Когда мать привела его первый раз, Паша смог “полюбоваться” живописно расписаной какими-то тупыми татуировками жопой. Для неокрепшей детской психики это было серьёзным таким потрясением, особенно, когда тот обернулся на звук выпавшего из рук парня рюкзака.

- О, здаров, - нагло улыбнулся абсолютно незнакомый Паше мужик, пару секунд назад выплывший из маминой спальни. Ебанный Мойдодыр, - Чёт ты рано. Ань, сын твой пришёл! - громко проговорил и скрылся за дверью ванной.

Из спальни послышались звуки судорожной возни и тихие маты. Паша решил не дожидаться, когда из комнаты выйдет растрепанная мать с неловкими объяснениями и виноватым взглядом. Скинул кроссовки, подхватил рюкзак и пошел к себе. Сердце билось громко и неровно, было стыдно, непонятно почему. Одно дело понимать, что твоя мать - молодая привлекательная женщина и имеет право на личную жизнь, другое - любоваться хуем её мужика. Абсолютно бесстыжего мужика, надо сказать. Даже бровью не повёл, не говоря уже о том, что прикрыться не попытался.

Пока Паша приводил в порядок незаправленную с утра постель, в дверь робко постучали.

- Паша, сынок, - голос матери был вкрадчивым и словно виноватым, - Пошли обедать.

- Не хочу, мам, - ответил парень, предполагая, что стоит за этим предложением на самом деле.

Дверь тихо приоткрылась и в комнату заглянула мать, аккуратно причесанная.

- Пошли, - на этот раз она включила свою фирменную интонацию, которая означала, что спорить бесполезно.

Паша раздражённо кивнул и последовал за матерью на кухню. За столом сидел тот самый нудист все с той же наглой ухмылкой. На этот раз хотя бы удосужился штаны надеть, и на том спасибо.

- Здаров, Пашок, - мужчина протянул ему руку через стол, которую парень нехотя пожал.

- Здоровались уже, - ответил недовольно, стараясь не встречаться с мужчиной взглядом.

- И то правда, - хохотнул весело тот, - Познакомились, так познакомились. Ну ты, это, извини, если дядь Юра напугал. Ждали тебя позже.

Паша по-прежнему не смотрел на него. Приятней было наблюдать, как мать расставляет на столе тарелки с супом.

- А что, мне теперь с дядь Юрой согласовывать, когда домой приходить? - проговорил покосившись на то, как мужчина ловко нарезает хлеб.

- Дорогой, - на плечо опустилась рука матери, предостерегая от других, более грубых, слов.

Паша зло прикусил губу и принялся за еду. Хотелось быстрее все съесть и уйти к себе, лишь бы не смотреть на эту наглую улыбающуюся рожу.

- Да ладно, зай, пусть пацан попсихует. У него стресс, как-никак.

- Да нет у меня, блять, стресса! - воскликнул Паша не выдержав.

Тут же получил смачный подзатыльник от матери, что стало вполне уважительной причиной, чтобы психануть и обиженно уйти к себе, краем уха слыша, как “дядь Юра” что-то успокаивающе бормочет.

Упав лицом в подушку, зло сжал зубы. Сука, как же он ненавидел таких типов, как этот. Наглый, самоуверенный, мужественный. Ебанный альфач. Бесит, пиздец. Пашка-то, будучи полной противоположностью всем этим характеристикам, никогда с такими общий язык не находил. Да и особого желания не испытывал, если честно. Сам достаточно сдержанный (ему этот эпитет больше нравился, чем “закомплексованный”), подобные люди его несколько пугали. Особенно, когда выясняется, что один из них спит с его матерью и мелькать на Пашиной территории собирается, судя по всему, достаточно часто. Сука.

Парень внимательно прислушивался к звукам в квартире. Мамкин хахаль быстренько дожрал свой суп и, зажав мать ещё на пару минут в коридоре, свалил, наконец. Тогда Паша решил гордо выплыть из своего укрытия. Есть все-таки хотелось. На кухне довольная мать, что-то напевая, мыла посуду. На появление сына отреагировала широкой улыбкой.

- О, явление Христа! - проговорила, выключая воду, - Ты что распсиховался-то?

- Мам, блин, - парень поморщился. Пододвинул свою так и нетронутую тарелку, - Не психовал я. Просто этот твой… Не ожидал я гостей, короче.

Быстро принялся за еду, не желая отвечать на дальнейшие вопросы родительницы. Но та осталась к намёкам сына слепа. Она аккуратно села напротив и, сложив руки на столе, проговорила:

- Он хороший, Паш, правда.

“Догадываюсь, в чем именно”, - подумал парень глядя на довольно-расслабленное лицо матери. Естественно, вслух эту гадость говорить не стал. Но, удивительно, как хорошеет женщина при наличии регулярной сексуальной жизни.

- Мам, мне насрать, встречайся с кем хочешь.

- Не насрать! - строго ответила женщина, пододвигая к сыну миску с салатом, на который тот жадно накинулся, - Юра очень хороший. Надежный. Рукастый. Вон, всю сантехнику в доме починил. Помнишь, сколько лет у нас кран тёк? Твой папаня ещё в свое время с ним натра… Хм, намучался, - Паша усмехнулся, но под строгим взглядом женщины предпочёл не ехидничать, - В общем, нормальный он. Думаю, вы подружитесь.

- Ну, эт вряд ли, - проговорил парень, заканчивая с едой. Откинулся на спинку стула, внимательно посмотрел на напряженную мать, - Могу пообещать, что палки в колеса ваших отношений вставлять не буду. Но в друзья мне набиваться не надо.

Аня тяжело вздохнула и снова принялась собирать со стола тарелки.

- Ну, как хочешь. Пусть так.

Паша быстро поцеловал мать в щеку, а та подумала, что с Юрой сохранять нейтралитет не получалось ещё ни у кого.

****

После их неловкого знакомства, Юра к ним зачастил. Но хотя бы хером больше не сверкал. Паша предпочёл теперь каждый раз перед тем как идти домой предупреждать мать звонком или сообщением.

Мужчина не терял попыток наладить контакт с потенциальным пасынком (о серьёзности их отношений Пашка узнал от того же Юры). Разговаривал, пытался что-то расспрашивать об учёбе и увлечениях. Паша отвечал коротко и сухо, не давая вовлечь себя в диалог. Иногда мужчина вместе с мамой звал его куда-нибудь, но тот отказывался, предпочитая неловкой компании одиночество за компьютером. Хотя, если уж говорить откровенно, мужчина был ему в чем-то даже интересен. Яркий такой. Иногда хотелось посоветоваться на кое-какой счёт, но стеснялся, пиздец просто. У того явно проблем с противоположным полом никогда не было. Вон, расписной какой, настырный, наверное. К мамке-то подкатить тоже не так просто. Она многих отшивала. А этот, видимо, не из тех, кто просто так сдается. Охомутал как женщину, не ходит - летает.

А вот у Пашки с девчонками не ладилось как-то. Ну не умел он к ним подкатывать. На аккордеоне играть умел. Оливьеху вкусную делать умел. Уши прокалывать умел (вон, полдвора в прошлом году продырявил). А к девчонкам подкатывать не умел. Не научился как-то за шестнадцать лет. Он убеждал себя, что нельзя быть талантливым во всем, но помогало мало, если честно. Аутотренинг ( Снятие мышечного и нервного напряжения, совершаемое методом самовнушения самостоятельно, без постороннего вмешательства; применяется в медицине, спорте, педагогике, на производстве, в самовоспитании. ) тоже никогда не был его сильной стороной.

Нравилась одна девчонка очень. Анька. Рыжая, худенькая, смешливая. Ему нравилось смотреть, как на солнце переливаются её волосы. Как смешно она морщит нос, когда сердится. Естественно, наблюдал исключительно со стороны. Она вряд ли даже хоть раз посмотрела на него как на парня. Так, предмет школьного интерьера рядом с партой. Они даже не поздоровались ни разу. А Паша мечтал о том, что первый поцелуй произойдёт с ней, такой идеальной и чистой. В чистоте он был уверен - дружбан для него целое расследование провел. Результат - в порочных связях девушка никогда замечена не была. Димка, этот самый дружбан, не раз подталкивал его, наконец, сделать первый шаг, проявить себя как-то, но Пашка не мог. Не готов ещё что ли был, да и первое впечатление, если что, исправить невозможно. Переживал, конечно, что Анечку уведёт какой-нибудь бычара, но боялся все равно. Ждал удобного момента, так сказать.

Помощь пришла откуда не ждали. На физре Пашка умудрился подвернуть ногу, когда решил построить из себя Майкла Джордана. Дойти до лавки с относительным достоинством ещё получилось, а вот херачить домой с опухшей лодыжкой было совсем не комильфо. Отзвонился матери, та пообещала приехать, но вместо неё к школе с орущими басами подкатил на своём хаммере Юра. Опустил затонированное стекло и заорал на весь школьный двор.

- Пашооок! Запрыгивай, давай. Или помочь?

- Нет! - тут же крикнул в ответ и, хромая, поковылял к машине, стараясь игнорировать любопытные взгляды окружающих. Краем глаза заметил, что и Анечка прекратила щебетать о чем-то с подругой и заинтересованно поглядывала в его сторону.

- Да выруби свое говно, бля, - проговорил Паша, еле усевшись на переднее сиденье и быстро захлопнув за собой дверь, скрываясь от излишнего внимания.

- Эх, что за молодежь пошла, классику не знают, - ответил, грустно вздохнув, но звук сделал тише.

- Да насрать, - огрызнулся, пристегиваясь, - Поехали уже, на нас смотрят все.

- Пусть смотрят, тебе не все равно? - ответил мужчина, поднимая тёмные очки на лоб.

- Мне здесь ещё учиться так-то, - проговорил Паша и отвернулся к окну, показывая, что не настроен продолжать разговор.

- И че? Пусть все думают, что ты с крутыми чуваками тусуешься. Типа, Ханна Монтана - в школе задрот, а после - гроза района, - усмехнулся громко и достал пачку каких-то блатных сигарет, ловко прикурил.

- Бля, че ты несёшь? - парень устало потёр лицо. Слушать этот бред было невыносимо.

- Че-че, дядь Юра жизнь знает. Вот посмотришь, завтра несколько девчонок поболтать подкатят. У тебя ж девушки нет?

- Не твоё дело, - огрызнулся Пашка и уткнулся в телефон, стараясь как можно незаметней принюхиваться к ароматному табачному дыму. Курить хотелось. Привычная сигарета по дороге домой сегодня вынужденно отменилась.

- И то верно, - согласно кивнул Юра, - Но, если че надо подсказать - обращайся. По любому поводу.

- Обойдусь, - чуть слышно буркнул парень, но в душе все равно как-то потеплело.

****

Юра оказался прав. На следующий же день, едва войдя в класс, стараясь аккуратно наступать на туго забинтованную ногу, парень заметил, что многие одноклассницы действительно заинтересованно на него поглядывают. Он старался делать вид, что ничего не замечает, но все равно чувствовал какое-то удовлетворение от такого осторожного интереса. Димка ещё вчера написал. Спросил, что за хрен теперь Пашеньку катает. Тот честно ответил, что мамка ему нового папку нашла. Но когда староста класса, любопытная и симпатичная Настя, подсела с тем же вопросом, парень, словно нехотя проговорил, что это друг один, типа, в группе играют вместе. Какой, в пизду, группе, он придумать не успел, сказал первое, что в голову пришло. Эффект загадочности создать решил. Было видно, что девушка явно задаёт вопрос от лица всей женской половины класса. Через пару уроков новость о том, что Личадеев играет в группе с чуваками на хаммере разнеслась по всей параллели.

Он никогда не был популярным парнем, да даже более менее заметным его назвать было сложно. А тут, когда после занятий шёл к снова поджидающей машине, чувствовал себя просто каким-то красавчиком-регбистом из американской комедии. Приятное чувство, надо сказать. Да и Анечка опять на него посмотрела, так что крылья за спиной расправились ещё больше. А вечером он получил уведомление, что Анна Смирнова хочет добавить его в друзья. От того чтобы заорать во весь голос его удержало присутствие матери дома. Паша тут же принял заявку и принялся лайкать все фотки, засмотренные до этого до дыр. Написать не решился. Подумал, что завтра в школе поздоровается с девушкой, а вечером напишет что-нибудь нейтральное для начала знакомства. Короче, попросту опять струсил.

На Юру Паша уже не злился, даже радовался, когда тот заезжал за ним и громко здоровался. Было прикольно строить из себя крутого парня с которым дружат взрослые интересные мужики. Да, самому себе парень давно признался, что Юра и правда был незаурядным человеком. Внешне яркий такой. В общении лёгкий и приятный. Пару раз Пашке доводилось слышать, как тот маме под гитару что-то про любовь поёт. Красиво так. В общем, как человек, в принципе, Юра был ему вполне симпатичен. Как мамкин ухажер - тем более. Единственное, что по-настоящему раздражало - привычка периодически говорить о себе в третьем лице и называть себя “дядь Юра”. Тупо как-то звучало.

Они незаметно для Паши стали общаться больше. Сначала забирать парня из школы стало привычкой, затем Юра своей настойчивостью убедил парня сходить с собой на пару квартирников. Пашке понравилось. И друзья Юрины понравились, все как на подбор, расписные и громкие. И играли на всех инструментах. Когда Юра узнал, что Пашка аккордеоном неплохо владеет, неделю его морозил, чтобы тот сыграл. А уговорив и послушав, нахваливал так, что у парня запылали уши от удовольствия. И уровень доверия к мужчине возрос ещё на несколько значений.

С ним было интересно. Несмотря на внешнее распиздяйство, Юра многое знал, разбирался во многих вещах. И, в принципе, Пашка начал понимать, что мать в нем нашла. Кроме приличного размера хуя, конечно.

Постепенно он стал обращаться к мужчине с различными просьбами. То подкинуть куда-нибудь, то сигарет просил купить, когда самому не продавали, то пару аккордов на гитаре разучить и саму гитару одолжить. Для Аньки, конечно же.

С ней как-то завертело все неожиданно быстро и ладно. Они правда на следующий день несколько раз переглядывались в коридоре и улыбались друг другу. И потом Пашка написал первым. И все, пошло-поехало. Аня оказалась очень простой и весёлой девушкой, без грамма высокомерия, хотя, при такой внешности вполне могла бы задрать нос. Сначала много спрашивала про группу, но Пашка ничего определённого не отвечал и девушка прекратила расспросы. Да и вообще, было о чем другом поговорить. А потом Пашка понял, что Анечка ждёт какого-то развития отношений. Подолгу смотрит, томно губы прикусывает, прикасается то и дело. А Пашка боялся разочаровать. Он ни разу раньше не встречался ни с кем, соответственно, опыт, как в отношениях, так и в поцелуях, не говоря уже о чем-то большем, был нулевой. К Димке обращаться было стыдно - он ему в прошлом году зачем-то напиздел, что в деревне одну девчонку трахнул. Завидно стало, когда тот после каникул стал хвалиться своим расставанием с девственностью. Самому-то похвастаться нечем было, вот и наврал. А теперь и обратиться не к кому было.

Хотя, нет, оставался, конечно, вариантик. Далеко не самый лучший, но зато надёжный. Юрка-то точно никому не растреплет. Обращаться к нему, конечно, такое себе. Но когда стало понятно, что тянуть уже некуда, Паша, собравшись с духом, попросил мужчину о помощи.

Они только подъехали к дому. Юра хотел было выйти, но Паша его удержал.

- Юр, погоди, - проговорил быстро.

Мужчина, едва открыв дверь, тут же её захлопнул, снова устраиваясь на сидении и внимательно посмотрел на взволнованного юношу.

- Че такое, Пашок?

- Помнишь, ты говорил, что я с любой просьбой могу к тебе обратиться? - парень опустил глаза, заправил за уши мешающиеся волосы.

- Помню. Можешь, - ответил тот быстро. Забеспокоился заметно. Уж больно Пашка переживал.

- Я тут, короче… Ну, короче, с девчонкой одной встречаюсь. Она мне нравится очень. Вооот… - протянул, подбирая слова, что было затруднительно под таким внимательным взглядом, - И, в общем… Я как бы до этого не того… и не целовался тоже. А она хочет уже. И я хочу.

Юра изо всех сил пытался скрыть улыбку. Не мог не признать, что умиляет его этот пацан до невозможно. Внешне вроде колючий, а как ближе подпустит - трогательный такой. И сейчас. Мнется, краснеет. Здоровый вымахал, а внутри ребёнок ещё.

- Паш, давай ближе к делу, - проговорил ласково как-то.

Пашка, вдохнув, выпалил:

- Научи сосаться.

Юра не заржал только благодаря тому, что до крови прикусил щеку изнутри. И Пашиному пристальному взгляду.

- Каким образом, стесняюсь спросить? - спросил, потирая руль.

- Каким угодно, - быстро ответил парень и принялся разглядывать собственные обкусанные ногти.

Юра думал. Проблема в том, что долго думать он как-то не привык. Парня было искренне жаль. Видно, не хочет перед девчонкой опозориться. Что ж, будем надеяться, что она того стоит.

- Ну ок.

Мать была на работе. Паша специально попросил именно сегодня, чтобы, если что, не мешал никто. Юра об этом быстро догадался. Они расположились в Пашкиной комнате. Парень сел на кровать, а Юра подкатил компьютерный стул и устроился на нем поудобнее, широко расставив ноги.

- В общем-то, Пашок, наука нехитрая. Тут даже не умение важно, а чувства. Вот с чувством подойдёшь к этому и все - девчонка никуда от тебя не денется.

- Эт все демагогия, Юр, - сказал парень, поморщившись, - Ты мне технику объясняй.

Мужчина усмехнулся, на мгновение опустил глаза, раздумывая. Покачал головой. Глянул на парня исподлобья и, кивнув, подкатился на стуле вплотную к кровати.

- Тогда, двигайся ближе, дядь Юра мастер-класс покажет.

Не давая себе времени на раздумья, Паша пододвинулся к краю кровати. Когда сильная рука легла на затылок, притягивая, парень еле удержал себя от того, чтобы отстраниться, но быстро подавил в себе неуместное сейчас сопротивление. Юра опытный, Юра умеет.

- Следи за тем, как я делаю и постарайся повторить, - проговорил тихо, а затем Паша почувствовал первое прикосновение чужих чуть обветренных губ.

Он просто легко прижимается один раз, второй и парень неосознанно приоткрывает рот, чем Юра тут же пользуется, обхватывая нижнюю губу Паши. Целует нежно, посасывает, медленно и влажно обводит языком. Еле ощутимо, дразняще, прикусывает и переключается на верхнюю. У Паши в голове где-то на задворках сознания пульсирует мысль, что надо как-то включиться, но не совсем понимает как. Поэтому просто позволяет мужчине действовать. Рука на затылке сжимает волосы немного сильнее, и это неожиданно оказывается так приятно, что рот открывается шире. Внутрь сразу скользит язык, углубляя поцелуй. Юра начинает ласкать рот парня изнутри. Его язык касается языка парня, скользит по нему глубоко, ласкает небо. Это так… необычно, неожиданно хорошо. Паша закрывает глаза, потому что держать их открытыми нет никакой возможности. Хотелось ещё. Он начал неловко отвечать и почувствовал, как мужчина судорожно выдохнул через нос, а рука сжалась ещё сильнее, притягивая теснее. Паша понял, что все, поплыл. Ощущение чужих опытных губ, руки, так идеально сжимающей его волосы, запах мужчины, неожиданно какой-то вкусный рот заставляли забыть для чего вообще это все было затеяно. А потом Юра толкнулся языком глубоко-глубоко и Паша потерялся совсем, не поняв, в какой момент поцелуй перешёл определенную грань. Юра толкался в его рот вновь и вновь, буквально трахая языком, и от этого по телу пробегала дрожь, сердце стучало, как бешеное. Мало что соображая, он обхватил лицо мужчины ладонями и потянул на себя. И тут Юра словно очнулся. Вздрогнул и мягко отстранился от парня, напоследок ещё раз влажно поцеловав припухшую нижнюю губу.

- Ну как? - спросил хрипло, глядя прямо в глаза. Паша отметил, что зрачки у него огромные.

- Наглядно, дядь, - ответил и вытер тыльной стороной ладони расцелованный рот.

- Хорошо, - мужчина каким-то неловким движением зачесал волосы назад, - Короче, принцип ты уловил. Ладно, поеду за Аней.

Юра потрепал парня по голове и оставил наедине со своими мыслями. А мыслей было ой как много.

****

С Анькой все прошло по первому разряду. Девушка после их первого “серьезного” свидания осталась вполне довольна и они официально стали парой. Это было круто, встречаться с кем-то. Целоваться на переменах украдкой, держаться за руки, помогать друг другу с уроками. Периодически ловить завистливые взгляды - ну а что, парой они были вполне себе красивой. Только тут проблемка одна образовалась - не очень-то ему понравилось с Анечкой целоваться. Нет, так-то это было даже приятно. Наверное. И было бы идеально, если бы в голову постоянно не лезли дурацкие сравнения. С ебанным Юркой, естественно, будь он неладен. С Юрой… С Юрой он тогда охуел, конечно. Никогда такого не испытывал. Чтобы дрочит потом раза четыре подряд - такого раньше точно не было.

Паша часто, конечно, часто вспоминал их небольшой “урок”. Обычно перед сном. Вспоминал, как по телу бегали мурашки, как пусто было в голове, как тряслись руки от желания вжаться в мужчину. И его блядские глаза, чёрные от расширившихся зрачков. И рука в волосах, мягко перебирающая, а потом сжимающая чувствительно, так, что хотелось бесстыже застонать. Впервые в жизни Пашка осознал, что секса ему хочется намного больше, чем казалось до этого момента. И с Юрой ещё немного поцеловаться. Хоть чуть-чуть. Так, чисто для закрепления навыка. Может, он ещё какие-нибудь выкрутасы знает.

Но обращаться с этим к мужчине ссыковал. Тот упорно делал вид, что ничего не было. Только спросил как-то, как там у Паши дела с его девчонкой обстоят. Впрочем, никакой неловкости между ними не возникло. Они по-прежнему иногда проводили время вместе, но тема “полового воспитания” больше не поднималась.

****

Паша сам его спровоцировал. Видел, что Юра прилично так подшофе пришёл. С ним иногда такое бывало, когда мать на сутки уходила. Та не поощряла Юрину любовь к горячительному. Паша давно уже подумывал каким-то образом подкатить к мужчине, развести на пососаться, а тут такой момент удачный подвернулся. Лучшего варианта, чем застать ничего не подозревающего Юрку врасплох он не придумал.

Паша вышел из своей комнаты, когда услышал хлопок входной двери и звуки неловкой возни. Едва завидев парня, Юра совершенно по-идиотски разулыбался.

- О, Пашооок. Не спишь ещё? Или дядь Юра разбудил?

- Не, я не спал, - ответил парень, смотря, как тот кидает на тумбу ключи от машины и пытается расстегнуть кожанку, - Чет ты нажрался, дядь Юр.

- Чуть-чуть, - тот согласно кивнул.

А потом вдруг как-то завис, встретившись взглядом с парнем. Стоило сделать к нему шаг и Паша сразу вжался в стену. Не испуганно, а словно приглашая, Юра отчётливо видел это. Подошёл, оперся о стену рукой рядом с головой Паши.

- Какой-то ты сегодня загадочный, Паш, - проговорил, разглядывая его лицо.

А парень понял, что дышать больше не может. Так тянуло, так разрывало от желания. Он прижался к чужим губам резко, не позволяя себе передумать. Не ожидал, что ответят сразу, да ещё и так страстно. Юра буквально вжал его в стену, целуя глубоко. Дал волю рукам, оглаживая бока, ныряя под тонкую майку, лаская чувствительную кожу на ребрах. А Пашка, наконец, застонать мог, не сдерживаясь сейчас. Юру заметно от этого стриггерило. Он оттянул голову Паши за волосы от себя, посмотрел на приоткрытые влажные губы. Облизал медленно, скользнул языком к уху, быстро куснул за мочку и принялся выцеловывать шею. Парень сжимал пальцами его плечи, пытался прижаться как-то так, чтобы стало ещё приятнее. И стало, когда Юра вклинил свое колено между его бёдер. Паша неосознанно потерся, прикусил губу, чтобы не застонать совсем уж неприлично. Но все полетело к чертям, когда под пояс шорт скользнула наглая рука. Ощупала по-хозяйски, провела пару раз. Затем Юра быстро вытащил ладонь, сплюнул на неё, и вновь вернул к изнывающему члену. Паша только сильно жмурился, вжимался затылком в стену и цеплялся за мужчину, полностью сосредоточенный на своих ощущениях. Когда Юра неожиданно отстранился от него, Паша недовольно захныкал. Мужчина снова коротко поцеловал его и чуть отодвинулся, доставая из внутреннего кармана куртки бумажник. Быстро открыл и что-то вытащил, спрятав в ладони. Паша не успел ничего спросить. Юра снова оказался слишком близко. Парень смотрел на него во все глаза и думал, что вообще привлекательного может в нем находить, но почему-то ноги подгибались от одного ощущения горячего тела так близко. Он не сопротивлялся, когда Юра стянул с него шорты вместе с трусами, только неловко переступил с ноги на ногу, позволяя снять белье и откинуть куда-то в сторону. Было стыдно, но от этого почему-то ещё ярче ощущалась рука Юры на члене, как-будто ток прямо по мозгам бил. Дыхание перехватило, когда Юра подхватил его ногу под коленом, заставляя поднять, и пристроил у себя высоко на бедре.

А потом в его руке сверкнул блестящий квадратик презерватива.( господа я не знаю зачем, ведь у ее партнера точно нету спида)

- Юр, не надо, - прошептал испуганно, - Я так не хочу.

- Тише, тише, - поцеловал в переносицу, успокаивающе перебирая волосы на затылке, но ногу опустить не позволил, - Я пальцами только немножко. Тебе понравится, вот увидишь, - шептал жарко куда-то в висок.

Больше Паша сопротивляться не стал. Только стыдливо смотрел, как Юра натягивает презерватив на два пальца, велит Паше придерживать ногу самому. А потом в него толкается скользкий палец. Неприятно, но терпимо. В сочетании и дрочкой - даже хорошо. И с каждым толчком лучше. И просто потрясающе, когда Юра правильно потирает его изнутри, мягко, но настойчиво. Паша вздрагивает всем телом, дышит открытым ртом. Нога соскальзывает, и Юра перехватывает её, отпуская член парня.

- Давай сам, Пашенька, приласкай себя.

Парень закрывает глаза, отворачивает лицо. Рука на члене двигается быстро, мышцы неприятно тянет - Юра увлёкся, отводя его бедро слишком сильно, почти больно. Пальцы массируют так, что хочется заорать. А потом Юра весь напрягается, вжимается в парня сильно, трется членом о его живот. Пальцами же начинает откровенно трахать Пашу и у того закатываются глаза. Кончает с тихим завыванием, сжимаясь на чужих пальцах, и от этого судороги удовольствия проходят по телу непривычно долго. Юра быстро додрачивает, жадно всматриваясь в раскрасневшееся лицо.

Они приводят себя в порядок, по очереди принимают душ. Когда Паша выходит из ванной, Юра на кухне задумчиво пьёт чай. Он устраивается напротив, нагло отнимает у мужчины кружку.

- Дядь Юр, я, конечно, ни на что не намекаю, но, мне кажется, ты явно на опыте, - проговорил, делая небольшой глоток и возвращая чай хозяину.

- Ну, - ответил неожиданно трезвый Юра, пожимая плечами, - Долго живу просто.

- Типа, умение сношаться в жопу с возрастом приходит? - усмехнулся Пашка. Разом стало как-то неуютно.

- Типа, - просто сказал Юра и поднялся, - Ладно, спать пора.

После того, как он скрылся в маминой спальне, Паша просидел ещё час на кухне, глядя в тёмный город за окном.

****

Следующий день был выходным. После перенасыщенного впечатлениями вечера Паша долго не мог уснуть, а потом вырубился резко и проспал до часу дня. Проснулся с гудящей головой. Воспоминания окатили холодом и он, быстро натянув шорты, вышел в коридор. Прислушался. В квартире было тихо. Тайком заглянул в мамину спальню, но и там никого не оказалось. Болезненная догадка заставила кинуться к шкафу. Так и есть - ни одной мужской вещи, только мамины блузки и платья. И пустые вешалки среди них. Паша засуетился, бегая по квартире и обнаружил, что ни зубной щётки, ни обуви, ни вообще хоть какого-то признака присутствия здесь мужчины не было. Хотел позвонить ему, но не решился. Что скажет? “Дядь Юр, куда ты убежал? Мне башку снесло от того, что ты вчера со мной делал. А теперь ты слиться решил? Охуел что ль, дядь Юр?”. Тупо, как же тупо. Поэтому позвонил матери, спросил, куда это её мужик мог деться. Та гундосым голосом ответила, что они разбежаться решили. Сказала, что сегодня допоздна у тёти Наташи погостит. Паша понял, что его непьющая обычно мать сегодня решила расслабиться. Что ж, имеет право, такого мужика упустила. То, что скорее всего это произошло по его вине Паша старался не думать.

К вечеру все же решился ему позвонить. Но номер оказался недоступен.

Было нехорошо. Внутри как-то неприятно тянуло, мешало глубоко дышать. Хотелось прорыдаться, но Пашка знал, что ничего, кроме опухшего лица и головной боли ему это не принесёт. Поэтому просто достал из чехла аккордеон.

****

Он узнал Юру сразу, несмотря на то, что прошло уже два года. Все такой же, даже чёртовы усы на месте были. Только прическа немного поменялась.

Это было странно. Только последние месяцев пять он мог жить, не думая каждый день об этом мужчине. Первые полгода прям болел. Казалось, даже мать не так тяжело перенесла разрыв. С Анечкой отношения на некоторое время прервались, но потом Паша понял, что её присутствие в жизни помогает залечить душевные раны. Так странно себя чувствовал. Было ощущение, что Юра украл у него волшебство первой любви, которая должна была быть направлена на нежную Анечку, а в итоге смешалась с горячей страстью к мужику на порядок старше.

В общем, он справился, он переборол себя, он был доволен собой. И вот сейчас, когда он был практически счастлив и подумывал о том, что им с Анечкой неплохо было бы съехаться, в его жизнь опять врывается этот мудак. На восемнадцатилетие Диман подарил ему сертификат на татуировку. Мать, наконец-то, дала согласие. Пашка, абсолютно воодушевленный скорым исполнением давней мечты, быстро нашёл нужный салон и вошёл внутрь. Сразу понял, что жизнь - тупая, хитрая сука, себе на уме. На небольшом диване в зоне отдыха спокойно потягивал пивко дядь Юра. Поднял голову на звук дверного колокольчика, равнодушно скользнул взглядом по вошедшему парню и тут же вернулся к телефону. Паша же, замерев, наблюдал за тем, как меняется его лицо. Тот на пару секунд замер и поднял голову вновь, вглядываясь уже внимательнее. Паша неуверенно поднял руку, здороваясь. Тут же отвернулся к администратору, протягивая сертификат. Блять, как же тупо, сука. Краем глаза видел, как Юра медленно подходит ближе. Остановившись в паре шагах от него, проговорил:

- Здаров, - осторожно протянул руку, все так же внимательно всматриваясь.

Паша почувствовал, как резко вспотели ладони и пересохло во рту. Крепко пожал протянутую руку.

- Привет, дядь Юр, - проговорил, стараясь контролировать чуть дрожащий голос. Получилось хуево.

В глазах Юры, наконец, мелькнуло узнавание, а затем лицо исказилось каким-то страхом.

- Блять, Пашка, - прошептал хрипло. Прокашлялся, все так же не отпуская руку парня, - Не узнал. Вижу, лицо вроде знакомое. Как ты вырос, пиздец, выше меня!

От его наигранной весёлости затошнило. Паша ответ глаза, осторожно высвободил ладонь из Юриной руки. Безумно захотелось развернуться и убежать, но ему же уже не шестнадцать лет. И он не Юра.

- Не так уж сильно я изменился. Да и не десять лет прошло, - ответил, предпочитая смотреть на с любопытством слушающего их администратора, - Значит, ты здесь забиваешься? - решил перевести разговор в более нейтральное русло.

- Ну, вообще, да, но я ещё и совладелец здесь, - проговорил, растрепав волосы нервным жестом и глядя в сторону.

Паша хотел было что-то ответить, но его отвлек администратор, сообщив, что мастер освободится через двадцать минут. Парень недовольно прикусил губу, понимая, что, видимо, эти длинные минуты придётся провести в компании призрака прошлого. А хотелось бы, чтобы он в прошлом и остался.

Когда они уселись рядом на диван, Паша заметил, что Юра растерян не меньше. И тоже не особо готов к диалогу. Да и о чем сейчас говорить? Оправдываться? Извиняться? А смысл?

Юра нарушил неловкое молчание первым.

- Как… Как мама?

- Тебя реально это волнует? - как-то устало поинтересовался Паша.

- Да, - быстро ответил тот, потёр ладонью кожаный подлокотник.

- Нормально, - проговорил после короткой паузы, - Замуж, вроде, собирается.

- Оу, - казалось, мужчина даже как-то обрадовался, - Поздравляю.

- Хм, спасибо, - парень грустно усмехнулся, - Передать поздравления?

- Не нужно, я думаю. Блять, тупой разговор какой-то, - сказал, скорее самому себе.

Они помолчали, раздумывая каждый о своём, собираясь с мыслями. Когда Юра чуть коснулся его плеча, Паша еле удержал себя, чтобы резко не отстраниться.

- Паш, - наклонился близко, судорожно шепча, - Паш, тогда… Блять, клянусь, я не педофил какой-то.

- Юр, я знаю, - зачем-то сжал ладонь мужчины, опасливо оглянувшись, - Не надо.

- Я просто не хочу, чтобы ты так думал обо мне. Я просто… Не знаю, помутнение какое-то, - сжал сильно руку парня в ответ, - Поэтому и ушёл. Не хотел хуже сделать. Дело даже не в… Блять, как же объяснить…

- Юр, не надо, - Паша заглянул ему в глаза, чуть коснулся пальцами небритой щеки, - Мне похуй. На причины. Тогда было похуй, а сейчас - тем более.

Мужчина замер, жадно вглядываясь в Пашины глаза. Кивнул чему-то, медленно отстранился. Руку не выпустил, но Паша сам ее убрал. Думал, куда ж вся Юрина наглость делась. И почему же так стало легко разом? Гештальт закрыл что ли? Посмотрел на Юру снова. А тот, оказывается, взгляда-то от него и не отводил, разглядывал внимательно.

- Что?

Юра отрицательно помотал головой. Как раз освободился мастер и Паша уныло поплелся за своей первой татухой.

Мужчина внимательно следил за процессом со стороны, Паша то и дело видел того краем глаза где-то рядом. Пару раз подходил, заглядывая через Пашино плечо, хотя, откровенно говоря, особой надобности в этом не было. И, сука, парень не мог из-за этого сидеть спокойно, особенно, когда понял, что даже запах Юры не изменился, как и реакция на него. Глупая ситуация, бесила невероятно.

В один день не уложились, договорились на ещё один сеанс через три дня. Сертификатом это не покрывалось, но Юра все устроил. Что ж, Паша отказываться не стал. С паршивой овцы, как говорится.

На улицу вышел следом за парнем. Ещё минут десять стояли курили. Молча. Когда бычки полетели в урну, Юра протянул ему глянцевый прямоугольник.

- Возьми, - проговорил тихо, - Звони, если вдруг что-то понадобится. Ну, или просто так.

Паша даже ничего ответить не успел. Мужчина быстро скрылся за дверьми студии, а идти за ним следом смысла не было. Как и звонить по какой-либо причине. Паша внимательно вгляделся в цифры на простой черно-синей визитке. Вот нахуя? Проверка судьбы какая-то? Типа, может ли второй раз мальчик Паша выдержать такое же сильнейшее эмоциональное потрясение? Сможет ли снова все это преодолеть? Нет, в эти игры он больше не играет. Смял визитку в кулаке, чуть поцарапавшись острыми краями. Поднёс к урне. Тихо прошептал что-то про то, что это все ему нахуй не сдалось. Не сдалось и все. Выматерился раз, два. Замер, пытаясь разжать судорожно сжатые пальцы. В конце концов, со всей дури пнул злосчастную урну и быстро зашагал прочь, сунув смятый кусок тонкого картона в карман джинсовки.

этот тайтл был взят у https://ficbook.net/authors/3108651, а переписан с https://ficbook.net/readfic/9627678