— А вот и мой дом!
— Большой...
Дом Анны-тян был отдельно стоящим домом в центре города.
Её отец был практикующим врачом и, видимо, поэтому к его дому была пристроена ещё и больница.
Трёхэтажный кирпичный дом легко давал понять то, что семья состоятельная.
— Ха... Симпатичненько, Анна-тян.
— Что именно?
— Ну, я имею в виду твой красивый дом. У тебя наверное много денег.
— Тебе нужны деньги, сестрёнка?
— Да. Ты дашь мне их?
— Ха-ха-ха. Нет.
— Чёрт возьми.
Обменявшись банальными фразами, мы зашли к ней в дом.
Как только мы вошли, Анна-тян сразу же побежала в заднюю часть дома и сказала.
— Папа, к тебе посетитель!
Я медленно последовала за ней.
Вдруг я заметила немного пыли в углу прихожей.
Складывалось такое впечатление, что в комнате убрались, но не очень хорошо.
В конце коридора из открытой двери просачивался свет.
Похоже, эта комната находилась посередине, между больницей и её домом. Я спокойно заглянула внутрь.
Там были Анна-тян и мужчина, похожий на её отца.
— Анна, ты не можешь входить в смотровую без разрешения.
— Папа! К тебе посетитель!
— Пациентка?
— Кто такая пациентка?
Когда я вошла в комнату, мои глаза встретились с глазами её отца.
Это был мужчина в очках, с короткими светлыми волосами и тихим голосом.
В этот момент и мужчина, и я подумали.
"Ах!"
— Ох, это вы, Хенди-сан.
— Хм? Мэг-тян? Что привело тебя сюда?
Пока мы пялились друг на друга, Анна-тян вмешалась.
— Сестрёнка и папа знают друг друга?
— Да. Хенди-сан наш постоянный клиент.
У ведьм и докторов всегда были близкие отношения.
Всё потому что ведьмы могли с помощью магии повышать качество ингредиентов в лекарствах, тем самым усиливать их целебный эффект.
Не все больницы использовали такие методы, потому что некоторые врачи говорили, что им слишком неудобно использовать магические лекарства.
Однако Хенди-сан был разумным врачом, который использовал такие лекарства при лечении.
Восстанавливающие лекарство, приготовленное мастером, было особенно эффективно и полезно для заживления травм.
— Так почему Мэг-тян здесь?
— Она пришла подарить маме цветы!
— Она хотела попросить у мастера много цветов, чтобы её мать могла приятно поспать. Но вместо этого пришла я.
После моих слов выражение лица Хенди-сана изменилось, и он пробормотал.
— Понятно…
Его взгляд был немного нежным, но в то же время и немного печальным.
— Вы не знаете, какие цветы любила мама Анны-тян?
— Цветы… Я, если честно, не помню.
— Чёрт, какой никудышный муж.
— Ха-ха-ха. Простите.
— Может, ты ещё что-то вспомнила, Анна-тян?
— Нет, ничего. Сестрёнка, и что теперь делать?
— Никогда не полагайся на других. Нужно уметь думать самой. Если не будешь пользоваться головой в жизни, то никогда не станешь великим человеком, верно? Боже мой, я думала твой родитель окажется более полезным.
— Ну, простите, что я такой родитель…
Хенди-сан был мягкосердечным человеком, поэтому просто улыбнулся несмотря на мои ругательства.
В любом случае, мы вернулись к тому, с чего начали.
Когда я разочарованно почесала затылок, Хенди-сан внезапно хлопнул в ладоши и сказал.
— Эврика!
Это действие было ужасно старомодным.
— У нас же есть фотоальбом.
— Фотоальбом... Вроде, звучит полезно.
— Правда? Анна, он должен быть где-то в кабинете. Сходи за ним.
— Хорошо!
Я наблюдала, как Анна-тян стремительно выбежала из комнаты.
Мы с Хенди-саном посмотрели друг на друга и засмеялись.
— А она энергичная девочка, да?
— Спасибо. Моя жена была болезненным человеком, но эта девочка выросла здоровой. Это и мою покойную жену делало счастливой...
— Как давно она умерла?
— Прошло меньше недели. Прости, Мэг-тян. Я бы рассказал мастеру Фауст и тебе, но похороны были семейным делом.
— Всё в порядке. Я понимаю, как вам было тяжело.
Воздух стал каким-то тяжëлым.
Мне не нравилась эта атмосфера.
— В общем, мне жаль, что пришлось оторвать вас от работы.
— Ох, не беспокойся об этом. Я только что закончил утренний осмотр. Раз уж ты здесь, не хочешь ли выпить чашечку чая?
— Я была бы рада.
ฅ^•ﻌ•^ฅ PS: Так как анлейт в некоторых моментах не особо переводит с японского по смыслу, приходится выкручиваться. Но, вроде как, смысл поняла некоторых предложений.