С отчетливым звучанием струн, Инин выпучила глаза от удивления: “Принцесса, это... это не уместно... я думаю…”

“Я делаю все это ради блага Поместья Принца Цзина. Даже если когда-нибудь это будет раскрыто, они будут только благодарны мне...” Цинь Юйянь высокомерно сказала.

Но Инин выглядела довольно обеспокоенной: “Но…”

“Никаких но! Утонуть или плыть все зависит от этого плана! Я возлагаю на тебя все свои надежды. Не подведи меня.” Прервала ее Цинь Юйянь. И то, как Цинь Юйянь смотрела на Инин, было немного жутковато, отчего у той по спине пробежал озноб. Она тут же опустила голову.

“Повинуюсь!” Инин вздохнула в своем сердце и поспешно удалилась, поклонившись принцессе…

Наблюдая, как постепенно исчезает ее фигура, Цинь Юйянь скривила губы: ‘Старший Принц Цзин единственный человек, принимающий решения в Поместье Принца Цзина. Он благоволит к Мужун Сюэ, но ненавидит меня. Так что даже если я нравлюсь Старшей Супруге Цзин, у меня все равно нет ни шанса выйти замуж за Ичэня в качестве первой жены.

Ичэнь принадлежит только мне. Я не отдам его никому другому. Поэтому я устроила ловушку, чтобы люди из Поместья Принца Цзина поняли, насколько безнравственная и грязная Мужун Сюэ, как она раздражает, а также дала им понять, что я самая подходящая первая жена Принца Цзина!’

На следующее утро было солнечно. Легкий золотистый солнечный свет светил на старинные карнизы, расцветая своеобразным теплым, желтым ореолом, с непередаваемым чувством прекрасного.

Старший Принц Цзин, Старшая Супруга Цзин и Е Ичэнь неторопливо завтракали, сидя за столом.

Хрустящие пирожные с сахарной розой, мягкие золотистые пудинги поддерживающие ци, необычайные пирожные... фиолетоая рисовая каша, каша восьми сокровищ, отвар из тыквы, черная рисовая каша... весь стол был заполнен едой, и от этого запаха слюнки текли.

У Старшего Принца Цзина не было аппетита, поэтому он отложил палочки для еды, немного поев. Затем он повернулся к Е Ичэню: “У тебя имеются какие-нибудь планы на сегодня?”

“Дела в военных лагерях проводятся рано утром. Так что сейчас я свободен. Ты хочешь мне что-то поручить, отец?” Небрежно ответил Е Ичэнь, подняв голову и глядя на Старшего Принца Цзина.

“По сути ничего серьезного. Но поскольку с твоими должностными обязанностями покончено, тебе лучше пойти в Поместье Маркиза и пообщаться с Сюэ Эр. Вы можете побродить по улицам, наслаждаясь достопримечательностями и, возможно, пообедать в модном ресторане, чтобы укрепить связь между вами...” По его тону можно было заметить, что на самом деле это был приказ.

Е Ичэнь опустил глаза и ничего не сказал.

И тут Старшая Супруга Цзин хмыкнула: “Ичэнь совсем не любит Мужун Сюэ. У них не будет никаких отношений, как бы они ни старались…”

Старший Принц Цзин вытянул длинное лицо и холодно посмотрел на нее: “Я разговаривал с Ичэнем. Не вмешивайся.”

“Но я же не сказала ничего плохого!” Старшая Супруга Цзин бросила палочки для еды на стол и продолжила: “Ичэнь любит Юйянь. Как его отец, почему ты разлучаешь их и напираешь на него строить отношения с женщиной, которая ему не нравится? Почему ты не можешь позволить ему жениться на женщине, которую он любит, и жить счастливо?”

“Кроме этих любовных привязанностей, что еще ты знаешь? А?” Старший Принц Цзин посмотрел на нее и закричал: “Такая женщина, как ты, невежественна и недальновидна! У тебя вообще нет видения…”

Глядя в его сердитые глаза, Старшая Супруга Цзин возразила: “Я недальновидна? Да, у тебя есть видение. Тогда ты лучший в этом во всем мире, ДА?!”

“Ты!” Старший Принц Цзин помрачнел, указывая на нее дрожащим пальцем.

*Пфф*

Его вырвало кровью и он тут же рухнул на пол.

“Отец!” Е Ичэнь прокричал! Спустя мгновение он уже стоял перед Старшим Принцем Цзином. Он попытался поддержать его, быстро достал из кармана пилюлю и сунул ему в рот.

Старший Принц Цзин потерял сознание, а кровь запятнала его бирюзовый халат.

Супруга Цзин испугалась и лишилась разума: “Что... что происходит?”

Е Ичэнь взглянул на нее и вздохнул: “У него случился рецидив из-за крайнего гнева!”

‘Рецидив!?’

Старшая Супруга Цзин подскочила. Старший Принц Цзин был тяжело ранен в прошлом. И каждый раз, когда у него случался рецидив, тот почти отнимал у него половину жизни…

“Я дал ему пилюлю. Отдохнув, он должен поправиться.” Сразу после того, как он договорил произошло неожиданное.

*Пфф*

Старшего Принца Цзина снова вырвало кровью, которая окрасила перед его халата.

Глядя на его бледное лицо, Е Ичэнь запаниковал: “Как такое возможно? Неужели его старый недуг усугубился?”

‘Старый недуг усугубился?’ Старшая Супруга Цзин закричала с округленными глазами: “Императорский лекарь... императорский лекарь... сейчас же позовите императорского лекаря!”

Это было не что-то незначительное! Вскоре прибыл императорский лекарь. Он нахмурил брови, проверив пульс Старшего Принца Цзина.

Сердце Старшей Супруги Цзин тоже поникло: “Лекарь, как он себя чувствует?”Робко спросила она.

Затем императорский лекарь повернулся к Старшей Супруге Цзин и Е Ичэню и повысив голос, сказал: “Леди, Принц, позвольте мне быть откровенным. Старший Принц Цзин все время болеет старым недугом. Ему не стоило ни злиться, ни волноваться. Что вы сделали, что вызвало у него рецидив из-за крайнего гнева?”

Старшая Супруга Цзин заставила себя неловко улыбнуться: ‘Он был в порядке все эти годы в Юньнани и никогда не возвращался. Я подумала, что, возможно, он полностью выздоровел. Кроме того, я хотела защитить своего сына. Поэтому я поспорила с ним. Если бы я знала, что он надломится, я бы никогда не противилась ему и не спорила с ним.’

Немного подумав, Е Ичэнь обратился к Императорскому Лекарю Сунь: “Лекарь, какого состояние моего отца?”

“Позвольте мне быть честным, положение Старшего Принца Цзина настолько серьезно, что я боюсь, что ничего не смогу сделать.” Императорский Лекарь Сунь понизил голос и с некой жалостью ответил.

“Как... как такое возможно?” Старшая Супруга Цзин просто не могла в это поверить: ‘В последние годы он мог даже выжить с серьезными травмами, а теперь лишь старый недуг уже убивает его?’

Императорский Лекарь Сунь тяжело вздохнул: “У Старшего Принца Цзина накануне случился рецидив, и он даже наполовину не оправился, а тут снова рецидив. Это все равно что добавить соли в рану. Даже бог не может спасти его сейчас. Я боюсь…”

Супруга Цзин испуганно спросила: “Лекарь Сунь, пожалуйста, помогите ему. Вы должны спасти ему жизнь…”

Императорский Лекарь Сунь снова глубоко вздохнул: “Моя работа - спасать людей. Но он слишком тяжело ранен. Боюсь, я не в силах спасти его. Мне очень жаль…”

Супруга Цзин отшатнулась назад, а на ее лице была только печаль: ‘Императорский Лекарь Сунь - лучший лекарь Императорской Медицинской Академии. Если даже он не может спасти его, то и никто не сможет…’

Е Ичэнь взглянул на своего побледневшего отца со сложным выражением лица…

В комнате повисла тишина. Печаль охватила всех, кто находился в комнате, заставляя затаить дыхание…

В это время послышался серебристый женский голос: “Я однажды слышала об особом методе, который может сработать…”