Шло время. Ни не знала, что сделал ее новый союзник, но с ней больше никто не спорил. Более того, почтительно кланялись при встрече, приносили по первому требованию все отчеты и выполняли любые поручения. Ни чувствовала подвох, но почему бы и нет, если работает?

Очистка пошла значительно быстрее. Ни сидела за столом и, поддерживая заклинания, воодушевленно водила кистью, пыталась подсчитать, за сколько они опустошат зону Изоляции. Если с такой скоростью, то месяца за полтора успеют!

А, нет, вот тут ошиблась… Ни потерла лоб. Все-таки цифры — точно не самая сильная ее сторона. Два месяца, получается. Ну ничего, тоже неплохо!

Она переписала начисто план очистки. «Надо бы повесить, чтобы все видели. А то здесь дышать невозможно, да и в целом мерзко».

Ни покосилась на мрачного типа, изучающего книги из запретной части библиотеки общины Кона рядом. Будет ли он на ее стороне, когда прочитает все, что у нее есть?

— Что, заскучала уже? — усмехнулся он, поймав на себе взгляд.

— Просто любопытно стало. Ничего о тебе не знаю…

— И не надо ничего знать, спокойнее спать будешь, — пожал плечами тип.

— Имя, может, хотя бы скажешь?

— Тан, — кажется, он улыбался.

«Палач Тан!» Ни вздрогнула и уточнила шепотом:

— Тот самый Тан?

— Конечно, — жутковато рассмеялся он.

— Но почему тогда старейшину не назначили главным здесь? — удивилась Ни.

— Учителя своего спроси, — пожал плечами Тан.

Ни нахмурилась. Но ведь и прошлым старшим Тан не был. Да и стал бы старейшина напоказ надевать запретные вещи… Он водит ее за нос!

— Врешь. Не может быть, чтобы старейшина так выглядел!

— А я и не говорил, что старейшина, — пожал плечами Тан.

— Ты другой Тан, не палач?

— Ясное дело, — хмыкнул он. — Танов в общине Кона как милашек Ни в заповеднике.

— Я не из заповедника!

— Полукровка, ага. Там таких не держат.

Ни стало обидно. Понятно, что действительно не держат, да и ей в заповедник не нужно, но она почувствовала себя неполноценной. «А чем я отличаюсь от чистокровной девы? Разве что ростом и разумом. Или это недостаток?» Ни запереживала.

— А чем я хуже?

— Причем тут хуже? Ты не соответствуешь стандартам и можешь оставить еще более отклоняющееся от него потомство, очевидно же.

— А куда попадают полукровки из заповедника? — заинтересовалась Ни.

— Известно куда. Чистокровных только на содержание отдают, а этих и продать можно. Дешевле, правда, зато насовсем, — хмыкнул Тан.

Ни стало совсем не по себе.

— Но ведь они такие же, как я. А я такая же, как все элькрины. Учусь, сдаю экзамены, работаю…

— Они тоже учатся. Правда, чаще более полезным вещам.

— Это каким? — заинтересовалась Ни.

— Быть удобными, послушными, веселыми. Уметь сделать владельцу хорошо. Не лезть в его дела.

— Как животные, что ли?! — возмутилась Ни.

— Как искусители из общины Эйрола, только лично твои и безопасно глупые. Удобно, востребовано, все счастливы.

Ни сжала кулаки.

— Это… это рабство! Настоящее рабство!

— Это забота о доходах общины и будущем никому не нужных полукровок. Девы не элькрины. Они существуют только по прихоти Эрва, иначе давно бы уже вымерли.

Ни вздохнула. Неужели бы вымерли? Мама была нормальной, читать умела, писать. Пусть великих наук не знала, ну и что?

— Выжили бы, — возразила Ни.

— Ты что, совсем историю не знаешь? Читаешь вроде много… Или ты в своих книжках только картинки смотришь? — озадаченно спросил Тан.

— В смысле?

— Девы сами попросили о покровительстве сильного Эрва вскоре после того, как их Лов уснул. Он их защитил и бережет до сих пор. Постоянный, слово держит.

— Но не о рабстве же просили… — Ни пыталась вспомнить, когда были те времена, когда лесные девы не были под покровительством Эрва, но никак не получалось. Разве так было не всегда?

— Они сами пришли к такой жизни. Им так нравится. Удобно. И думать не надо.

— Что, прямо всем? — скептично спросила Ни. — Мама наставляла меня учиться, чтобы быть самостоятельной и счастливой.

— И ты выросла счастливой без покровительства Эрва? — уточнил Тан.

— Я… — руки задрожали.

— Красивые женщины, как и любые ценные вещи, нуждаются в защите. Они не бывают счастливыми без сильного владельца. Это не только дев касается, — Тан со вздохом прикрыл книгу.

— Эй, не сравнивай элькринов с вещами! Да и я теперь уже… некрасивая, — сдавленно прошептала Ни.

— Твой учитель, конечно, сослал тебя, и правильно сделал — не спорить же с Ловами, в самом-то деле? А Исту все равно, гнилая ты или нет. Ничего, когда умрешь — тоже без разницы станет. Я много нежити видел.

Ни затряслась всем телом и разрыдалась. «И зачем вообще этот разговор начала? Столько гадостей говорит, и возразить-то нечего! Ну же, глупо плакать перед этим… Этим!»

— Эй-эй, ты чего вдруг! Это… Контроль над заклинаниями потеряешь! Прерывать очистку вредно! — растерялся Тан.

— Когда они умрут, им тоже станет без разницы, — насупилась Ни, утирая хлынувшие ручьем серые слезы, но все-таки сосредоточилась, пытаясь больше не всхлипывать. «Переволновался так. Кажется, не хотел обидеть, просто не умеет общаться? Как Иркрин, только еще хуже. И взгляды у него отвратительные».

— Тебе не повезло понравиться Гнилому Лову. Они здесь ни при чем. Не хочешь чистить — оставь мне, за них хорошо платят, — смущенно пробурчал Тан своим замогильным голосом.

«Он что, пытается меня утешить? Или издевается дальше? По тону непохоже, что он хотел обидеть меня… Как же жутко звучит, что с ним такое?» Ни грустно вздохнула.

— Зачем тебе столько денег, когда все рушится?

— Это ведь не навсегда. Мы еще будем жить. Сейчас хорошая возможность заработать на свою лабораторию, и я ее не упущу.

Ни опустила взгляд на план очистки, покрытый пятнами гнили от ее слез. «А у меня какие цели? Выжить бы. Вылечиться. Вот и все, наверное, но получится ли? Может быть, смириться с этим и заняться чем-нибудь другим, пока еще есть время? Сколько я еще проживу? Что останется после… меня?» Ни снова всхлипнула, утирая вновь покатившиеся по щекам слезы.