Аселла бродила в непроглядной мгле. Все вокруг было серым. Бесплодная земля, голые высохшие деревья и ничего больше. Она медленно шла по неровной сухой земле. Не то, чтобы она знала, куда идет, просто она боялась оставаться на месте.

— Здесь кто-нибудь есть? – крикнула Аселла.

Но ей ответило только длинное гулкое эхо. Девушка не помнила, кто она, не знала почему она здесь и как долго она уже бродит в этом месте.

— Прошу вас! Ответьте! Кто-нибудь… Пожалуйста…

— Аселла?

— Мама?

Глаза Аселлы расширились, когда она услышала такой родной для нее голос. Аселла остановилась и подняла голову:

— Где вы? Я сейчас приду!

— Мы здесь, Аселла!

— Отец! — Аселла побежала в том направлении, откуда доносились до боли родные и такие любимые голоса. Она никогда не забывала людей, которым они принадлежали. Она так сильно скучала по ним… Скучала даже во сне…

Сон?

В момент, когда ее голову посетила эта странная мысль, в густом сером тумане начали проявляться две белые фигуры.

— Мама! Папа! Подождите меня!

Но как бы громко Аселла не кричала им вслед, фигуры не оборачивались. Ее родители шли очень медленно, а Аселла отчаянно бежала за ними. Но расстояние нисколько не сокращалось.

— Пожалуйста! Не уходите вот так! Не бросайте меня! – заплакала Аселла.

Только тогда, два человека за которыми она так отчаянно гналась, остановились и обернулись. На их лицах отразилась бесконечная тоска.

И Аселла поняла, что они скучают также сильно, как и она:

— Подождите меня! Я скоро! Я вас догоню! Я хочу с вами… — Внезапно, она оказалась совсем рядом. – Я так скучаю по вам, —тоскливо простонала Аселла. Затем широко раскинула руки и упала в объятья своих родителей.

Как только она почувствовала, что ее обняли родные люди, вся боль и печаль, которые много лет были сконцентрированы в ее теле. Мгновенно исчезли.

— Где мы? – спросила Аселла, вытирая слезы тыльной стороной ладони.

— Ты заблудилась. И мы пришли, чтобы показать тебе дорогу.

Она видела их улыбки, полные родительской любви.

Затем заметив ее замешательство, они постарались объяснить:

– Тебе не следует оставаться здесь. Твое время еще не пришло.

— Но я не хочу! Я не хочу снова расставаться с вами! — Аселла испуганно замотала головой. – Зачем нам расставаться снова? С вами так хорошо. Мы снова вместе. Разве это плохо?

— А как же Мариэль? Аселла, ты забыла о ней?

— Мариэль? – Аселла широко распахнула глаза. Как она могла забыть о своей младшей сестре?

Ее вдруг захватил круговорот событий, которые произошли раньше. Воспоминания врывались в ее сознание против ее воли. И девушка, не выдержав зажмурилась.

Заметив это. Адель мягко улыбнулась и погладила дочь по голове. Аселла снова открыла глаза и теперь уже не могла оторвать взгляда от лица матери. Почему-то оно снова стало грустным:

— Аселла, доченька, у нас не так много времени. Ты должна открыть глаза.

… — Ну же открой глаза…

— Почему, мама? Постойте? А как же я… подож…

— Открой глаза, Аселла! Ну же, открой глаза…

Она слышала, как попеременно звучат голоса отца и матери, но теперь они становились все более и более глухими, словно доносились откуда-то издалека. Ее разум вращался. Было такое чувство, что ее неумолимо затягивает водоворот, где вместо воды смешиваются время и пространство.

«Открой глаза, Аселла!»

Этот низкий голос… Чей он? Мне страшно. Так страшно. Сердце Аселлы сжалось от необъяснимой тревоги, а разум накрыло волной воспоминаний.

***

Тонкие веки задрожали, и Аселла медленно открыла глаза. Девушка подняла руку и тихонько коснулась своего сердца. Странное болезненное чувство из помеси тоски и страха, которое постоянно жило в ее груди. Куда-то исчезло. Полностью.

Ее тело было тяжёлым, словно мешок мокрого хлопка, а голова, напротив, была удивительно ясной. Было такое чувство, будто она родилась заново.

Сейчас Аселла точно знала, что ее воспоминания вернулись. Впервые за долгие годы она отчетливо ощущала реальность. И это было так непривычно. Словно она долго находилась под водой, а потом вдруг резко вынырнула. И все изменилось в одно мгновенье. Ложные воспоминания, наложенные черным заклятьем, теперь казались всего лишь грустной сказкой, которую она слышала когда-то очень давно.

Ей даже не нужно было говорить об этом. Она просто знала, что темная магия, некогда опутавшая ее сердце, полностью разрушена.

«Спасибо» — слова благодарности слетели с пересохших губ. Когда она вспомнила свою встречу с родителями: «Спасибо за помощь».

Девушка медленно села, и тонкое шелковое покрывало, плавно скользнуло вниз до ее талии. Наскоро оглядевшись, она вдруг поняла, что находится в спальне эрцгерцога.

Но почему? Я хорошо помню, что была в своих покоях. Более того, одна из ее рук все еще была слишком теплой. Словно ее кто-то долго держал в своей руке.

— Эм..мм?

Она вдруг услышала шум воды. Ей стало любопытно, и Аселла осторожно склонилась к краю кровати. Тапочек не было, но ковер был толстым и пушистым. Девушка медленно поднялась с кровати. И вдруг почувствовала себя по настоящему здоровой. Она даже чувствовала голод. Аселла удовлетворенно улыбнулась и снова прислушалась к шуму воды.

В этот момент в поле ее зрения попал стол Великого Князя. Она пересекла пространство комнаты, заинтересованно разглядывая нечто знакомое на блестящей поверхности стола. Белая шёлковая ткань… Почему-то показалось что эта вещь ей знакома. Действительно. Это был платок, который она оставила в библиотеке. Но было еще кое-что. Что не давало ей покоя. Она осторожно подняла платок. Под ним лежал еще один и Аселла сразу узнала его.

Это же мой носовой платок. Точно мой. Ошибки быть не может.

Она хорошо помнила тот банкет. Наверное, это была самая холодная зима. В ту зиму состоялся всего один такой шикарный банкет. В летней резиденции Императора.

Но как мой платок оказался у Его Высочества?

— Аселла!

В одно мгновение она утонула в крепких объятьях Каликса.

— Что… зачем… Ах! Ваше Высочество… — смущенная девушка пыталась вырваться, но это было бесполезно.

Мужчина только еще крепче обнял ее. И, по всей видимости, не собирался отпускать.

Аселла вдруг почувствовала всю грань отчаянья, на которой находился этот человек, пока она бредила без памяти, блуждая в темном лабиринте магических заклинаний. Поэтому перестала бороться, позволяя себе расслабиться. И несколько неловко спросила:

— Что со мной было?

— Ты была больна. Все время находилась без сознания. Так долго…

Аселла вспомнила, что вскоре после того, как князь покинул ее покои у нее резко подскочила температура. А затем, по всей видимости, она потеряла сознание. И все метаморфозы, которые происходили с ее телом, очевидно, были очень похожи на болезнь.

Аселла подняла голову, взглянув на Каликса:

— Вы беспокоились обо мне?

— Очень, – ответил мужчина, горячо сжимая ее руку. В красных глазах мужчины отразились сложные эмоции.

И Аселла вдруг догадалась, почему, когда она очнулась, одна из ее рук была такой теплой.

— Неужели, вы постоянно были рядом со мной?

— Не совсем. Но всякий раз, когда у меня было время, я приходил в эту комнату.

Аселла прикусила губу, затем разжала вторую руку. Каликс несколько замялся, когда увидел тот самый носовой платок.

— Ну что ж, наконец он вернулся к своей хозяйке.

— Вы знали, что это моя вещь?

— Я видел, как ты его обронила.

Глаза Аселлы удивленно расширились.

— Но потом, я как-то забыл о том далеком зимнем вечере. И вспомнил, только когда нашел твой второй платок. Тогда в библиотеке.

— Но зачем? Зачем ты сохранил его?

Взгляд Каликса на мгновение стал тяжелым и, помолчав некоторое время, он ответил:

— Я даже не знаю.

Это был действительно честный ответ.

В глазах Аселлы отразилась едва заметная рябь сочувствия.

Странно?

Подумалось ей.

Почему?

Почему я ненавидела этого человека?

Неужели человеческое сердце так изменчиво. Я так его ненавидела, что решилась на отчаянный побег. Я так боялась этого человека, что даже не могла смотреть ему в глаза. Но сейчас… Этого чувства совершенно нет в моем сердце. Скорее мне даже стыдно. Он сделал для меня столько… хорошего. Заботился обо мне. Даже когда я его ненавидела.

«Можете мне поверить, Ваше Высочество. Его Высочество беспокоится о вас больше, чем о ком-либо другом!»

Почему мое сердце, которое было всегда таким сухим и грубым в отношении этого человека, сейчас вдруг стало мягким, как шелк? Сейчас я никуда не хочу бежать. Напротив, я хочу быть рядом с этим человеком. Хочу верить ему и опираться на него, как на мужа. Но почему я этого хочу?

Слишком сильный круговорот незнакомых эмоций привел девушку в полное замешательство:

— Почему? Почему вы так добры ко мне – спросила она. Но это был вопрос, который Аселла скорее задавала себе, нежели ему. Ее неосознанная попытка привести собственные мысли в порядок.

Хотя она уже знала ответ на этот вопрос.

Чтобы он не сказал, это уже не имело значения. Потому что она чувствовала ответ в его руке, которая по-прежнему тепло сжимала ее руку.

— Почему? Потому, что ты моя жена.

— И все? У Его Высочества больше нет причин? – неожиданно сорвалось с ее потрескавшихся губ. Она вдруг испугалась его ответа и крепко закрыла глаза.

Зачем? Зачем я такое спросила? Теперь девушка искренне боялась обмануться. А вдруг его слова не совпадут с тем ощущением, которое она чувствовала от прикосновения его руки.

Почему я так трушу? Что я чувствую к этому человеку? Неужели… я даже не догадывалась о своих чувствах. Но я же искренне…

— Аселла?

Но она не могла ответить. Даже когда его рука нежно коснулась ее щеки, она так и не решилась открыть глаза.

В этот момент ее веки… Это было совершенно незнакомое ощущение.

— Ах!

Оно было горячим и невероятно мягким одновременно. Она вздрогнула, почувствовав дыхание мужчины. Такое обжигающее. Что казалось, оно проникает сквозь ее веки.

Наконец, не выдержав, Аселла открыла глаза и встретилась с его взглядом. Ярко-красные, похожие на драгоценные камни глаза, которые всегда казались такими жуткими и бессердечными, сейчас были страстными, словно горящее пламя.

— Потому что ты моя драгоценность — прошептал он одними губами.