Быстро повернувшись на оклик, я выронил сумку и, потеряв равновесие, упал, по большей части то ли от испуга, то ли от того, что принял неудобную позу, стоя. Факт остался фактом. Я сижу на снегу и чуть ли не начал пятиться в таком положении назад, пока не увидел человека с красным шарфом, обмотанным вокруг шеи с короткой стрижкой.

Это был Том!

— Т-том, я рад, чт...

— ТИХО! — шепнул он мне. — Ты придурочный? Как умудрился от нас уйти?

— Я просто задумался и шёл за вами.

В его взгляде прослеживалось недовольство.

— Мы сошли с дороги, потому что были уже очень близко к посту, а ты, видимо, не заметил и пошёл дальше. Слава Богу, тебя не заметили охранники.

— Да. Но я видел как один из них кого-то та... — не успев договорить, он меня снова перебил.

— Нет времени! Отряхни свою задницу и пошли.

— А где все?

— Вот они, — Том указал рукой в темноту, где за деревьями в 10 метрах виднелись ребята. Даже с такой дистанции я разглядел как Дебра закатила глаза, а Крэг усмехнулся от моего очередного испуга. Только Алисино лицо казалось действительно переживающим за меня из этой троицы. Она настоящий друг.

Отряхнувшись, я подошёл к ребятам и Алиса незамедлительно бросилась на меня.

— Я так переживала, — чуть ли не со слезами на глазах она посмотрела на меня.

«Она так сильно беспокоилась за меня?» — подумал я.

— Всё хорошо, со мной всё в поря...

— Ты ведь не упал на камеры? — сильно сжав меня при этом за плечи. — Скажи мне!

— Да. Да, всё нормально.

— Теперь я спокойна, — с лёгкостью на душе она обратно отошла и достала сигареты.

— Настоящий друг, значит... Ага, как же.

Кто-то толкнул меня в спину — это был Том.

— Чего ты там бормочешь себе под нос?

— Да ничего, забудь.

Ещё какое-то время мы медленно шли за Крэгом, пробираясь через густой лес, пока он не скомандовал:

— Здесь!

Мы упёрлись в решетчатый забор, а за ним лес, который простирался по всей линии нашего обзора.

Сигнализирующий нам охраняемую запрещённую зону лагеря.

Крэг нагнулся к низу забора и начал его отодвигать.

— Да, это здесь! Видите? — он оттянул на себя забор, освободив нам проход через него.

— Ого! Это твой блогер сделал? — спросила Дебра, первая проползая через образовавшуюся дырку.

— Нет. На видео он говорил, что, пока искал где бы перелезть, случайно наткнулся на неё.

— Интересно, сколько человек уже через неё прошло? — поинтересовался я.

— Давай уже ползи! — рявкнул Крэг. — Ты последний, я уже устал держать.

Встав на карачки, я прополз через забор. Том в это время держал сетку с другой стороны, чтобы Крэгу было легче пройти.

«Настоящая командная работа» — подумал я.

— Здесь, в принципе, безопасно. Обычно без причины охрана сюда не заходит, — на глубоком выдохе сказал Крэг.

— И что, теперь мы можем совсем никого не бояться?! — выкрикнула Алиса.

— Не ори! — сердитым голосом шепнул сквозь зубы Крэг. — Просто сейчас мы можем позволить себе больше действий и шума, но мы также не должны забывать о том, что мы всё ещё не одни.

— Понятно, — словно фыркнув носом, она развернулась в противоположную сторону от него, всем видом давая понять, что ей не понравился его тон.

«Кажется, я обзавёлся сторонником» — промелькнуло у меня в голове. Ещё пару таких ситуаций, и, глядишь, мы отправим его домой добираться на попутном автотранспорте.

Некоторое время мы шли по густому лесу, покрытым тонким слоем снега, который еле укутывал безлиственные деревья. Производилось такое впечатление, что именно в этом месте деревья больше всего ужасны. Они выглядели безжизненными, сухими внутри и острыми. Если подумать, никогда не видел кончики деревьев. У живых — кончики были бы тонкие и эластичные, а у этих — они были поломанные, по всей видимости от сильного ветра или старости. Находясь в подобных местах, чаще всего приходят такие мысли, которые бы никогда не пришли в нормальном лесу. Мысли, такие как: «почему они такие? что они видели? или живые ли ещё?». На этот и другие вопросы, смогли бы ответить только АРБОРИСТЫ — специалисты по уходу за деревьями. Или какие-нибудь старые местные жители, которые поделились бы правдой. Но в моей голове ответов на это не было. А так, можно было бы хорошую историю сделать на этом.

Спустя пятнадцать минут, проведённые в блуждании по бестропинным путям, мы наконец-то вышли к назначенному месту. Об этом нам сообщила Дебра, подняв руку над головой и указав на тёмное пятно в 7 метрах над нами на дереве. Мы сначала не поняли, что это такое, но, приглядевшись, увидели, что это был старый домик на дереве, уже полуразваленный и чудом держащийся на толстых ветвях дерева. С него отваливались куски досок и сам он выглядел наполовину уничтоженным. Именно уничтоженным, как будто кто-то его специально разгромил.

Подойдя под дерево, мы обнаружили снизу сгнившие доски, которые, по всей видимости, ещё недавно упали. С северной стороны как следует рос мох, а на южной выстроена что-то вроде лестницы. Или то, что от неё осталось. Приколотые дощечки были вбиты в дерево, изображая тем самым лестницу. Похоже, что её строили не взрослые, так как эта была слишком опасная конструкция для детей. Насчёт опасности: стоять под домиком — тоже было опасно! Ветер, поднявшийся из ниоткуда, начал шатать голые ветви деревьев над нашими головами, а домик и без того, еле державшийся на соплях, мог рухнуть в любую секунду.

— Давайте пойдём дальше, — сказал Том, и все кивнули ему в ответ. Только Алиса застыла на месте, никуда не двигалась и смотрела дальше на домик.

— Али-и-ис? Ты чего там? — обратился я, закрывая рукой встречный ветер, бьющийся мне прямо в лицо.

— А? — удивлённо ответив мне, повернула голову в мою сторону. — А... Я? Просто... как будто вспомнила что-то знакомое.

— Чего-чего? Я из-за ветра не слышу, — произнеся эти слова, в голове появилась мысль, что и она не услышала Тома по той же причине.

— Ничего, говорю! Уже иду, — с этими словами она резко сдвинулась с места и принялась догонять остальных, а я остался позади всех.

Ещё раз я взглянул на полуразваленный домик, как бы убедившись, что он всё ещё находится на своём месте и продолжает бороться с ветром, который рано или поздно, всё равно его победит. Но, пока он здесь, я достал свой телефон и сделал первую фотографию с этого места, которая обозначала собой старт этого приключения.

Не долго нам пришлось шастать до следующей находки, как спустя минут пять после того домика на дереве, мы встретили другие домики, но только уже на земле. В отличие от прошлого, эти стояли ещё целыми и располагались в прерывные линии по 4 дома в ряду. Эти постройки были идентичны, поэтому у нас не возникало мыслей, что они могут быть разными. Примерно на глаз их было штук 20–30. В таких местах, наверное, располагались приезжие дети. Возможно, что некоторые из них просились в один домик со своими друзьями, объединяясь в группы или братства, для более крепких уз на время пребывания в лагере. Подойдя ближе, в глаза бросились остатки облезлой краски на земле, которая, видимо, осыпалась от старости со стен. Предположительно, когда-то эти стены были выкрашены в зелёный цвет, если судить по пятнам краски, которые ещё остались виднеться небольшими участками на досках, из которых и были сооружены дома.

Всего одно большое окно с выбитыми стёклами пропускало свет внутрь, но, к сожалению, оно было выше моего уровня глаз, и я не мог разглядеть ничего внутри. Для этого мы немного обошли домик и обнаружили вход. Один маленький деревянный пролёт лестницы, высотой сантиметров пятьдесят, и мы уже стояли под навесной верандой напротив дверного косяка. Самой двери в домик уже не было. Казалось бы, старость свалила её на пол, но, переведя глаза вниз, и там её не обнаружил. Не акцентируя внимание на такой мелочи, мы с Томом первыми шагнули внутрь. Вокруг нас было ещё достаточно темно и мы ничего, кроме общих силуэтов, разглядеть не могли, поэтому Томас позволил себе включить фонарик на телефоне. Сильное белое пятно света резко осветило комнату перед нами. Внутри помещение выглядело более просторным, чем снаружи. Несколько полусломанных коек с разорванными матрасами стояли по углам комнаты с прилегающими к ней двухместными тумбочками, два небольших шкафа, высотой примерно метр, и большой столик у окна. Такое же количество предметов в комнате прослеживалось и в других домиках, в которые мы решили заглянуть. В принципе, комнаты между собой не должны различаться в детских лагерях, потому что дети, проживавшие вокруг, стремились бы попасть в самую благоустроенную, а это лишние проблемы на плечах воспитателей, и так загруженных своими делами.

— И что? Прямо-о-о зде-е-е-есь??? — с какой-то ноткой недовольства в голосе Алиса адресовала эти слова Томасу.

— Что здесь?! — с не менее удивлённым тоном я обратился уже ко всем присутствующим.

— Ну а что? Матрасики ещё ого-го, — Томас, похлопав по матрасу, поднял пыль во всей комнате.

— Вы вообще про что? — уже с более утвердительным голосом попытался получить для себя ответы.

— Кхе-кхе. Но тут так грязно, — откашлялась Алиса.

— Да кто-нибудь скажет мне о чём идёт речь! — кажется, не рассчитав громкость, я проговорил в полный голос.

— Тоби, — наконец-то, заметив меня, Томас обратился ко мне. — В твоём плане есть прокол.

— Прокол? Ты про что?

— Сейчас ночь и ночью мы не сделаем фотографий и в полной мере не сможем обследовать территорию. Поэтому нам пригдется ждать утра, либо лечь спать и проснуться с полными силами. Поэтому, когда ты спал, мы изначально попросили Крэга захватить несколько комплектов простыней, чтобы расстелиться где-нибудь. И, как видишь, к счастью, матрасики позволяют нам это сделать, — и ещё раз вдобавок, хлопнув по матрасу, поднял пыль.

— ДА ПРЕКРАТИ ТЫ! — озлобленно выкрикнула Дебра и направилась к выходу, взяв за руку Алису. Видимо, один удар она готова была стерпеть, а второй пришёлся уже выше её терпения.

— Что ещё произошло, пока я спал? Может вы поделитесь своими секретами.

— Никаких секретов нет, — Томас положил руку мне на плечо и стал выталкивать меня на выход. Как видно, поднявшаяся пыль и ему стала быть неприятна.

На выходе нас уже ждали все, только я не очень понял как Крэг, который был позади нас, оказался уже на улице, но не в этом суть. Как только мы покинули домик, ребята уже во всю обсуждали наши дальнейшие действия. Мне тоже было интересно и я принялся их слушать ровно до того момента, пока все разом не затихли и не повернули свои головы на меня. Спустя нескольких секунд молчания я вспомнил, что это я главный и все решения принимаются непосредственно мной.

— Та-а-а-а-ак, ну-у-у-у-у... Я думаю-ю-ю... — специально растягивал слова, тем самым пытаясь выиграть себе время на раздумья, продолжил. — Думаю, можно ещё немного тут осмотреться по двум причинам.

— И что за причины? — с надменным лицом зыркнул на меня Крэг, всем видом подавая то, что плана у меня не было.

— Первая причина: это осмотреться. На тот случай, если ночью нас засекут, чтобы понимать куда бежать. Вторая причина: решить по какому маршруту мы будем двигаться. Ради экономии нашего времени, так как бродить туда-сюда — слишком долго, а оставаться здесь ещё день — будет проблематично. Ведь из еды мы ничего так и не взяли.

— Кхм, — прокашлялся в кулачёк Том.

— Я тебя слушаю.

— Такое дело. Ты пока спал мы накупили пончиков с колой в том кафе.

— Ох-х-х. Ведь я же спрашивал у тебя! Что ещё вы сделали, пока я спал?! — из-за скрытности информации от меня, я был готов просто рухнуть на землю и лежать.

— Да тише ты! Больше ничего не было! Честное слово.

— Я не скажу больше ни слова, если ещё раз услышу, что вы сделали что-то, пока я спал или узнаю о том, что я был не в курсе.

Похоже, мои слова кого-то рассмешили, раз я уловил резкий смешок со стороны ребят после своих слов. Искать объект не пришлось, стоило просто осмотреть всех ребят и остановиться на улыбающимся Крэге.

— Значит, что-то всё равно скрываете!

— Перегибаешь, — серьёзным тоном Том обратился к Крэгу. — Ты ведь понимаешь, что если будешь перегибать, то Тоби вряд ли возьмёт тебя с нами ещё раз?

— ... — сжав вместе губы так, что видно было только одну линию, Крэг отвернулся в сторону и, казалось бы, скорчил гримасу.

— Да ладно тебе, чего как девочка разнылся, — Дебра, в свойственной для себя манере, быстро привела меня в чувства. — Соберись.

— Просто одно на другое накладывается и я здесь словно лишний.

После моих слов Том подошёл ко мне и снова положил руку на плечо, в этот раз вместо толкания меня в сторону он сказал:

— Всё в порядке. Не зацикливайся.

После этого я всерьёз задумался над тем, что мне не нужно зацикливаться на такой ерунде, ведь мало ли о чём они разговаривали во время того, когда я спал. Они, как ни крути, мои друзья, и я взял их с собой, потому что могу им доверять.

Хотел я того или нет — мне пришлось взять себя в руки и продолжить разговор с ребятами.

— Хорошо. Спасибо вам, что позаботились о перекусе. Сейчас мы по плану осмотрим рядом находящиеся постройки и останемся на ночь в этих домиках.

— Тц...

— Не цокай, Дебра, у нас нет выбора, — на удивление, Алиса оказалась более спокойной к этому решению, чем её подруга.

— Сейчас я с Томасом берём сумки и идём на обход. Там найдём место, где можно припрятать их, на случай, который я описал ранее.

— А почему мы должны остаться? — возмущённо отреагировала Дебра.

— Нет никакой необходимости сейчас бродить всей толпой. Вы пока выберите домики, в которых мы останемся, но не забывайте: девочки с девочками, мальчики с мальчиками.

— Дура-а-а-ак! — крикнула Алиса, но мы уже с Томом успели развернуться, прихватив сумки и отправиться на исследование.

Зайдя за домики, первым делом мы оказались на ровной площадке, размером примерно 30×20 метров. Она представляла собой асфальтовое покрытие с сорняками проросшими сквозь него. Слева виднелось большое двухэтажное здание, сооруженное из красного кирпича, виднеющегося из обвалившейся штукатурки. Я сразу не понял для чего оно предназначалось, но мы с Томом без лишних слов и переглядываний решили, что здесь можно спрятать сумки. Через мгновение мы уже оказались внутри полуразваленного здания с множеством коридоров и несколькими большими комнатами на первом этаже. Сначала мы побродили по вестибюлю, в котором, с помощью наших фонарей, обнаружили стойку регистрации с множеством квадратных полок за ней. Том, не теряя времени, перепрыгнул за стойку и подошёл к полкам. В них ещё остались какие-то папочки, похожие на истории болезни пациентов.

— И так, что тут у нас, — Том открыл папку, которая больше была похоже на сгусток пыли, и зачитал содержимое. — Боб Ларсон, 15 лет. Найден мертвым вожатыми утром 17 июня на берегу озера. По предположению доктора Скотта Бартона, мальчик не просто утонул, а умер от удара об поверхность воды, это подтверждал тот факт, что органы мальчика были повреждены. Такое не бывает у простых утопленников, — подчеркнул доктор.

— Шок какой-то, — прокомментировал я.

— Даже не говори, — Тому тоже не очень понравилось это. Но он быстро положил папку обратно и указал на остальные.

— Погоди, Том, мне первой как-то хватило. Давай уже с утра проверим остальные и найдём самые интересные записи для блога. А сегодня я ещё планирую хорошо спать ночью.

— Хорошо, Тоби. Пошли дальше, — войдя в узкий длинный коридор с множеством дверей, мы принялись обыскивать удобное для нас место. Все двери были открыты, а за ними были почти похожие друг на друга кабинеты, которые отличались между собой только размерами. Как я понял, что это кабинеты? Всё очень просто. На каждой двери была своя надпись-табличка, что-то вроде “окулист”, “зубной”, “терапевт” и так далее. Так же, в зависимости от специальности доктора, внутренняя наполняющая комнаты отличалась своей тематикой.

Проходя мимо всех этих комнат, мы наткнулись на дверь, расположение которой находилось впереди нас. Отличие её было в том, что все остальные были размещены по стенкам коридора, а эта заметно выделялась. Приоткрыв дверь, мы вошли в комнату непохожую ни на какую другую из тех, в которых мы успели побывать. Войдя, в голове сразу взялось понимание того, что здесь пребывал кто-то наподобие главврача.

Помещение было просторным, никаких медицинских инструментов или приспособлений. С порога нас встретил деревянный пол, который, несмотря на свою старость, выглядел ещё довольно пригодным. Узоры на нём представляли собой квадраты, построенные путём смены направления маленьких дощечек. Множество белых шкафов с зеркальными дверцами этого помещения были наполнены книгами в перемешку с множеством белых статуэток, непонятных для меня, существ. Трудно понять, выполнены ли были статуэтки в таком стиле изначально или время деформировало их некоторые части. Но можно было отчётливо наблюдать, как от простых форм людей — статуэтки переходили в какие-то безобразные формы, описывать которые мне не было никакого желания.

Огромный, даже сказать величественный стол, по стандартным размерам даже в наше время, с кучей каких-то бумаг на нём, казалось бы вросшими в него, дополняли и другие предметы комнаты. По углам размещены клумбы, предназначенные, как по мне, для редких растений. Несколько разбросанных по помещению стульев с отвалившимися ножками и ещё один стеклянный столик в углу комнаты. Но самое странное то, что в этом месте две подозрительные вещи. Во-первых, в центре комнаты была дыра. Паркетные доски были вырваны, словно под ним искали клад. Дыра была настолько большая, что туда бы с лёгкостью поместились две наши сумки. Но более странным показалось, что на столе лежал большой чёрный чемодан, который я специально не упомянул в самом начале.

— Кому понадобилось проламывать пол в этом месте?

— Чёрт его знает зачем, но меня больше интересует тот чемодан, — Томас верно подметил эту деталь. Ведь в этой комнате, да и во всех уголках этого здания, где мы успели заглянуть, всё выглядело перевёрнуто и разбросано, а этот чемодан лежит, как будто не тронутый временем.

Наша заинтересованность поднялась и мы одновременно, без каких-либо переглядываний и сигналов, начали обходить стол по бокам. Увидев его лицевую часть, можно было заметить, как ржавчина расколола фаски металлических заклёпок. Это, в общем-то, единственное место, куда время ударило по этому предмету, даже пыль почти не осела на его поверхности.

— Открывай!

— А что я-то? — на уровне автоматизма возразил Тому.

— Да ладно тебе, это ерунда, — Том протянул руку и раздался чёткий звук.

*Щёлк*

За ним последовал и второй.

*Щёлк*

Он медленно, но уверенно открыл чемодан, и мы увидели чёрную как смолу книгу. С виду выглядящая так, как будто была сделана своими руками. По левую сторону находились три дырки, через которые были продеты тонкие верёвки, соединяющие все листы воедино. Сама обложка была полностью чёрная и полностью гладкая. Без каких-либо особых отличительных качеств Том повертел её в руках и, не найдя никакого описания с тыльной стороны, где обычно принято располагаться информации, открыл её.

— Эм-м... — Томас, неожиданно для меня, промычал.

— Что такое?

Том не обратил внимание и продолжил перелистывать страницы. С каждой перелистаной страницей его лицо было хмурее и хмурее.

— Ну-у-у! — уже более уверенно дал понять, что и мне интересно узнать.

— Пустая, — сомнительно слетело с его губ.

— Что пустая? Ты надоел.

— Книга пустая! В ней ничего нет. Видишь?

Выхватив книгу из его рук, я быстро пролистал все выцветшие страницы, которые мог. Ни на одной из них мне не удалось обнаружить никакого намёка на слова.

— Может в неё только собирались что-то писать? — это единственная мысль пришедшая ко мне в голову в этот момент.

— Тоби, я не знаю. Может это какая-то записная книжка должна была быть, ну или вроде того.

— Кто знает. В любом случае положи её на место, завтра сделаем фото. А сейчас давай закинем сумки в эту дырку и накроем отвалившимися дверцами от шкафов. Не думаю, что кому-то придёт в голову рыскать в кабинетах.

— Будет сделано капитан!

Закончив прятать сумки, мы покинули здание и заметили, как всё вокруг начало погружаться в лёгкий туман. Это место и без того выглядело мрачным, а с его появлением вовсе претендовало на слово “УЖАСНОЕ”. Не теряя ни минуты времени, пробираясь сквозь туман, который будто бы становился плотнее с каждой секундой, мы в считанное мгновение добрались до домиков.

— Вон тот! — я потянул Тома в свою сторону, заметив сумки на одной из веранд домов.

Без последующего скрипа лестницы мы взобрались по ней на веранду. Оказавшись напротив двери, у которой лежали старые классические сумки, я впал в раздумья.

Неужели у Крэга были две старые, вышедшие из моды лет тридцать назад, сумки? Я был так зациклен на своих мыслях в этой поездке, что не обращал внимания на такие мелочи. Так как мне удалось уснуть в машине, я не знал или не помнил сколько их должно было быть у Крэга. Да и неважно это, а такой момент. Бежа пару минут до домиков, мы будто отдали все силы, которые оставались на этот день, и поэтому всевозможные мелочи для нас не имели никакого значения.

Зайдя внутрь, на удивление пыль не стала бить в нос, даже охватало чувство, что её здесь больше нет. Возможно, ребята успели как-то проветрить помещение в наше отсутствие.

Искать кровати в темноте нам не пришлось, потому что они выделялись от всего вокруг. Каким-то чудом ребятам удалось застелить матрасы белым чистым Крэговским бельём, которое он взял для такого случая.

— Вот они постарались, конечно! — во весь голос сказал Том. И в этот момент с другого конца комнаты раздались звуки.

*Х-х-х-х-с-с-с-с-с... Гхм-гхм-гхм...*

С последующим причмокиванием.

— Тише! Наверное, он уже спит. Ложимся тоже, — откамандовав Тому, я залез, не снимая одежды, на кровать и укрылся чистым, пахнущей стиркой, одеялом.

Достав телефон и взглянув на экран, зафиксировал время 2:35 и убрал его обратно в карман. Мне не пришлось долго ворочаться. За такой насыщенный день моё тело стремительно перевело меня в спящий режим, где подсознание начало здесь же показывать мне сон.

Солнце своей могущественной силой светило мне прямо в лицо до тех пор, пока я не накинул свою руку себе на лоб, закрыв таким образом свои глаза от ослепляющих лучей. Впереди меня воздвигался овраг, а на нём столь знакомая мне девочка. Кажется, где-то я её видел. Нежный холодок ударил по моим ногам и, переведя глаза вниз, я обнаружил, что стою в воде. Мне показалось это каким-то знакомым чувством, вроде бы мне уже снилось что-то аналогичное. И вот пение птиц и кваканье лягушек на фоне возникло из ниоткуда, но меня это несильно волновало, как девочка стоящая надо мной.

— Эй-й-й-й-й! Эй-й-й ты! — крикнул ей в спину, едва слыша свою речь, как будто это были потуги глухонемого.

— П***н*.

— Чего-чего? Я тебя отсюда не слышу! Не могла бы ты развернуться и повторить в мою сторону?

— По*дн*!

Так как девочка не реагировала на мои просьбы, я стал карабкаться по корням деревьев на двух метровый овраг.

— ПОЗДНО! — резко сорвалось с её уст.

Ухватившись за следующий корень дерева и подняв свою голову на уровень с оврагом так, что можно было видеть пятки девочки, ответил:

— А что поздно-то?

— Ты не успел... Теперь ты с нами.

— Я ничего не понимаю, что ты мне говоришь, сейчас я залезу и ты мне расскажешь, — закинув одну ногу на край обрыва, потихоньку подтягивал тело.

— Я обещала назвать тебе своё имя. Меня зовут Ния.

— Красиво! А не могла бы ты дать мне рук... — в следующее мгновение моя нога соскользнула по травяной поверхности и моё тело срывается вниз.

*Ту-у-у-у-у-у~ туру~ ту-ту-ту-ту~*

*Ту-у-у-у-у-у~ туру~ ту-ту-ту-ту~*

«Что за идиот поставил звуки трубы на будильник, оно же орёт на всю окру...» — не успев закончить свою первую мысль дня, как кто-то хватает меня за руку и начинает стаскивать с кровати, попутно крича.

— Давай! Быстрее!

Подумав, что охранники нас заметили, подскочил и побежал вслед за источником криков. Выбежав из домика, солнце слишком сильно ударило в лицо, поэтому я не мог разглядеть, кто это был: Том или Крэг. Ситуация была адреналиновая, да и спросонья я еле открыл глаза.

— Не успели! Всё из-за тебя, — на этот раз голос показался мне совсем незнакомым, но ещё более неожиданным был следующий.

— Та-а-а-ак. А вот и первые нарушители.

Протерев глаза и прикрывшись от солнца, разглядел впередистоящего мужчину, лет 30, с лёгкой щетиной, короткими тёмными волосами и выбритыми боками, как у американских солдатов.

Осознание, что нас поймали, заставило воздух вокруг меня сгущаться и стать тяжёлым.

— Хи-хи-хи-хи.

Неожиданное массовое хихиканье вокруг меня повергло в испуг, и я пронзительно отдёрнулся по сторонам. Вместе со мной в колонне из приблизительно 50 человек стояли совсем юные ребята лет 14–15 с ехидными выражениями лица. Я сначала подумал, что это очередной сон, пока в толпе ребят не разглядел Тома с выпученными от страха глазами и выступающим потом на лбу. Я посмотрел на мужчину, потом на ребят, потом на Тома, а потом на асфальт, на который я благополучно упал без сознания.