к чашке, которую только что поставила.

Лериан вздрогнула.

Когда чашка поднялась вместе с рукой, Лериан непроизвольно затрепетала. Она крепко сжала обе руки под столом, готовясь к любой неожиданности, и плотно зажмурилась. Однако не последовало ни атаки горячим чаем, ни чего-либо подобного, чего она ожидала.

Когда она осторожно открыла глаза, почувствовала, что взгляд Килианерисы пристально устремлён на неё. Лериан, ощущая некоторое смущение, нервно теребила ручку чашки. Она поняла, что накрутила себя, и на этот раз это действительно было, похоже, искренним приглашением на чай.

«Может, она хочет извиниться?»

Несмотря на то, что она достаточно хорошо знала её характер, чтобы понимать: это маловероятно, Лериан не могла не почувствовать толику надежды при этом необычном приглашении на чай. Она размышляла о возможных причинах, по которым Килианериса вызвала её, и её любопытство разгоралось. Пока Лериан гадала о цели этого приглашения, Килианериса наконец заговорила.

– Не желаешь ли заключить со мной пари?

Это было неожиданное предложение. Лериан, всё ещё теребившая чашку, подняла голову и широко раскрыла глаза.

– Что?

На лице Килианерисы застыла решимость, какой Лериан никогда прежде не видела. При этом она инстинктивно почувствовала страх.

– Как насчёт игры с высокой ставкой – на жизнь?

«Игры?»

Лериан беззвучно повторила про себя слова Килианерисы. Однако столь внезапное заявление поставило её в тупик, не давая уловить скрытый смысл.

– Та, кто выиграет пари, получит Императора.

Глаза Лериан сузились. Леонард не был какой-то вещью, которую можно выиграть. Неужели она и вправду предлагает решить с помощью пари, кому из них он достанется? Эта мысль казалась ей совершенно абсурдной. У неё не было ни малейшего желания участвовать в столь бессмысленном состязании.

Однако если она откажется, могут быть непредвиденные последствия. Она осторожно спросила:

– …Что случится, если я проиграю?

– Ну, как ты думаешь?

Килианериса ответила загадочной улыбкой, в голосе её звучали насмешливые нотки, отчего Лериан стало ещё тревожнее.

– Ну как, согласна? Или нет?

Разве у неё был выбор? Нет, вероятно, нет. Лериан оставалось лишь молча закусить губу. Раз пари предложила Килианериса, было очевидно, что оно будет невыгодно для неё. За короткое мгновение в её голове пронеслось множество мыслей.

«А что, если… Что, если я выиграю?»

Означало ли бы это, что Килианериса больше не будет вмешиваться в их с Леонардом отношения?

Смогла бы Лериан наконец любить Леонарда всецело, как любая другая жена любит своего мужа?

Лериан сглотнула пересохшим горлом. Это было тем, о чём она мечтала всю жизнь.

«Но…»

Раньше она не могла этого представить, но теперь Леонард был её жизнью, её смыслом существования. Она не могла даже вообразить жизнь без него.

Однако Лериан знала: её шансы выиграть пари у Килианерисы были ничтожно малы. Поставить на этот крошечный шанс всю свою жизнь было для неё слишком страшно.

Даже при всей неопределённости её нынешнего положения она могла жить относительно довольной своей жизнью. Лериан хорошо знала свои пределы.

Килианериса, так и не получив ответа, насмешливо произнесла:

– Если не согласишься, ты проиграешь. Я сделаю всё возможное, чтобы заполучить Императора, а ты больше никогда не ступишь во дворец.

От слов Килианерисы по спине Лериан пробежал холодок — леденящий и одновременно вызывающий ярость. Почему она должна это выслушивать? Пальцы крепче сжали чашку, словно пытаясь подавить поднимающийся гнев, но фарфор был слишком тонок, чтобы унять дрожь, охватившую руку.

Нет, это был не гнев. Это был страх. Килианериса вполне была способна привести свою угрозу в исполнение. К тому же Лериан не доверяла Леонарду. Поэтому её страх лишь усилился.

– Могу ли я перед тем, как решить, услышать условия?

Несмотря на попытки выглядеть бесстрашной, она не смогла скрыть испуганный, дрожащий голос. Килианериса ответила ей расслабленной улыбкой.

– Конечно, не торопись. Когда услышишь, тебе, наверное, трудно будет отказаться.

Почему она не сможет отказаться? Что она имела в виду? Что у нее не останется выбора? Не зная, что последует дальше, Лериан сидела напряжённо согнувшись, в ожидании. Килианериса же, напротив, выглядела совершенно беззаботно. Она неторопливо отпила чай, прежде чем заговорить.

– Ты, наверное, знаешь, но я не из тех, кто настолько великодушна, чтобы делиться своим с кем-то другим. Так что в нынешнем положении в наших отношениях ничего существенно не изменится. Я навсегда останусь Императрицей. Однако у меня нет ни малейшего желания делить своего мужчину с кем бы то ни было. Полагаю, ты чувствуешь то же самое?

Слова прозвучали прямо и резко, однако Лериан не ответила. Килианериса, казалось, и не ждала ответа:

– Пусти слух, что ты ждёшь ребёнка, во дворце.

– Что?

Ребёнка?

– Причём так, чтобы все знали… Ах, не волнуйся. Я позабочусь об этом. Тебе лишь нужно сказать Императору, что ты беременна.

– …Разве это не преступление?

Будь она простолюдинкой, ложь, возможно, и сошла бы ей с рук, но утверждать, что носишь под сердцем наследника императора – это далеко не обычный обман. По законам империи такое считалось тяжким преступлением.

– Преступление?

Килианериса, смотревшая на напряжённое лицо Лериан, внезапно расхохоталась. Затем доверительным шёпотом произнесла:

– Это не преступление, если никто не узнает.

– Но…

– Тсс. Я ещё не закончила. Когда слух распространится, он в конце концов дойдёт и до меня, верно? Когда это случится, я, ослеплённая ревностью, подам тебе чашку с отравленным чаем.

Она говорила так, словно пересказывала старую сказку, словно это была не её собственная история. Однако смысл, скрытый в этих словах, был безжалостно мрачен.

– От выпитого яда у тебя случится выкидыш. Если это произойдёт, мне не избежать наказания за причинение вреда королевскому наследнику.

Лериан не могла вымолвить ни слова. Она не понимала, зачем Килианериса рассказывает ей это. Она не могла даже осознать всё.