День похорон был торжественным и величественным. Несмотря на ужасную погоду, под дождём отчётливо звучали элегические песнопения*. Это был хороший день, чтобы посмеяться над смертью герцогини, предавшей своего мужа.

(прим.ред. Элегия — лирический жанр, стихотворение, в котором основное настроение — настроение печали, задумчивой грусти).

Когда песнопения закончились, священник вышел вперёд, дабы прочесть молитву.

БАХ!

Дверь похоронного бюро грохнула, когда её с силой толкнули в стену.

— О Боже!

— Кто вы?!

Причиной шума стал муж покойной герцогини — Дехарт Инвернесс, герцог Северного государства. Он выглядел крайне разъярённым, проходя мимо зрителей прямо к гробу. В зале воцарилась тишина, и все почувствовали себя неловко, словно происходящее вовсе не должно их касаться.

— Разве он не говорил, что не сможет присутствовать?

— Что это, чёрт возьми...?

Через некоторое время шёпот зрителей затих, и в гроб заглянуло очень бледное лицо Дехарта.

— ...Нелепо.

Его голос был полон страдания и горечи утраты. В его глазах была огромная печаль.

— Это не может быть правдой... Ты... действительно...

Дехарт закрыл лицо обеими руками.

У меня нет другого выбора, кроме как принять то, что я так тщательно пытался отрицать, направляясь сюда. Жена, которую я всегда любил и презирал, действительно мертва.

— Себелия...

В гробу, с безмятежным лицом лежало тело его жены. Дехарт остался один.

Дехарт неосознанно опустился на колени перед гробом.

— Нет. Я не могу позволить тебе оставить меня вот так.

Он только недавно начал узнавать Себелию, но её уже не было рядом с ним. В его отсутствие она, должно быть, мучилась в агонии, пока наконец не поддалась смерти.

— Себелия... Нет... Пожалуйста... Нет...

Теперь у него уже не было возможности попросить у неё прощения.

Его переполняло сожаление.

***

[Прошлое]

В особняке Инвернесса, гордо возвышавшемся на холме Хилленд, несмотря на зловещую репутацию, слышался лишь беззаботный щебет птиц.

Себелия неподвижно стояла перед оранжереей особняка.

Он был похож на плотную паутину.

В какой-то момент Себелии стало казаться, что особняк действительно

так выглядит. Как паутина, он крепко держал её, медленно пожирая.

Наверное, я где-то ошиблась с выбором.

Как раз в этот момент дворецкий грубо окликнул Себелию и прервал ход её мыслей:

— Вам будет тяжко, если попадётесь герцогу в таком виде. Идите за мной.

Дворецкий, носивший монокль, взглянул на часы и резко повернулся. Он как будто ожидал, что Себелия последует за ним, как дитя.

Это было очень невежливо по отношению к Себелии, ведь она была герцогиней. Хоть он и не повысил голоса, она знала, что с его грубым отношением ничего нельзя поделать. Это ничем не отличалось от отношения к ней её мужа, который большую часть времени проводил в оранжерее.

Она терпела это постоянно, ещё до замужества. Поэтому она принимала это как должное. Но, судя по всему, ничего не меняется.

В глазах многих это был вынужденный брак между герцогом и незаконнорожденным ребёнком, лица которого никогда не видели представители общественности.

На самом же деле это был политический брак, которого её покойный отец добивался во имя гармонии с политическим противником.

С моей стороны было глупо ожидать хорошего обращения, и дело не в том, что я ненавижу своего мужа.

Однако...

Однако я хотела любить тебя.

Я хотела любить и быть любимой тобой. Вот почему я так старалась это терпеть. Но даже это выглядело как попытка предать тебя.

Себелия горько улыбнулась, вздохнула и стряхнула пыль с одежды.

Но сегодня это будет в последний раз.

— Вы уже уходите?

Дворецкий нахмурился. На его лице было написано неодобрение. Себелия проигнорировала его и взялась за ручку двери.

— Мадам, это будет невежливо...

Дворецкий, как всегда, собирался дать ей «совет».

Однако вместо того, чтобы промолчать, как обычно, Себелия ответила:

— И что с того? Вы собираетесь учить меня манерам?

— Мадам!

Дворецкий в гневе уставился на неё, и это её удивило. Его глаза были льдисто-голубыми и вызывали мурашки - как у мертвеца.

— Что?..

Прислуга неосознанно отпрянул назад. Себелия бросила на него сухой взгляд и вышла за дверь.

— Я бы хотела сопровождать своего мужа в его сегодняшнем хобби, - твёрдо сказала Себелия, глядя на ошарашенного дворецкого.

— Вы не обязаны меня ждать. Вернитесь в особняк.

Затем Себелия закрыла за собой дверь стеклянной оранжереи.

— Ах...

В воздухе витал невыносимо сладкий аромат, заставивший Себелию замолчать. Медленно пройдя дальше по оранжерее, Себелия заметила среди кустовых роз своего мужа. Несмотря на хладность его облика, он был воистину красив. У него были золотистые глаза и чёрные волосы. Он был похож на величественную статую.

— Не припомню, чтобы я приглашал вас в дом.

Чик.

Раздался резкий щелчок ножниц, когда он подрезал розы. Тёмные, пронизывающие золотистые глаза смотрели на неё, как на нежелательную тень.

— Себелия.

Губы, выглядевшие идеально скульптурными, шевельнулись и произнесли её имя. Хотя уголки его рта слегка изогнулись кверху, это была вовсе не улыбка. Он всегда был равнодушен к её присутствию.

Это был Дехарт, проклятый наследник рода Инвернессов.

И мой муж, который отталкивает меня и презирает.

Себелия смотрела на него так, словно видела его последний раз в жизни.

Если бы кому-то понадобилось место, где можно было бы сохранить свою душу, то это было бы последнее место, о котором стоило бы подумать...

Холодный голос прозвучал в её ушах. Себелия резко тряхнула головой, чтобы избавиться от этого голоса.

— Я не понимаю, почему вы здесь.

Когда Себелия пришла в себя, Дехарт смотрел на неё тем же равнодушным, бесстрастным взглядом, что и всегда.

— Я жду объяснение.

Несмотря на отсутствие эмоций в его голосе, в нем чувствовалась скрытая сила, которая требовала от неё ответа. Себелия медленно вдохнула.

— Я здесь, чтобы поговорить с вами.

Мужчина закрыл глаза и вздохнул. Затем он отбросил ножницы так, будто они причиняли ему боль. В оранжерее раздался громкий неприятный звон, когда металл рухнул на стол.

— Надеюсь, это стоит того, чтобы тратить моё драгоценное время.

Дехарт снял перчатки и отбросил их в сторону, продолжая пристально смотреть на Себелию.

— Я слушаю вас.

Голова мужчины была слегка приподнята в высокомерной манере. Пока Дехарт смотрел на Себелию, она услышала голос.

«Не будьте такой же жалкой, как в прошлый раз».

На это знакомое предупреждение Себелия улыбнулась несколько загадочно. Однако это была не та улыбка, в которой, как обычно, сквозили отказ и покорность. Это улыбка, казалось, действительно забавляла ее.

Заметив разницу, глаза Дехарта на мгновение расширились от удивления, а затем снова сузились. В его глазах читалась неуверенность.

— Что?..

Он почувствовал странное ощущение дискомфорта в области затылка. Обычно Себелия вела себя взволнованно и пыталась приблизиться к нему, когда он вел себя холодно по отношению к ней.

Однако сегодня всё было иначе. С едва заметной улыбкой на лице она смотрела на него с безразличием.

Дехарт вытер пот, выступивший на лице, и отвернулся. По его телу пробежала волна неприязни. Нет, не совсем неприязни. Но что-то другое, чему он никак не мог найти объяснение.

Ощущение длилось лишь мгновение.

Как всегда, Дехарт ответил с сарказмом.

— Вы здесь, чтобы снова собирать у меня информацию для своей семьи? Если это не так, то вам незачем меня искать.

Хотя он выглядел безразличным, слова, вырвавшиеся из его уст, были холодными и обидными.

Раньше я бы молилась изо всех сил, чтобы он не был таким озлобленным и подозрительным по отношению ко мне.

Он никогда не поверит мне, что бы я ни сказала.

Это случалось уже бесчисленное количество раз.

Себелия подавила усталый вздох. К счастью, моё сердце настолько закалилось, что больше не болит из-за таких вещей.

Да, поэтому я и умру.

Придя в себя, Себелия подняла вопрос, который привел её в оранжерею.

— Вообще-то я пришла сюда, чтобы спросить, можно ли мне уйти на день позже.

— Глупости. Так вот о чем вы хотели поговорить? — Дехарт усмехнулся, как будто то, что она сказала, было за гранью абсурда.

— Я подумал, что, приехав в этот раз с опозданием, ваш отец, в свою очередь, извлечёт из этого пользу.

Он беспечно возился с розами, разложенными на столе. Один из острых шипов уколол ему палец.

— Я не это имела в виду.

Если бы это было раньше, она бы легко сдалась и ушла. Но вместо того, чтобы уступить, Себелия подошла к нему с невозмутимым лицом.

— Завтра годовщина нашей свадьбы.

На это Дехарт лишь молча посмотрел на неё.

— Я знаю, что ты не помнишь о таком незначительном событии. Я не виню тебя. Я просто хочу побыть с тобой один-единственный раз... Я хочу сказать... — Себелия была прервана Дехартом.

— Это повод для праздника? — на лице Дехарта появилось холодное выражение.

Себелия растерялась.

— А... Так вот как вы на это смотрите...

В глазах Дехарта мелькнул гнев. Кровь капала, шипы роз впивались в его плоть, когда он крепко сжимал руку.

— Даже если у вас было достойное воспитание, у незаконнорожденного ребёнка маркиза мало шансов выйти замуж за герцога.

Дехарт холодно посмотрел на нее.

Себелия молча смотрела на него, ничем не выдавая своих эмоций.

— ...Вы не меняетесь.

С самого начала в их браке не было любви. Это был брак, установленный их предшественниками. Именно из-за своей старшей сестры, Нелии, Себелия вышла замуж за герцога. Этот брак был союзом без любви и понимания. Хуже того, Дехарт считал Себелию бельмом на глазу.

«Я держу при себе лишь полезных людей».

Это были первые слова человека, в которого Себелия влюбилась с первого взгляда.

"Мне хотелось бы верить, что вы именно такой человек".

"Надеюсь, что вы не обманете моих ожиданий, жена".

Себелия, склонявшаяся к мысли о браке с ним, была потрясена. Дехарт, напротив, не имел такой склонности. Хотя это был политический брак, Себелия надеялась, что со временем с помощью усилий отношения между ними улучшатся.

Однако таких сказочных концов не бывает.

Все уже было предрешено от начала и до конца.

«Он был человеком, который никогда не собирался меня любить, а я была настолько глупа, что хотела быть любимой им».

С горькой улыбкой на губах Себелия заговорила ясным голосом.

— Я всегда хотела спросить вас об одном.

— Я удивлён, что вам ещё есть что сказать. Как необычно.

— Вы бы вели себя так же, будь на моём месте Нелия?

Дехарт нахмурился при внезапном упоминании этого имени.

Нелия Веден.

Она была сводной сестрой Себелии — второй дочерью маркиза Веден, врага герцогства Инвернесс.

— Если бы это была моя сестра, разве вы были бы с ней вместе в годовщину вашей свадьбы? — спокойно спросила Себелия, убирая прядь своих золотистых волос. Казалось, она уже знала ответ. Её предсказания никогда не ошибались.

— Нет.

Холодный, как северный ветер, голос констатировал факт.

— Если бы я мог, я бы хотел увидеть кровь, текущую из каждого члена семьи Веденов.

На лице Себелии появилось странное выражение. Это была не улыбка и не хмурый взгляд.

Лицо Дехарта побледнело, но Себелия была слишком отвлечена бушующими в ней эмоциями, чтобы обращать на это внимание. Сделав глубокий вдох, она закрыла глаза.

Это облегчение.

Потому что я не единственная, кого ты презираешь.

В тот момент, когда он сказал, что ненавидит всех, кто принадлежит к роду Веден, Себелия почувствовала, что с её плеч свалилась тяжесть.

Может быть, это потому, что я скоро умру?

Впервые я чувствую себя так... странно...

— Вы всё сказали?

Себелия улыбнулась своему мужу, который в свою очередь нахмурился.

— Простите, что отнимаю у вас время из-за пустяка.

Не дожидаясь ответа, Себелия стремительно покинула оранжерею и направилась в свою комнату. Она даже не удостоила взглядом дворецкого, который смотрел на неё со странным выражением лица.

Войдя в свою комнату, Себелия заперла дверь и направилась в самый холодный и темный угол комнаты - туда не проникали даже малейшие солнечные лучи. Затем она закусила нижнюю губу, словно ожидая чего-то.

— Кхак...Кх...

Кашель.

Присев в углу в одиночестве, она вытерла кровь со рта.

«Самое большее, что у вас есть, это 6 месяцев».

Себелия вспомнила слова врача, который проводил тайный осмотр. Она вспомнила, как улыбнулась его непоколебимому поведению.

«Это радует. По крайней мере, если я умру, вы всегда останетесь прежним».

С умиротворенным выражением лица Себелия достала сумку, спрятанную далеко под кроватью.