Неделя пролетела быстро. Не было никакого томительного ожидания или чего-то ещё, наоборот, каждый день был наполнен суматохой и отчаянными попытками дожить до следующего и помочь с этим с каждым днем все больше слабеющему варгу.

Но вот беспощадный дождь наконец закончился и Риэль трясущимися руками буквально вытаскивала ослабевшего Ремара из их захудалой лачужки, единственного места, что приютило их в этом недружелюбном городе. Да и это ещё мягко сказано. Варг едва мог ходить! После одного единственного боя! После боя, что произошёл в первый же день! А потом что? Постоянный страх, что тебя найдут, куча бесплодных попыток достать лекарство и кровавых стычек, неизбежно заканчивающихся погоней, и пара робких попыток попасть к «своим». Да, для Риэль эти холодные и недружелюбные орки в некоторой степени стали своими. С ними был Карад и её единственная надежда на выживание, разве могло быть иначе? Конечно, лютая злость все ещё жгла сердце девушки, но это было уже не обжигающее пламя пожарища, а лёгкие тлеющие угольки. Те самые, с существованием которых вполне можно смириться как с неизбежным злом. Они все ещё обжигают, но не несут в себе былого ужаса и величия. Вот так выглядят орки в глазах Риэль. И это недалеко от истины, ведь когда-то орки представляли собой нечто более величественное, чем кучка варварских племён, терроризирующих степь и её окрестности. Впрочем, все это было давно, ещё в имперские времена. Сейчас же, под светом вездесущей луны, орки, когда-то известные своими навыками поиска и преследования, не могли отыскать исчезнувшую девчонку.

Девчонку, что пусть и с трудом, но служила опорой полутонной туше некогда, как и орки величественного, хищника. Сейчас же варга таким никто бы не назвал. Серебристая шкура поблекла. Покрылась гноем. Уродливыми, красноватыми струпьями. Задняя лапа вообще безвольно тащилась следом — варг даже не пытался её использовать. И что самое страшное: вечно веселые, лучащиеся жизнью глаза потухли, из двух сияющих любопытством фонариков превратились в две бездушные мрачные бездны, что почти ни на что не реагировали. Ужасающее зрелище.

На его фоне нервничающая, суетящаяся, ожидающая во всем подвоха и боящаяся сделать лишний вдох Риэль выглядела образцом жизнерадостности и здоровья. Правда, прохожего наблюдателя могли смутить стекающая с её губ алая струйка и пара красноватых пятен на рубашке — пытаясь непослушными руками открыть флягу, наполненную кровью девушка случайно облилась. Несильно, но неприятно. К слову, к крови девушка за последнее время очень сильно пристрастилась. Не рискуя отправляться на рынок и обнаружив, что кровь на удивление питательна, Риэль питалась только ею. И, что не странно, она пристрастилась сама не заметив, как начала делать это чаще, чем нужно для удовлетворения голода. Как никак алая жидкость, помимо питательности, была ещё и необычайно вкусной. Сдерживать себя было выше её сил. Раньше, когда была альтернатива, сдержать свои порывы было нетрудно. Сейчас же, когда терять было нечего, девушка решила рискнуть, хуже от этого никому бы все равно бы не было. А если бы и было, так этот кто-то явно Риэль не друг. И даже не прохожий. Следственно проблемы исключительно у него. Ну или у Риэль, в случае если он сможет ее одолеть. Как раз таки по последней причине девушка старалась лишний раз не показываться на людях, мало ли кого встретишь.

Впрочем, как надеялась девушка, эти времена скоро закончатся и ей не придётся больше прятаться. Надо всего лишь, будучи укрытой вязким утренним туманом дотащить полутонного варга на другой конец города. Ничего сложного. Все четырнадцатилетки занимались подобным. Главное чтобы по пути не попались всякие мутные личности, что по неизвестной Риэль причине очень желали её убить.Как никак это для четырнадцатилетней девочки уже слишком.

Однако, несмотря на все опасения девушки, на неё ни разу не напали. Путь она прошла более чем спокойно, начав подозревать в чем-то подвох. Хмурый капитан, стоящий на мостике, тоже не предвещал ничего хорошего:

– По моему ты говорила о друге, а не о подобном чудовище! – его голос так и сочился ядом.

– Это мой друг, – твёрдо заявила Риэль.

– Ну и вали тогда со своим мохнатым другом на все четыре стороны! Я не повезу эту тварь! – капитан с ненавистью посмотрел на полумертвого варга, что лишь пару раз едва пошевелил ушами, почти не обратив внимания на все его выкрики.

– У нас договор! – возмутилась Риэль, которая, несмотря на все протесты возмущённого капитана, затаскивала Ремара на корабль. Варга там встретили четыре десятка настороженных глаз.

– К черту! Я не повезу эту тварь ни за какие деньги! Зря я вообще послушал тебя, паршивая шлюха, надо было сдать тебя Лингам!

Риэль же в ответ на эту злостную тираду, будучи и без того нервной, уставшей от ожидания и просто испытывающей неприязнь к одной излишне наглой личности, что, казалось, специально выводила её из себя, метнула нож. Не самый эффективный способ убийства. Даже если ты вампир с обостренным восприятием шансы попасть заметно тают с каждым метром, но девушку это особо не волновало. Просто терпение, неожиданно даже для неё самой, лопнуло. Первым же, что попалось под руку был нож. Вытащить его из-за пояса — дело пяти секунд, в то время как закрепленное за спиной копье так просто не достать. Метать же стилет... Лучше не стоит. Шансы покалечиться самой куда выше, чем попасть хоть куда-то.

Впрочем, даже метнув нож, Риэль не попала. Смертоносная сталь прошла в паре сантиметров от головы одного, в данный момент мертвенно-бледного, человека.

– Эй-эй-эй! Потише! Я же просто пошутил! Довезем куда скажешь и как скажешь! – Затараторил капитан, идя на мировую, – но если тебе не трудно, запри его в трюме... Мне так будет спокойней.., – буркнул он себе под нос. Риэль же услышала его невнятное бурчание и сочла за благо покинуть общество одного не очень ей приятного человека, воспользовавшись возможностью, что он ей предоставил, спуститься в трюм. Там, вдали от любопытных глаз, она и провела пару предрассветных часов, ожидая отплытия.

Но когда непроглядный туман наконец немного ослаб, а корабль неторопливо тронулся, уже подуспокоившаяся девушка решила подняться на палубу. Делать все равно было нечего, а каждый взгляд на медленно умирающего Варга навевал лютую, пробирающую сердце тоску. Находиться рядом с ним были просто мучительно. Определённую роль в этом играл и исходящий от него запах. Что-то между тяжёлым, застоявшимся больничным запахом и гнилью. Ещё не мертвец, но уже и не просто больной — вот как можно было расшифровать этот аромат.

И Риэль могла сказать точно: варг на последнем издыхании. Если у неё не получится доставить его к оркам в течении, самое большее — недели, он умрёт. Впрочем, она сделала все, что могла. Единственное, что ещё было в её силах, это остаться рядом с обессиленным Ремаром. Но Риэль не могла. Просто не могла наблюдать как умирает её друг. А варг, несмотря ни на что, был её другом. Поэтому зябко передернув плечами и тихо, с надеждой, прошептав «держись», Риэль поднялась наверх, к капитану.

Морской волк, до этого стоявший у руля и уверенно глядявший вдаль, встретил её с былой уверенностью и лишь лёгкая дрожь в голосе выдавала его настоящие чувства.

– Не сидится? – спросил он. Риэль же, с любопытством вглядывающаяся в водную гладь, вдохнув полной грудью свежий морской воздух ответила:

– Нет.., – на этом разговор стих, растворившись в мерном шуме волн и лёгком, щекочущем кожу бризе.

Так, в молчании, прошло несколько прекрасных, наполненных тишиной минут. Лишь изредка кто-то из матросов отчитывался о проделанной работе и получал новую, вновь погружая корабль в блаженную тишину, что была нагло нарушена Риэль, когда на горизонте появилась некоторая странность. Если точнее, несколько равноудаленных друг от друга колонн, возвышающихся над водной гладью.

– Что это? – полюбопытствовала девушка.

– Стена, – хмуро отозвался капитан, но видя, что девушке этого мало, вздохнул и продолжил, – поебень, сделанная магами; не пускает к городу всяких тварей. Их, кончено, за ней собирается море, да и совсем уж слабые проползают, но их периодически чистят...

– И не боитесь плавать?

– Да чего там бояться? Маршрут известен, мелких тварей отпугнет артефакт, больших же бояться бессмысленно: их слишком мало и шанс встречи весьма невысок... А если встретимся.... Ничего не поможет...

– А вы встречались, с теми же мелкими к примеру?

– Да, и, поверь мне, лучше их не видеть — уродцы редкостыне . Хорошо хоть их амулет отгоняет. Кстати о нем.., – капитан, нервно облизнув губы, запустил руку в карман, через пару секунд копошения в котором достал на свет темную печать, состоящую из нескольких весьма замысловатых символов.

– Что это? – заинтересованно спросила девушка.

– Недавно прикупил, – похвастался Капитан, показывая предмет во все глаза его разглядывающей Риэль, – по слухам, приносит удачу. Хотя, как показывает недавний опыт, фигня все это! - он замахнулся чтобы выбросить безделушку, но крепкая рука его перехватила. Когда капитан опустил взгляд на хозяйку остановившей его конечности, та лишь покачала головой, бескомпромиссно попросив:

– Отдай мне, – мужична же, не колебалясь и секунды, словно только этого и ждал, протянул безделицу девушке. Та же, не ожидая подобного, на секунду впала в ступор, после чего сразу же схватила печать, тут же её и выронив. Сопровождалось это глухим, болезненным шипением, исходящие из её уст. На руке же девушки красовался алый, отчётливо проглядыающийся на белоснежный коже ожог в виде того самого узора...

Капитан же, узрев сие трагической событие, в ужасе застыл, наблюдая за баюкающей руку девушкой.

– Я-я н-не специально! Честно! – вскричал он, – Я не знал! – Риэль же, окинувшая его злобным взглядом, не сочла нужным отвечать ему, или тем более применять силу. Её разум все ещё правил бал и эмоции, призывающие к действию, не имели власти. Поэтому убивать капитана она не стала бы даже в том случае, если бы он сделал это специально. Ведь, как бы там ни было, он нужен был Риэль живым. Ведь никто иной не мог доставить её до суши. В городе ещё можно было что-то придумать. Что-то изменить. Найти другой путь. Но выйдя в море, Риэль целиком и полностью доверилась человеку, управляющему этим судном. Пути назад больше не было. Либо пан, либо пропал.

Тем более, если судить по обеспокоенным лицу капитана, если он что-то и знал, то произошедшего все равно не планировал. Скорее всего печать была просто магической безделушкой, на которую у Риэль была своеобразная «аллергия». И из-за этой «аллергии» таинственная печать так и осталась лежать никем не тронутая. Капитан не рисковал подходить к Риэль, а она не горела желанием лишний раз касаться вещицы, предпочтя разглядывать медленно приближающиеся колонны. А посмотреть там было на что, ведь все они были покрыты искусными, похожими на узоры надписями, на каждой колонне немного отличающимися. И как заметила Риэль, сначала посчитав это галлюцинацией, между символами и самими колоннами раз в пару мгновений пролетела едва заметная, почти неуловимая глазу прозрачная искра. У этого явления не было какой-то определенной закономерности: искра могла пролететь чуть выше или чуть ниже, касаясь колонны или на некотором расстоянии. Но лишь приблизившись, Риэль поняла причину.

Это были не искры. Это было их скопление. Сотни, тысячи, а может и миллионы искр одновременно летали между колоннами, создавая в воздухе странное марево. Марево, приблизились к которому, корабль с преувеличенной лёгкостью его пересёк, будто ничего и не было. Риэль даже удивилась подобному. Она ожидала некоего замедления, сопротивления или чего-то подобного, но ничего такого не было. По крайней мере до тех пор, пока перед стеной не оказалось она...

Ведь стоило ей коснуться барьера, как искры мгновенно собрались перед её телом, став непреодолимое преградой, не пропускающей её вслед за кораблём.

Сначала Риэль ничего не поняла, однако в следующую секунду ее охватила паника. Она пробовала стучать, обходить, перепрыгивать и другими способами преодолеть барьер, но все было тщетно. Тот неумолимо стоял, с каждой секундой вытесняя её все дальше с уплывающего вдаль корабля. И тогда Риэль сделала то единственное, что ещё могла: обратилась к стоящему по ту сторону капитану:

– Присмотри за варгом! – тот, неторопливо повернув голову, обомлел, после чего, сглотнув вязкую слюну, хриплым голосом сказал:

– Хорошо.., – Риэль же, зажатая у перил, сиганула в воду, понадеявшись, что капитан все таки сдержит свое обещание.

Однако, капитан, немного придя в себя, поступил иначе. Ведь несмотря на то, что его считали человеком слова, в первую очередь он был человеком денег. И, конечно же, как человек, жаждущий больше всего на свете богатства, он понимал важность репутации. Но так же он понимал, что мертвецы не смогут ему её испортить. Посему, он позвал Билли, недавно присоединившегося к команде юнгу, и приобняв того за плечи, панибратски начал:

– Эй, Билл, у тебя же отец кожевник?

– Да.., – с удивлением ответил парень, не совсем понимая, что от него хотят.

– Ты же ему помогал, как мелкий был, да?

– Ну да...

– Ну, так вот, смотри, у нас в трюме зверюга такая, варгом зовётся... Ты, вот, как она издохнет, шкурку мне сними, а потом мы с тобой прибыль пополам поделим, идёт?