— Ким Докча?

При слове «Ким Докча» Чон Хивон искоса взглянула на меня. Вероятно, она вспомнила, как я и другие Апостолы произносили это имя.

「 Чон Хивон не знает, что мы — вселенцы. 」

Чон Хивон знает лишь то, что я и Апостолы знаем «будущее». Однако она, похоже, инстинктивно почувствовала неладное.

— Знакомое имя?

Чон Хивон покачала головой на вопрос брата.

— Нет, просто… И что дальше? Что ещё сказал папа?

— Я тоже не всё помню. Что он знает будущее, что этот мир скоро погибнет… Что у него нет времени заботиться обо мне, и я должен как-нибудь выжить сам. Но при этом он собирал людей вокруг себя и наращивал силу. Сосед и военные с нижнего этажа тоже последовали за папой. Ты помнишь сержанта Кима и старшего сержанта Хёна? Папины пророчества действительно сбылись несколько раз.

Я задумался о читателе, который вселился в отца Чон Хивон. Он, в свою очередь, старался выжить.

Внезапно его выбросило в мир новеллы, которую он читал, и он, вероятно, не осознавал, что является чьим-то отцом. Тем не менее, стоящий передо мной мальчик потерял своего отца из-за этого. Однажды Ким Докча сказал: Не только крупное разрушение является разрушением. Настоящим уничтожением является малое разрушение.

Возможно, я и читатели, вселившиеся сюда, уже являемся настоящей Катастрофой для коренных жителей этого мира.

— Потом его схватили люди из «Открытости» во втором сценарии. С тех пор я его не видел. Я только слышал, что его держат в подземке станции Сеул…

Отец Чон Хивон, видимо, усердно боролся, но в итоге проиграл местным силам. Возможно, это был ожидаемый результат. Тем более, что этот район даже не был толком описан в «Точке зрения Всеведущего читателя». Уже чудо, что он умудрился пройти первый сценарий и выжить. Чон Хивон снова спросила:

— Так почему ты в Открытости? Эти же ублюдки схватили папу, так почему ты под этой организацией…

Глаза Чон Хивон сузились, когда она увидела, что Чон Ынхо колеблется с ответом.

— Ты, неужели…

— Он ведь наш отец. Я не брошу свою семью, как ты, нуна.

С голосом, в котором бурлил слабый гнев, Чон Ынхо продолжил:

— Когда-нибудь к нему может вернуться память. Он может снова стать нашим папой… Хотя это, может, и не самое лучшее событие.

Чон Хивон, наконец поняв слова брата, цыкнула языком.

— Поэтому ты вступил туда, убиваешь и грабишь других? Ты в своём уме?

— У меня не было другого выхода. Нуна, ты ведь тоже убила кого-то, чтобы выжить в первом сценарии.

Выбор только ради выживания. Кто в этом сценарии может честно возразить доводам мальчика?

— И я, и все дети здесь — мы такие же. Мы просто пытались выжить.

Дети, сидя на коленях и сбившись в кучу, всхлипывали и плакали.

— Простите нас. Пожалуйста, простите!

— Мы больше не будем! Мы больше не будем.

Я знал, что эти слова ложь. Если мы уйдём, не сказав ни слова, дети снова будут грабить и убивать людей, используя сообщения о «белом флаге» как приманку. Чон Хивон тихо вздохнула и спросила:

— Где флаг?

Тогда Чон Ынхо, тоже вздохнув, указал на главную спальню.

— Там.

На этом их грабежи заканчиваются. Дети опустили головы, понимая это.

— Только потому, что дети, я вас прощаю. Но если в следующий раз попадётесь — убью.

Дети задрожали от предупреждения Чон Хивон. Когда мы открыли дверь спальни, как сказал Чон Ынхо, в центре комнаты показался «белый флаг».

[ Обнаружен «Белый флаг»! ]

Если мы возьмём его, мы сможем создать новую группу.

— Эй! Остановите их! Если мы потеряем его, вы все умрёте!

Это крикнул мальчик с родинкой, который корчился на полу. Он, каким-то образом смог выплюнуть полотенце, затыкавшее ему рот, и отчаянно закричал:

— Остановите! Быстрее остановите их!

— Вонщик-а.

— Заткнись! Вы, засранцы!

Взволнованный мальчик с родинкой извивался и кричал.

— Немедленно развяжите меня! Я убью вас! Вы забыли, кто мой папа? Думаете, вам это сойдет с рук? Эй! Чон Ынхо!

— Вонщик-а. Давай в этот раз просто пропустим. Это моя нуна.

— И что с того, что она твоя нуна?!

Чон Ынхо сделал вид, что не слышал, и поторопил Чон Хивон.

— Нуна. Если собираешься брать, бери быстрее. Скоро придут люди.

— Кто придёт?

— Ты не знаешь, но здесь филиал «Открытости». Вонщик уже позвал нищих. Каким бы он ни был, он сын главы. Он главный здесь.

— Мне всё равно кто придёт.

— Я знаю, что ты сильная, нуна… но даже тебе невозможно справиться со всей «Открытостью». И глава здесь — невероятно сильный человек. Настоящий мастер боевых искусств, который может летать по небу.

Настоящий мастер боевых искусств. Внезапно проснулось любопытство. Это не Ю Джунхёк, и, по логике, не может быть такого воплощения в данный момент. И почему, вообще, в Корее должны быть мастера Мурима?

— Инхо-сси.

Я задумался. Любопытство в сторону, но столкновение с крупной силой здесь не было правильным выбором. Наших целей было две:

Первая — найти «Безумного Иясника».

Вторая — завладеть «белым флагом».

Учитывая, что «Безумный Мясник» предположительно является братом Чон Хивон, можно считать, что наша цель уже достигнута.

— Может, для начала заберём флаг?

— Инхо-сси, возьмите его вы.

— Уверена?

— Я всё равно не знаю, как его использовать.

На этот раз я не отказался от уступки Чон Хивон. Флаг был необходимым предметом для выполнения сценария «Путь Короля».

— Тогда я возьму.

Странное предчувствие посетило меня в тот момент, когда мы с Чон Хивон вошли в главную спальню. С холодным ощущением всё вокруг стало бесцветным. Ловушка.

[ Условие активации эксклюзивного навыка «□□» выполнено. ]

Давно я не видел этого сообщения. В то мгновение, когда время остановилось, я рефлекторно осмотрел окрестности. Но ничего странного не было видно. Ни Чон Ынхо, ни другие дети не изменились. Тогда что? Именно тогда я обнаружил красную линию, проникающую сквозь щель в разбитом окне.

Лазерный прицел.

Кто-то целился в это место. К счастью, я не слишком волновался. У меня были оставшиеся очки Вероятности, и я был уверен, что смогу написать правдоподобную фразу, необходимую для побега. Выйти из такого кризиса — это…

[ Состояние эксклюзивного навыка «□□» нестабильно. ]

[ «Снежное поле» не может быть активировано. ]

[ Навык деактивирован. ]

Что? Пейзаж вокруг изменился, и издалека послышался звук выстрела. Чёрт возьми! Я машинально притянул Чон Хивон к себе и упал ничком. Но был кто-то, кто двинулся раньше меня.

— Нуна!

Чон Ынхо, обнаружив лазерный прицел, бросил палочку для еды точно в направлении, откуда прилетела красная линия.

[ Воплощение «Чон Ынхо» активирует «Бросок Ур. 2»! ]

[ Воплощение «Чон Ынхо» активирует «Усиление Метательного Оружия Ур. 2»! ]

Как только палочка для еды вылетела через оконную щель, раздался оглушительный грохот, от которого заложило уши, и затряслось всё здание. Это был не обычный снайперский выстрел. Кто-то выстрелил противотанковой ракетой, сопоставимой с РПГ.

Когда я едва открыл глаза в едкой пыли, мы увидели ужасающий вид разрушенной спальни. Сломанная рама разбитого окна болталась, а пол спальни, выходящий к окну, был полностью разбит. На крыше здания напротив был виден снайпер, который целился в нас. В тот момент, когда наши взгляды встретились, я увидел, как он вздрогнул. Это было знакомое лицо.

「 «Ч-Чхонге-ним приказал следить за этим проходом, чтобы расширить влияние филиала. Клянусь, это всё. Я не собирался причинять вред!» 」

Снайпер, которого мы отпустили в районе Чунмуро перед приходом сюда. После того, как «Клятва Существования» сделала невозможным разглашение информации о нас, он решил убить нас, вместо того чтобы возвращаться на станцию Сеул. Это была ошибка. Не следовало верить нелепой «Клятве Существования» и отпускать его.

— Хивон-сси, всё в поря―

От Чон Хивон, стряхнувшей пыль и вставшей, исходила красная аура жажды убийства. Она смотрела на своего брата, лежащего на полу. Чон Ынхо лежал, схватившись за живот. Я быстро перевязал рану, останавливая кровь, и осмотрел её. Кожа, сквозь которую прошли осколки шрапнели, почернела, словно снаряд был ядовитым.

[ Персонаж «Чон Хивон» активирует «Убийство Демонов Ур. 4»! ]

Чон Хивон, рыча, словно зверь, прыгнула вниз, к нижним этажам здания. Вскоре на крыше здания напротив раздался крик.

— Аааа!

Движения явно отличались от тех, что она демонстрировала, сражаясь с детьми. Конечности отрывались, кровь брызгала во все стороны, а мужчина безумно вопил:

— Здесь, они здесь! Кхаак!

Похоже, он уже вызвал подкрепление, поскольку у входа в жилой комплекс появилось с десяток нищих. Похоже, это было подкрепление, прибывшее по «Групповому Чату». Глаза Чон Хивон, пылающие красным от эффекта «Убийства Демонов», повернулись в ту сторону. Именно в этот момент откуда-то обрушился шквал пуль.

Ду-ду-ду-ду-ду!

Прицельный огонь, направленный прямо на нищих.

— Кхак!

Под градом пуль нищие в ужасе начали отступать, подавая друг другу сигналы.

— Отступаем!

Пока члены «Открытости», подхватив трупы убитых нищих, быстро отступили за пределы жилого комплекса, из прохода, ведущего к подземной парковке, появилась группа солдат.

— Прекратить огонь!

У всех были грязные лица, словно они долго жили в полевых условиях. Чон Хивон, тем временем прикончив снайпера, приземлилась на первом этаже здания. В тот момент, когда напряжённое противостояние между солдатами и Чон Хивон собиралось продолжиться, один мужчина, командующий солдатами, вышел вперёд. Это был мужчина с красным флагом, воткнутым за пояс.

— Ты… Ты же Хивон-и?

Взгляд Чон Хивон, обернувшейся к мужчине, немного смягчился.

— Сержант Ким?

***

Группа солдат была остатками сил, которыми командовал отец Чон Хивон, Чон Мунхо. Они сказали, что вели партизанскую деятельность, чтобы спасти Чон Мунхо, захваченного «Открытостью», и случайно оказались возле жилого комплекса, где находилась Чон Хивон.

— Ты жива… Какое счастье.

Сержант Ким несколько раз вытер слёзы, крепко сжимая руку Чон Хивон.

— Мне жаль. Старший сержант Чон…

— Я слышала…

Чон Хивон спокойно высвободила руку и сразу же задала важный вопрос:

— Как состояние Ынхо?

Чон Ынхо, раненый пулей снайпера, был всё ещё без сознания. Я экстренно дал ему «Эссенцию леса Эллейн» и намазал мазью, но это была не та рана, которую можно было залечить только этим. С тех пор как фельдшер непрерывно подавал ему ману, но цвет лица Чон Ынхо становился только хуже с течением времени.

— Прошу прощения. Боюсь, в таком состоянии он не протянет и дня.

Бессильный голос фельдшера. Я думал так же. Такая рана требовала либо руки целителя, такого как Ли Сольхва, либо чудодейственного лекарства из Мурима. Рана, которую можно вылечить, по крайней мере, Пилюлей Малого Возвращения, если не Великим Эликсиром Шаолиня.

[ Данного товара нет в наличии. ]

И в этот раз нет в наличии? Я рылся в «Сумке Токкэби» в поисках других лекарств. По уровню Пилюлю Малого Возвращения должно быть немало товаров…

[ Данного товара нет в наличии. ]

[ Данного товара нет в наличии. ]

Как назло, всё было распродано. Если подумать, Ким Докча в оригинале редко покупал лекарства через «Сумку Токкэби». Обычно такие лекарства доставались воплощениям, у которых Созвездия Спонсоры были уровнем выше Повествовательного. Созвездия, желающие быстрого роста своих воплощений, уже купили бы лекарства сомнительного уровня и скормили бы им. Пролистав страницу покупки, я смог найти одно лекарство низкого качества.

+

* Демоническая таблетка — в наличии 3 шт.

+

Прочитав описание, я понял, что это копия «Эликсира Демонической Души», одного из трёх великих эликсиров «Первого Мурима». Меня беспокоило не только то, что это копия, но и то, что если оно имеет те же побочные эффекты, что и настоящий «Эликсир Демонической Души», то это проблема.

「 Если его просто съесть, то энергия выйдет из-под контроля, и все энергетические каналы лопнут, что приведёт к смерти. 」

Ю Джунхёк предупреждал об этом в оригинальной «Точке зрения Всеведущего читателя». То есть, если я ошибочно скормлю это, Чон Ынхо умрёт, истекая кровью, вместо того чтобы вылечиться.

— Сейчас нет выхода. Если бы было хоть благословение Созвездий, то может быть…

Слушая слова фельдшера, я посмотрел на небо. Небо, которое обычно было шумным, сегодня было особенно тихим. Чёрт, когда был Ю Джунхёк, зрителей, кажется, было больше…

Созвездия, может быть, и наблюдали, но я знал, что они не помогут мальчику. Ни одна Звезда не пожертвует Вероятностью, чтобы оживить мальчика, который не имеет к ним никакого отношения. Единственная надежда была на Спонсора, но, судя по всему, у Чон Ынхо его не было.

— Инхо-сси.

— Я думаю.

Чтобы спасти Чон Ынхо, нужно чудодейственное лекарство уровня «Пилюли Малого Возвращения». Если его нельзя купить в «Сумке Токкэби» и нельзя ожидать поддержки Созвездий, то нет другого выхода, кроме как лично посетить «Мурим». Но минимальное условие для входа в «Мурим» — пройти десятый сценарий и получить «Личный Сценарий». Другими словами, сейчас это невозможно, что ни делай.

Но… Этот «Мурим»… возможно, ближе, чем я думал.

— Эй, вы там.

Я позвал детей, дрожащих в углу.

— То, что в «Открытости» есть мастера боевых искусств, — это правда?

— Мастера боевых искусств?

— Ну которые могут летать по небу и использовать боевые искусства?

— А! Д-да, правда!

Дети переглянулись и кивнули. Тогда сержант Ким, слушавший разговор, добавил:

— Это правда. Такие люди есть.

— Вы сами их видели?

— Я даже сражался с ними. Особенно глава «Открытости» и трое его подчинённых — монстры. Они голыми руками сражаются с чудовищами и кулаками разносят танки. Пули их совсем не берут. Наш отряд был так же уничтожен ими.

Люди, которые разрывают чудовищ голыми руками, и которых не берут даже пули. Таких можно точно назвать «Мастерами Мурима». И очень высокого уровня. Хотя было нелогично, почему такие люди оказались в этом сценарии…

— Возможно, они знают, как вылечить Ынхо.

— Немедленно идём к этим ублюдкам.

Чон Хивон сказала это с таким напором, словно собиралась уничтожить весь «Первый Мурим».

— Если мы пойдём, нам придется сражаться.

— Мы и идём, чтобы сражаться.

Безусловно, нынешняя Чон Хивон сильна. Достаточно сильна, чтобы в одиночку охотиться даже на монстров 7-го ранга. Но её противник — не монстр, а человек, да ещё и целая группа.

— Хивон-а! Ни за что не ходи. Если пойдёшь, непременно умрёшь. Старший сержант Чон также был схвачен. Они не люди.

Сержант Ким сказал это голосом, полным ужаса. Чон Хивон нахмурилась.

— Я не могу вот так бросить Ынхо. Если никто не пойдёт, я пойду одна.

Верно. Это и была Чон Хивон. Но я не мог позволить этому случиться.

— Давай договоримся.

— Договоримся?

— Мы отдадим им своего заложника и получим то, что нам нужно.

От слова «заложник» дети вздрогнули. Чон Хивон спросила:

— Думаешь, их волнуют заложники? Это же всего лишь дети.

— По крайней мере, один точно волнует.

Я взглянул на мальчика с родинкой, ползающего по полу позади детей.

— Эй, ты. Ты сказал, что ты сын главы?

Я вспомнил слова Чон Ынхо.

「 «Каким бы он ни был, он сын главы. Он главный здесь.» 」

Тогда мальчик с родинкой, дрожа, закричал:

— Я, я, я не могу! А-а, папа убьёт меня, если я приду. Пожалуйста. Пожалуйста!

Я ударил его по затылку, чтобы вырубить, и перекинул через плечо. Я не знал, почему он так напуган, но в любом случае…

— Отправляемся на станцию Сеул.

Даже если бы не из-за брата Чон Хивон, нам всё равно нужно было идти на станцию Сеул.

[ Вы стали безымянным «Представителем». ]

«Открытость». Неизвестная группа, захватившая район станции Сеул в начале сценария. Судя по тому, что они не появились в войне за «Абсолютный Трон» в «Точке зрения Всеведущего читателя», они, вероятно, были уничтожены в битве с другими Королями. Кем? Я не знаю. Но одно можно сказать наверняка:

[ Ваш текущий целевой район — «Станция Сеул». ]

В этот раз, в 41-й регрессии, их конец не будет сильно отличаться.