Вскоре после всего случившегося герцог Барантес навестил Анастасию.

«Ваше Величество, как вы поживаете?»

Отец, которого она не видела так давно, выглядел таким же жизнерадостным, как всегда; нежность к дочери просто струилась с него.

Но…

«Я в порядке. А вот вы, похоже, нет.» - Анастасия слегка нахмурилась.

«Вы выглядите уставшим.»

«Ах, от твоего взгляда ничего не утаишь.» - смущённо ответил герцог.

«Прости. В последнее время слишком уж много дел на северо-восточной границе…вопрос с переселенцами. Из-за этого я почти не появлялся во владениях…да и голова все время была забита работой. Давненько не видел вас, Ваше Величество. И вот только сейчас выкроил время, чтобы навестить.»

«Да, я тоже слышала об этом.»

Это было ещё до её возвращения. Всё завершилось благополучно, и она хотела поддержать отца, сказать, что не стоит слишком переживать…но это была лишь её мысль.

Анастасия сгладила неловкость фразой, которая, казалось, не несла особого смысла, но должна была его успокоить.

«Если вы так заняты, разве не слишком тяжело было ехать сюда?»

«О нет, нет. Я не мог не увидеть вас после столь долгой разлуки.» - рассмеялся герцог.

«Хотя…если честно, занятость, лишь отговорка.»

«Да?»

«На самом деле, встреча с Императрицей просто перестала быть приоритетом.»

Анастасия лишь моргнула, смысл его слов не сразу дошёл до неё.

«Раньше вы всё время умудрялись влипать в такие переделки, что вы неизбежно стояли у меня на первом месте.»

«Ах…»

«А теперь сами прекрасно справляетесь.»

«Да вы, оказывается, в курсе всех новостей.»

«Чем больше я занят, тем внимательнее прислушиваюсь к тому, что происходит с вам. Так мне спокойнее, как отцу.» - улыбнулся герцог.

«Но вы и правда справляетесь замечательно. Настолько, что мне даже незачем приходить.»

«Вот как?»

«Безусловно! Я был так поражён, когда услышал, что…по сравнению с прошлым годом вы будто и вправду стали другой. Будто сама богиня Розения коснулась вас. Интересно, насколько вы ещё вырастете.»

[И госпожа Рочестер, и Вильгельм, и теперь отец…]

[Это уже третий раз.]

Анастасия смущённо улыбнулась и отвела взгляд.

«Мне тоже следовало бы прийти раньше, но я в последнее время занята…скоро День основания, подготовки. море…»

«Я слышал. Две группировки в светском обществе вели ожесточённую борьбу. Но, насколько мне известно, всё уже решилось.»

«Вы прекрасно ориентируетесь в новостях общества.»

«Само собой.»

Анастасия приложила максимум усилий, чтобы распространить правду, после того как Оливию отстранили от должности няни.

Часть дворян поддерживала Анастасию, утверждая, что подобная учебная нагрузка для шестилетнего ребёнка, пусть даже он принц, была неоправданной и жестокой.

Другая часть считала, что Императрица слишком сурово отнеслась к заботе тёти о племяннике, и что изгнание Оливии - чрезмерная мера.

Сначала, как и говорил герцог Барантес, противостояние было острым, но вскоре большинство склонялось к мнению Анастасии. Этому способствовала и её растущая репутация, и главное, слух о том, что сам Луи выбрал перейти во дворец Императрицы.

[Репутацию нужно беречь, и уметь ею управлять.]

В то же время на леди Фонтейн легла тень подозрений: [не зло ли она затевала, принуждая мальчика к чрезмерным занятиям?]

А её недавние контакты с другими аристократами лишь усиливали эти сомнения.

[По крайней мере, ближайшее время она не сможет свободно действовать.]

Это был как раз тот результат, которого Анастасия добивалась. Благодаря этому и распространённые семьёй Фонтейн слухи об Императоре также увязли, словно корабль, налетевший на рифы.

«Ах да…» - герцог понизил голос, как будто собирался сообщить тайну.

«Кстати, леди Фонтейн приходила ко мне. Поздней ночью.»

«Что? Как…»

«Вероятно…» - герцог попытался вспомнить.

«Это было в последнюю пятницу прошлого месяца.»

«…А!»

Она прекрасно знала, когда именно. И улыбнулась с оттенком иронии.

«Это тот самый день, когда я отстранила её от должности няни принца Луи. Начало всей этой истории.»

«Так я и думал. Ничего удивительного, лицо у неё было злое.»

«Но быстро же она двинулась. В тот же день. Хотя я и ожидала, что рано или поздно она придёт к вам.»

Оливия наверняка таила на неё сильную обиду.

Даже если Луи сам говорил, что хочет быть рядом с Анастасией, Оливия, конечно, считала это лишь хитростью.

Чтобы объединить силы Барантесов и Фонтейнов и сделать Луи следующим Императором, Оливии приходилось бы пожертвовать Анастасией, и для неё это было бы самым сладким возмездием.

«Да. Она предлагала мне объединиться с Фонтейнами. Разумеется, не прямо.»

«Вы отказали?» - Анастасия невольно напряглась.

[Такой разговор никогда не происходил до возвращения.]

[Даже повода к нему не было.]

Но ей и правда было интересно знать, что бы выбрал отец?

Хотя она и верила, что он на её стороне.

«Разумеется.»

Ответ прозвучал без малейшего колебания.

Анастасия облегчённо улыбнулась - инстинктивно.

Увидев это, герцог удивлённо спросил:

«Почему такая улыбка? Ведь неужели вы подумали, что я мог объединиться с Фонтейнами, чтобы возвести принца Луи на трон…Неужели вы допустили столь нелепую мысль?»

«Нет, что вы…Я верила вам.»

«Верили? Вы запнулись…значит, верили не до конца.»

«…Эм.»

Анастасия неловко улыбнулась и взяла чашку чая.

«Просто…Луи же - ваш внучатый племянник. Это…немного непросто.».

«Ваше Величество, Луи - мой ийсон.»

«…Что?»

«Так называют внука брата или сестры. Слово редкое, сам почти не использую.»

«…»

«Но вы - моя дочь. Мой ребёнок. Это просто.»

Герцог посмотрел на неё с нежностью.

«Разве не естественно, что я выберу сторону собственного ребёнка, а не ийсона, с которым едва ли можно толком определить степень родства?»

«…Да.» - Анастасия смущённо улыбнулась.

«Простите, если показалось, что я сомневалась.»

«Что вы. Это нормально, сомневаться.» - пожал он плечами.

«Обычно политические интересы важнее семейных уз. Так бывает.»

И это правда. Он - исключение.

Среди дворян было достаточно тех, кто легко пожертвовал бы даже собственными детьми ради выгоды.

«Но это не про меня, Ваше Величество. Надеюсь, вы это запомните.»

Он произнёс это с лёгкой ноткой игривости, и Анастасия невольно рассмеялась.

«Не знаю, что у Фонтейнов в голове. Решить, что я предам собственную дочь, только потому, что она Императрица?»

«Ну…если она убеждена, что я бесплодна, это не так уж странно.»

«Ваше Величество.»

Герцог нахмурился, а Анастасия улыбнулась:

«Шутка.»

«Шутка или нет…В любом случае, вам не о чем переживать.»

«Я верю вам.»

Она улыбалась всё так же светло.

«А вот Его Величество может - нет. Для него вы когда-то были врагами.»

«Ну…да.»

«Так что успокойте его, не меня.»

Лицо герцога странно изменилось.

Он посмотрел на неё так, будто услышал то, чего никак не ожидал.

« Вы серьёзно?»

«Ах?»

«Да нет…»

Он потерял дар речи на несколько секунд.

«Похоже, между вами произошёл прогресс, о котором я не знал.»

«Что?» - Анастасия сморщилась от неожиданности.

Но герцог, похоже, был уверен.

«Иначе почему вы вдруг волнуетесь о Его Величестве?»

«Волнуюсь? Я?»

«Конечно. Вы сами сказала, что хотите, чтобы я успокоил Его Величество.»

«…»

«Значит, вы беспокоитесь, что он может переживать.»

[Он попал в точку.]

[Чёрт…слишком явно?]

Анастасия поспешно принялась объяснять, пока он не понял это неправильно:

«Это только чтобы избежать подозрений среди союзников! Что, если вас снимут с должности министра обороны без причины?»

«А что плохого? Жизнь без забот, звучит неплохо. Я бы мог каждый день приходить к Императрице.»

«Эм…вообще…»

Анастасия откашлялась, пытаясь вернуть разговор в прежнее русло.

«Я вовсе не о Его Величестве беспокоилась. Так что, если вы собираетесь это неправильно понять, просто забудьте.»

«Хорошо, хорошо.»

Но его выражение говорило, он ничуть этому не верит.

[…И зачем я вообще что-то добавляла?]

[Жаль, но было уже поздно сожалеть.]